Safe and Sound

Маленькие частички пыли, словно светившиеся в солнечных лучах, медленно опускались на выцветшую мебель в маленьком домике на окраине Суиндона. Жилище отличалось своей серостью и непримечательностью даже среди других таких же небогатых домов. Гостиная была настолько маленькой, что там хватило место только для старой, продавленной софы и двух кресел разной масти, которые совершенно не подходили ни друг другу, ни софе. Маленький журнальный столик был завален старыми газетами и потёртыми книгами о зельях и заклинаниях. На кухне пронзительно засвистел чайник, и с лестницы стали доноситься лёгкие, еле различимые шаги. — Милая, чайник! — раздалось из кладовки. — Да, я слышу, — ответила женщина и выключила плиту, еле избежав ожога от такой жарящей махины. — Давно нужно выбросить тебя, старушка, — пробурчала она себе под нос и схватила со столика полотенце, складывая его несколько раз, чтобы взяться за раскалённую ручку чайника. Женщина разлила по кружкам кипяток и присела на стул. Последние дни спина болела всё сильнее. Работа страхового агента не предполагала много движений, а вот работа по дому и в саду заставляла несколько раз в день надрывать спину. Но миссис Люпин изо всех сил храбрилась, чтобы не подавать вида, не напоминать мужу и сыну о том, как ей тяжело. Забот у них и самих хватало. Голова Римуса так внезапно показалась в проёме, что женщина вздрогнула, а потом рассмеялась, увидев взлохмаченную гриву своего сына. — Мам, я не могу найти свою рубашку, которую ты покупала к Рождеству. Где она? — Ты говоришь так, будто из нас двоих я родилась волшебницей, — с тёплой улыбкой сказала она. — Взмахни разок палочкой… — Точно, — буркнул Рем, доставая палочку из кармана. — Акцио рубашка! Серая хлопковая рубашка вылетела со второго этажа и приземлилась прямо в руки хозяина. — Готова поспорить, она была в твоей комнате, — сказала миссис Люпин и выпрямилась на стуле. Рем быстро оделся и сел рядом, поцеловав женщину в исхудавшую щёку. Каждый день Римус следил за тем, как выглядит его мать. Наблюдал, не увеличились ли синяки под её глазами, не появилось ли больше седых волос… И даже в её самые худшие дни, когда она не высыпалась, дожидаясь его в полнолуние, женщина была очень красива. Русые волосы, заплетённые в косу, глаза с ярким огоньком, который грел Рема всё его детство, и необыкновенные руки. Тонкие пальцы, нежная кожа. Её прикосновения всегда были переполнены лаской и любовью. Вот и сейчас она медленно провела ладонью по щеке сына, когда он отпил чай из своей кружки. — Как ты себя чувствуешь? — Неплохо, — пожал он плечами. — До полнолуния ещё есть время. Люси обещала зайти сегодня, принесёт зелье и… Рема прервал тяжёлый вздох. — Мама, пожалуйста, не начинай… — Я молчу, милый, — сказала женщина, пододвигая к себе свою фиолетовую кружку. — Просто… эта девушка… — Она думает, что нравится тебе, — напомнил Римус. — И я хочу, чтобы это правда было так. — Люси нравится мне, дорогой. Именно поэтому я и не могу принять её. Рем опустил голову. Он знал, о чём говорит его мама. И сам был такого мнения, когда образ Люси МакКиннон ещё не засел в его голове настолько глубоко. Эта прекрасная, весёлая, талантливая и красивая девушка заслуживала совершенно другого. Не маленького домика на отшибе, не разной мебели в гостиной и не парня, который в полнолуние превращается в чудовище. Она была слишком хороша для всей этой серости и нищеты. — Люси — моя девушка. И я хочу быть с ней, — Рем понизил голос почти до шёпота, надеясь, что мать не ответит на его следующий вопрос. — Разве я не заслужил? Кружка в руках миссис Люпин дрогнула, и женщина поспешила поставить её на стол. — Боже мой, Римус, не говори такого! Ты заслуживаешь лучшего, но… — Я — оборотень. Я в курсе, — у него хватило сил усмехнуться. — И если я заслуживаю лучшего, то Люси и есть лучшее. Хоуп Люпин грустно улыбнулась и ещё раз провела ладонью по его щеке. — Я только хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, Римус. Мистер Люпин выбрался из кладовки, чуть сутулясь, чтобы не задеть дверного проёма головой. Его мантия была пыльной и такой старой, что заплатки на локтях приходилось менять уже три раза за последние два месяца. В его руках была толстая папка. — Нашёл, что искал? — спросила его жена, когда он сел рядом с Римусом. — Да, — немного растерянно сказал он. — Была под коробкой со сломанными вредноскопами. Этих призраков с каждым годом становится всё больше и больше… чего им не сидится на том свете? Не понимаю, как можно было выбрать жизнь призрака, когда тебе предлагают двигаться дальше? Нелепица! Римус посмотрел на своего отца и улыбнулся. Ему всегда было интересно слушать его мысли на этот счёт. Он всегда говорил правильные вещи, вот только поступал в большинстве случаев неправильно. Будучи человеком исключительного ума, Лайелл Люпин поддавался своим эмоциям так же быстро, как магглы заклятию Империус. И Римус был почти уверен в том, что отец останется призраком, если в какой-то момент даст волю своим чувствам. — Сегодня к нам зайдёт Люси, ведь так? — спросил мужчина, откусывая свой тост. — Я виделся с ней пару дней назад. Её снова загоняли с отчётами из Святого Мунго. Пострадавших всё больше и больше. Кстати, она так и не вспомнила, кто на неё напал? — Нет, — покачал головой Рем. — Больше ничего. — Уверен, что это был Сивый, — буркнул мистер Люпин себе под нос, за что получил суровый взгляд от жены. Миссис Люпин нервно выдохнула. Римус не решился взглянуть на неё: знал, что сейчас она посмотрит на него одним из своих остерегающих взглядов. — Ладно, мне нужно бежать. Спасибо за завтрак, Хоуп! — он поднялся и поцеловал жену в щёку. — Если я не застану Люси, передавайте ей привет. Похлопав сына по плечу, он быстро вышел через заднюю дверь и трансгрессировал на последней ступеньке крыльца. — А вот папе нравится Люси, — сказал Рем с улыбкой. Миссис Люпин весело покачала головой. — Мужчины… К обеду в дом постучались. Римус первым спустился вниз, чтобы открыть Люси. Девушка стояла на пороге с большой корзиной, наполненной шоколадом, фруктами, чем-то очень вкусным, завёрнутым в бумажные салфетки, коробкой домашних кексов и бутылкой медовухи. — Решила, что было бы неплохо устроить пикник, — сказала она, скромно улыбаясь. — Отметить окончание твоей учёбы в Хогвартсе и «Превосходно» почти по всем предметам! Римус тихо засмеялся и поцеловал Люси в губы, пока миссис Люпин ещё не добралась до гостиной. — Отличная идея, МакКиннон, — сказал он и потянул её за руку в дом. — Добрый день, миссис Люпин, — улыбнулась Люси, ставя корзину на журнальный столик. — Как поживаете? — Неплохо, — ответила женщина и посмотрела на корзину. — У нас праздник? — Мы с Римусом ещё не виделись с тех пор, как он вернулся из Хогвартса. Думаю, что наши встречи можно назвать праздником, — она повернулась к своему парню и широко улыбнулась, показывая ровные зубки. — Теперь будем видеться гораздо чаще. Ведь так? — Конечно! — Кстати, я принесла зелье, — тихо добавила девушка. Миссис Люпин натянуто улыбнулась и позвала ребят на кухню. Люси, не спрашивая разрешения, помогла женщине накрыть на стол, это немного смягчило категоричность миссис Люпин. Люси не замечала, что она ведёт себя с ней холодно и настороженно. Или же просто пыталась не замечать. — Даже не верится, что ты окончил школу, — сказала Люси, присаживаясь на скрипучий стул. — Совсем взрослый! — Да, — подтвердила миссис Люпин. — И самостоятельный как никогда. Сегодня он не смог найти свою рубашку, не применяя заклятий. — Мама! Люси засмеялась. После нападения её редко можно было увидеть такой. Но рядом с Римусом она старалась быть прежней. — Лайелл сказал, появилось ещё больше жертв. Это правда? МакКиннон неуверенно кинула. — Среди магглов жертв всё больше и больше. Пожиратели не хотят, чтобы волшебники сидели в тени. Мне и ещё нескольким мракоборцам приходится патрулировать некоторые улицы в Лондоне по вечерам. Да и стиратели памяти уже устали трансгрессировать по вызовам. Мир сходит с ума. Миссис Люпин смиренно молчала, слушая рассказ Люси, а потом вновь вздохнула. — Иногда мне хочется, чтобы все снова были в Хогвартсе, — слегка приподняв уголки губ, сказала она. — Кажется, надёжнее места в мире уже не найти. — Да, Дамблдор знает, как защитить своих учеников. И его выпускники всегда умели за себя постоять. Люси повернулась к Рему и сжала его ладонь под столом, чувствуя, как парень напрягся. Разговоры о войне сменились обычной болтовнёй о последних экзаменах и выпускном. Люси делилась и своими воспоминаниями. Её праздник тогда чуть не обернулся катастрофой, когда Карадок случайно поджёг заклятием её платье. Чтобы восстановить его, у Люси ушла целая ночь. — Этот Дирборн, наверное, был большим непоседой в школьные годы, — усмехнулась миссис Люпин. — Да, но ему всегда хватало ума не влезать в неприятности. Он стал мне отличным другом. Римус заметил, как его мать довольно улыбается. Он мог читать её мысли без каких-либо усилий. Сейчас она была готова ухватиться за любую возможность, которая бы позволила Люси оставить её несчастного сына в покое. Будь то Карадок или кто-то другой, кто смог бы сделать девушку по-настоящему счастливой. Но Рем точно знал, что Люси будет в порядке только рядом с ним. Пусть это и выглядело немного эгоистично, он позволял себе так думать. Он получил на это разрешение в тот момент, когда Люси призналась ему в любви в ответ. — Люси, ты хотела устроить пикник? — вдруг спросил Рем, даже не замечая, что оборвал женщин на середине разговора. Люси немного с укором посмотрела на него, но через секунду улыбнулась и кивнула. — Да! У вас здесь такой красивый вид на лес. Было бы чудесно подышать свежим воздухом… — Тогда идём! Я только захвачу плед. И Римус, скромно улыбнувшись, встал из-за стола. Люси проводила его беспокойным взглядом и медленно повернула голову к Хоуп. Женщина тихо постукивала по столу своими длинными пальцами, похожими на перья птицы. С уходом Рема её вид слегка изменился. Брови миссис Люпин сделали попытку встретиться на переносице, а губы были слегка поджаты. — Он очень любит тебя, — со вздохом смирения сказала миссис Люпин. — Ему сложно любить кого-то. Он очень скромный и ранимый. И то, что он… оборотень — не делает его сильнее. — Я знаю, миссис Люпин… — Послушай меня, девочка. Если у тебя хотя бы когда-то появлялась мысль, что тебе сложно с ним, что всё это, — она обвела руками кухню, — не для тебя — уходи. Бледность одолела личико Люси. Её губы приоткрылись и безмолвно задрожали. Синие глаза на секунду заблестели, но лёд в них снова окреп. — Теперь я понимаю, почему он так долго отталкивал меня, — холодно произнесла Люси. — Вам стоит подумать о том, чего вы желаете для своего сына, раз вбили ему в голову, что он может быть кого-то недостоин. Ни один мускул на лице миссис Люпин не дрогнул. Она смотрела Люси прямо в глаза, пытаясь сломить её стену, но девушка была настроена решительно. — А вот и я! Можно идти! — Только не задерживайтесь слишком долго после заката, — сказала миссис Люпин совершенно бесцветным голосом. — Может быть опасно. — Хорошо, мам, — Рем поцеловал её в щёку, и она снова провела своей изящной ладонью по его лицу. — До встречи, миссис Люпин. — До встречи, Люси. Римус вышел первым. Девушка, схватившись за ручку двери, обернулась ещё раз, взмахнув копной каштановых волос. Хоуп Люпин смотрела на неё из кухни, стараясь не уступить ей в стойкости. Не уступить ей в любви к Римусу.

***

— За твоё «Превосходно» по Защите от Тёмных Искусств! Римус засмеялся, глядя, как Люси поднимает бокал с ароматной медовухой. — Мы будем пить за каждую отличную оценку? — Ты сам виноват, что такой умный, — улыбнулась Люси и наклонилась к нему чуть ближе, чтобы ударить своим бокалом по его. Она сидела на пледе, скрестив ноги по-турецки. Римус лежал рядом на боку и жевал принесённый Люси шоколад. Летнее солнце уже начинало закатываться за горизонт, когда Римус заметил, какая же Люси сегодня красивая. Летний сарафан, который был так похож на тот, что был на ней в день, когда они впервые открылись друг другу на кухне у Джеймса. Каштановые волосы на солнце превращались в медь, а синие глаза были настолько прекрасны, что после них уже не хотелось смотреть на небо. Или же на гладь океана. Ни то, ни другое не было более синим. Только эти глаза подходили под описание того самого цвета. Насыщенного, яркого, притягательного… цвет, который почти ощутимо холодит твои мысли и чувства. — Красивый закат, — сказала девушка, чуть отпивая из своего бокала. — Да, — подтвердил Римус, отставляя пустой бокал в сторону и переворачиваясь на спину. — Иди ко мне. Люси усмехнулась и устроилась на его плече, наблюдая за тем, как небо краснеет. — А знаешь, что? — спросил Рем, поглаживая кончиками пальцев голое плечо девушки. — Не знаю, — с улыбкой сказала Люси. — Я видел здесь наши созвездия. Помнишь? В Рождественскую ночь? — Конечно, помню. Я всегда смотрю на них перед сном. — Они приглядывают за мной и здесь. Люси глубоко вдохнула летний, вечерний воздух и мечтательно улыбнулась. — Это здорово. Это очень здорово… — нежно молвила она. — Только посмотри, как красиво, — сказала девушка, вытягивая руку и проводя ей по небосводу. — Я хочу, чтобы эта секунда никогда не заканчивалась… — Почему именно эта секунда? — Этот цвет. Как никогда гармонирует с моим настроением. Это глупо… — Ты никогда не говоришь глупостей. Люси усмехнулась. — Если бы я могла быть хотя бы немного такой, какой ты меня видишь... я была бы самым лучшим человеком на земле! Они засмеялись. И Римус прижал её ближе, поцеловав в висок. — Ведь мы скоро будем вместе? — пытаясь подавить наивность в голосе, спросила Люси. — Только я и ты. Будем жить у меня… — Построим для меня сарай, где я буду обращаться в полнолуние. А лучше будку, — иронично предложил Рем. — Сириус уже грозился подарить мне на следующий день рождения ошейник с шипами… — Прекрати! Я серьёзно! — она легонько ударила его в бок. — Ты будешь мракоборцем, я буду продолжать делать для Министерства отчеты, будем настоящей семьёй. Как ты на это смотришь? Римус покачал головой и прислонился щекой ко лбу девушки. — Я думаю, что я должен был заговорить об этом первым. Люси виновато пожала плечами. — Прости. — Ничего, — он улыбнулся. — Мне нравится ход твоих мыслей. Только нужно будет скорее записаться на курсы мракобо… стой. Сова. Это к нам? Люси приподнялась на локте и нахмурилась, глядя на приземляющуюся рядом птицу. — Это сова Дока, — нахмурилась девушка, хватая из клюва птицы письмо так резко, что та сердито ухнула. — Что-то случилось? Рем поднялся следом за ней и вытащил свою палочку. — Люмос, — тихо сказал он, занося палочку над пергаментом. — Что там? Люси быстро пробежалась глазами по строчкам. Римусу не зря казалось, что она слишком долго читает эти пять строк, которые были написаны неаккуратным почерком. Девушка застыла на месте, боясь сделать вдох. Когда она подняла глаза, Рем увидел, как лёд в них надломился, выпуская бурю эмоций, граничащих с ужасом. — Джаред. Его освобождают из Азкабана.