Отцовские крылья

      Варги уже год жили в усадьбе Ремо. За это время корпуса дома были почти полностью достроены. На территории выросли постройки для будущих конюшен и псарней. Кроме Торы появилось ещё несколько собак. А Туз откуда-то приволок чёрного котёнка с разными глазами — специально, чтобы потешить младшего Лайоша Варга. Арани пошёл в платную школу, расположенную недалеко от их имения. Юного Коди Квода Варг-старший устроил в юридический колледж. Мальчик почти полностью избавился от заикания, хотя иногда у него всё ещё случались приступы. Он оставался робким, но уже легко общался со всеми обитателями дома. Лайош называл его не иначе, как Квод. Его забавляло это странное слово, являющееся фамилией.       Малыш продолжал проверять свои зубки на людях, но больше забавы ради. Крайняя, на его взгляд, необходимость — появлялась редко. Варг-старший пресекал его игры с людьми только если видел опасность… Для Лайоша. Он никогда не говорил на эту тему. С сыном — лишь намёками. Туз был наслышан об этом краем уха, а вот о способностях самого Варга-старшего он знал очень хорошо. Сам парень не жил в Ремо. Он появлялся, когда ему вздумается, или если его вызывал Лай.       Жизнь текла своим чередом: сменялись времена года, люди в доме, менялся отец — менялись и дети. Лайош становился всё более спокойным. Его больше не мучили страхи. Но порой ему снились кошмары, от которых пересыхало в горле, и тело ребёнка прогибалось дугой, замирая от ужаса. Иногда он справлялся с ними сам, а иногда в его спальню, как по волшебству, приходил отец, хотя Лайош не кричал. Крепкие руки родителя по-прежнему являлись самым надёжным, самым безопасным и уютным местом на земле. Но мир Лайоша уже не вертелся вокруг отца, и тот даже мрачнел, когда сын выдворял его из комнаты. Малыш хотел быть самостоятельным. Однажды Туз сказал Лаю:       — Иногда мне кажется, ты сам балдел от того, что малой боялся тигра. Ты не можешь смириться, что он больше не нуждается в тебе, как прежде.       — Это не так, — вяло возразил ему Варг-старший. — Но в чём-то ты прав. Мне трудно отделить его от себя. Он — моё идеальное творение.       — Никак не вкурю, что ты имеешь в виду этой фразой? Он не твоя собственность, Лай, — положив ладонь другу на плечо, удивительно тихо сказал Туз.       — Я знаю. Но я боюсь потерять над ним контроль. Ты не понимаешь…       — Тигр был удобным рычагом, — поморщился Туз, сам не представляя, насколько он близок к истине.       — Идеальное творение — я сотворил его один, сам. Понимаешь? Он — квинтэссенция меня самого, продолжение. Только моё продолжение. Арани — не только мой сын. И я чётко это ощущаю, даже просто глядя на него. В нём есть и часть Краста.       — Так он сын Краста? — изумился Туз. — Я… Я не знал. Удивительный был альфа.       — Да… Удивительный, — согласился Лай, качнув головой.       — А я всё гадал, кто бы мог подмять тебя. Теперь понял. Краст подминал под себя всё, что двигалось не в том направлении. Дай угадаю, он взял тебя хитростью, — закуривая, рассуждал Туз. Он улыбался, но Варг-старший видел, что на самом деле это откровение Тузу не по душе. — Но ты продолжай-продолжай. Лайош — только твой сын и дальше по списку.       — Да, Лайош — только мой. Мой. И это всё, что тебе надо знать о Лайоше.       — Но он не всегда будет твоим, — пожал плечами Туз, выпуская клубы дыма. — Он отдельный человек, хоть и маленький пока.       — В этом-то и проблема. Я знаю, как управлять собой… — задумчиво прошептал Лай, сцепляя пальцы на своём затылке. — А он слишком быстро растёт. Я не думал, что мне будет так сложно отрываться от него. Ты прав. Я не могу смириться с тем, что он больше не боится тигра и не жмётся ко мне по ночам. Но я рад, что страх позади. Для него же это хорошо…       Туз мягко обхватил ладонь Варга-старшего и переплёл пальцы с его, заглядывая в глаза.       — Он всё равно тебя любит. Он будет к тебе прислушиваться. Перестань искать рычаг воздействия, и Лайош сам придёт к тебе за советом… Постой… Ты что, сам напугал его когда-то?       Варг-старший не ответил и отвернулся к окну. Его грудь высоко поднялась, и он испустил тяжкий вздох.

***

      В гостиной было шумно. В Карсисе всё было иначе. К отцу постоянно кто-то приходил. Иногда он запирался с посетителями в кабинете, а порой устраивал посиделки. И вот сейчас в просторной комнате собралось не меньше тридцати человек. Они пили алкоголь и много курили; громко разговаривали и смеялись. Некоторые были одеты в строгие костюмы, некоторые — в простую удобную одежду. Они угощались отцовскими сигарами и выглядели радостными, хотя глаза ни у кого не смеялись. Лайош ясно это видел. Он как обычно хмурил бровки, разглядывая новых людей. Малыш стоял у двери, оперевшись ладошкой о массивный косяк, когда один из папиных друзей повернулся к нему и столкнулся с ним глазами. У человека были крупное лицо и такие же черты, глаза — цепкими и недобрыми, а губы тонкими и какими-то плотоядными. Он улыбнулся ему, и Лайош невольно поморщился.       — Это тот самый? — поинтересовался он гнусавым голосом, резанув острый слух малыша. — Красивый мальчик.       — Да, это младший, — раскатисто и хрипло ответил Варг-старший. Он всегда так говорил, если выпивал больше двух стаканов своего виски, что Лайошу не нравилось. Совсем не нравилось. Пьяный папа был чужим. Иногда он с шумом распахивал двери детской, вытаскивал его, спящего, из алькова среди ночи и сжимал в объятьях так, что у малыша трещали рёбра, и пропадало дыхание. Отец целовал его лоб и виски, но это получалось так грубо, что ребёнку хотелось отстраниться, а иногда — и ударить. Но он не смел. Никогда не смел. Кроме того от папы неприятно и резко пахло — даже в носу щипало.       — Лайош, пойди поиграй с Торой, — сказал отец, посмотрев на сына мутным взглядом и дважды сжав и разжав пальцы. Это значило: «Ты мешаешь, и тебе здесь не место». Малыш послушно ушёл во двор — искать собаку. Найдя свою сильно повзрослевшую питомицу спящей у крыльца, он уселся на неё верхом. Арани брызгал водой из пистолетика в Дею, которая повизгивала, играя с маленьким альфой. Она делала вид, что убегает, но всё равно оставалась в пределах его досягаемости. Вечер окрасился фиолетовыми сумерками, и где-то в траве застрекотали сверчки. Лайош подпёр голову ладошками, всматриваясь в горизонт — почти закатившееся солнце отсвечивало над Ремо светло-сиреневой полосой.       На крыльцо вышел тот самый человек, который заговорил с Лайошем в гостиной. Он сел на ступеньки, а Тора резко вскинула голову и сдержанно зарычала. Малыш не обратил внимания — его девочка всегда так делала, если к нему приближался кто-то незнакомый.       — У тебя необычные глаза, Лайош. Меня зовут Энди Скотт, — и он протянул ему ладонь с узловатыми пальцами. Малыш посмотрел на его руку и сделал вид, что не умеет жать руки.       Арани, смеясь, шёл к дому в сопровождении Деи.       — Здравствуйте, дядя Энди, — проговорил он и улыбнулся. Энди Скотт тут же направил в его сторону всё ещё протянутую ладонь. Лайош равнодушно глянул на их рукопожатие.       — Здравствуй, Арани. А кто твой брат по своему типу?       Маленький альфа передёрнул плечами от свежего ветерка.       — Ещё неизвестно. Либо гамма, либо омега. Ему ещё нет шести, чтобы точно определить. Но папа говорит, он будет гаммой.       — Жаль, — сказал Энди Скотт, и Лайош в очередной раз нахмурился, — лучше бы омежка...       И он так странно улыбнулся, проведя кончиком языка по нижней губе, что Лайош скривился. Этот альфа не нравился ему всё больше.       Едва Энди Скотт спрятал язык во рту, малыш свалился с собаки от громкого звука — что-то вдребезги разбилось. Тора подскочила с места и, радостно виляя хвостом, стала скакать вокруг возникшего из ниоткуда Варга-старшего. Тот не обратил на собаку внимания, приковав взгляд только к Энди Скотту. Лайош понял, что папа разбил бутылку шампанского о каменную стену и сейчас сжимал в руке оставшееся горлышко с острыми краями. Шампанское пенилось у него под ногами — он обрызгал себя до колен. Лай стоял, чуть подавшись корпусом вперёд. Тонкие чёрные волосы выбились на его раскрасневшееся от виски лицо.       — Какого хера ты здесь торчишь? И что ты сказал?! Повтори! — низко и утробно прорычал он так, что Лайош начал отползать на четвереньках, хотя отец обратился не к нему. Арани и Дея застыли в оцепенении. — Туз, иди сюда, — бросил он в сторону открытой двери тем же тоном.       Туз не заставил себя долго ждать — его золотисто-коричневая голова мелькнула за отцовским плечом. Парень даже никак не прокомментировал папин призыв, что было крайне странным. Он же никогда не молчал!       — Уведи детей в дом и запри в детской, — снова подал этот страшный голос Варг-старший.       — Да, — кивнул Туз, уже подскочив к Лайошу, схватив его и закинув себе на плечо. Точно также он поступил и с Арани. Дети повисли у него на плечах и удивлённо переглянулись. Парень шепнул Дее:       — Скройся где-нибудь. Сейчас же.       Девушка обвела ошарашенным взглядом всю картину и тут же растворилась в дебрях сада.       Энди Скотт все пять секунд удивлённо взирал на Лая. Тот был разгневан. И в гневе своём напоминал разбуженного зимой медведя. Он сделал шаг в сторону Скотта. Туз поспешил вместе с детьми в дом. Пролетая мимо гостиной, он заглянул туда, и, убедившись, что гости по-прежнему заняты праздными беседами, двинулся к лестнице.       Арани и Лайош начали синхронно молотить его кулаками по спине.       — Отпусти меня! — громко приказал маленький альфа.       — Поставь меня на пол! — вторил ему Лайош.       Туз скинул детей у подножия лестницы.       — Сейчас, — схватив их за руки, быстро заговорил он. — Сейчас вы пойдёте наверх и запрётесь в твоей, Лайош, комнате. Оба. Без разговоров, — встречая недовольные взгляды малышей. — И выйдете только, когда я или папа придём за вами. Вы поняли меня? Вы поняли?       — Но почему? — Арани сжал руки в кулаки. — Ещё рано спать!       — Не спать! Что угодно, но не выходить оттуда! — прошипел Туз, разворачивая малышей за плечи против их воли и толкая на лестницу. — Бегом. Лайош, Арани. Чтоб я вас не видел! Скрылись, живо. Мне надо вернуться назад.       — Зачем? — спросил Лайош, упираясь. Он пошатывался от сильных тычков в бок.       — Если вы меня не послушаетесь, этот человек может умереть, — брякнул он и осёкся. — Мне надо назад.       — Умереть? Пойти на небо? — удивился Лайош, в то время как Арани почёсывал затылок, что-то соображая.       — Да, на небо. Брысь в детскую, сказал! Пацаны, так дела не делаются! Я же по-хорошему с вами договариваюсь!       И он выставил руку вперёд, отстраняясь и следя, чтобы они не двинулись за ним.       Вся беседа длилась от силы секунд двадцать. У Туза на виске бешено пульсировала жилка. Дети остались стоять на месте, когда он рванул к выходу на улицу.

***

      — Лай, да что на тебя нашло? Я же ничего такого не сказал… — растерянно говорил Энди Скотт, поднимаясь с места и с изумлением взирая на «розочку», зажатую в окровавленной руке Варга-старшего. Он поранился осколками, разбив бутылку.       — Не сказал, — подтвердил он. — Подумал. Сука. Кого я пустил в дом? — Лай надвигался на него медленно и неумолимо.       — Ты меня пугаешь. Я закричу.       — Кричи, — прошипел Лай, спрыгнув с лестницы. Тора угрожающе зарычала за спиной Энди Скотта, она уже встала на ноги и смотрела на хозяина, будто чего-то ждала. — Я сейчас отдам собаке команду, и ты подохнешь самой позорной смертью.       — Ты псих, Варг! Что значит «подумал»?       — Закрой рот. Неужели ещё не понял, мразь? Я насквозь тебя вижу. Никто не посмеет думать так о моём сыне в моём же доме, — Лай молниеносно подскочил к нему и прижал всем весом к стене, толкнув острые края розочки прямо ему в горло.       — Да что такое? Тебя смутило, что я предположил, что он будет омегой? — сжав пальцами острое стекло, просипел Энди Скотт.       — Энди-Энди, — усмехнулся Лай, вдавливая края сильнее, на горле Скотта выступила кровь. В этот момент Туз подбежал к Варгу-старшему и схватил его за плечо.       — Лай, успокойся, — прошептал он ему на ухо, успокаивающе водя ладонью по дрожащему от напряжения плечу. — Не делай этого, — парень с опаской озирался по сторонам.       Тора продолжала рычать, виляя хвостом и чуть пригнувшись к земле.       — Тора, фу! — рявкнул Варг-старший, и собака умолкла, но не пошевелилась. — Энди, разговоры излишни, — он отнял розочку от его горла, но лишь затем, чтобы размахнуться. Туз успел схватить запястье Лая, но удержать руку ему стоило нечеловеческих усилий.       — Лай, если ты убьёшь его, у нас будут большие проблемы. Очень большие.       — Его мысли... И он говорил с моими сыновьями в моём доме, — прошипел Лай с перекошенным от ярости лицом.       — Делай, что хочешь, но не убивай, — всё ещё с трудом удерживая занесённую руку Варга-старшего, проговорил Туз. Он стискивал зубы. Его виски покраснели, на них выступили синие толстые вены. — Что хочешь, Лай. Не так. Не здесь. Здесь нельзя, — продолжал он. — Здесь дети. Здесь люди. Не оскверняй кровью собственный дом, в конце концов, — взывал он к рассудку разъярённого Лая, и тот уступил. Сдался.       Но он отволок Энди Скотта к недостроенным конюшням и так его избил, что тот до конца своих дней писал в баночку и ел через трубочку. Туз подумал тогда, что лучше бы Лай его убил.

***

      Лайош прижимал к груди ловец снов, который сделал ему папа год назад, и улыбался. Он недавно нашёл его в кладовке среди старых вещей. Ему было всего пять лет, а он уже казался себе совсем другим. Ещё год назад он писался по ночам и панически боялся каждого шороха. Он бежал к папе при любой возможности. А теперь — теперь он совсем взрослый. Так он думал, пристраивая памятный подарок на подоконник между резиновым тигром и пушистым кроликом. К нему в альков забрался и Арани. Они оба смотрели на ловец снов.       — Я помню, как папа делал его, — улыбнулся маленький альфа и повернулся к подушке, на которой лежала открытая энциклопедия про животных. За год Лайош изучил её от корки до корки. Благодаря этой книге он уже читал — медленно и по слогам, но читал. У него появились новые любимые места. Сейчас она была распахнута на странице про воронов.       — Да, я тоже, — кивнул Лайош.       — Он больше тебе не нужен? — спросил старший брат, указав на ловец.       — Нужен. В нём всегда есть папа, — ответил малыш, любовно погладив деревянную основу ловца. — Да и сам он — мой друг.       — Он неживой. Как он может быть другом, Лайош? — рассмеялся Арани. Младший брат глянул на него с лукавым прищуром. Его левый чёрный глаз насмешливо блеснул.       — Видишь эти перья? Это перья ворона. Ворон живой.       — Но его ощипали, он давно умер.       Лайош стукнул брата кулачком по плечу.       — Нет, он живой! Папа подобрал эти перья в парке. И он видел ворона, который их оставил. Я его тоже видел.       Арани сдержался и не рассмеялся наивности брата.       — И где ты его видел?       — В зоопарке. Много раз.       — В зоопарке не было ворона! — подловил его маленький альфа.       — Его не было в птичьих клетках. Вороны не живут в клетках. Но он был там. Ты не видел, он сидел на заборчике. Папа сказал, что это именно ворон, а не ворона. Он большой.       Арани вздохнул, понимая, что брата не переубедить. Это мог быть совсем не тот ворон.       — Так выглядит папина душа, — вдруг сказал Лайош и сжал губки. Маленький альфа наморщил лоб.       — Папина душа? — только и выдавил он. — Ты о чём, Лайош?       — У всех людей есть душа. И она — зверь.       — Ты начитался своей энциклопедии.       — Я даже нашёл там тебя, — хитро улыбнулся малыш и подмигнул Арани. — Хочешь, покажу твою душу?       — Что такое душа, Лайош, ты знаешь?       — О да, Арани, о да…