Дневник памяти.

            Сириус, что-то ворча себе под нос, пошёл открывать дверь. На пороге он увидел своего крестника. Гарри весь светился нетерпением.             —Сириус, я не могу найти Гермиону. Ты её не видел?— спросил Поттер.             —Нет, Гарри, я не видел Гермиону, но если увижу, отправлю к тебе,—пообещал Сириус.             —Хорошо, ты не мог бы ей передать, что Дамблдор завтра уже отправит нас в школу? —попросил Гарри.             —Да, конечно, Гарри, я скажу ей, это всё?—спросил Блэк.             —Да, всё, ты чем-то занят?—осведомился Поттер.             —Я, нет, с чего ты взял? Мне просто хочется побыть одному,—ответил Сириус.             —А, ну тогда хорошо, оставлю тебя, я хотел тебя просто спросить насчёт летних каникул, можно я у тебя поживу, не хочу к дяде с тётей?—застенчиво начал парень.             —Я тебе давно предлагал, и это предложение остаётся в силе,—улыбнулся Блэк.             —Спасибо! – Гарри улыбнулся крёстному в ответ.             Как только Сириус закрыл дверь, он увидел мое опечаленное лицо. Он сразу понял из-за чего это, я слышала весь разговор. Как он хотел, чтобы я осталась. Этот полёт на гиппогрифе изменил его отношение ко мне. Он влюбился в меня, но боялся сам себе признаться. Он думал о будущем, что если он не сможет меня выкинуть из головы? Мне всего 15-16 лет. А я его спасла от Авады Кедавры, поймала Петтигрю, с Гарри вытащила его из клетки, чтобы только он,Сириус, не попал снова за решётку. И теперь же он сам может туда попасть, уже не за ложные обвинения, а по статье совращения малолетних. Но тут оказалось всё намного сложней и в тоже время проще. Я люблю его, он меня любит, но эта любовь может довести до Азкабана. Ну и пусть, если два человека любят друг друга, им никакая тюрьма не страшна. Да и ещё не факт, что кто-то узнает.             —Значит, завтра мы уезжаем в школу?—спросила я.             —Да, завтра вы уезжаете…—ответил со вздохом Сириус- Гермиона, с того полёта на Клювокрыле так много изменилось, и для меня открылось что-то новое. Я влюбился как мальчишка. Скажу больше, я никогда так раньше не любил. Приезжай вместе с Гарри на летние каникулы сюда, пожалуйста.             —Я обязательно приеду, Сириус, обязательно,— ответила я ему,— я пойду, найду Гарри, и буду вещи собирать.             Он ничего не ответил мне, только встал и открыл передо мной дверь. Я пошла, нашла своего лучшего друга и наконец прояснилось, почему он так захотел в Хогвартс.             —Зелье можно достать у Снейпа. Только надо будет его отвлечь—сказал Гарри.             Я на такой риск бы не пошла, если бы не такое дело, всё-таки душу Волан-де-морта надо будет уничтожить, а точней кусок его души. Я, конечно, не рассказала, где она была, и где её нашёл Сириус, просто соврала, когда Гарри спросил об этом.             После беседы с Поттером, я пошла, собирать вещи, а ведь так не хотелось.             "Война может начаться через полгода, ведь с крестражами осталось совсем ничего. Главное не ввязывать в эту войну других, я знаю, что втроём мы не справимся, но есть шансы. Ведь главное-убить Тёмного Лорда. И всё же надо бы перестать думать о том, что было до этого приключения. Сейчас-это наше настоящее, которое приведёт к новому будущему." -думала я.             В комнату зашла Джинни, когда я уже застёгивала свою сумку. Она была в приподнятом настроении, и сразу начала самую распространённую тему нескольких часов-отъезд в Хогвартс.             —Скоро уже всё это закончится, и мы сможем жить нормальной жизнью,— восклицала она.             —Джинни, ты в своём уме? Впереди война, и ты хочешь сказать, что после войны начнётся нормальная жизнь? Какого Мерлина? Ничего уже не будет нормальным, потому что еще неизвестно, победим ли мы Волан-де-морта, кто умрёт в этот раз?—повернувшись к ней лицом, выпалила я.             —Я имела ввиду, что мы сможем жить в спокойствии,—опустила голову Джиневра.             —Нет, ты не права, Джинни, потому что покой будет в мире, а в душе? Что будет, если убьют самого дорогого тебе человека? Что ты будешь делать?— чуть ли не плача кричала я.             —Прости, Гермиона, я вообще не должна была эту тему начинать,— прошептала Уизли.             —Ничего, ты что-то хотела?—чуть успокоившись, поинтересовалась я.             —Мама попросила меня позвать тебя к столу. Искала тебя, а ты оказалась в комнате,— ответила на мой вопрос Джинни.             —Пойдём, раз попросила.             Мы вышли в коридор и пошли в кухню, когда мы пришли, то увидели Альбуса Дамблдора, сидящего на месте рядом с Гермионой. Мы улыбнулись директору, поздоровались и сели за стол. Стояла мёртвая тишина, которая прерывалась только позвякиванием вилок.             После ужина все разошлись по спальням.Я, Джинни и Гарри решили провести ночь в одной спальне и обсудить дальнейшие действия по добыванию крестражей, как это было не странно. Мы решили сначала добыть диадему и клык Василиска.             —Время покажет, что будет дальше, но можно точно знать, что если мы украдём из Григоттса чашу, то потом нам ничего не скажут,— сказала я.             —Да, правда, что ведь нас не посадят в Азкабан за то, что мы убили Волан-де-морта,— ответила Уизли.             Мы легли спать, а в 7 утра нас разбудила Молли Уизли. Все студенты Хогвартса, обитавшие сейчас на Гриммо 12 , готовились к отъезду в школу. Через 15 минут они отправились в Хогвартс через камин. Их вышвырнуло в кабинете Дамблдора.             На стенах кабинета висели портреты умерших директоров Хогвартса. Вся комната была залита ярким солнечным светом. На столе стояли какие-то непонятные штуки разнличных форм и размеров. Всё это напомнило Гарри о той смерти Сириуса, которая должна была случиться, но обошла Блэка стороной благодаря мне. Ведь после того как в Министерстве магии юный Поттер столкнулся с Волан-де-мортом лицом к лицу, Дамблдор переместил его в свой собственный кабинет, где и рассказал всю правду о Кикимере.             Пока мы оглядывались и отряхивались от сажи, явился сам хозяин кабинета Альбус Дамблдор. Его улыбка была спрятана в густой, и длинной бороде, а очки-половинки поблёскивали от солнечных лучей. Он шёл не спеша, заведя руки за спину. На плече у него, как попугай, сидел Фоукс. Феникс смотрел на Фреда, Джорджа, Джинни, Гарри и меня, пощёлкивая своим заострённым клювом.             —Надеюсь, Гарри, перед тем как ты продолжишь свой незаконченный учебный год, ты усвоишь одну очень важную вещь. Мальчик мой, я надеюсь на то, что ты не будешь больше подвергать друзей такой опасности. Хоть вы все и проявили особую храбрость, но не стоит идти на такой риск, пока не убедитесь, что этот человек и вправду попал в беду, — начал директор.             —Простите, сэр, мне очень стыдно за то, что подверг друзей такой опасности. Я понимаю, что мы все могли погибнуть…—Гарри опустил голову.             —Нет, Гарри, нет! Мы же сами захотели пойти с тобой! Мы хотели помочь тебе освободить Сириуса. Ведь члены Отряда Дамблдора не бросают друзей в беде, ведь так?—встав перед директором, сказала я.              Дамблдор улыбнулся, по его лицу было видно, что он ожидал от меня такой ответ. И, как будто хотел это услышать, кивнул головой. Директор прошёлся по кабинету, сел на своё место и заговорил:             —Мисс Грейнджер, вы всегда были умны и упрямы. Но больше всего в вас преобладает смелость. Именно поэтому вы все попали в Гриффиндор,— директор обвёл всю компанию взглядом,—некоторые студенты тоже записались в Отряд Дамблдора не только, чтобы показать протест против правил Долорес Амбридж, но и для того, чтобы показать свою храбрость.             —Но почему их тогда не определили на Гриффиндор?— спросил Рон.             —Каждый по-своему индивидуален, но вот у каждого факультета есть своя общая черта. Видимо вы, члены Отряда Дамблдора, переплелись индивидуальностью, такой как протест общим правилам и смелость к протесту,—объяснил Дамблдор— а теперь, думаю, вам пора.             —Да, профессор, вы правы, нам пора уходить,— бодро отозвалась Джинни, и потянула Рона за руку.