К.Фандорина

— Что же сказать. Его высокоблагородие ныне обер-полицмейстер, да к тому же чиновник особых поручений при московском генерал-губернаторе. Все к его мнению прислушиваются, совета спрашивают. К его чести он всё также уважителен со всеми, что редко бывает с таким-то чином. — Не женился? — небрежно обронила женщина, хотя сама тут же затаила дыхание. — Нет. Работа для него превыше всего. Хотя сейчас с дочерью живёт. — Дочерью?! От кого?! — Не знает никто, но появилась она в доме лет эдак 5-7 назад. Сначала будто в тайне держали, а потом Эраст Петрович выходить с ней в свет стал. — Неужто и внешне похожи? — Не сказать, что красавица писанная в отличие от отца. Что-то холодное в ней, глаза такие же полумёртвые, хотя и внимательные. Волосы черные, как смола. — И? — Катериной зовут. Пару раз её видел. С женщинами сплетнями не обменивается, по большей части молчит да наблюдает за всеми. Романы тоже за ней не ведутся, будто нет души в ней. Не зовёт девичье сердце её. Зато к генерал-губернатору вхожа, отцу помогает посильно. — Дела расследует? — выпучила глаза рыжеволосая, мотнув головой. — Говорят, что так. А еще шепчутся, что отец в ней души не чает: покупает ей ткани турецкие, украшения такие, что в России не сыскать. — Вот уж удивил, Пётр, ты меня, — ухмыльнулась женщина, посмотрев на деревянный пол. — Ещё больше в Москву захотелось, на бал сходить да рассмотреть всех поближе. — Не отпускает тебя столица, Варвара Андреевна…