Глава 6. «Папочка!»
1 ноября 2016 г., 23:27
«Господин Ким… “папочка”… Т-ТэХён..!»
***
– Пиздец, – выдохнул младший. Его щёки пылали, дыхание сбилось. ТэХён смотрел на него безжалостным взглядом, глаза светились убийственным блеском. – Остановитесь, господин Ким, – но его не услышали, полностью игнорируя. Тэ как хищник, в любой момент готовый наброситься на свою жертву. ЧонГук имел в виду, что ТэХён – хищник, а он – жертва. – Господин Ким... – младшего грубо заткнули, впившись в губы неистовым поцелуем. ЧонГук изо всех сил пытался вырваться, но ТэХён, почувствовав сопротивление, ещё сильнее сжал запястья. Чувствуя чужие губы на своих, Гук судорожно соображал, как выпутаться из сложившейся ситуации. Тем временем старший провёл языком по нижней губе младшего, требуя впустить его, но ЧонГук не собирался сдаваться. Он, напротив, крепко сжимал губы. Но запас воздуха был на исходе. Увернувшись, Гук открыл рот, чтобы наконец получить порцию необходимого кислорода, но как только он это сделал, проворный язычок ТэХёна этим воспользовался и проник в ротовую полость. На этот раз, зная младшего, Тэ сразу же крепко стиснул свободной рукой его запястья. Прелестно. Единственное подходящее под описание чонгуковской слюны слово. ТэХён чувствовал огромное желание, ему нужно было большее, и, естественно, он не может отпустить парня, не удовлетворив свою потребность. Исследуя просторы рта, он провёл кончиком языка по дёснам, и столкнувшись с чужим языком, стал его посасывать. Они переплетались, скручивались, боролись за первенство. И, конечно же, в этой битве победил ТэХён. Он мог бы и дольше его целовать, но парни нуждались в глотке свежего воздуха. Поцелуй превратился в какой-то небрежный, мокрый. – Господин Ким... – взвыл ЧонГук. Его щёки приобрели пунцовый оттенок, из уголка рта по подбородку катилась слюна, губы распухли. При виде раскрасневшегося парня ТэХён ухмыльнулся. ЧонГук красив. Его секретарь потрясающе красив. – Тшшш, – успокаивающе шикнул на него Тэ. Кончиками пальцев он провёл по щеке младшего, останавливаясь на шее. Касания были сродни прикосновению лёгкого пёрышка. Наклонившись, он стал нежно целовать шею ЧонГука, пока не достиг красного, такого знакомого пятна. И тут он услышал то, чего больше всего ждал. ТэХён присосался к месту засоса, вылизывая и выцеловывая его. Брыкающийся ЧонГук ещё сильнее распалял парня, усиливая желание поглотить его полностью. Сдавленные стоны, срывающиеся с губ ЧонГука, которые он пытался сдерживать, приводили ТэХёна в восторг. И старший для себя решил, что сделает всё, чтобы Гук сегодня стонал только его имя. Мысли Чона были в полнейшем хаосе. Бардак. ТэХён испоганил всё настроение. Гук понимал, что всё это неправильно, нужно хоть что-то сделать. Тэ умело работал язычком, слушая приглушённые стоны, время от времени исходящие от парня. Он боролся, пытаясь спихнуть с себя зависшего над ним старшего, но ТэХён ни на йоту не сдвинулся с места. ЧонГук чувствовал себя слабаком. Ноги превратились в желе, а руки под таким натиском были готовы сдаться в любую секунду. И если бы ТэХён проделал все эти манипуляции в позиции стоя, как вчера, то ЧонГук бы точно упал. К счастью, он уже лежал на полу. – А-ах, Т-ТэХён... – застонал Кук, медленно осознавая, что сейчас сделал. Но было поздно и его поймали с поличным. Он закрыл рот, но Тэ это действо не понравилось. Ему хотелось слышать это снова и снова. Как мантру. – Давай же, Куки. Не играй со мной. Это не смешно. «Папочке» не понравится, если ты будешь сдерживаться, – хрипловатым голосом сказал Тэ. – Бля, какой же ты сейчас красивый. Тебе необходимо увидеть себя со стороны: губки опухли, из уголка рта течёт слюна, на шее скоро проявится новый засос, волосы и одежда в полнейшем беспорядке. Ты – один из лучших моих трофеев. Слова ТэХёна вызвали у ЧонГука нервную дрожь, и тело болезненно передёрнулось. С каждым действием Тэ в штанах Кука становилось всё теснее и теснее. Старший упёрся коленкой в выпирающий орган младшего, ощущая через брюки, как он пульсирует. ЧонГук еле сдерживал крик. «Папочка?» Господи. – Отъебись, – удалось между частыми вдохами прошипеть парню. Он хотел, чтобы Тэ отстал от него и перестал капать на мозги никому не нужными приставаниями. Чёрт возьми… похоже, кое-кто совсем другого мнения. ТэХён ярко чувствовал эрекцию младшего. – Малыш, не ругайся. Папочке не нравится, когда его ребёнок ведёт себя подобным образом, – расстегнув рубашку и оголив грудь с нежно-розовыми сосками, Тэ чуть слюной не захлебнулся от желания прикоснуться к ним. Сжав эрегированный орган через ткань брюк, старший наклонился к тяжело вздымающейся груди ЧонГука Младший поёжился. Он отчётливо чувствовал дыхание ТэХёна, вызывающее дрожь по всему телу. Почувствовав первое прикосновение, Кук прикусил язык, сдерживая стоны, так и норовящие сорваться с губ. ТэХёну нравилось, как остро ЧонГук реагирует на его действия. Извивающееся под ним тело, сдерживающее стоны, - да, он ждал нечто подобное. Но ему хотелось большего. Не торопясь, он стал покусывать сосок, будто самую сладкую конфетку. Но это только начало. В следующую секунду парень полностью взял его в рот, любуясь реакцией младшего, закатившего от удовольствия глаза. Это слишком круто. Нереально круто. – Т-ТэХён, п-пожалуйста... – не в силах больше сдерживаться, прокричал Чон. Игнорируя, Тэ продолжил дразнить розовый сосочек, украдкой наблюдая за мечущейся из стороны в сторону тушкой. Кук чувствовал, что старший как будто испытывает его: губы по-прежнему истязали бедный сосок, а свободная рука блуждала по телу, задевая всё новые участки. – Т-Тэ… Х-Хён… Низ живота отдавался пульсирующей болью. Штаны стали нестерпимо узкими. Детородный орган требовал к себе внимания, и если бы руки Чона были свободны, он точно исправил бы эту ситуацию. Но, увы, запястья младшего находились в крепких тисках чужих рук. Но, так или иначе, ТэХён сдерживал его, не давая даже пошевелиться. Член парня так и просился на свободу, вот только Тэ был сосредоточен на других, более важных для него вещах. От боли у Кукки слёзы на глазах наворачивались. Болезненные ощущения выбивали из колеи, заставляя мысли рассыпаться на мелкие кусочки. – Т-ТэХён…Г-господин…Ким…Т-Тэ…Х-Хён…пожалуйста..! Папочка! – всё-таки он сказал это. Постепенно проанализировав только что случайно брошенное младшим слово, заставило Тэ оцепенеть. Он мог поклясться, что сотрудники слышали громкий возглас Гука. Но ему было плевать. ЧонГук не выдержал, и чтобы привлечь внимание к жаждущему органу, он переступил через свою гордость. ТэХён догадался… Кукки хотел лишь одного, чтобы тот наконец обратил внимание на его пульсирующую эрекцию. Не тут-то было, ТэХён и не думал так легко сдавать свои позиции, решив ещё немного помучить парнишу. Ему хотелось бесконечно слышать эти крики и стоны. Расстегнув ремень брюк Кука, Тэ опустился вниз, а руки Чона получили долгожданную свободу. Дразня его, Тэ расстегнул пуговицы на штанах и, захватив зубками бегунок молнии, медленно потянул вниз; губами невесомо касаясь напряжённого органа. Макнэ задрожал. – Папочка... – голос Чона практически пропал. – Шшш, не волнуйся, малыш. Просто потерпи немного, хорошо? – прошептал Тэ на ушко мальчишке. – Позволь папочке доминировать? – последние слова прозвучали как приговор для Кука, и ему оставалось лишь кивнуть, со всем соглашаясь, лишь бы эти мучения закончились. Мысли улетучились, голова пуста, голос пропал, парень не в силах был что-либо сказать. Взглядом он проследил за дальнейшими действиями Тэ, который, стянув брюки, оставил его лишь в расстёгнутой рубашке и боксёрах, что бессмысленно скрывали выпирающий бугорок. Не торопясь, Тэ стащил последнюю преграду с секретаря, обнажая драгоценную часть тела. ЧонГука пробрала дрожь до кончиков пальцев. В офисе работал кондиционер, и прохладный воздух коснулся разгорячённого тела, не оставив без внимания и возбуждённый орган. Сил никаких не осталось, и Кук, не выдержав такого накала, потянулся к изнывающему без ласки члену. Вот только Тэ остановил его, не дав завершить такую долгожданную миссию. Умоляющие глаза младшего уставились на своего мучителя. – П-папочка, п-пожалуйста... – ТэХён лишь покачал головой в ответ. Ведь он предупредил, что обо всём позаботится. Наклонившись, он оставил короткий поцелуй на кончике пульсирующей головки, руками массируя яички. От таких действий Гук застонал. Удовлетворившись реакцией, он полностью взял член в рот. Проведя пальцами по тэхёновским волосам, Кук сильнее прижал голову босса к истекающему члену, глубже насаживая на него. Он хотел большего. Ему чего-то не хватало и он во что бы то ни стало хотел это получить. К тому же ТэХён и не был против таких манипуляций младшего. Его не смутил даже тот факт, что он мог подавиться. Постепенно увеличивая темп, он заработал язычком, и, проведя по всей длине члена, он задержался на уретре. Вскинув голову, ЧонГук закатил глаза. – А-а-ах... – младший чувствовал, как тепло разливается по телу и что конец где-то рядом. Ещё немного, ещё чуть-чуть, и он… Стоп! ТэХён совершенно не готов к такому завершению. И без малейшей заминки оторвался от органа младшего, заставляя того разочарованно заскулить. – Папочка… – Не волнуйся, малыш. Папочка заготовил для тебя нечто большее, чем обычный минет. А сейчас, – Тэ поднёс к губам Кука три пальца, – пососи их для меня, – младший беспрекословно подчинился старшему. В данный момент он был на всё готов, лишь бы его желание исполнилось. В любом случае, ТэХён поработал на славу, надломив его душевное состояние. Чон облизал пальцы Тэ, обильно смачивая их слюной. Хён, подумав, что на этом хватит, решил сам попробовать один из них. – На четвереньки, малыш, – приказал он. Со скрипом ЧонГук встал в заданную позу. Ноги и руки дрожали, и ему казалось, что он в любой момент рухнет, но совладав с телом, он справился с поставленной задачей. – Малыш, будет немного больно, но папочка обещает, что ты почувствуешь болезненные ощущения только вначале, зато потом, поверь мне, тебе станет невероятно ахуенно. Глаза Чона расширились. О чём он говорит? Что ТэХён собирается сделать? Кукки хотел уже развернуться и попросить парня остановиться, как почувствовал проникновение чего-то мокрого в задницу. Боль пронзила его тело, но эти ощущения приносили нечто сравни мазохистскому удовольствию. – Вот видишь, зайка, я же обещал сделать всё максимально безболезненно. Я верю, что ты сможешь принять все три пальчика. Устроившись поудобнее, ЧонГук почувствовал, что пальчик в нём задвигался, принося с собой массу наслаждения. Недолго думая, Тэ добавил второй пальчик и начал то полностью засовывать, то высовывать, разводя их в сторону, для того чтобы подготовить младшего к большему проникновению. – Мне вот что интересно. Неужели ты онанировал за спиной папочки? Онанировал? У ЧонГука и мысли не было заниматься чем-то подобным. Он всегда думал, что всё это неправильно, ненормально. – Н-нет, папочка. К-конечно, н-нет, – выдохнул Гук между стонами. В нём уже активно работали три пальца. Благодаря слюне они практически беспрепятственно проникали внутрь. Ухмыляясь, Тэ вынул пальчики из задницы Чона, слыша, как тот разочаровано охнул. – Терпение – залог успеха, мой юный друг, – спустив штаны, Тэ достал пульсирующий орган, который жаждал оказаться в заднице Гука. – Папочка хочет, чтобы ты не сдерживался, кричал. От боли или удовольствия - мне всё равно. А иначе твой член так и останется без внимания. Сглотнув, Кук дал добро. Тэ принял это как сигнал к действию и не спеша вошёл в парня. ЧонГук, не стесняясь, громко вскрикнул от пронзившей боли. Ему показалось, что его разрывают на кусочки. Тело пылало, глаза щипало от слёз. – Обожаю молоденьких девственных мальчиков. Сейчас твоя задница привыкнет к папочке, – ТэХён остановился, терпеливо дожидаясь, когда Кук восстановит дыхание. Отдышавшись, младший кивнул парню, чтобы тот продолжал. Не торопясь, старший начал двигаться, полностью погружаясь в разгорячённое тело, заполняя собой всё пространство. Нервы младшего были на пределе. Стоны ЧонГука с каждым новым толчком становились всё громче и громче. Усмехнувшись, Тэ ускорился, ища такую необходимую сейчас точку, которая доведёт Чона до исступления. Наконец, добравшись до неё, Тэ стал упорно действовать в этом направлении, заставляя младшего скулить от удовольствия. – П-папочка, б-быстрее, пожалуйста… – П-папочка… – П-папочка, пожалуйста… Что-то внутри ТэХёна лопнуло, и он задвигался ещё быстрее, про себя думая, что Кукки не только сидеть, но и ходить в течение недели не сможет. Но прямо сейчас он нуждается в этом, и папочка исполнит его желание. Старший чувствовал, как задница младшего сжимается и что тот уже близок к разрядке. У Гука всё внутри скрутилось в тугой узел, собирающийся взорваться в любой момент. – Папочка! Трахай сильнее своего мальчика! – не выдержав, закричал Чон. Тэ перешёл на зверский темп, заставляя секретаря срывать голос. Гук чувствовал, что близок, что ещё несколько сильных толчков, и он… – Кончи для меня, малыш. Кончи для папочки. Последнее, что услышал Гук, выплёскиваясь на покрывающее пол чёрное ковровое покрытие, оставляя на нём белесые пятна. ТэХёну потребовалось чуть больше времени, прежде чем он достиг своего предела. Уткнувшись в изгиб шеи младшего, Тэ кончил, прошептав его имя. Оба замерли на некоторое время в таком положении, после чего старший всё-таки вышел из младшего, засмотревшись, как собственная сперма вытекает из покрасневшей дырочки. Силы Гука были на исходе. Он чувствовал, как глаза начинают слипаться, и перед тем как отключиться, он ощутил тепло, заполнившее его задний проход. ТэХён кинул взгляд на ослабевшую тушку, лежащую на полу. Чон ЧонГук. Первый человек, назвавший его мерзким. Ухмыльнувшись, Тэ натянул на себя брюки, подумав, что не помешало бы здесь убраться. Подняв бессознательного парня на руки, он аккуратно перенёс его на диван и, подумав, что пока Гук не проснётся, лучше закрыть дверь от непрошеных гостей. Последний раз взглянув на младшего, он почувствовал, как на лице впервые за последнее время появилась искренняя улыбка.
