Шахматы.

Гермиона Грейнджер медленно возила ложкой в тарелке с кашей, стараясь не заснуть и не плюхнуться лицом прямо в тарелку. Сегодня ночью она не сомкнула глаз, думая о проблемах, в которые ввязалась. Чертов Малфой! И после выполнения треклятого пари спать не дает. Теперь мстить задумал, пакость слизеринская! А она? Она тоже хороша! Нет бы надавать ему по морде, а она взяла и согласилась! Мстить этой сладкой парочке совсем не хочется, но гордость мешает оставить все так, как есть. Вот только Малфой-союзник – это уже слишком. Черт, а пути назад нет. Гриффиндорка дала слово, а слово представителя этого факультета – все равно что Непреложный Обет. Вот Хорек запросто может нарушить обещание, он же слизеринец! Ну ничего, пусть только попробует – она ему тогда покажет, где гиппогрифы зимуют. — Гермиона, ты хорошо себя чувствуешь? – Гарри озабоченно взглянул на растерянную подругу. — Я плохо спала, голова теперь болит, – ответила Гермиона, вымученно улыбаясь. — Сходи к мадам Помфри: для нее вылечить мигрень – минутное дело, – сказал герой магического мира и улыбнулся, наблюдая за попытками его лучшего друга стянуть гермионин тост, пока та не смотрит на него. Но тут прилетели совы, и Рон оставил попытки достать желанную добавку к завтраку. Сотни птиц разной окраски и размеров влетели в помещение, разнося свертки и конверты студентам. Утренняя почта всегда проходит так – быстро и сказочно. Над головой Гермионы зависла школьная сова, и уже через секунду в ее руках был маленький белый конверт. Ни имени отправителя, ни имени получателя. Хм… И почему у девушки такое стойкое ощущение, что она знает, от кого это? — От кого это? — не преминул спросить Рон, посмотрев на конверт. — Не знаю, – соврала девушка, чуть покраснев. Врать друзьям, а особенно лучшему другу и бывшему парню в одном лице особенно тяжело и стыдно. — Может быть, это от тайного поклонника? – хмыкнул Гарри и заговорчески подмигнул Гермионе. – Тогда, Рон, нам лучше отвернуться. Ну, или закрыть глаза. — Зачем? – Рон так часто задает этот вопрос, что о его реакции можно было догадаться заранее. – Затем, что Гермиона сама расскажет нам все, что считает нужным. А не расскажет, сами догадаемся, – улыбнулся Гарри Поттер, и в его глазах мелькнул знакомый огонек. И этот человек говорит, что не любит приключения? Да он сам приключение ходячее. Ох, и трудно будет Гермионе, если ее друзья возьмутся за разгадывание ее личной жизни. В любом случае, читать письмо этого слизняка в Большом зале опасно. Она сделает это перед обедом у себя в комнате. Предварительно закрыв окна, двери и все щели, чтобы никто не узнал об этом позоре. Гермиона и Малфой — сообщники! Удавиться легче, чем представить такое. Это то же самое, если бы накануне войны в газетах появились статьи типа: «Гарри Поттер и Лорд Волан-де-Морт подписали мирный договор» или « Лорд Волан-де-Морт отошел от дел и, объединившись с Гарри Поттером, отправился в Италию истреблять вампиров». Хех. Невозможно и абсурдно. Травология проходила с пуффендуйцами. Весь урок Гермиона не спускала глаз со своей сокурсницы и так называемой «подруги» – Лаванды Браун. Вот она брезгливо роется в земле, но тут Парвати залепила этой самой землей ее платье, и та рассмеялась. Странная какая-то. И крайне противоречивая. Умом она не блещет на первый взгляд, а как провернула это дело с этим поцелуем! Да и когда помогала, довольно правильные подсказки давала. Ясно, что в этой игре кукловод – Паркинсон. Но неужели все так просто? Что-то здесь не так. Когда прозвенел колокол, все отправились на следующий урок. Заклинания со слизеринцами – самый интересный урок. Все настолько горят желанием опробовать только что изученные заклинания друг на друге, что в классе становится жарко. А особенно все ждут, когда Гарри Поттер и Драко Малфой устроят шоу, которое бывает тогда, когда их ставят в паре. А это бывает очень часто… Вот сейчас профессор Флитвик поставил гриффиндорцев со слизеринцами. — Паркинсон и Патил. — Профессор, но я не хочу стоять в паре с этой зеленой! – Парвати возмутилась, но все знают, что это бесполезно. — Ты перепутала слова "не хочу" и "боюсь", красненькая – ответила представительница слизеринского факультета, поигрывая палочкой. — Так, прекратите пререкаться и встаньте на свои места! – рявкнул профессор. – Продолжим: Гойл и Финниган! Два парня недовольно встали друг против друга. — Малфой и Поттер. – Гарри хмыкнул, а Драко брезгливо поморщился. Профессор быстро распределил оставшихся студентов по парам, не слушая их недовольного бурчания. Гермиона оказалась в паре с незнакомой девушкой. «Хм, первый раз ее вижу. Может быть, она из другой школы? Странно, вроде бы у нас не было новеньких…» — рассеянно думала Гермиона. — Итак, остались мисс Браун и мистер Забини! Вставайте вместе. – Лаванда и Забини? Это судьба, блин… Ой, состроила рожицу типа «я ненавижу слизеринцев». Но Гермиона-то знает, что это выражение лица лживо! Правда, от этого знания легче не становится… А он тоже вроде брезгует, но под масками у них наверняка улыбки! Похотливые разрушители сна и жизни! Оставшиеся три урока прошли довольно спокойно, если не считать того, что Гермиона буквально сжигала Лаванду взглядом и думала о том, как же ей все-таки хочется отомстить. Кажется, в душе Грейнджер очнулась плохая девочка, которую она так упорно в себе подавляла, и которую так упорно ее мальчишки пытались уломать на очередные приключения. И весьма успешно уламывали, надо заметить. Вот только бы не начать превращаться в слизеринку. Девушка расслабленно завалилась на кровать. До обеда еще полчаса – можно расслабиться. Ну и письмо Малфоя прочитать. Гриффиндорка достала маленький аккуратный конверт и развернула его. «Хм, а у Малфоя красивый почерк. Наверное, это его единственная положительная сторона…» «За час до обеда в туалете Плаксы Миртл», — гласила записка. Ага. Отлично. ЧТО? За час до обеда… Опаздывает! Девушка схватила снятую мантию и вылетела из комнаты. Блин, и почему портрет Полной Дамы так долго открывается? Быстрей, быстрей! Гермиона выбежала в коридор второго этажа, свернула за угол… БАБАХ! — Гермиона, ты куда мчишься? Мы, кстати, тебя ищем!— Гарри еле удержался на ногах. — Гарри, Рон, я спешу! – времени нет. Она ненавидит опаздывать. — Ты куда? — Надо… быстро… — донеслось до друзей от девушки из соседнего коридора. Еще один поворот. Гермиона буквально залетела в туалет. Белобрысый стоял, облокотившись на раковину. — Довольно эффектное появление. Такое же эффектное, как танец троллей, напившихся огневиски. -Заткнись, Малфой! — Заткнись? – Он посмотрел на Гриффиндорку как на жука-навозника. – Ты опоздала! И не на пять или десять минут, а на полчаса! — Ой, не тебе меня учить пунктуальности. Я же не говорю, что ты родился не вовремя. Вот соблюдал бы ты пунктуальность и родился во времена инквизиций, сожгли бы тебя на костре во благо человечества. — Грейнджер, ты… — хотел было сказать слизеринский принц что-то противное в ответ, но тут: — Гермиона, ты здесь? – Черт-черт-черт, как не вовремя! Как же не вовремя пришли ее друзья.