Тотальное доминирование

      Кейну очень сильно повезло, как заявил один из охранников. Теперь он будет зверушкой господина Арчибальда Редграу. Кто этот мужик и что ему надо, парень не знал. Он просто шел по улице, и мимо проезжал дорогущий лимузин, в котором этот господин и сидел, очевидно. И уже к концу дня Кейна схватили крепкие ребята, надели на голову мешок и привезли в какой-то особняк. По пути Ему объяснили очень важную вещь: теперь он обычный раб, причем раб для постели. Парня вымыли, причесали, удалили все лишние волосы, в общем, придали товарный вид.       Каким же было удивление пленника, когда вместо старичка-извращенца в комнату влетел молодой мальчишка. — Почему так долго? Вы должны были доставить мою игрушку немедленно!       Кейн удивленно смотрел на этого вошедшего в комнату парнишку. Это какая-то ошибка? Это другой раб? Быть того не может. Вел он себя слишком надменно и высокомерно. Или, может, он просто первый раб из всех рабов? Такое бывает. И ведь угораздило же неудачно попасться. Казалось бы, опасный период давно миновал, да вот только выбрали его для сексуальных утех теперь, сейчас. И что теперь делать? Надо попробовать улизнуть. Они ведь метки не ставят?       Мысли метались туда-сюда, Кейн по очереди, один за другим, прикидывал варианты побега, но пока, похоже, рано это было делать. А теперь на него смотрел малолетний парнишка. Таких часто берут в рабство. — Мальчик, ты кто? — спросил Кейн, приподняв бровь. — Я тебе не мальчик! Я твой хозяин! ХОЗЯИН! Еще раз назовешь меня мальчиком и тебя накажут, — хитро улыбнулся парниша, после чего сделал шаг вперед.       О! Так, с хозяином не повезло еще больше, чем могло показаться. Мальчишка… Дети обычно жестоки, но их иногда можно просто обмануть. Если бы не эти громилы по бокам… Его бы можно было взять чуть ли не в заложники. С приставленным к сыночку ножом удастся выбраться куда угодно, а потом ломануться придется куда-то очень далеко.       Немного успокоившись, он все-таки решил представиться: — Я Арчибальд Редграу, единственный наследник империи Редграу, — представился паренек, сложив руки на груди. И правда, этот юнец был шикарно одет, да и вел тебя довольно нагло, как и положено богатому сынку. А парочка охранников, что уже подпирала стену только на паренька и смотрела… Да, все верно. Это и есть хозяин. И, похоже, он сын большой шишки… За такого из-под земли достанут. Вот не повезло-то не повезло! — Ладно, начнем… Начнем с урока послушания! Итак, раздевайся! — скомандовал Арчи и сделав круг вокруг пленника, развалился на диване. Охранники тотчас выросли рядом.       Кейн злобно взглянул на юнца, стараясь как-то смягчить взгляд, да не удалось. Теперь, похоже, придется устроить представление. Иначе не поверят… Быстрее решат, что смирился, быстрее начнут доверять. Только сразу не поверят. А значит, либо долго не будут доверять, если сразу быть послушным. Либо бить… Что лучше? Пусть лучше бьют. — Не буду, — сухо ответил Кейн, без особой злости, но и не выказывая ни малейшую покорность.       Мальчик скорчил обиженную рожицу и посмотрел на охранника: — Он не слушается! Плохой зверек!       Как и ожидалось, как только «зверек» отказался, хозяин запищал, и мгновенно прилетел громила. Мужик молча подошел к жертве. Типичный охранник в дорогом костюме, черных очках и со стандартным выражением лица на все случаи жизни. Бил он больно, но старался не оставлять синяков, и все же несколько ему пришлось оставить. Благо, сам Кейн в долгу не остался, хоть и в таком положении, а хоть немного ответить удалось. Кажется, что охранник даже заточил на него зуб. Вон, как косится.       Через секунду с мужчины уже срывали одежду. Именно срывали, грубо и с побоями. Так что раб очень быстро оказался раздетым рабом. Несмотря на сопротивление, мальчишка быстро добился своего. Кейн стоял голый, посреди разорванных тряпок. Он ведь, как ни странно, сексуальный раб, что тут делать. Ну что ж, прежде чем сыграть покорность, придется бороться и вынуждать применять силу. Иначе никто потом не поверит в смирение. — Ну что, нельзя было сразу, а? — скучающим тоном поинтересовался мальчишка, пробегая взглядом по обнаженному телу. — Ты забавный. И скольких трахал за свою жизнь? Или ты у нас, наоборот, любишь быть снизу? — Я не люблю мужчин, — ответил Кейн, спокойно смотря на юнца. Но судя по всему, теперь в любом случае придется полюбить… — Я не считал женщин, с которыми сплю, — продолжал врать мужчина.       Мальчик был недоволен, он явно хотел из него обычного раба, который бы лизал ему пяточки, подставлял попку, просил, чтоб его трахали да с удовольствием облизывали. Какая мерзость! От одной мысли об этом становилось противно! Это такая забава, взять свободного мужчину и измываться? Чертовы богатые. — Он меня за дурака держит. Вон как злобными глазенками сверкает! — окрысился хозяин, прищурив глазки. — Мне нужна послушная зверушка!       Последняя реплика была прямым приказом для охранников. Они, к слову, мужчин тоже не любили. Но за такие деньги, какие им платили в этом особняке, можно было не только трахать мальчиков для удовольствия господина, но и самим раком постоять…       Один из мужиков сбил раба с ног, и он упал на колени, после чего руки его сковали за спиной наручниками, но это еще не все беды пленника. Его ноги у самых щиколоток привязали к палке. И теперь мальчишка лежал в самом непотребном виде — задницей кверху, и совершенно беспомощный… — Поиграйте с ним немножко, пока не станет ласковым! — скомандовал юный извращенец. Громилы не заставили себя долго ждать и всего через пару минут мальчишку, как собаку, секли со всей силы так, что кровь брызгами… Ничего, время было продвинутым — могли с любыми шрамами справиться. А они точно будут.       Охранники били изо всех сил, но, ничего, не привыкать, в уличных драках и не так попадало. Закрыться не получалось, все было связано, поза была уж больно неприличной, но это было мелочью. Кровь текла по всему телу. Главное, стараться не кричать…       Маленький садист смотрел на экзекуцию чуть скучающе. Ничего особенного он в этом не видел, разве что попросил бить не так резко, а то кровью уже все ковры обрызгали. А ковры-то дорогие… Жалко их. После маленький гаденыш приказал хорошенько проучить наглеца, который смел еще дерзко смотреть на господина. То есть, до этого его даже не наказывали, а просто слегка погладили по спинке. И в этом не было даже намека на шутку. Для него ковры действительно значили больше, чем какие-то люди. Он получал извращенное удовольствие от этого вуайеризма.       Наказывать его будет один из охранников и наказывать будет долго. Он подошел к жертве сзади и без лишних вопросов расстегнул ширинку. Процесс был отработан до мелочей, и Кейн точно не первый, кто сейчас лежал задницей кверху.       Нежностью мужик не отличался. Да еще и смазки никакой не было, зато боль, конечно же, дикая, когда пытались засунуть в него член. И это даже получилось, после чего последовали очень сильные толчки, разрывающие плоть. И еще неизвестно, что хуже: мужик, что грубо имеет, или противный хохот мальчишки, которого эта картина жутко забавляла.       Мужчина вырывался, точнее, пытался. Но было без толку. Может, черт побери, стоило сразу быть послушным? Глядишь, паренек бы наигрался и бросил… Может, это было бы самым простым. Но думать было тяжело, когда над тобой издеваются, да еще самым извращенным способом. Пытаешься просто вырваться, сбежать, зацепиться. Крики сдерживать было тяжело, как и отборную ругань. Пусть слушает малец, что щадить его бесстыжие уши?       Ругань мальчишку не удивила, он ржал так же противно, как и раньше. Когда первый охранник закончил развлекаться с парнем, его место занял второй, и он тоже не отличался нежностью.       На жертву нельзя было смотреть без слез. Избитый, изнасилованный, весь в синяках и царапинах. Не говоря уже о кровавых полосах на спине. — Если не будет слушаться — накажите его еще разок, — скомандовал Арчи. На что охранники лишь молча кивнули и очень нехорошо посмотрели на Кейна.       Все это парня только забавляло, он ржал в голос, как, наверно, не ржет даже над самыми эффектными цирковыми номерами. Мальчишка быстренько подскочил к своей игрушке и подмял его голову за волосы. Богатенький засранец начал снова строить из себя черти кого, ему в лицо так и хотелось плюнуть. Но теперь пора было слушаться… Злоба так и плескалась внутри, хотелось свернуть шею этому гаденышу, но Кейн старался смотреть вниз. Сейчас ничего сделать было нельзя. — Ты испачкал моих охранников, их нужно хорошенько вылизать…       Идею мальчишки никто хорошо не воспринял. Особенно охранники, кто знает, вдруг этот ненормальный еще и кусается? Но выбора здесь не было ни у кого. Даже у них. — Если ты, тварь, только подумаешь кусаться — я тебе все зубы выбью! — пригрозил один из верзил, нехотя располагаясь перед его личиком.       Теперь верзилы трясли своими грязными членами перед лицом Кейна. И их действительно хотелось покусать хотя бы за то, что они с ним сделали. Да, они потом выбьют ему зубы и забьют чуть ли не до смерти… Так хотелось! Но это жертва и близко не стоила ничего. Кейн на долю секунды заглянул в глаза охраннику. Они тоже не горели желанием всем этим заниматься. Просто не хотели быть жертвами, не хотели упасть в эту бездну… Предпочитали быть палачами, а не жертвами. Только вот они и сами не понимали, что сами уже погрязли в этом ужасе и беззаконии. Они уже занимались ужасами, которыми не хотели заниматься. Вместо того, чтобы отсюда вырваться. — Хорошо… — тихо прошептал Кейн и аккуратно начал вылизывать первого охранника. Брать его грязный член в рот совсем не хотелось. Потому мужчина просто начал сначала его лизать по краям, слизывая отвратительную вязку сперму с разгоряченной плоти, стараясь не дать рвотным позывам победить себя. — Уже слушаешься! Хорошо-о, — усмехнулся Арчи, устроившись на своем кресле.       Конечно, у Кейна был не самый лучший вид сейчас. Да и медицинская помощь не помешала бы, но вместо этого… Парню приходилось заниматься самым отвратительным за всю его жизнь делом.       После второго охранника жить уже не хотелось, но мужчину все не отпускали. — Он мне нравится! Наденьте на него ошейник и приведите в нормальный вид, — меланхолично скомандовал мальчишка своим охранникам. Те в свою очередь молча потащили паренька в ванну, все так же в наручниках, как особо опасного. — Лучше сразу сдохнуть, — вполголоса заявил один из насильников, — живым ты все равно не уйдешь отсюда…       Кейн еле держался, но кое-как это у него получалось. В этот раз мальчишка остался доволен. Ему нравилось, что его слушаются. А никто ему даже не думал противиться. Теперь же мужчину тащили в ванную, чтобы там привести в порядок. Здесь маленького уродца не было, и охранники уже могли говорить открыто. — А мог не понравиться? — с трудом спросил Кейн охранника. — Мог-мог, и тебя бы тогда на окраине живьем закопали, — сухо отозвался один из верзил, — хватая какое-то мыло.       К великому счастью Кейна, его тушку после ванны никто не трогал и не насиловал, даже покормили и устроили его в подвале. Откуда он сбежал бы, только превратившись в таракана, да. Когда за ним закрыли тяжелую дверь, парень понял, что теперь он попал в Ад. А еще проклятый ошейник оказался чертовски тяжелым и неудобным… Что до остальной одежды, то в зеркало смотреться было бы стыдно. К счастью, зеркала здесь не было… А кому понравиться сидеть в колготах в крупную сетку, шортах и драном топе? Как продажная девка прям.