Закрытая школа. Потерянные души

Через десять минут в гостиной появилась Селин, умытая, причесанная, но она как-то странно себя вела. Остановилась на проходе и застыла там статуя, глядя в пустоту. — Проходи, не бойся, — позвал ее Лакри. — Теперь все нормально? — Нет… Мои линзы, они упали в раковину… Смылись! Я… — она замялась, не так то легко признаваться, что ты ни черта не видишь. — плохо вижу… — Понятно, — подытожил он, вставая с кресла и направляясь к девушке. — Ничего страшного, очки или запасные линзы же есть? — Лакри взял ее за руку и повел за собой. — Только в комнате… — Я тебя провожу, не волнуйся, — успокоил он ее, усаживая на диванчик возле огромного камина. — Спасибо. Я отвлекаю вас наверное, от работы или каких-то дел, — она чувствовала себя неуютно в таком беспомощном состоянии. Носик сморщился, но она сдержала слезы. Не хотелось снова истерить при нем. — Мой телефон, кажется я выронила его у дерева… — Да нет, что ты… совсем не отвлекаешь. Не переживай об этом, — Лакри снова обнял ее, поглаживая по плечу. — Сейчас отправимся туда и поищем. Ну, точнее, я поищу. Потом провожу тебя в блок. — Селин, я еще хотел спросить тебя… А где ты была все это время, когда пропала Зои? Хотелось бы, уберечь тебя от ненужного допроса полиции… — добавил Лакри, серьезно глядя на девушку, в его глазах блеснул черный огонек, но Селин этого не видела. — У тебя же есть алиби? — Что? — ее глаза расширились от страха, но она быстро опустила голову. — Мы с Чарли гуляли… — она замолчала. Не говорить же ему, что эта прогулка длилась всего час, и закончилась крайне неприятно. Чарли был настроен переспать с ней, а когда она отказалась, обозвал ее слепошарой дурой и послал к черту. Так что, никакого алиби у нее не было… Это удручало. Она вновь нашла рукой медальон на груди Лакримосы и сжала его в ладони. Столько вензелей и каких-то переплетений, и совсем теплый на ощупь. — Вы гуляли… а дальше? — спросил Лакри, когда пауза в рассказе девушки затянулась. — Во сколько ты вернулась, что еще делала? — Ничего не делала. Поругалась с Чарли, и гуляла одна, — соврала она, не глядя на Лакримосу. — До утра! А потом сразу пошла на занятия… — Да, алиби не очень… — вздохнул Лакри. — Ну, что-нибудь придумаем. Пойдем, поищем твой телефон, — он помог девушке встать и аккуратно повел ее следом за собою. Вскоре они были на месте, возле дерева. Мужчина оставил девушку стоять на месте, а сам принялся за поиски. — Скажи мне свой номер, я тебя наберу, — попросил он, выуживая из кармана брюк свой мобильный. — Так будет быстрее. Селин продиктовала свой номер по памяти. — Я решила вернуться в дом к брату, — сказала она между делом. — Там в комнате, все напоминает о ней… — Это правильное решение, так будет лучше. — согласился Лакри, быстро набирая номер девушки. От куда-то вдалеке послышался звук вибрирующего телефона и мужчина подался в ту сторону. — Ты жди здесь, похоже, нашелся твой телефон. Лакримоса уверенно шел в сторону звука. И вот он, утерянный мобильный. Но мужчина не торопился возвращаться, медленным шагом он шел назад, при этом на ходу разблокировал экран и открыл последние вызовы девушки… — Держи, — телефон упал прямо в ладошку девушке. — И больше не теряй, — улыбнулся Лакримоса. — Теперь в блок за вещами? — Спасибо! Да, за вещами! — она улыбнулась и спрятала телефон в карман. — А где вы работали раньше? — В цветочном магазине. С самого детства бабушка привила мне любовь к цветам… Правда, когда ее не стало, я не смог держать его один. Пришлось продать его и искать себе другую работу. Что-нибудь попроще, но… Как видишь, все равно сад и цветы притянули меня к себе обратно и вот я здесь. Работаю теперь садовником… — ответил Лакримоса. — А ты кем хочешь стать? Что тебе по душе? — Я еще не знаю кем, но я очень люблю лошадей. Мы с… Зои постоянно катались, а теперь… — она вздохнула. — А цветы я тоже люблю, они такие красивые. Хоть лошадь и стала причиной моего плохого зрения, — добавила Селин. — С детства я обожала лошадей, только о них и грезила. И Джонатан водил меня иногда в конный клуб по выходным, мы катались на лошадях. Я дни считала до этих моментов. Однажды лошадь, на которой я ехала, понесла и сбросила меня. Я ударилась головой о камень, и практически потеряла зрение. Конечно, в очках или линзах я вижу, но без… Полная фигня! Но денег на операцию у Джона столько нет, да и шанс, что она поможет, очень мал. Поэтому я и… — тут она замялась, — могу лишь мечтать, что когда-нибудь вновь смогу хорошо видеть и без очков. Но лошадей я все равно очень люблю, и катаюсь при каждом удобном случае. — Ты молодец, не бросила любимое увлечение. А хочешь, покатаемся как-нибудь вместе? Лошадей я тоже люблю. Правда, катаюсь не очень. Может, подучишь древнего Лакри, — он усмехнулся, глядя на девушку. Она была такая милая и непосредственная, мужчина невольно залюбовался ею. Хотя, Селин нравилась ему давно, со дня первой их встречи. Когда Джонатан пришел на обед к Лакримосе и привел свою младшую сестру знакомиться. На каждой встрече девушка была молчалива и скромна. Они никогда и не общались, лишь Лакри обсуждал какие-то дела с ее братом. — Древнего Лакри! — она рассмеялась. — Конечно, хочу. Одна я кататься не люблю, а Джон вечно теперь занят. Они не заметили, как дошли до женского блока. — Я только не помню, куда положила очки, — Селин присела на кровать. — Может, на тумбочке, или где-то еще… Лакри оглядел комнату девушек. — На тумбочке нет. Я взгляну внутри, можно? — не дожидаясь ответа он распахнул дверцу. Она хотела было возразить, но смолчала. Очков там не оказалось, зато Лакримоса увидел там кое-что другое. Небывалой красоты подвеска, виднеющаяся из-под тетрадок, тускло переливалась в свете, падающем из окна. Любому было ясно, что это очень старинная и дорогая вещь.