Часть 1
24 августа 2016 г., 19:36
1. Фиона
Не секрет, что Микки и Йен лучшие друзья; это был общеизвестный факт для всех и для Фионы в частности, так как она видела, как эти мальчишки росли вместе. С родителями им всем, мягко говоря, не повезло, так что Фиона стала опекуном всех детей их большого семейства. Моника постоянно сбегала, торговала наркотой, и время от времени возвращалась в попытке всё исправить. Но на самом деле ей было плевать на детей. Фрэнк, ну, это же Фрэнк, дети ему нужны были только для того, чтобы получать пособие на их содержание. А ещё он воровал деньги из их сбережений и требовал, чтобы его пускали на ночлег. По крайней мере, так было до тех пор, пока Дебби окончательно в нём не разочаровалась и бросила любые попытки помочь отцу. День его исчезновения стал их личным небольшим праздником. А ещё в какой-то степени Фиона стала опекуном и для детей Милковичей; Микки и Мэнди, и иногда Игги оставались на какое-то время в доме Галлагеров. Несмотря на репутацию, которая шла впереди них, эти дети не были плохими.
Она никогда не замечала этого раньше, полагая, что ничего особенного, в общем-то, не происходит. Она увидела, что парни устроились на диване в гостиной и смотрели какой-то фильм. И тут-то она поняла, что так режет ей глаз: лучшие друзья так друг к другу не прикасаются, и не смотрят друг на друга так, как сейчас эти двое.
– Эй, парни, я ухожу на работу, – крикнула Фиона, проходя через гостиную. Ни один не обернулся на крик. Они были увлечены тем, что происходило на экране. Скорее всего, это был очередной дурацкий фильм с Ван Даммом, потому что они не уставали спорить друг с другом во время просмотра. – Йен, ты вообще собираешься заняться хоть чем-нибудь полезным сегодня?
И снова полный игнор. Йен развернулся к Микки и шлёпнул его рукой по бедру, громко рассмеявшись. Микки стукнул его в ответ по плечу.
– Ебучий ты козёл, – пробурчал Микки.
Фиона просто стояла неподалёку и наблюдала за ними.
– Я? Ты, бля, в зеркало давно смотрелся? – воскликнул Йен и снова шлёпнул Микки по бедру, тут же уворачиваясь от ответного удара. Фиона видит такое не в первый раз, но всё равно каждый раз приходит в замешательство. Ей всегда было интересно, нет ли между этими двумя чего-то большего.
– Всё равно тебе нравится мой член, – вдруг выдаёт Микки. Совершенно очевидно, что он и не подозревает, что Фиона находится буквально в паре шагов от них. Его слова приводят девушку в ещё большее замешательство. Её слегка взволновал тот факт, что Йен, в самом деле, мог видеть член Микки. Это то, чем в нынешнее время обычно занимаются лучшие друзья? Боже, ей об этом ничего не известно. У неё самой лучших друзей никогда не было.
Йен покачал головой и хихикнул.
– Даже если это так, ты об этом не узнаешь.
Даже со своего места Фиона смогла разглядеть, как брови Микки взлетели вверх, а на его губах появилась усмешка.
– Уверен в этом, Галлагер?
Что? Вот теперь Фиона по-настоящему смущена. Эти двое дружат ещё со времён младшей бейсбольной лиги, буквально неразлучны. Они сами же дали понять, что между ними ничего нет, и теперь Фиона задавалась вопросом, нормально ли видеть их такими друг с другом.
Прежде чем Йен что-то сказал, Фиона решила вмешаться. Что-то ей подсказывало, что она не хотела бы услышать ответ брата на этот вопрос. Она кашлянула, прочищая горло, и стукнула по спинке дивана, привлекая их внимание. Парни мгновенно повернулись и посмотрели на неё круглыми глазами, ну точно два оленя в свете фар. Йен быстро убрал руку с ноги Микки и невинно улыбнулся сестре.
– О, привет, Фи.
Фиона, сузив глаза, проинформировала парней:
– Я ухожу на работу. Убедитесь, чтобы Фрэнка здесь не было. Завтра придёт социальный работник и мне не нужно здесь его дерьмо.
Оба кивнули, как-то слишком уж воодушевлённо. Фиона подозрительно на них покосилась. Они же только друзья, да? Лучшие друзья, которые слишком часто друг к другу прикасаются. Но ведь просто друзья так себя не ведут, да?
2. Игги
Он часто замечал присутствие Йена; парень буквально прилип к его брату, ну точно как то кофейное пятно на его собственных джинсах. Он как попугай повторял всё за Микки. Игги научился с этим мириться, ему пришлось к этому привыкнуть. После того, как Терри упекли за решётку, Йен стал появляться даже чаще, будто, в самом деле, поселился у них.
Игги лишь знал, что Микки и Йен друзья, наверное, лучшие друзья, и даже не подозревал, что между ними есть что-то большее, чем просто дружба. По крайней мере, до тех пор, пока не увидел, как эти двое прикасаются друг к другу. Не в сексуальном плане, нет, но эти короткие касания всё равно бросались в глаза. Они ели пиццу, курили косячки и заливались алкоголем. Если бы они были парой, они бы делали что-то поинтереснее, да? Вот Игги и стало любопытно. В конце концов, это же его брат.
Йен только что ушёл, на какое-то собеседование для работы, типа того – Игги это мало волновало – и Микки плюхнулся на диван рядом с ним. У него было такое выражение, точно его кто-то хорошенько стукнул по морде. А вот это уже было интересно, потому что такое лицо у Микки было каждый раз, когда Йену приходилось уходить.
– А вы с Галлагером близки, да? – спросил он, вытягивая косячок и поджигая его. Да, Игги. Своим вопросом ты попал не в бровь, а в глаз. Микки повернул к нему голову, слегка нахмурившись, и выхватил самокрутку из пальцев брата.
– Ну, да, – ответил Микки так, словно это было очевидно и без вопросов. – Я знаю пацана ещё с младшей лиги, этот долбоёб с тех пор от меня никак не отстанет.
Игги знал, что Микки упустил ну очень много деталей в своём ответе. Он мог сказать это потому, что заметил, как у брата дёрнулся кончик носа, при упоминании Йена; словно рефлекс, который сказал о том, что Микки чего-то недоговаривает.
Игги усмехнулся и забрал назад свой косячок. Любопытство ничуть не было удовлетворено.
– Не надо стесняться, мне посрать, кого ты там трахаешь.
Ему, в самом деле, было всё равно. Если Микки и Йен трахаются, пусть так. Пусть занимаются, чем хотят, только не на его кровати. В их доме придерживались определённых правил. И главным из них было: не трахаться в кровати Игги, или получишь пулю прямёхонько себе в член.
Микки слегка покраснел, чем ещё больше заинтриговал Игги.
– Ты где про такую хрень услышал? Йен просто друг, понятно?
И снова кончик носа его брата дёрнулся. Игги усмехнулся про себя. Даже если ничего и не было, он знал точно, что Микки бы этого очень хотелось.
– У тебя нихуя нет никаких друзей, – рассмеялся Игги.
– Ну, у тебя тоже, – огрызнулся Микки, избегая зрительного контакта. Господи, он нихрена так и не научился врать. – К тому же это было бы пиздец как странно.
Тут Игги почти поверил, что эти двое просто друзья; может так и есть. Но как тогда объяснить все эти их прикосновения украдкой. Игги один из немногих знал своего брата лучше других. Он усмехнулся и закатил глаза.
– Ага, пиздец как странно.
3. Карл
У Йена было много друзей, даже слишком много, но любимчиком Карла всегда был Микки. Милкович был сильным, умел драться, и ещё у него была самая потрясная коллекция оружия, о которой сам Карл мог только мечтать. У Йена было много друзей, но только Микки всегда был рядом. Они то и дело засиживались в гостиной за видеоиграми, болтали всю ночь напролёт и будили его своим ржанием, накуривались в грузовике на заднем дворе. Обычные будни лучших друзей, так думалось Карлу.
До тех пор, пока Микки не начал оставаться у них на ночь чаще обычного. Он устраивался на полу, стащив покрывало с дивана. Карл не обращал на это внимания, но однажды он зашёл в комнату и увидел, что эти двое начали друг с другом бороться. И выглядело это всё так, будто в самом настоящем порнофильме. Не то, чтобы Карл смотрел такие фильмы, конечно же. Он поначалу растерялся, но, в конце концов, за столько лет он свыкся с таким. Микки и Йен всегда были вместе и все просто думали, что они близки, как лучшие друзья.
По какой-то причине Карл задался вопросом, так ли это было на самом деле, и решил расспросить Йена.
– Ладно, Галлагер, я сваливаю, – крикнул Микки на ходу, сбегая по ступенькам. Он пронёсся как ураган через гостиную, чуть не зашиб Карла и вылетел из дома, хлопнув дверью. Карл нахмурился, удивившись, что он вообще тут делал и зачем кричал Йену, что уходит.
Карл метнулся наверх и увидел Йена, который подтягивался на перекладине над дверью их комнаты.
– Эй, Йен? – позвал он, скидывая свою сумку куда-то в угол. Йен издал что-то похожее на «Что?» или «Хули тебе надо?». Но Карл всё равно спросил. – Микки твой парень?
Йен глянул на него круглыми удивлёнными глазами. Карл легонько бил кулаками ему по прессу, пока тот продолжал подтягиваться. Йен покачал головой.
– Ха, нет. С чего ты это взял? – у него был странный голос, будто он хотел ответить совсем другое, но Карл не обратил на это внимания.
– Он тут типа спит каждую ночь, – ответил Карл, вспоминая каждую ночь на прошлой неделе, когда он не мог заснуть из-за двух смеющихся идиотов. Козлы.
– У него дома полная хрень творится, – Йен подтянулся последний раз и спрыгнул. Он потёр рукой лоб и покосился на брата. – Друзья могут ночевать друг у друга, это же не преступление?
Карл склонил голову набок, обдумывая сказанное. Он так и не смог разгадать выражение лица Йена или истинное значение его слов. Он просто шлёпнул брата по груди и наклонился за своей сумкой. Ладно, может они и просто друзья, может, они просто более близки друг с другом, чем обычные друзья. Это он переживёт.
– Наверное, нет.
4. Кевин
– Я б пошёл на дно с этим кораблём. Я так их шипперю, – выдал Кевин, глядя на то, как Йен и Микки присаживаются за стол напротив. Они сели, тесно прижавшись друг к другу, соприкасаясь локтями и коленями.
Вероника слегка подтолкнула его и покосилась на парочку напротив.
– Я сейчас твой корабль пущу на дно, если не подвинешь свой зад. Шипперишь? Это что ещё за хуйня?
Кевин закатил глаза и взмахнул руками, принимаясь объяснять.
– Это когда ты видишь какую-то пару и хочешь, чтобы они были вместе. Я хочу, чтобы они были вместе.
Этот разговор случается, по крайней мере, раз в день. Микки работал теперь на Кевина в его баре, и Йен всегда заглядывал к ним, будто проверял, всё ли у парня хорошо.
– Да брось, они просто друзья, – Вероника рассмеялась и, протиснувшись мимо мужа, пошла наливать пива очередному клиенту.
– Друзья? – воскликнул Кевин, глядя на жену круглыми глазами. – Посмотри на размеры этого дивана, там человек пять поместится.
– И?
Кевин удручённо вздохнул и повернулся к парням спиной.
– Микки практически сидит верхом на Йене, глянь… – Вероника заглянула ему через плечо, но Кевин тут же взмахнул рукой. – Нет, блядь, не смотри, они увидят, что ты смотришь.
Кевин обернулся и увидел, что парни смотрят на него недоумённо. Он помахал им и отвёл Веронику подальше.
– Просто смотри, – прошептал он.
Она и посмотрела. Парни громко смеялись, в руке у каждого было по стакану. Йен склонился к Микки, и, насколько разглядел Кевин, улыбнулся ему с обожанием на лице. Тут Йен что-то выкрикнул и потянулся за шотами с текилой.
– И на что я, блядь, смотрю? – прошипела Вероника. Ничего необычного, такую картину она наблюдает каждый день. Кевин приложил палец к губам, надеясь, что парни их всё-таки не заметили.
Йен схватил солонку, облизнул тыльную сторону своей ладони и высыпал туда соли. Он прихватил губами кусочек лайма. Со своего места Кевин и Вероника услышали, как Микки недовольно застонал, но потом наклонился и слизнул с ладони Йена соль. Йен хихикнул и тут Микки опрокинул в себя текилу и взял из губ Йена лайм, соприкасаясь с ним губами.
– Чёрт, – выдохнула Вероника и рассмеялась, покачав головой. Насколько они знали, парни всегда были просто друзьями. Очень близкими друзьями, как теперь оказалось. – Это было горячо.
Кевин и знать не знал, что такое шиппинг, чёрт, да он только на прошлой неделе узнал от Дебби о том, что есть такой термин. Но Йен и Микки так классно смотрелись вместе. Никто этого не видел. Они наверняка скрывали свои истинные чувства под маской многолетней дружбы, но Кевин замечал любые мелочи – работа барменом научила его наблюдательности.
5. Мэнди и Лип
Они всегда были лучшими друзьями, все четверо (даже если иногда Микки и считал Липа мудаком). Как только сдружились Йен и Микки, они стали общаться все вчетвером. Вот только всё изменилось, когда Мэнди и Лип сошлись. Они отделились от группы. И теперь изредка они вновь собирались одной компанией, чтобы выпить и потусоваться.
Этим вечером Мэнди потребовала, чтобы они сыграли в «Правду или вызов».
– Нахуй тебя и твою дерьмовую игру, – выплюнул Микки, делая очередной глоток водки. Йен протянул руку и выхватил у него бутылку, от чего Микки чуть не подавился, выплюнув немного жидкости. Мэнди и Лип переглянулись, думая об одном и том же. Какого чёрта?
Микки ткнул Йена в грудь.
– Пошёл ты, Галлагер. Твою задницу я надеру позже.
Лип наклонился к Мэнди, что-то шепча ей на ухо, пока парни продолжали ругаться как супружеская пара. Это было забавно, правда, то, как они старались не показать лишнего.
– Эй, придурки, – крикнула Мэнди, поднимая вверх руку и привлекая внимание парней. Они повернулись к ней с одинаково сердитыми выражениями на лицах.
– Моя очередь, – она самодовольно улыбнулась и кивнула Липу. – Микки. Правда или вызов?
Микки показал ей средний палец и прокашлялся. Горло всё ещё горело от выпитого алкоголя.
– Отъебись, я только что отвечал.
– Ладно, – вмешался Лип. Ему и самому хотелось разузнать подробности об этих двоих. Конечно, он знал, что они друзья, но что-то недавно поменялось. Они прикасались друг к другу, иногда начинали шуточно бороться друг с другом. И это была уже не просто дружба. Может они уже даже трахались. – Йен. Правда или вызов?
Он ткнул Микки в бок, чтобы тот перестал хихикать.
– Ладно. Правда.
Лип хлопнул в ладоши и долго не думая спросил:
– Так что, вы с Микки уже трахались?
Мэнди рассмеялась, хватаясь за живот, когда Микки буквально на месте выпал в осадок, а Йен чуть воздухом не подавился. Облажались по-полной; Фрэнк и тот врал на порядок лучше.
– Это что за вопрос вообще? – спросил Йен, покачиваясь на скрещённых ногах. Микки покусывал губу, бросая взгляды на хихикающую парочку напротив. Вот уроды.
Всё ещё улыбаясь, Мэнди заметила:
– Один из вас должен ответить.
Микки схватился руками за голову.
– Зачем вам такое спрашивать? – он бездумно потянулся за очередной рюмкой и опрокинул её содержимое в себя.
Лип выгнул бровь, глядя на то, как подозрительно ведут себя эти двое. Тут Йен хлопнул себя руками по коленям, зная, что их не оставят в покое, если они не ответят. Он покачал головой и ответил громко и чётко:
– Нет, мы не трахались.
Микки покосился на него, закусив нижнюю губу.
Совсем незаметно, подумал Лип.
– Моя очередь, – усмехнулся он, подтолкнув Мэнди. Боже, это будет нечто. Йен нахмурился и в целом выглядел так, словно хочет просто встать и уйти. – Микки. Правда или вызов?
И не важно, что он выберет, они с Мэнди всё спланировали заранее. Они будут измываться над парнями, пока те не взмолятся о пощаде.
– Какого хрена вообще, – пробормотал себе под нос Микки. Искренне полагая, что его ответ не будет ничем ему грозить, он произнёс: – Вызов.
Лип не успел и слова сказать, как Мэнди закрыла ему рот руками и с поистине дьявольской усмешкой глянула на парней. Ей всегда было интересно, что же происходит между ними на самом деле.
– Вот мой вызов: трахни Йена.
На секунду в комнате воцарилась полнейшая тишина, а потом Лип в голос рассмеялся, падая на спину. Микки подорвался с места и, прихватив с собой бутылку, ткнул им всем средний палец.
– Пошли вы нахуй.
Лип посмотрел на брата, который пытался спрятать своё лицо с покрасневшими щеками. Потом в его голове будто что-то щёлкнуло, может между ними и в самом деле что-то происходит – может они кружат вокруг да около, потому что они оба этого хотят. Они хотят друг друга. А Йен никогда не умел врать.
+ 1
Йен и Микки были лучшими друзьями, сколько себя помнили. Всё началось в тот день, когда Микки подбежал к нему и толкнул на землю, улыбаясь как идиот. Именно с этого момента и началась их дружба. С тех пор они были неразлучны, всё делали вместе. По пятницам они методично разрушали свою печень, а по будням прогуливали школу и бесили учителей. Всё изменилось, когда Йен признался в том, что он гей. Он просто заявил об этом Микки однажды, когда они раскуривали на пару косячок. А Микки… ну, в тот же день сам он глубже спрятался в свой собственный шкаф. Йен всегда был увереннее его самого, популярнее, и Микки порой казалось, что он находится в его тени.
Но как-то раз Йен толкнул Микки к стене, они спорили о том, что тот парень совершенно очевидно ему не подходил, хотя сам Йен верил в обратное. И тут вдруг Йен прижался губами к его рту, страстно вылизывая его изнутри, он целовался так, словно завтра не наступит никогда. Микки никому не говорил о том, что он гей, чёрт, он и сам не был ещё в этом уверен. Но несколько месяцев спустя он во всеуслышание признался в этом посреди бара, надеясь, что Йен услышит его слова.
И с тех пор они были уже не просто лучшими друзьями. Их семьи, их друзья, казалось, ничего не замечали, или же просто ничего не говорили.
Йен нежно чмокнул Микки в губы.
– Мы должны им рассказать.
Понятно, что он хотел, чтобы люди знали. Они и так почти не скрываются.
– Нахуй им знать? Что с того, что они узнают? – спросил Микки, нахмурившись. Йен подошёл к нему ближе и принялся разглаживать морщинки у него на лбу.
Он улыбнулся.
– Они же семья, они должны знать, что я трахаю своего лучшего друга.
– Только не такими словами, – усмехнулся Микки.
Йен обхватил руками Микки за шею.
– Хватит быть упрямой задницей, посмотри на меня.
И, чёрт возьми, Микки никогда не мог сказать нет этому парню. Он не мог перестать волноваться о том, как все на это отреагируют. Никто такого от них и не ожидает.
– Отвали, придурок, – он оттолкнул Йена. И, глядя на его самодовольную улыбку, покачал головой. Что он только ради него не сделает. – Ты им скажешь, скажешь всю грёбаную правду.
Йен схватил его за рубашку и притянул к себе, их лица оказались близко друг к другу.
– Не по твоим правилам, да? Говорить правду?
Микки с вызовом глянул на своего парня и облизнулся, глядя вниз на то, как Йен держит его.
– Узнаешь позже.
***
Убедившись, что спинка кровати не будет стучать в стену и не заглушит звуки музыки, доносящиеся снизу, Йен и Микки по-быстрому занялись сексом и поспешили в гостиную. Никто, казалось, и не обратил внимания на их появление. Микки старался держаться позади Йена, следуя за ним сквозь толпу к кухонной стойке. Йен постучал по стойке и крикнул: – Эй, минутку внимания! – никто не обернулся. Йен стукнул ещё раз и закричал громче. – Заткнитесь, блядь, мне надо кое-что вам сказать! Музыку выключили, и внимательные взгляды обратились к Йену. – У тебя герпес? – выкрикнул Карл с дивана. Йен покачал головой. – Генитальные бородавки? – вставил Лип. Микки повернулся к нему и показал средний палец, в сочетании с выразительным взглядом, который, впрочем, не возымел необходимого эффекта. – Нет, я, э-э, – Йен шагнул ближе к Микки, и теперь все взгляды были направлены на них обоих. – Нам нужно кое-что сказать. Вероника прошла мимо с подносом в руках. – Поторопитесь с объявлением, у нас ещё куча выпивки и игр впереди. Вся толпа дружно издала возглас одобрения, и кто-то снова включил музыку. Йен застонал и уткнулся носом Микки в плечо. Все мигом позабыли о том, что он хотел что-то сказать и продолжили тусоваться. – Да нахуй, – пробормотал Микки. Он схватил Йена за шею и притянул его к себе для поцелуя. Через секунду Йен ответил ему с не меньшей страстью, он положил руки парню на поясницу и притянул его ближе к себе. Музыка продолжала играть и когда они отстранились, то поняли, что никто на них не обращал внимания. – Какого хрена, – прошептал Йен, окончательно сбитый с толку. Микки рассмеялся; было так забавно наблюдать за его реакцией, ведь это Йен всегда парился из-за подобного. А ещё он всё-таки был прав. Всем было плевать на них. Йен схватил Микки за запястье и потащил его к толпе, которая собралась вокруг стола, на котором лежал Кевин, а все желающие пили шоты прямо с его груди. – Блядь, да что такое, мне нужно кое-что вам сказать. Кевин радостно улыбнулся и помахал в воздухе руками. – Йен! Хочешь выпить? Ещё немного осталось, – он указал на алкогольную лужицу, которая собралась у его пупка, и подмигнул. Йен что-то пробурчал, резко развернулся и поцеловал Микки прямо там, перед всеми, кто собрался у стола. – Господи, можно делать это где-нибудь в другом месте? – Мэнди скривилась и сделала вид, будто её сейчас стошнит. – Уйдите в какую-нибудь комнату. Микки фыркнул. Он, так же как и его парень, пребывал в лёгком шоке. – Что? Тут подошёл Лип и хлопнул их по спинам. – Мы уже всё знаем. Вы не очень-то и скрывались, скажу я вам. Эй, Фи, ты мне должна двадцатку! – крикнул он сестре и протянул руку ладонью вверх. Фиона нехотя вытащила из заднего кармана нужную купюру. Вероника потянулась к своему бюстгальтеру, и так же вытащив оттуда купюру, бросила её Кевину на грудь. Тот с радостным возгласом поцеловал двадцатку и помахал ею в воздухе. – Я знал! Я, блядь, так и знал! Йен вскинул руку, останавливая поток выкриков и возгласов. – Эй, эй, эй. О чём это ты знал? Вот теперь он окончательно запутался. На что они все делали ставки? Микки растерянно покачал головой, когда Йен повернулся к нему за ответами. – О том, что вы с Микки трахаетесь, – ответила Дебби, подкармливая Лиама чипсами. Микки чуть собственной слюной не подавился и схватился за плечо Йена в поисках поддержки. Они молча стояли посреди гостиной, не ожидая, что про них уже все всё знали. Чёрт, они, наверное, обо всём знали ещё до того, как сами Йен и Микки поняли, что нравятся друг другу.
