Война сердец

Сбываюсь со счету, в который раз, я провожу руками по подолу своего краткого платья и в который раз осматриваю себя в зеркале. Коротенькое платьице, выше колен без бретелек с глубоким вырезом и с корсетом, так что моя талия выглядит настолько тоненькой, что можно ножом резать. Немного трудно дышать, но это цветочки. Решив довершить свой наряд, я обула черные ботильйоны на высоком каблуке и со шнуровками. Свои непослушные волосы я уложила в «аля-волосы только что проснувшегося человека, на котором прошлось стадо коров». Да, знаю с моим-то сравнением я далеко пойду. Последний штрих и эта большая ведьмовская шляпа. Сегодня я буду ведьмой. Ага, еще я победила в споре с Эмби. Она сначала думала, что я буду какой-то невинной принцессой или же русалкой. Ага, конечно же, я в классе в четвертом так одевалась на Хэллоуин. Нет уж, на этот раз я буду злым персонажем. Снова осмотрев некоторые детали в своем образе и, взяв сумочку, перед тем как выйти, наливаю себе стакан воды и запиваю таблетку. Я больше так не могу. Эти таблетки мое, как и спасение, так и гибель. Я знаю, что увеличиваю дозу позволенного, но, черт возьми, они мне нужны. Я уже давным-давно отошла, начала справляться без них, но в тот момент они мне нужны были. В тот момент, после того, как он сильно вцепился рукой в мою шею, стал переломным моментом, который снова заставил вспомнить, то, что давно должно быть захоронено глубоко во мне, но он позволил прошлому вернуться и ногтями разорвать пелену, которая держала все, что не давало мне сорваться. Черт возьми. На стиральной машинке начал беспощадно пищать телефон и взяв его в руки, на дисплее начал высвечиваться номер папы. — Привет, папочка! — Подняв трубку, весело я защебетала не свойственным голосом. Придется лгать. — Привет, что-то ты очень веселая. Началась вечеринка? — Очень тихо спросил папа. Кажется, бабушка спит, и он не хочет ее будить. Веселье во мне играет только из-за таблеток. Кажется, они начали действовать. — Можно и так сказать. — Хорошо не буду тебя отвлекать, только хотел узнать, как ты и все ли хорошо. — Встревожено, даже как-то для отца он спросил. — Да, нет, все отлично. Мы прибыли на место без происшествий, и вся поездка была, не поверишь на высшем уровне. Частный самолет, напитки, удобства все. — Я и не сомневался, что так и будет. — Уже не очень весело пробубнил папа, но все, же продолжил расспрашивать нужно ли мне что-нибудь и когда я буду дома. Еще некоторое время я разговаривала с папой, но благодаря волшебному стуку в дверь, я должна была попрощаться и выйти. Эмби сначала встревожено осмотрела мое лицо и коснулась ладонью щеки. — Зои, у тебя как-то странно красные щеки. Все нормально? — Обеспокоенно спросила Эмби и наклонила голову, чтобы рассмотреть мой наряд. — Ух, а костюмчик просто отпад. Кто-то дар речи потеряет. — Просто румян нанесла больше, чем хотела. Соврала я Эмби и чтобы она меня не раскусила, обошла ее и оценила ее наряд. А она также ничего себе выглядит. Весь ее вид просто кричит о какой-то невинности и скрытности. Белое платьице, с пышной юбкою выше колен, вверх, как и у меня без бретелек, но с кружева и со специальной подкладкой, чтобы ее округлости не просвечивались. Сзади спины большой вырез и на какой-то не знаю штучке, держатся белые крылья. Я бы сначала подумала, что она моя противоположность и решила быть ангелом, но накрученные в крупные локоны волосы и на ее голове большой колпак говорили, что никакой, то там ангел, а фея. Вау, она красивая, особенно весь этот образ дополняют туфли на очень большом каблуке. — А кто-то постарается прикрыть все твои сладости и будет разжигать в тебе очень большую дыру. — Кто-то будет занят разглядыванием другого тела и покрасивее. — Буркнула Эмби. Я только на ее слова тихо засмеялась и, обняв ее, тихо прошептала. — Ну, как и другой будет занят разглядыванием других женских прелестей и не очень-то красивые прелести не привлекут его царское внимание. — Я не грустно высказалась, потому что знала долю в своих словах правды и ничего обратимого. Даже если он посмотрит на меня то и вспомнит, как я упала сегодня лицом ему на колени в самолете и дала ему возможность пометить себя, как его собственность при всех. — Тогда мы официально свободны и одиноки на этот вечер. — Вскрикнула очень громко Эмби и, взяв и свою сумочку, мы с Эмби направились на самый разгар вечеринки. И это еще мягко сказано. Как только мы с Эмби вышли на палубу, которая находится выше и нужно на нее подняться на ступеньках, музыка уже грохотала со всех сторон, так что даже люди которые живут неподалеку, могли бы услышать. Народу можно сказать когда мы только прибыли было почти незаметно, а сейчас будто каждый прилетел на частном самолете, чтобы отметить День Рождение Дэвида, который, кстати, сейчас вальяжной и немного пьяной походкой подходит к нам с Эмби. Украшения уже все давным-давно развешены, на столах стоит только самая дорогая выпивка и различные закуски. Небо уже покрылось темной синевой, звезды уже на месте и источником света только не настоящие факела, большущий клубный шар, который прикреплен хрен, знает, на чем и прожекторы. Притом, что все в разных костюмах чувствуется какая-то атмосфера и можно сказать, что это одна из тех самых мажорных и самых лучших вечеринок на которых я только была. А это по счету только вторая. И мне это начинает нравиться. Уже подойдя ближе, Дэвид по отдельности обнял нас и, выпалив очень громко сквозь музыку поздравления парню, он начал пьяно говорить. — Если вам сейчас предложат шампанское, лучше уже переходите на что-то крепче. Я думал то рекомендованное французское шампанское вкусное. Ни хрена! — Заорал Дэвид, так что некоторые кто стоял ближе к нам, странно посмотрели. — Тогда мы последует твоему совету. — Отмахнулась Эмби и потянула меня к бару. — Давай закажем какой-нибудь для начала коктейль, а потом как пойдет. — С хитрой улыбкой предложила Эмби. Я согласилась. Мне нечего терять. Мы с Эмби заказываем два «морских бризы». Допив коктейль, который теперь точно будет в списке лучших, взяла за руку Эмби и потащила ее на танцплощадку. Сначала играли очень известные треки, и мы с Эмби то подпевали, если знали слова и танцевали под ритм, как только могли. Мне было весело, даже притом, что я выпила очень мало. Но потом когда начали играть более мощные и веселые песни, под которые так и хотелось отрываться по полной, захотелось пить. Как-то я обошла большую кучку людей и заказала себе еще два коктейля. Я присела на высокий стул возле барной стойки, и как попросил бармен, жду своего заказа. Обернувшись к большой толпе, которая еще в два раза стала больше, начала разглядывать Эмби к которой не очень-то прилично прижался мне незнакомый человек и начал с ней танцевать, стоя сзади ее спины и сжимая ее задницу. Кажется, Эмби как-то даже сильно ударил в голову коктейль, потому она не начала бить его по рукам или же угрожать, как бы я сделала, что оторву его руки, а просто продолжала танцевать. Но повернув взгляд, я увидела недалеко от нее возле стены Джона, который как только увидел эту сцену, очень даже для меня заметно сжал руки и прыснул в сторону. Мдаа и не приведет в порядок головушку Эмби? Кажется, Джон почувствовал, что кто-то его до сих пор прожигает не то чтобы желанием и похотью, как это делают другие девушки, мне чисто насрать на этого парня, а недопониманием и отвращением. Он лучший друг брата Эмби, мог бы немножко разукрасить лицо того ублюдка, который лапает мою подругу. Нет, чтобы взять и встряхнуть немного Эмби, он приподнял в немом вопросе свою густую бровь (мне бы такие) и этой тупой, расслабленной походкой подходит ко мне и садится напротив. Мерзкий говнюк. — Чего тебе, Джонатан? — Кажется, брюнетик не привык к такому обращению и с отвращением прыснул, вытягивая довольно-таки дорогие сигары. Элитные. — Не называй меня так больше, если тебе дорог язык. — Буднично и как он думал, что его слова станут для меня угрозой, но не на ту напал мальчик. — Если тебе дорог твой дорогой друг, ты знаешь, о чем я и не хочешь потерять популярность среди девушек, лучше не угрожай мне больше. — Стукнула я ладонью о барную стойку и, подняв свой стакан коктейля, сделала довольно-таки большой глоток. Я уже хотела встать, как этот ублюдок, больше его никак не назвать, потянул за руки и заставил снова сесть. — Если ты еще раз так сделаешь, я тебе обещаю… — Я не договариваю свою достаточно популярную фразу, которую множество парней знает, как меня Джон, очень стильно одетый в белую рубашку и в черных джинсах в обтяжку, перебивает. — Нам нужно поговорить. — Как-то уже более серьезно сказал он. О чем же таком серьезном мы должны поговорить? — Как ты видишь, мы уже разговариваем. — Сарказм и юмор я свой не потеряла и ответила им, что конечно для этой ситуации не очень нравится Джону. — Ты можешь хотя бы минуту побыть серьезной? — Цокнул раздражающе Джон. Ух, кажется, кто-то, как и его друг не умеет держать себя в руках. — Я серьезна, как никогда. — Еще один глоток и я снова метнула взгляд к Эмби. Тот парень все еще ее лапает и ей видно чисто похуй на него. Нужно что-то с этим делать. Я в обиду свою подругу не дам. И можно ли уже называть нас подругами? — Ты можешь здесь дурно не тратить время и пойти немножко встряхнуть головушку Эмби? А то тот парень, скоро ее там изнасилует своими руками, если так вообще возможно. — Невозможно. С этим разберусь, а пока я должен встряхнуть немного тебе головушку, дорогая. — Снова, как тогда в самолете вокруг этого парня появилась не очень-то дружелюбная черная аура и теперь прожигает все мои внутренности своим недовольством. — Чего? — Я недовольно поморщилась и допила свой первый коктейль. Черт не помню, как он называется, так как его мне посоветовал бармен, а он очень вкусный и хотелось бы знать его название. — Ты пожалуй не подходи к Тоби больше. Окей? — Выпалил Джон. Не ожидала такого. Да, пожалуй, я бы не подходила к нему, но в этом есть проблема. Я дружу с его сестрой и как бы я того не хотела нечаянно не встретится с ним в маленьком городке, невозможно. — В этом есть проблема… — и снова он перебивает меня. Ненавижу, когда я не договариваю. — Ты мать его любишь? Да, нет Зои, блять пожалуйста скажи что это не так? — Еще одно слово и честное слово, я бы чертыхнулась с этого, черт возьми, высокого стула на головку и это была бы не очень-то красивая смерть. Я и любить Тоби? Тоби Максвелла? Ваау, я в шоке. — Ты что сам его любишь и ревнуешь ко мне? — Упс. Я выпалила эти слова, не подумав, но что я могла подумать, когда один парень запрещает какой-то девушке, но в этом случае мне сердцеедке (ахахаха, шучу) подходить к его другу? Только одна мысль: он че гей и ревнует? — Блять. — Джон чуть не поперхнулся дымом от сигары и начал кашлять. — В каком я месте гей, ааа? — Ну, ты угрожаешь мне не подходить к твоему другу и странно себя ведешь. — Пожав плечами, я начала пить свой новый коктейль. — Ну, какой бы гей хотел трахаться с девушками, если он любит парней? — Я-то откуда знаю, а? — Так короче, почему для тебя это такая большая проблема? Ты же не его какая-то там фанатка или же тайно любишь. — Уже более спокойно спросил, Джон. Меня эта тема разговора немного раздражает и ошеломляет. Че, он пристал то ко мне? — Ну, может, потому что я дружу с его сестрой, мы учимся в одной школе, ходим на некоторые уроки вместе и живем в маленьком городке? — Вскинула я руки в стороны, и логичнее, конечно, ответа нет. Потому что-то, что он просит немножко невозможное. — И какая же причина того, что я должна быть на расстоянии от него? Я бы с удовольствием, но… — Да я уже понял. Мне нужно идти спасать Эмби, а то ты права, этот парень кажется, первый кто изнасилует ее руками на танцполе. — Докурив сигару, Джон потушил ее и ушел в толпу искать Эмби. Мдаа очень полезный разговор. Я так и не поняла, почему он требует от меня быть подальше от Максвелла. Я бы уже давно убежала бы от его гадкой сущности, но как? Сейчас этот болван прожигает меня своими льдисто зелеными глазами, а что если он своей вальяжной походкой подойдет? Начать кричать, чтобы отошел, и прятаться от него? Я этого не смогу, он все равно найдет меня и все равно будет свои шутки кидать в мою сторону. Я смотрю прямо в его глаза, такие темные, как сейчас ночь. Он сам не отвел взгляда от меня и внимательно, как будто хочет запомнить каждую черту моего лица, проходится по мне, как жар по всему телу во время самой высокой температуры. Ему все равно на распутных и в вызывающих коротких платьях девушек, которые вьются возле него. И это должно мне нравиться или же я должна быть довольна, что все его внимание сосредоточено на мне. И да мне приятно, но и чувствую себя особенной, и черт не могу себе в этом признаться. Никакая я не особенная. Ничего во мне нет такого, чего нет в других. Еще два шага он будет возле меня. От разговора с ним мне не уйти, но сейчас не время. Меня немного удивляет, что он не смотрит на меня своим насмешливым взглядом *аля-я-помню-как-ты-упала-лицом-на-мои-колени*. Ему как будто все равно на тот инцидент. Еще один шаг. Не могу не заметить, что ему черная рубашка подходит даже больше, чем тому бармену и темно-синие в обтяжку с дырками джинсы. Ахх, так и можно себе представить сильные бицепсы на его руках, которые обтягивает эта никчемная теперь рубашка. Наверное, она сделана из самой дорогой и лучшей ткани, но разорвать ее будет… Черт, черт, черт возьми!!! О чем я думаю? Не может быть, что я в него… Стоп! Это невозможно. Я его ненавижу и точка. Больше ничего. Я широко открываю рот, еще шаг и он очень близко возле меня, но как будто высшие силы, которые на этот раз мне помогли, заставили меня закрыть рот и натянуть улыбку, когда образ чертового Максвелла загораживает, не могу поверить, Алекс. Я думала, Максвеллы его недолюбливают, но опустив взгляд на его внешний вид, я сразу, же поняла, почему он здесь. — Привет, Зои! — Искренно обнял меня Алекс и в этот момент, я чуть не поперхнулась недавно допитым коктейлем. Тоби настолько изменился в лице, его скулы стали такими ярко выраженными, они такие напряженные, как и каждый мускул в его теле. Его взгляд больше не тот горячий и полон похоти, он яростный, раздраженный и даже печальный. Первый раз вижу в нем такое. Чем он разочарован? Опустив взгляд, Тоби поворачивается и уходит в противоположную сторону. Я отстраняюсь от Алекса и вежливо спрашиваю. — Так ты здесь работаешь? — А ты развлекаешься? — Смущенно спросил Алекс, черт лучше бы я не спрашивала его. — Не хочешь составить мне компанию? — Извини, Зои. Я бы с удовольствием, но работа есть работа. Если узнают, не заплатят и уволят. — Пожав плечами, Алекс обнял меня на прощание и ушел дальше работать. Я сейчас со скуки умру. Посидев еще минут пятнадцать на барном стульчике, я спустилась ниже на палубу и, облокотившись на перила руками, вдохнула побольше воздуха. Здесь никак уж и тихо, но музыка хотя бы немного оглушена. — Там наверху тебе помогла удача, и ты отмахнулась от разговора со мной, но теперь мы одни и нам нужно поговорить. — Если бы здесь стояла сплошная тишина, я бы очень сильно испугалась, но так я только безразлично обернулась. — Ты имеешь виду, что Алекс благополучно спас меня? — Мои слова прошлись по нему как ножом, если бы не его глаза, которые сверкнули злобой, я бы этого не заметила. Но они сильно ударили по нему. — Так ты не хотела, чтобы я подошел к тебе? — Шаг. Очень медленный еще один шаг вперед. Я только делаю еще один назад и сильно опираюсь о перила яхты. — Ты имеешь виду, что я горела желанием провести с тобой свое время за светской беседой? — Изогнув брови в издевке, Тоби ничего не отвечает, только специально больше не идет медленно, а резко, очень быстро подходит ко мне и прижимает своим телом к перилам. — Скажи мне прямо в глаза. — Горячо прошептал он мне на ухо, заводя прядь волос назад. — Что сказать? — Все еще играя в свою игру, спрашиваю я его, будто не понимаю о чем он, еще и до полной картины, пожимаю плечами. — Скажи, что ты не желала со мной говорить тогда и сейчас хочешь, чтобы я ушел. — Мои руки ложатся на его широкие плечи, и я не уловила во всем этом подвоха, ударила его в плече кулачком, и он укусил меня за мочку уха, так что я громко пискнула. — Больно же, черт возьми. — Ответь. — Наклонив голову в сторону Тоби внимательно и ожидающе начал рассматривать, как тогда мое лицо. Снова внимательно заостряет свое внимание на моих глазах, прожигает в них сумасшедших размеров дыру. Потом острые скулы, проводит по ним пальцем. Это так интимно, если бы я не была Зои Нортон, я бы наслаждалась этим моментом вечность. Все будто вокруг нас не существует. Этот момент, как в книгах описывают «кроме него в этот момент ничего и никого нет, только он». Да, я бы солгала, что сейчас у меня в животе не порхают бабочки, не бегают мурашки по коже, но это было бы самой никчемной ложью. Его ладонь медленно опускается к моим губам, он проводит пальцем по верхней губе, а потом по нижней. Черт возьми, мои глаза сейчас должны быть с размера яблока, потому что на его губах расплывается довольная и искренняя, твою мать, улыбка. Не могу поверить. Его пальцы спускаются к моему подбородку и поднимают голову немного выше, чтобы наши глаза была на одном уровне. Спасибо высокому каблуку, что я сегодня не самый низкий гном. — Не лги мне и ответь на вопрос. — Немного сильнее сжав в руке мой подбородок, он снова вцепился своим взглядом в мои глаза. Если отвечу, тогда мне конец. Я признаю, хотя и не прямо, но в себя в голове уж точно. Это будет низкое мое падение. Я не могу, снова кому-то так быстро доверится полностью еще такому бабнику, как Максвелл. Я не могу принять поражение. — Я. — начинаю заикаться, и мое дыхание учащается. Кровь бежит по венам, как сумасшедшая. Ладошки потеют. Черт возьми. Я не смогу признаться. Нужно что-то придумать, и отклонится от вопроса. Думай, думай, Зои. И как будто в мультиках появляется лампочка. — А почему ты не ночевал дома? — Его глаза сразу же расширяются и его брови ползут вверх. — Как всегда меняешь тему и отворачиваешься от ответа? — Внезапно шипит Тоби и опустив руки на мою талию, прижимает еще ближе к себе, так что моя грудь в очень опасной близости. Черт, он не отводит от меня глаз, если я первая это сделаю, проигрыш на моей стороне. А я больше не могу выдержать его взгляда. — Почему я всегда должна отвечать на твои вопросы, а ты нет? — Сжав руки в кулаки, я начала его быть по плечам, чтобы хоть как-то отстранить его от себя, но он даже пальцем не пошевелил. — Если я отвечу, тогда и ты должна будешь ответить? — Я сначала машу головой в отрицательном ответе, по потом поднимаю брови вверх. — Почему для тебя это так важно, хочу ли я твоего общения или нет? — Прикусив нижнюю губу, я увидела какой-то блеск в его глазах. Что он значит? О чем он думает? Почему в моей жизни всегда все доводится к таким парням, как он? — Чтобы знать, не напрасно ли я все это делаю. — Что делаешь? — Я не понимаю его ответа. Что он имеет ввиду? — Я уже давно не ночевал дома. Сначала после того балла, когда ударил отца и Эмби обиделась на меня и кажется она все еще в обиде на меня. Мне было тяжело видеть лицо своего отца, так как я знаю, как он будет смотреть на меня. После всех наших ссор его осуждающий взгляд, только и означает, что он сожалеет, что я его сын. — Таким еще откровенным Тоби со мной не был. Он открылся своими отношениями со своим отцом. — Дальше я не ночевал, потому что ударил Эмбер. — Он опустил взгляд и потупил его в пол. — Что ты сделал? — Очень громко вскрикнула я. Он не мог этого сделать. Он ее брат. Родной брат. — Я не хотел. Это случилось в тренажерном зале твоего отца. — Точно. Отец что-то рассказывал о какой-то потасовке, но я не очень-то вклинивалась в него. — Она видела, что я был на взводе, когда дрался с Алексом, что лучше все оставить как есть, но нет, она стала позади меня, прямо, так что я откинул ее. Я не хотел этого делать. — Почему ты дрался с Алексом? — Тебе лучше этого не знать. Пока что я не могу тебе этого рассказать. — Он что-то не договаривает, но по его выражению, можно так и понять, что он ничего не расскажет. — Теперь твоя очередь, Зои. Теперь моя очередь. Я не могу ему сказать правду, потому что это ударит меня сильнее прошлого, которое должно быть забытым. — Я хочу продолжить наше общение. Я хочу продолжить все и перейти на новый этап. — Я провожу по его красивым местам и наклоняю голову, когда он касается своей ладонью, моей щеки. — Ты в этом уверена? — Его уверенный голос и такой надежный вид кричит о том, что если я ему не доверюсь, все пойдет не так как я об этом мечтала. — Я доверяю тебя, Лео. — И я сказала впервые эти слова. Он не первый парень, но первый кому я открылась и доверилась. На его лице появляется улыбка, искренняя и такая красивая. Его губы накрывают мои и вот этот момент, когда все перевернулось с ног на голову. — Зои, — Тоби начал трясти меня за плечи, я хотела его оттолкнуть и накричать, чтобы свалил, но когда опустила свой взгляд на свои руки. Черт. Мои глаза расширяются в миг до сумасшедших размеров, а руки продолжают покоиться на шее Максвелла и сжимать ее. Черт, черт возьми. Я сразу же убираю руки с его шеи и толкаю в плечи. Раз, второй. Он не отходит. Черт, пусть отойдет. Я начинаю задыхаться. Мои руки трясутся, как у старушки, уши горят, а громкое стуканье сердца можно услышать сквозь музыку. Я продолжаю всеми силами, которые только у меня остались бить по его плечам, но Тоби только стоит на своем и взволновано смотрит. — Зои, тебе плохо? — Я не могу ничего вымолвить. Слова будто исчезли из моего лексикона, и осталось только стоять с открытым ртом и тяжело дышать. Кажется, я сейчас упаду. Все вокруг начинает расплываться. Нет, нет. Только не сейчас, не перед этим человеком. — Максвелл отойди от нее! — Я поворачиваю голову и вижу недовольный взгляд Дэвида. Тоби отпускает меня и подходит к нему. — Что уже протрезвел? — С издевкой очень отдаленно спросил, Тоби. Я обернулась спиной к парням и открыла сумочку. Вытянув таблетки, взяла себе три и сразу же все глотнула. Должно помочь. Должно, но не помогает. Я больше не слышу музыку, она как будто за 2 километры отсюда, голос парней слышно очень заглушено, как будто не в несколько шагах стоят от меня. Опираясь на перила яхты, я делаю большой вдох, но впереди глубокая и темная ночь так и зовет сделать шаг и протянуть. Что-то в сознании глубоко кричит, что дальше и ничего нет и внизу только вода. Но мне так плохо, перед глазами все плывет. У меня шок. Я снова вспомнила его. Лео. Как давно я не могла не то чтобы в голос сказать его имя, даже в мыслях. А теперь мне полегчало. Он был из тех, кто сделал с меня сильную. Кто заставил не быть размазней и сделать шаг вперед, потому что если не сделаю буду трусишкой. Я закрываю глаза, слышу, как громкий голос Тоби зовет меня, но закрыв глаза, я чувствую как все мое тело больше не как напряженная струна, а маленькая и тоненькая ветка, которая в любой момент может упасть. Слышу крики позади себя и понимаю что что-то не так. Больше под моими ногами нет твердой земли. Я ничего не чувствую. Открыв глаза, начинаю кричать и последнее что вижу полные страха зеленые глаза. Подо мной теперь сплошная вода, а я как самый легкий камушек со всплеском упала. Вода проникает через нос, рот внутрь. Я начинаю задыхаться. Меня наполняет еще больший страх. Но теперь не доверится человеку, а умереть. Мои руки отяжелели и больше не слушаются меня. Я хочу их поднять и начать плыть вверх, но только как никому не нужный камень иду ко дну. Мои глаза все еще открыты, передо мной все, как смотреть в окно после дождя, все размыто, стоит яхта. Это мой последний день? Я не могу умереть так. Я умею плавать. Но я сделала большую ошибку и смешала таблетки с алкоголем, чего нельзя делать. Я задыхаюсь. Мои легкие разрывает от недостатка кислорода. Вода проникает глубже и во мне все горит. Я чувствую свой медленный пульс. Вокруг себя больше ничего не вижу, только тьма и тишина. Вот так я хотела умереть? Нет, я хотела как все с любимым человеком, держа его за руку. Мое тело полностью взмокло до нитки и меня вода своими длинными руками тянет все ко дну. Внезапно мое тело больше не тянет вниз ко дну, чьи-то сильные руки хватают мое тело, крепко сжимают и секунда, и мы на поверхности. Я могу только все слышать и чувствовать. Ничего не могу сказать или даже сделать вдох кислорода. Вода мешает. Меня поднимают, и кто-то шепчет на ухо. Не сильно прижимают к себе, но мгновение, и я лежу на твердой поверхности, издали, а может и надо мной, сложно разобрать, слышно чьи-то смутно знакомые голоса. Сначала мне делают массаж сердца, кажется, но мне ничего не помогает. Все еще не могу открыть глаза, и я как будто сплю, с закрытыми глазами смотрю сон. Это ужасно. Я чувствую чье-то дыхание возле моих губ. Мне открывают рот и делают штучное дыхание. Раз. Два. Мягкие губы, которые вмиг исчезают, и я на бок выплевываю всю воду Мгновение весь страшный сон будто прошел; возвращается зрение, слух и я могу двигаться. Открыв глаза и откинув голову на стену, на меня накрыли что-то очень теплое и, закутавшись в чей-то теплый мужской пиджак, вижу перед собой мужскую фигуру, на которой одежда промокла до нитки, как и моя. Тоби. Он меня спас? Он… Я хочу сказать спасибо, но не успеваю, как на меня накидываются и начинают обнимать. Это Эмберлин. Она что-то шепчет, но я все еще смотрю в изумрудные глаза. Они больше не наполнены страхом, а облегчением. Он спас меня. — Зои, ты нас так напугала. — Осматриваю мне знакомых людей и опускаю лицо вниз. В правой руке Тоби находятся мои таблетки. Сейчас посыплются вопросы. Эмберлин отходит от меня и помогает встать. Дэвид также обнимает и виновато осматривает мой внешний вид. — Зои, это я виноват. Прости, меня моя дорогая. — Он еще раз крепко обнимает меня, и тогда я делаю шаг вперед к Тоби и виновато улыбаюсь. — Спасибо. — Что это за таблетки, Зои? Зачем тебе они? — Вот они, те вопросы, которых я так боялась. Я крепко сжимаю руки и выдыхаю. — Я не могу сказать. — Я опускаю взгляд в пол и протягиваю руки вперед, чтобы он отдал мне их. — Ты с ума сошла? Ты, черт возьми, только что не умерла! — Подойдя ближе Тоби начал трясти меня за плечи, и мои глаза встретились с его глазами. Вот он. Снова тот страх. — Ты снова будешь их пить? — Шипит Тоби. Я вижу, как Дэвид предупреждающе смотрит на Тоби, но тот не обращает внимания. — Я их тебе не отдам, слышишь? Хочешь убить себя? — Они мне нужны!!! — Не выдерживаю и громко вскрикиваю. Музыка все еще играет и меня, возможно, не было слышно. Но здесь все испуганно посмотрели на меня. — Ты не понимаешь, Тоби и никогда не поймешь, потому что ты избалованный, золотой мальчик, которому все равно на всех. Уйди вон!! Это не из-за таблеток мне стало плохо, а из-за тебя. У меня начался шок и он снова возвращается, когда я воспоминаю, как ты душил меня!!! — Толкнув парня ладонями, я забрала у него таблетки и хотела уйти, но он словил меня за руку. — Ты врешь! — Процедил сквозь зубы, Тоби. Да, я вру, но ему никогда не узнать правду, я не смогу. — Зачем тебе эти таблетки? — Он выхватил у меня их из руки, но упустив на пол, все рассыпались. — Идиот!!! — Вот значит как? Я спасаю тебе жизнь и вот твоя благодарность? Ну и хер с ним, лучше бы не спасал! — Его яд посыпался на меня, словно град во время солнечного дня. Я словно снова под водой. У меня вышибли весь воздух. Он не может так говорить. Это не правильно. — Максвелл убери свои слова назад! — Громко зарычал Дэвид и ударил Тоби со всей силы в лицо. — Эй, Зои вставай. Я потом соберу их, тебе нужно переодеться и принять теплую ванну. — Спокойно попросила Эмбер собрать Джона таблетки, а мы пока Тоби не видел нас и стоял спиной, убежали в свою каюту. Добежав до нее, я оперлась руками о колени и кажется, Эмбер хотела сама начать расспрашивать о таблетках, пока я не подняла палец вверх. — Не сейчас, Эмбер. Я не смогу тебе рассказать сегодня. — Я подожду. Расскажешь, если посчитаешь нужным. — Эмбер, обняв меня за плечи, чмокнула в щеку. Я зашла в просторную светлую ванную комнату с низким потолком и закрыла двери. Опершись спиной о двери, спустилась вниз и прижала колени к груди. Больше так не могу. Мне нужно кому-то выговориться, рассказать все, но я боюсь того осуждающего взгляда. Я боюсь, что они не поймут меня и будут смотреть по-другому. Первая слеза скатилась по моей щеке, также незаметно, как и следующие за ней. Так несколько и первый всхлип, а за ним второй. Мне все разъедает изнутри. Все горит и болит. Продолжаю плакать, пока не слышу громкий и настойчивый стук в дверь. Кто-то очень сильно хочет попасть внутрь. Если бы не голоса, подумала б что это Эмбер. — Уйди, Тоби. Оставь ее в покое! — Эмберлин пожалуйста помолчи. — Он продолжает сильно стучать по двери, но мое положение не меняется. Я все еще сижу и плачу. Так тихо, чтобы никто не узнал. — Я знаю, что ты там Зои. Открой дверь, я слышу, как ты плачешь. Прошу, давай поговорим. — Его голос настолько мягок, но те слова о том чтобы я продолжала тонуть не уходят из головы. — Прости меня за те слова. Я не хотел тебя обидеть, я просто был зол, что ты так парилась из-за тех таблеток. Ты можешь мне рассказать, зачем они тебе нужны? — Уходи, Тоби. Уходи, прошу. — Заикаясь громко и хрипло, я закричала. — Уходи прочь. Я не могу видеть тебя. Никого. Хочу побыть одной. — Тогда я сам узнаю, почему ты их принимаешь. — Настойчиво сказал Тоби. Я и не сомневаюсь в этом. И тогда я, наверное, буду готова рассказать или же просто буду все отрицать, как всегда. — Дэвид, кажется, знает о них, но он преданный друг, поэтому я не ожидаю от него ничего. Я был бы рад, если бы ты сама рассказала. — Он перестал стучать в дверь. Очень тихо. Он замолчал и Эмбер ничего не говорит. Такое чувство, будто все ушли. — Уходи, Тоби. Оставь меня одну. Я просидела еще так минут пять и потом аккуратно и тихо открыла дверь. В комнате была только Эмбер и, увидев мое заплаканное лицо, хотела сама подойти, но я сама подбежала к ней. Сев на кровать, опустила голову на ее колени и еще сильнее заплакала. — Все будет хорошо, Зои. Все будет хорошо.