Дыхание заката.

Слабость, невыносимая слабость – первое, что почувствовала Сакура, очнувшись после обморока. Белый потолок и белые стены – первое, что она увидела. Куноичи не сразу осознала, что произошла из-за сильной головной боли. Видимо, упала и ударилась тыльной стороной черепа. К её руке была прицеплена капельница, неужели, всё так плохо? Повернув аккуратно голову, Сакура увидела соседа по палате и лучшего друга – Наруто Узумаки. Парень лежал без сознания весь перебинтованный. Казалось, что на нём нет ни одного живого места. - Прости, – тихий шёпот, донёсся со стороны Наруто. – Я не смог его защитить, Сакура. Девушке показалось, парень был в сознании, просто, прикрыл глаза и ждал, пока она очнётся. Куноичи не могла поверить в расклад, что был представлен перед её глазами. Какаши – один из сильнейших шиноби деревни, мёртв. Наруто – джинчурики, укротивший биджу, сейчас лежит с ней в одной палате и просит прощение за Какаши. За то, что теперь сенсея нет в живых. - Сакура, то, что случилось там, – продолжил Узумаки. – Это было что-то невероятное. Перед смертью Какаши передал мне кое-что для тебя. Сакура внимательно приготовилась слушать друга. - Когда его сбило ударной волной одной из техник врага, Какаши повал меня к себе. Он весь был в крови, а взгляд стал таким мутным-мутным. – Наруто медленно перевёл взгляд на белый потолок, а потом продолжил. – Он понимал, что это его конец, как бы я его не уговаривал бороться за жизнь, ведь у него есть красавица-жена и скоро он станет отцом, но силы покидали сенсея всё быстрее и быстрее… То, что Какаши сказал мне на прощание: "Береги Сакуру, люби её, как любишь самого себя, и твоё дыхание сплетётся с дыханием заката." У девушки сильнее забилось сердце, а на глазах заблестели слезинки. Это были те самые слова, что когда-то Рок Ли сказал её мужу. Какаши сам рассказывал об этом на похоронах. - Ещё, – продолжил джинчурики, – он сказал, что любил тебя больше жизни и будет любить, несмотря на то, что ты тут, а он уже уходит, но сейчас уже ушёл. А что насчёт него, его дыхание стало сплетаться с дыханием заката, и сейчас он дышит с ним в унисон. Боль, что куноичи испытывала, была уже не телесная, она была душевная. Слёзы лились ручьём безостановочно. - Сакура, я знаю, что тебе сейчас больно, но, думаю, Какаши не просто так, так скажем, завещал мне охранять тебя. Скорей всего, он верил, что между нами может быть будущее. Кстати, он хотел бы сына назвать в честь четвёртого Хокагэ, а если будет девочка, то назвать в честь пятой, – видя мучения девушки, подытожил Наруто. - Знаешь, Наруто, мне кажется... - немного успокоившись, начала Сакура. – Мне кажется, что Какаши просто знал, что ты до сих пор любишь меня. Он видел нас с тобой на тренировочной площадке, после того, как умер Ли. Он знал, что кроме него, я доверяю тебе. Он хочет и для ребёнка хорошего будущего, если, конечно, после такого шока у меня не образовался выкидыш, но я очень в этом сомневаюсь. Ведь малыша я чувствую хорошо. - Если ты не возражаешь, я могу исполнить последнюю волю Какаши и стать для тебя опорой и защитой. - Я согласна, Наруто. – немного подумав, ответила Сакура.