Шахматы.

*Гостиная Гриффиндора* На улице темно, время уже давно перевалилось за полночь. Как правило, в это время в замке все спят, но в эту субботнюю ночь некоторые «остатки» от жителей Школы колдовства и магии все еще находились в факультетских гостиных, а не в своих комнатах. Так, в гостиной Гриффиндора, в полутьме, при слабом свете тлеющих в камине углей сидели те, кого называют «Золотое трио». Они молчали, каждый думал о своем, самом сокровенном. Надо ли описывать выражения их лиц? Гарри что-то писал на куске пергамента, периодически задумываясь и с глупым мечтательным выражением лица посасывая кончик пера. Гермиона сидела в кресле, не отрываясь, смотрела в огонь, счастливо улыбалась и поглаживала своего кота, который мирно развалился на ее коленях. Рон сидел на корточках у камина, периодически вороша дрова кочергой и иногда похихикивая. Если бы сейчас в комнату кто-нибудь зашел, он бы наверняка подумал бы, что они сошли с ума. И на следующий же день в газетах появились бы заголовки, типа: «Герои магического мира слетели с катушек», « Гарри Поттер – новый пациент Мунго?», «Мальчик-который-выжил или мальчик-который-сошел-с-ума?», «Золотое трио. Где их крыша?» Гарри Поттер отложил пергамент, видать, он дописал «эссе по истории магии», как когда-то он сказал своей подруге. — Гермиона... – весело позвал он свою подругу. – Ты выглядишь такой счастливой! Не хочешь нам ничего рассказать? — Он подсел ближе. — Неееа… — протянула она и лучезарно улыбнулась. — А может, ты мне расскажешь что-нибудь интересное? – лукаво проговорила девушка и двусмысленно подняла брови. — Да вроде ничего нового… — Гарри поднял к потолку глаза, в которых плясали чертики. – А может все же, это ты что-то скрываешь? Может ты… влюбилась? — Я?! — притворно изумилась девушка. — В кого же я могла влюбиться? Даже не представляю… — Ха… — Поттер недоверчиво покачал головой. – Ну, тебе лучше знать. – Гермиона покраснела. – Вот! Ты точно что-то скрываешь… — А может, это ты что-то скрываешь? – отмахнулась она и опять двусмысленно глянула на друга. – Может, это как-то связано со Слизерином? — Со Слизерином? — переспросил он, будто не услышав. – Не имею понятия, о чем ты. Но кто-то из нашей троицы явно что-то скрывает… — А-а-а! — вдруг заорал Рон и сорвался с места. – Я больше не могу! – закричал он. – ДА! Я встречаюсь с Мелисентой! Да, она слизеринка! Ну и что?! — ЧТО? — друзья уставились на рыжего. Они и не предполагали, что заденут своим шутливым разговором друга. А тут такое открылось… — Рон, о чем ты? – опомнился Гарри. — Э-э-э… – Кажется, до друга дошло. – Так вы не обо мне разговаривали? — Нет… — прошептала Гермиона, а потом опомнилась и прокричала: –ТЫ ВСТРЕЧАЕШЬСЯ С МЕЛИСЕНТОЙ?! — А… Ну, да… — он замялся. — Я не знал, как сказать… все произошло так быстро… — сбиваясь, говорил он и краснел. – Тогда ночью, когда вас в кабинетах закрыли, я встретил ее на Астрономической башне, она плакала… — он говорил все быстрее и быстрее. – Ну, в общем, я ее утешил, а потом… Ну… В общем… — Договорить он не успел, потому что комнату заполнил смех Поттера. — Рон... – сгибаясь пополам, выдавил его лучший друг. – Ты такой… ты такой шустрый! – Гермиона находилась в полной прострации. Это что, получается, все Золотое трио со слизеринцами? О, боги… — Ну, я боялся вам сказать – смущаясь, произнес Уизли. – Она же со Слизерина, и я не знал, как вы отреагируете. -Знаешь, что? – Гарри похлопал друга по плечу. – Здесь нет ничего плохого. И я думаю, что пора сказать! – он улыбнулся. — А я тоже встречаюсь со слизеринкой! -Что?! – удивленный Рон уставился на своего лучшего друга, как на седьмое чудо света. – И с кем же? — Ой, разве это не очевидно? – вставила свое слово Гермиона. – С Панси Паркинсон, конечно! — Что? – снова повторился Уизли. — Да вот так… — пропел Гарри. – Гермиона, теперь твоя очередь. — Моя? – гриффиндорка запаниковала. – А… а… Что я? — Поведай нам, с кем встречаешься ты! – Поттер скрестил руки на груди и с видом «я все про тебя знаю» навис над девушкой. — Ну… — Сейчас или никогда, девушка зажмурила глаза. – Я встречаюсь с Драко Малфоем. – Молчание в ответ. Рон смотрел на подругу так, будто у нее выросли щупальца, и в его глазах читалось полное офигевание, а Гарри с самодовольной улыбкой стоял в той же позе, что и раньше. — Что и следовало доказать! – радостно провозгласил он. -Но… но… это же Малфой... – непонимающе прошептал Уизли. — Смирись! – сказал его друг и снова улыбнулся. – И все вы смиритесь, что мы связались со Слизерином и, кажется, сошли с ума. — Ну, это точно верно! – Гермиона вскочила со своего места. – Мы все сошли с ума, но я действительно люблю слизеринца. Самого наглого, напыщенного, самоуверенного, мстительного, продуманного и, короче, очень противного! — А я люблю слизеринку, – вступил в разговор Гарри. – Самую расчетливую, холодную, мстительную и неприступную… — И я тоже! – радостно сказал Рон. – Самую скользкую, острую на язык, но иногда такую милую… — А знаете что? – вдруг сказала подруга. – Я тут подумала. И поняла… — она обняла своих друзей. – Мы с вами не сумасшедшие. Судя по тому, как мы отзываемся о своих любимых, мы – МАЗОХИСТЫ! – гостиная Гриффиндора сотряслась от смеха. Золотое трио дружно повалилось на диван и там продолжало смеяться. Минуты две они валялись и хохотали, пока не вспомнили, что почти вся остальная часть замка спит. — Эээ... – после того, как все успокоились, Рон решился все-таки спросить. – А кто такие мазохисты? – Гарри и Гермиона переглянулись и снова засмеялись. *Выручай комната* Сегодня в комнате сидели четыре человека. Они собираются в таком количестве уже довольно давно. Где-то с месяц, с тех самых пор, как Браун и Забини осуществляли свой план с покером. Поначалу им не было весело, и каждое собрание заканчивалось ссорой и криками, но постепенно враждующие стороны утихомирились, а потом это вообще вылилось в любовь… — Ха-ха-ха… Нет, ну все же мы их сделали! – Лаванда лежала на своем парне, который накручивал на палец локон ее светлых волос. — Да, как тебе наша месть? – слизеринец посмотрел на Паркинсон и мстительно хмыкнул. – Тяжело? — Нет, это было довольно легко, тем более, когда у меня такой союзник… — Панси многозначительно посмотрела на парня, который стоял напротив нее. – Да, Поттер? — Я не союзник – я жертва обстоятельств! – он мотнул головой и улыбнулся. — Ну да, жертва ты наша… — темноволосая хмыкнула. – Я не виновата, что ты в шахматы не умеешь играть… — Ой, кто бы говорил! Вообще-то, ты тоже Забини проиграла! – он обиженно надул губки, но все же сел рядом с девушкой, которая опустила свою голову к нему на плечо. — Ха! Я-то хоть Забини проиграла, а ты блондинке… — Не считается… — Герой магического мира закатил глаза. – В любом случае мы с тобой оба проиграли. — Да. — Лаванда улыбнулась. – Это была сладкая месть. Вот вам и шахматы! – Она засмеялась. – Хотя, вам надо было лишь закончить то, что мы уже начали. Они и так уже давно были связаны друг с другом, а вам надо было лишь направить их чувства в нужное русло… — Нужное русло? – язвительность слизеринки, которая обычно пропадала, когда рядом любимый темноволосый очкарик, вернулась. – Малфой полюбил – ПОЛЮБИЛ! – и кого? Грейнджер! Лохматую заучку, которая… — Хватит! – Гарри толкнул свою девушку: он не любил, когда его подругу обзывают, и еще ему было стыдно, что он так поступил. Он проиграл Лаванде в шахматы, и ее желанием было: «Заставить Грейнджер влюбиться в Малфоя». А Паркинсон проиграла Блейзу, который захотел, чтобы она заставила Малфоя влюбиться в Гермиону. В итоге Поттер и Паркинсон стали союзниками. Мило… — Короче, мы с Гарри – настоящие волшебники, — подытожила Панси. – Но из-за вас скоро пойдет дождь из серебряных ботинок, и вымрут все гномы… — Это еще почему? – не понял Забини. — Потому что Гриффиндор со Слизерином! — Она лукаво посмотрела на парочку, что сидела рядом. – И не в одном сумасшедшем варианте, а в целых… ммм… – Она посчитала на пальцах. – В четырех!!! — Ну, подумаешь! Тебе что, плохо от этого, что ли? – хмыкнул Блейз. — Неа… — Слизеринка потянулась и поцеловала мальчика-который-выжил в щеку. – Мне очень даже ничего… — Гарри покраснел и приобнял девушку за плечи. В комнате повисла тишина, такая приятная и теплая. Сейчас все здесь было в красных оттенках, оттенках любви, романтики, счастья и страсти. Парочки со счастливыми улыбками смотрели друг на друга. — Слушайте! – воскликнул вдруг Забини. – А давайте поиграем в крестики-нолики? — А давайте! – радостно согласилась Лаванда. – А тот, кто проиграет… Хм… — она задумалась. Все возможные интересные варианты, а вернее один единственный вариант, был уже исполнен. – Что же… — А я знаю что! – Гарри лукаво улыбнулся. – Тот, кто проиграет, будет сводить… миссис Норис и профессора МакГонагалл!!! – секунда на понимание, и комната сотряслась от смеха. Было странно видеть, как слизеринцы наравне с гриффиндорцами смеются от души. Но чего уж тут скрывать, любовь меняет людей. И даже Панси готова меняться, а если не готова… она непроизвольно перенимает доброту у Гарри. — Тупица! – Паркинсон, утирая слезу, посмотрела на свое сокровище. – Они же обе женского пола… — Ну, чего только не бывает в современном мире… — он многозначительно посмотрел на значок своего факультета и ее. — Это точно. – Паркинсон гаденько улыбнулась. – Крестики-нолики, так крестики-нолики! *Гостиная Слизерина* Драко Малфой в полном одиночестве читал какую-то книжку, но слова никак не складывались в строчки. Все его мысли занимала одна непричесанная умная гриффиндорка, которая засела там надолго, если не навсегда. Хм… И как так получилось, что простое желание затащить ее в свою постель вылилось в такое недоразумение, как любовь? Его размышления прервали, в гостиной объявился лучезарный Блейз. — Ну что, Малфой, ты счастлив? – он посмотрел на сокурсника сверху вниз. – Мы сделали то, что должны были – Панси влюбилась в Поттера, а Грейнджер переспала с тобой по своему желанию. — Хм… — Драко ухмыльнулся. – Молодцы. — И это все? – недовольный Забини сел напротив своего мучителя. — А что еще? — Мы с Лавандой кажется перестарались, и теперь ты нам должен! — Я? – белоснежная бровь взмыла вверх. – С чего бы это? — Ты должен был только получить физическое удовлетворение, а получил любовь. — Ха… — на секунду на лице Малфой появилась мечтательная улыбка, но тут же сменилась сосредоточием. – Вы мне проиграли… оба! И это была моя месть, за то, что вы поиграли с моей жизнью. Мне вообще надо было вас убить… — Ты такой махинатор, — улыбнулся сокурсник и начал рассуждать. — Ты выиграл у меня и загадал, чтобы я организовал тебе постель, потом выиграл у моей девушки, и она должна была заставить Панси влюбиться в Поттера. Мы выиграли у Панси и Гарри. Потом вы с Гермионой выиграли у нас. И пока мы типа сводили Гарри с Панси, Гарри с Панси сводили вас. И это все для того, чтобы Гермиона оказалась в твоей постели… — он вздохнул. — Что за запутанная история! Ты сплел такую сеть! Ты паук… — Я не паук, я – шахматист, – Драко гадко улыбнулся. – А люди – мои пешки. Все прошлось по кругу. И я отомстил тебе и Браун за то, что вы играли со мной. Панси за то, что она была инициатором этого, и Поттеру за то, что он существует. Но даже я пострадал… — Ха, каким это боком? — Любить – трудно и больно… — он отвернулся. – Но да ладно, мне нравится. — Кто бы сомневался, — хмыкнул Забини. — Ну что… — протянул Малфой. – Может, в шахматы? Одну партейку? — НЕТ! – испугался сокурсник. – С тобой я в шахматы больше играть не буду! – сказал он, а потом замялся и тихо произнес. – Да и хватит с меня на сегодня проигрышей… — В смысле? — не понял Драко. – Во что ты сегодня уже проиграл? — В крестики-нолики… *Там, где никого нет…*

Чёрный король распустил свои руки,

Надев шахматиста маску.

Ему подчиняются черно-белые люди.

Люди – что сотворили сказку.

А где-то в забытом классе лежала открытая коробка шахмат. Это те самые шахматы! Те, которые изменили историю вражды, те, которые заколдовал настоящий игрок. Черные и Белые заколдованные фигурки тихо шептались между собой и смеялись. Сегодня у них праздник! Черный Король предложил свою руку и сердце Белой Королеве, и та согласилась. Глотая слезы счастья и краснея, она обняла его, такого холодного, непреступного и думающего раньше, что он – повелитель своих пешек. Но даже черные пешки живут своей жизнью, и именно они позволяли выигрывать белым. И благодаря им, желания студентов школы колдовства и магии осуществлялись. Всего лишь пешки, которые подвластны королю, но король подвластен шахматисту. Кто знает, может, и шахматист находится под чьим-то влиянием? Начались танцы. Черно-белая доска зарябила от движения черно-белых фигур. Была назначена дата свадьбы. Вражда двух лагерей, двух противоположностей была закончена. И все благодаря всего лишь одной любви… Хм… Может и Шахматист — чей-то черный король, и может, он прекратит вражду, предложив себя Белой Королеве? Кто знает… Все может быть. ________________________________________________________________________ ОТ АВТОРА: Ну, вот и кончился фанфик, который я так долго писала! Я хочу извиниться за те моменты, когда долго не было проды, или она не оправдывала вашего ожидания! Я действительно старалась для вас! Мои читатели!!! И если бы не вы и ваши отзывы, фанфик состоял бы из глав так шести… Но я все писала и писала, потому что ваши слова грели мою музу! И моя муза очень довольна! Я хочу поблагодарить свою терпеливую и любимую Бету! Релку или просто Леру! За то, что она не прибежала из своего города и не убила меня за слизАринцев вместо слизЕринцев, ибо я постоянно в этом плане тупила… Люблю тебя, солнышко! =* И есть читатели, которым я обязана многим. Читатели, которые стали мне как друзья, да что там как! Мои новые подруги, которые поддерживали и читали мой бред до конца! ГалиОна, Невербена, *Gloria*, *Mistress Erna*, Arietta, Alevtina Secret..., Aritel, Троеточие и Мечтательный Эльфик (который к несчастью так и не объявился). Я низко кланяюсь! Целую и обнимаю! АРИГАТО! СПАСИБО! Спасибо за то, что были со мной… Блин сейчас заплачу… От беты: Ну вот и кончился фанфик, который я так долго редактировала))))) Лен, соблазн убить тебя был велик)) Но я же люблю тебя, черт возьми, было бы жалко)) Эх, у самой чуть не слезы наворачиваются…