Натуральные натуралки

Час назад.

      — Вот держи, — Реджина вложила в ладонь Кары небольшой пузырёк. Девушка нахмурилась.       — И что же это? — блондинистые волосы развивались на ветру вместе с алым плащом. Они с Реджиной стояли на крыше неизвестного высотного здания, семь часов вечера показывало на огромных электронных часах, что высвечивались на отражающем лучи заката небоскрёбе.       — Сторибрук недалеко, думаю, ты быстро справишься с таким расстоянием, — будто бы не слышала Реджина. Она смотрела вдаль. Некое триумфальное чувство играло в ней. Она пошла на крайнюю меру, перешла черту, это был её последний шанс, последнее слово, последняя надежда. Хотелось закрыть глаза на секунду и представить, просто представить, что этот незаурядный, имеющий чересчур много пробелов план осуществится. Но мечтать не было времени. Реджина достала из сумочки небольшой кожаный кошелёк и открыла его.       — Если это какая-то отрава...       — Это не отрава, — покачала головой Реджина и вслед за бутылочкой вложила в руку Кары фотографию.       — Это та, о ком я тебе говорила, ей нужно незаметно подлить зелье.       Каре всё это не нравилось, и хотя руки были свободны, а суперсилы остались при ней, она чувствовала себя связанной. Эта хитрая неизвестная женщина пленила её крепче любого инопланетянина, просто потому, что нити её состояли из чувств и эмоций Кары.       — Я вернусь в Сторибрук, — словно читала мысли Реджина, — и отстану от Кэт.       А если Реджина хотела убить эту девушку на фотографии её руками. Сознание Кары не собиралось униматься. А здравый смысл отчаянно кричал: «Нет!»       — Ничего плохого не случится, — ещё раз повторила Реджина, но видя сомнения на лице юной супергероини добавила: — Если не сделаешь, я расскажу Кэт о тебе, — секундная пауза. Кара продолжала смотреть в лицо ведьме, недоверчиво прищуриваясь.       — Я больше никогда не позвоню Кэт, — улыбнулась Реджина невинно и одновременно с присущим только королевам злорадством. Впрочем, напускном, её маска трещала по швам. Это то самое пограничное состояние, когда хочется истерично засмеяться и заплакать, причём одновременно, разбить пару бокалов и, возможно, выпить из горлышка всё вино.       Кара не переставала хмуриться. В её разуме было ещё множество сомнений, но аргумент про Кэт был решающим. Она поднялась в воздух.       — Как я её найду?       — Самое большое здание в городе, там... будет свадьба, — женщина замялась. — Ты узнаешь её, она... — ком в горле не давал говорить, — она невеста.       — А имя?       — Эмма, Эмма Свон.

***

      И ведь, казалось бы, что может пойти не так? Возможно, всё. Начиная с того, как Кара попадёт на торжественное мероприятие. С высоты птичьего полёта не заметить самое большое здание в городе было нельзя. Это тебе не Нэшнл-Сити, в конце концов. А маленький и тихий Сторибрук, где всего три улочки на весь город.       Кара подлетела к одному из огромных окон. Зал активно, можно даже сказать, лихорадочно готовили к торжеству, пока у входа на террасе собиралась толпа гостей, которым были поданы напитки и закуски. Эмма Свон была обнаружена в раздевалке с помощью рентгеновского зрения. Выглядела она подавленно и, прямо скажем, не так, как должна выглядеть женщина, которая выходит замуж за любимого… Вот если бы Кара женилась на Кэт… То интересно, она сияла бы как тысяча или как десять тысяч солнц? В любом случае, не так, как эта женщина. Девушка сглотнула, до неё внезапно дошло, что так просто подлить манну небесную от Реджины не получится.       — Привет, привет, — воскликнула Мэри Маргарет и быстро затрясла руку Кары. Женщина, запаренная и уставшая. Весь день она занималась торжеством и была как заведённая юла, которая всё никак не могла остановиться. Настолько уставшая, что не заметила на Каре быстро одетые гражданские вещи Эммы. Кара закашляла, её язык никогда не был подвешен, а в экстренных ситуациях, как эта, вообще имел способность неметь и заплетаться.       — Вы пришли помогать нам, как доброволец? — видя замешательство на лице Кары продолжала женщина. Кара быстро кивнула.       — Да, я доброволец.       — Спасибо, что откликнулись, у нас так мало рук. Я кстати Мэри Маргарет, — женщина продолжала сверлить Кару взглядом, назвав своё имя смотрела так, будто что-то ожидала от девушки. — Я Белоснежка, — добавила женщина, предполагая, что в зачарованном лесу её все знали, хоть не лично, но имя слышали. Кара была из Нэшнл-Сити и знала только одну Белоснежку из диснеевских сказок, у которой была развита шизофрения настолько чтобы говорить с животными. Пауза затянулась.       — А это Руби, — женщина потянула, проходящую мимо, длинноногую брюнетку, — Красная Шапочка, — представилась она.       Да, не так ей представлялась в детстве Красная шапочка. Каре подумалось, что это какой-то свингер клуб. Смотря на «Белоснежку» и её чересчур широкую улыбку, девушка решила, что сходство у неё с диснеевским персонажем больше, чем ей думалось в начале.       — А ты?..       — А я… — Кара хотела отшутиться, — я Сабрина, маленькая ведьма, — неловко засмеялась она. Но никто шутку не поддержал, более того, её восприняли всерьёз.       — Ничего, даже ведьмам мы рады, — кивнула Мэри Маргарет. Каре казалось, что, наверное, подобные слова говорят в секте. Не будь у неё суперсилы, она бы давно сбежала от этого сообщества сумасшедших.       — Пойдём, — Мэри Маргарет повела её к столам, которые сервировал мальчик, на вид лет тринадцати. Господи, они ещё и ребёнка сюда взяли.       — Привет, я Генри, — мальчик улыбнулся.       — Я, эм… Сабрина, — для Генри тоже это имя не звучало странно. Он вручил Каре корзинку со столовыми приборами. — Я кладу ножи, а ты вилки. Хорошо?       — Да, — девушка взяла приборы. От её взгляда не ускользнул грустный настрой мальчика.       — Генри, ты чего, не рад свадьбе?       — Я знаю, что это вроде бы хорошее событие, — мальчик раскладывал столовые приборы, — но мама не рада этому всему, если честно. Я говорю про маму Эмму, — добавил мальчик. Значит, этот парень сын жертвы, сделала пометочку в голове Кара. — …Да и, если честно, мама Реджина тоже не рада, — вздохнул он.       Диссонанс.       Кара не знала, что страннее. То, что все здесь называются персонажами из мультиков, или то, что у Реджины как бы… была жена, которая выходила за другого… или же они были в разводе, скорее всего. Кара немного зависла, пока мальчик не окликнул её.       — Хей, ты в порядке?       — Да-да, извини, — прервала свой невнятный поток мыслей Кара.       — Ничего, — покачал головой Генри. Он знал, что для человека, непосвящённого в его семейные дела, всё это звучит странно, и был немного раздосадован, что рассказал подобное незнакомке… Но чёрт, он больше никому не мог поведать страшную тайну, что этой чудесной яркой свадьбе рады не все. Кара похлопала по плечу.       — Уверена, что твои… эм, мамы справятся.       Генри улыбнулся и положил последний прибор на стол.       — Вот мы и закончили, — прокомментировал он и достал из-под стола сундучок.       — Что это такое? — не поняла девушка. Тогда мальчик приоткрыл его. Внутри на бархатной алой подкладке лежало два разных по размеру, инкрустированных разноцветными драгоценностями кубка.       — Древняя традиция. Из одного кубка будет пить моя мама, а из другого её жених.       Кара улыбнулась, теперь она знала, что делать.       — Тяни сильнее.       — Ух-х-х.       — Тяни туже.       — Ах-х-х.       — Тяни же, чёрт возьми! — Снежка — разъярённый барсук — командовала Руби, которая ломала рёбра Эммы, затягивая на её талии корсет.       — Перестань стонать, Эмма! Ты должна быть сегодня ослепительна.       Эмме ослепительной быть не хотелось. Ей вообще не хотелось здесь быть, что уж там говорить об ослепительности. Но её заставляли. Она поглядывала на часы, минуты тянулись ещё медленнее, чем на работе. Эмма постоянно пыталась себя чем-то занять. Настолько охотно, что эти неосознанные попытки даже можно было принять за вовлеченность в процесс, а если розовые очки имеют крайнюю степень тональности (такая степень только у Снежки), то вообще, лихорадочное перебирание пригласительных или подбирание праздничного букета не глядя, принималось за радостное ожидание праздника. Хотя на самом деле, всё было не так. Эмма пыталась занять разум, чтобы не задавать самой себе один лишь вопрос. Правильно ли она поступает? Это был тот самый случай, когда за горизонтом видна развилка в твоей судьбе, случай, когда следует определить по какой дороге тебе ехать. Разветвление маячило всё ближе, время незыблемо текло, свадьба и «долго и счастливо» с Киллианом приближались, этот поворот для всех казался лучшим...       Итак, правильно ли поступала Эмма Свон? Она не задавала себе этот вопрос, потому что знала ответ: «Нет».       Да здравствуют молодожёны. Все рукоплескали, музыка, священник что-то говорит, глаза Эммы всё обращались в зрительный зал, ей хотелось уловить взгляд одного человека. Только одного, взгляд, который развеял бы сомнения.       — Предлагаю вам выпить это вино в знак вечной любви друг к другу, — на серебряном подносе один из гномов Белоснежки поднёс молодожёнам кубки.       — Так выпейте же за вечность! — зал затих, а Эмма взяла дрожащими пальцами холодную ножку кубка. Ну вот и всё, вот она развилка и вот он поворот. Холодная жидкость наполняет рот. Она сглатывает и проваливается куда-то вникуда.       ...Реджина берёт страпон, и Кэт улыбается. Она медленно застёгивает на бедре позолоченную застёжку, попутно целуя оголённый живот женщины.       — Нет-нет-нет-нет! — замотала головой Кара, быстро вскочила на ноги и отпустила Эмму.       — Матерь божья! — воскликнула блондинка. — Это безумие, нужно отсюда выбираться.       Кара ринулась к двери, но она, будучи отпертой полчаса назад самой Карой, оказалось закрыта.       Эмма смотрела, как Кэт застёгивает вторую застёжку. Рука Реджины была в её волосах, и она не спеша проводила по кудрявым локонам. Две женщины смотрели друг другу в глаза и улыбались. Смотрели взглядом полным нежности... Ненависть, сметание, негодование ушли, осталась горькая ревность и грусть. А ещё чёткая уверенность, что так быть не должно, пришла вместе с пониманием, почему она так ревнует Реджину.       — Ты нашла выход? — крикнула Эмма Каре, безрезультатно дёргающей ручку.       — Нет, — прокряхтела девушка, что могла поднять космолёт, но не смогла открыть дверь.       — Не волнуйся, я знаю, что делать, — Эмма взяла тяжёлую чёрную от копоти кочергу, что стояла возле камина, и со всей силы метнула её в тёмное, непрозрачное окно. Под звуки бьющегося стекла, всё прекратилось.       Всё это было сном. Минутным помутнением, бог знает чем ещё, да по сути, неважно. Лицо Эммы было залито румянцем, она оглянулась, сердце вырывалось из груди. Чувство, будто она только что посмотрела неприличный сон, кошмар, который она не могла допустить. В руках до сих пор был кубок. Прошло всего несколько секунд с момента, как Эмма выпила зелье, всего лишь мгновенье, но мир её перевернулся на триста шестьдесят градусов. Понимание, что она делает ошибку, оглушало. Будущее стало ясно, кубок полетел на пол. Возможно, было не поздно вернуться на верную дорожку. Одними губами Эмма прошептала «прости» и повернулась в другую сторону. Под охающие звуки всего зала, Эмма рванула к выходу.       Белоснежка закричала, как резанный барсук, самые ужасные опасения стали реальностью, она быстро потянула деревянные двери, и они с грохотом захлопнулись. Но на пути к Реджине не было перед Эммой преград, она мгновенно поменяла направление и, побежав рядами, направилась к открытому окну. При каждом её манёвре зрительский зал охал, но никто не смел останавливать сумасшедшую женщину.       К счастью, опыт выпрыгивания из окна у Эммы был, а балетки без каблуков, сделали её приземление относительно безопасным (если вообще можно назвать прыжок из окна безопасным). Пышное белое платье еле влезло в узкое, но высокое окно. Она зацепилась подолом юбки о подоконник, и беспощадная сила тяжести сорвала с талии абсурдные кружева. Она мягко приземлилась в самую лужу, расплескав по белоснежному платью грязевые брызги, и немедля ни секунды, издавая пафосные чавкающие звуки, направилась к своему жуку.       Кара резко встала и начала оглядываться, ни Кэт, ни Реджины поблизости не было. Голова трещала, а щёки горели красным пламенем, сердце по-прежнему быстро билось. Она лежала на трёх составленных вместе стульях, в огромном пустом зале.       — Слава богу, ты очнулась, — Генри поставил мусорную корзину, в которую собирал разные бумажки и ленты — остатки праздника. — Я уж испугался.       — Что случилось? — Кара не могла поверить, что она упала в обморок, и лихорадочно соображала, что произошло.       — Ты переволновалась и отключилась, — он сел на освободившийся стул, — а зря, такое началось... — он мечтательно закатил глаза и улыбнулся, — мама сбежала со своей свадьбы.       Глаза Кары стали размером с блюдце.       — Что?       — Не волнуйся, я уже позвонил ей, с ней всё в порядке, она едет в Нэшнл-Сити к Реджине.       Реджина зашла в офис Кэт. Та набирала что-то на своём компьютере с чрезвычайно хмурым видом. Было уже девять часов, свет был немного приглушён, а в офисе не было ни одного сотрудника.       — Кэт, у меня к тебе просьба, — виновато сказала Реджина и села на стул прямо напротив главы КэтКо.       План был почти провальный. Создать сложное зелье, чтобы показать Эмме заведомо ложную картинку, настолько неприемлемую, настолько абсурдную, что пришлось бы сгореть от ревности или... сорвать собственную свадьбу. Звучит как бред отчаявшегося человека, но жёсткие галлюциногены сработали. Впрочем, только Эмма знала, что нарисовало её собственное сознание... только Эмма и Кара — человек, который попал в ту реальность по чудовищной халатности. Неспроста Реджина попросила у Супергерл волос Кэт. Основной ингредиент галлюциногенного зелье — это ДНК участников конференции. Когда Кара передавала Реджине пару светлых волосков с головы Кэт, она совсем не заметила, что один был длиннее других, этот самый волос был её собственный. То ли потому, что Реджина не загадывала, что в зелье будет четвёртый человек, то ли потому, что магия плохо действовала на криптонианцев, Кара потеряла сознание и пролежала так долгих три часа, пока Эмма выжимала из своего жука большее, чтобы добраться до Нэшнл-Сити.       Реджина не могла поверить, что прямо сейчас лифт поднимается на их этаж, она не могла поверить, что, возможно, это была Эмма. Что всё могло сработать и сейчас в открытых дверях появится её счастье. Она украдкой кивнула Кэт. Та закатила глаза, но придвинулась ближе к Реджине, показывая тем самым свою готовность.       Металлические двери беззвучно открылись. «Счастье» ковбойской походкой вышло из лифта. Разорванное, серое от пыли и запачканное грязью свадебное платье, растрёпанная причёска, растёкшийся макияж и хмурый вид. Реджина обернулась и охнула, напрягая все свои актёрские навыки, сделала вид, что не ожидала увидеть Эмму.       — Ты-ы-ы, — пропела Эмма, как в самых кассовых голливудских ужастиках. Кэт автоматически отпрянула от Реджины. Планы планами, но пассия Реджины выглядела устрашающе. Свон подошла ближе к двум женщинам, но за эти пару секунд не придумала, на кого действительно злится. Ведь ни Кэт, ни Реджина не были повинны в ситуации. Только она сама.       — Эмма, что ты здесь делаешь?       — Кто вы такая? — почти в один голос возмутились две женщины.       — Я здесь, чтобы забрать тебя, Реджина, — блондинка схватила Реджину за руку и потянула на себя, но внезапно её остановили. Кэт крепко держала за другое запястье брюнетки.       — Она никуда не пойдёт, — Кэт злорадно улыбнулась и приподняла бровь. Она отлично отыгрывала свою роль. — Разве ты не должна быть сейчас на собственной свадьбе?       Ненависть закипела в Эмме пуще прежнего. Она сжала запястье брюнетки.       — Реджина, скажи ей... скажи ей, — она запнулась, мозг отказывался соображать, хотелось взять Реджину и уехать в Сторибрук, чтобы было всё как прежде.       — Что сказать, мисс Свон? — брюнетка смотрела в глаза Эмме. Нет, она не хотела, чтобы всё было как раньше, она не хотела, чтобы они и дальше вздыхали друг по дружке, пока ругались за внимание Генри. Ей хотелось убрать невидимую стену между ними, преграду, которую разрушат всего лишь три гребаных слова. Ну же, скажи их, Эмма.       — Мисс Грант, — Кара вышла с балкона под, грубо говоря, охреневшие взгляды всех. Она была красная, как после пробежки. Девушка подбежала к Кэт и не нашла ничего лучше, чем схватить её за руку.       — Мисс Грант, она околдовала вас, она ведьма, — девушка тяжело дышала, сущность Реджины Миллс была совершенно не ясна Каре... но она знала, что с помощью какого-то зелья эта опасная инопланетянка (так в голове называла Реджину Кара) могла заставить человека сбежать с собственной свадьбы. Что мешало этой женщине заставить Кэт целовать её? Вот именно — ничего.       Кара попыталась потянуть Кэт за руку. Но та не поддалась, она всё ещё держала Реджину и ошарашенно смотрела на Кару. В этой комнате она была единственным человеком, который не знал ни о магии, ни о суперспособностях. И для неё всё казалось бредом сумасшедшего. Как Кара материализовалась на балконе было не объяснимо, но тем не менее являлось фактом. Внезапно Эмма воскликнула.       — Девчонка из моего видения, это ты всё подстроила!       Тут у Реджины, так же как и у Кэт, закружилась голова от вопроса: почему Кара была в видении Эммы, неужели она что-то напутала с составом?       Тем временем, аналогично всем, Кара туго соображала, что если другой человек видел то же самое, то её больная фантазия, возможно, не больная фантазия и всё было в реальности.       — Ты подстроила, чтобы мы всё видели! — стоит ли упоминать, что Кара вообще не понимала, что происходит, а потому вообще не знала, что ответить, уровень абсурда достиг критического предела.       — Ты подглядывала за Реджиной и Кэт.       — Что? — в одно мгновение воскликнули и Кара, и Кэт.       — Ты лжёшь! — воскликнула Кара, она потянула Кэт на себя и женщина, вопреки уговору, не отпускать Реджину пока Эмма не признается, что любит, разжала пальцы. Девушка закрыла собой своего хрупкого босса и сделала шаг вперёд. В то время Эмма повторила действия и сделала шаг навстречу супергероине.       — Не смей лгать, это Реджина всё подстроила.       — Реджина не могла сделать подобного.       — Ты защищаешь её только потому, что она с тобой, — Кэт никогда не видела Кару такой, женщина украдкой посмотрела на Реджину, но та многозначительно пожала плечами, объясняя, что понятия не имеет как разрулить эту ситуацию.       — Тогда почему же ты здесь, — продолжала всё больше хмурится и злится Кара.       — А почему ты?       — Потому что я люблю Кэт Грант.       — А я люблю Реджину Миллс.       Реджине показалось, что прозвенели колокола. Кара выполнила роль Кэт и заставила эту идиотку признаться.       Они ещё обе пару томительных секунд смотрели друг на друга. Пока девушка не осознала, что сейчас сказала.       — Ой, — она быстро обернулась и взглянула на своего босса.       А вот Эмма боялась обернуться, и посмотреть в глаза Реджине, осколки невидимого барьера всё ещё не позволяли ей этого... пока кто-то не схватил её за шиворот и не впился поцелуем в губы.       — Я... Я... Мисс Грант, — девушка заикалась и пыталась объясниться. Но Кэт улыбнулась и кивнула в сторону целующейся парочки.       — Может, последуем примеру? — Кара обернулась на секунду, её щеки зарделись краской, и прежде чем она успела сказать что-то невнятное, женщина притянула её к себе за футболку и вовлекла в сладкий и нежный поцелуй. Кара положила руки на талию Кэт и сжала её. Все проблемы стали сразу неважными. Все неурядицы для этих четверых людей померкли. Эмма обнимала Реджину и не собиралась отпускать, барьера больше не было, лишь любимые руки на теле. И хотя ни одна из них не знала точно, как всё так получилось, судьба расставила всё на свои места, и если бы кто-то зашёл сейчас в этот залитый светом офис, он бы непременно подумал, что здесь находятся самые что ни на есть натуральные натуралки.