I'm here, and waiting for you.

Звонки по среди ночи не самое приятное я вам скажу. Особенно, когда звонок этот от твоего коллеги, который взволнованным, немного дрожащим голосом оповещает о новости, которая не может быть обсуждена по телефону. Именно поэтому, оказавшись утром на работе, я первым делом зашёл к Лу Хану, который места себе не находил, нервно стуча пальцами и попивая кофе. - Доброе утро, коллега, - вздохнув я сел в кресло напротив стола парня. - Да.. Доброе, доктор Чжан. Смог ли ты потом уснуть? - Думаю, по мне видно, что нет, - коллега лишь понимающе кивнул, заламывая пальцы и явно готовясь к озвучиванию той самой новости. - Прежде чем я начну, мне нужно знать сколько ты спишь в среднем? - Хм, если подумать, последнее время я сплю от силы часа четыре, если не брать в расчёт количество моих пробуждений. - Как давно это началось? - Началось примерно с месяц назад. До этого, после исчезновения Чондэ я мог не спать сутками, разыскивая его. - Чондэ? – коллега нахмурился, услышав знакомое имя, но позже вернулся к самой главной части. – Новость будет не из позитивных, друг мой. - Я уже это понял. Что показал результат анализов? - То что ты употреблял на протяжении этих недель – пропуск в, далеко, не райскую жизнь. - А по конкретней? - Т-2 или «желтый дождь». Этот токсин очень опасен, но вводили тебе его в малых количествах, - я только было хотел подать голос, как меня перебили. – Я не закончил. Продуцируем плесневым грибом рода фузариум, и он очень токсичен для живых организмов. При отравлении вызывает алейкию, которая характеризуется слабостью, недомоганием, и головными болями, однако, не во всех случаях. - Теперь я понимаю откуда у кофе был такой странный вкус, - встряхнув головой и поежившись я посмотрел на Лу Хана, который что то еще отмечал в своем блокноте. - Так-то оно так, но ты ведь не всегда ощущал этот привкус, верно? – на мой кивок коллега лишь почесал затылок, кладя ладонь на мое плечо. - Суть в том, друг мой, что помимо этого тебе еще подмешивали метамизол натрия, он же анальгин, как нейтрализатор к Т-2, дабы токсическое отравление было медленным, - я не понимал, кто мог подмешивать мне в кофе всю эту дрянь. Кто пытается отравить, а главное: «Зачем?» Задумавшись, я не сразу обратил внимание на подоспевшего интерна, который носился все утро по, прикрепленным к нему, пациентам. Странные у них были отношения для простых «хен-донсен», но меня это никак не касалось, потому я быстро ретировался из его кабинета, направляясь в сторону своего и снова занимался очередными бумагами. В течение всего дня меня никто не тревожил. А Сехун и вовсе близко не подходил, что было странно, но я свел все на обиду младшего за его ночные наказания. Подписывая документы я стал улавливать странные нотки запаха. Открыв выдвижной шкафчик своего стола я замер: там лежали бегонии, умирающие бегонии, источавшие тот самый аромат. «Цветы так не пахнут», вызвав к себе Сехуна, который буквально прилетел ко мне в кабинет, я отдал ему осыпающиеся цветки и наказал отнести Лу Хану на анализ. Проводив последний обход в восемь вечера мне стало дурно. Закинув в себя таблетки я попрощался с персоналом, предварительно поблагодарив их за присланный горшок бегоний, на что получил непонимающие взгляды, и отправился домой, по пути заезжая в аптеку. Головная боль не проходила, так что оставив машину на пару кварталов выше на стоянке я пешком шел домой. Телефон завибрировал в кармане, оповещая о входящем звонке, который был от Лу. - Что случилось, узнал чего? – я старался говорить как можно спокойнее, не выдавая свое сбившееся дыхание. - Результаты будут с минуту на минуту, Исин. Мне тут персонал донес, что ты их благодарил за какие-то цветы, что это было? - Я и тебя забыл поблагодарить, друг, спасибо. - Да за какие цветы спасибо то? – непонимание в голосе друга заставило меня напрячься. - Что это значит? Мне пришла посылка неделю назад. В качестве посылки был горшок с бегониями и записка от лица персонала с пожеланиями о скорейшем выздоровлении, - я замедлил шаг, а головная боль дала о себе знать с новой силой. - Не понимаю к чему ты клонишь, доктор Чжан, но я не подписывал петицию ни о чем таком. И то, что в моем кабинете есть бегонии еще ничего не значит, - Лу, посмеявшись, затих на пару секунд и потом провозгласил уже более радостно. – А вот и результаты пришли … В трубке снова все затихло, а я посмотрел на экран телефона, который был сейчас выключен из-за разрядившейся батарейки.