Играть нельзя проиграть

На следующий день Накао даже встал пораньше, быстро позавтракал и ушел из дома, как только Аико появилась в дверях. Уж слишком сильно парень обиделся на свою сестру за вчерашние слова, ибо он действительно переживает за нее. Да, может, это иногда и выходит за рамки, но это все только из-за того, что он любит Аико. По дороге в школу Накао встретился с Сугаварой. Эти двое успели хорошенько подружиться. Видимо, общая беда их сблизила. — Вы так и не помирились с Аико? — спросил Коуши. Кавасаки отрицательно покачал головой. — Как же так? Конечно, я понимаю, что Аико иногда хочется решать проблемы самой, ведь она уже не маленький ребенок, верно? Но, с другой стороны, ей не нужно вот так резко реагировать на то, что ты пытаешься помочь ей. Это уж слишком грубо. — Во всяком случае, теперь мне приходится делать домашнюю работу собственными силами, а это утомляет, — вздохнул кохай. — Я слишком зависим от своей сестры в некоторых делах. — Ну, это неудивительно, вы же близнецы, — улыбнулся Сугавара. — А они, как известно, часто зависимы друг от друга. В будущем это может оказаться большой проблемой. — Моя проблема на сегодня — контрольная по английскому! Я ж ничего не знаю, а без Аико и подавно. Надо будет в медпункт отпроситься… — Вечно ты чудишь, — посмеялся семпай. — Нет бы хоть раз сесть и выучить. — Для слабаков! — ответил Накао. — Шпаргалки еще не палили в этой школе…

***

Вплоть до последнего урока близнецы игнорировали друг друга. Аико понимала, что виновата перед братом и стоит извиниться, но подходящий случай так и не появлялся. Самой же подойти было стыдно, хоть и нужно. Девушка вышла на крышу и просто легла на горячую землю. Настолько безысходным было ее положение. Солнце светило прямо в глаза и начинало обжигать кожу. Лето стремительно наступало, росла температура воздуха. На таком открытом солнце в пик долго находиться нельзя, но Аико настолько разнежилась, что просто уснула. Открыла она глаза только в лазарете под разговоры двух людей. Ими оказались медсестра и Даичи. — Что произошло? — сонно спросила девушка и попыталась встать. Голова тут же начала кружиться. — Скажи спасибо этому молодому человеку, — проговорила работница медпункта и потрогала лоб лежащей. — Температуры вроде нет. Голова кружится? — Кавасаки кивнула головой. — Ты уснула на крыше школы и почти что схватила тепловой удар. Но, кажется, ты просто обгорела. Я выпишу тебе мазь и, как почувствуешь себя лучше, отправишься домой. А пока лежи и не вставай. Если что-то нужно — позовешь. Работница удалилась по своим делам, оставив Даичи и Аико одних. Парень присел на стул рядом и вздохнул. — У меня нет сил тебя поругать, — честно признался парень. — Я слишком сильно перепугался за тебя. А если бы я там не появился? Прошу, думай в следующий раз, прежде чем что-то подобное вытворять. И на тренировку можешь сегодня не приходить, тебе лучше отлежаться дома. Накао отпущу с тобой. — Только не его! — испугалась девушка. — Я не хочу, чтобы он знал об этом инциденте. И я чувствую себя намного лучше. Правда. Тем более, что мы еще не успели поговорить. — Прости, но ты слишком эгоистична, — ответил Даичи и встал. — Не следует скрывать такое от близких людей и губить собственное здоровье. Подумай о чувствах брата. Савамура пожелал девушке выздоровление и вышел, оставив ее одну. На этот раз Аико всплакнула над тем, какая же она дура. Все-таки надо пойти на эту чертову тренировку и поговорить с братом. Поглядев на время, она постепенно начала собираться. Тренировка начиналась через сорок минут. Этого времени было достаточно, чтобы раскачаться и, как ни в чем не бывало, пойти на тренировку. Дверь в медпункт открылась, и туда зашел Накао с двумя сумками за плечами. Он поставил их на землю и внимательно посмотрел на сестру. Ее красная кожа и растрепанные волосы давали полную картину о том, что же с ней приключилось. Остальное рассказал капитан. — Тебе Даичи рассказал, да? — спросила Аико. — Слушай, я… — Ты идиотка, — произнес парень. — Причем самая настоящая. Ты хоть знаешь, как я волновался за тебя?! Тебя на уроке не было! Ко мне капитан с испуганными глазами подходит и говорит, что нашел тебя на крыше, лежавшую без сознания! Мне чуть плохо не стало. Я мчался сюда, как только мог. Господи, как же ты бесишь меня, — парень перестал кричать и перешел на более спокойную интонацию. — Для тебя брат — чужой человек? Выходит, что так. Аико не выдержала. Слушая речь Накао, она разрыдалась и кинулась обнимать его. От парня как всегда пахло одеколоном, который она подарила ему на Рождество. Такой родной и приятный запах, который не перепутаешь. — Накао, прости меня! — рыдала девушка. — Ты мне очень дорог. Я тебя очень люблю! Прости, пожалуйста, меня. Я обещаю, что буду слушать тебя! Кавасаки прижал сестру к себе и поцеловал ее в макушку. Такая хорошая, такая маленькая, такая своя. Ее слезы всегда вызывали боль в его груди. Они росли как один человек, но сейчас пора начать становиться личностями. Перестать зависеть друг от друга и жить своими жизнями. — Ну что, пошли на тренировку? — улыбнулся парень, посмотрев сестренке прямо в глаза. — И вытри свои слезы. Ты теперь красная, как рак. Хотя, до этого у тебя внешность была не лучше. — Дурак! — улыбнулась Аико в ответ и вытерла слезы. — Пойду умоюсь и мазью намажу лицо, а то так совершенно ходить нельзя. В ее голове промелькнула мысль о Нишиное, но, вспомнив последние события, печаль охватила ее сердце. Ради кого теперь стараться? Накао улыбнулся девушке и посмотрел в окно. Когда-нибудь ему все же придется отпустить свою сестру и дать ей спокойную жизнь, но до этого времени стоит оберегать ее. По крайней мере, пока не найдет себе достойного защитника, который будет любить ее и никогда не бросит, в отличии от некоторых.