285

- Мальчик мой, вот, я лежу перед тобой, сломленый, побеждённый, готовый уйти в объятья Пустоты, а ты даже не знаешь ничего о моей жизни. Только то, что я дитя ночи, вампир, а ты, котёнок, мной усыновлён, - данмер закашлялся и с грустью погладил молодого каджита по щеке, - Я расскажу тебе свою историю.

***

-Я был рождён в Сиродиле, в Бруме, в III эре, 416 году, когда ещё правил Уриэль Септим. Сын норда и данмерки. Отец был пьянчугой, не работал, только убытки от него были. А ведь раньше на целительстве зарабатывал. Мать его в конце концов прогнала. Однако, он всё равно временами захаживал в наш зяблый домик: домогался до неё, а если она была на работе - до меня. Тогда я, конечно, не понимал этого, ублажал его своими маленькими худыми ручонками, позволял ему касаться моего полового органа, а он мне давал немножко денег. Покупал меня, словно шлюху. Мне было всего пять лет. И это - это! - я тогда наивно считал нормальным, не ведая, что это удел взрослых, а педофилия, к тому же, мальчик мой, противозаконна. Но когда вырос, - данмер сделал паузу, и с видом довольного кота прикрыл глаза, - о, месть моя была ужасна! В тот день он вновь заявился в мамин дом пьяным, что только подогрело мою ненависть. Я вышел во двор, ему навстречу и прочёл специально выученное заклинание - Гнев Предков - гордость данмеров. Всё вокруг было объято огнём, а отец жарился заживо. Происходи это в городе, а не за его границами , меня бы быстро кинули в темницу. Я любовался, как этот мерзавец горит, наслаждался его воплями. Как же тогда было легко на душе! Мать так ничего и не узнала. И стража тоже. Я прекрасно замёл следы.       Данмер снова прокашлялся и стёр с губ смесь собственных крови и слизистой. Молодой каджит испуганно подал умирающему деревянную кружку с настойкой, предназначенной для заглушения боли. Сделав несколько глотков, тот благодарно кивнул и, тяжко вздохнув, продолжил свой рассказ. - О, да, мать. Она тоже была не сахар. С самого детства избивала меня чуть ли не каждый день. Бывало, за пустяки, бывало, просто так. Я её не убил, нет, она сама умерла, когда я уже стал самостоятельным, примерно твоего возраста. Совсем у неё крыша поехала, так она себя до могилы и довела. А ведь таким музыкантом была! Таким! О, как же пели в её руках и устах флейты, кларнеты, габоты! Прискорбно.       Данмер вновь закашлялся и откинулся на подушку, закрыв глаза, и шёпотом попросил приёмыша о минутке, чтобы перевести дыхание.