Время стерпит...

      Сегодня ребята пошли на реку. Все, кроме Ангелины. Она обосновала это тем, что решила просто остаться в лагере на большую радость дежурных - купаться им хотелось, жара стояла жуткая. Услышав такое заявление, Генка почему-то расстроился, но виду не подал. Пионеры и комсомольцы построились и с песней тронулись на реку.       Воздух плавился от дневного зноя. Птицы лениво перекликались в тёмных кронах деревьев. Ветер, казалось, попросту уснул где-нибудь в небе. Может, на облаках? Геля вышла на поляну, окинула взглядом безоблачный небосвод. Нету... Может, он запутался в ветках деревьев вместе с птицами?       Нестерпимо захотелось есть. Где-то в палатке в рюкзаке, завёрнутый в несколько слоёв запасной одежды, лежит УМИЖ, который уже несколько раз выручал девочку. Конечно, в отдельной палатке стоит большая кастрюля с кашей, но каша общая и нагло пожирать общее добро никак не входило в планы Ангелины. "Натворив" себе омлет с грибами, Геля уселась в слабой тени большого, раскидистого дерева и стала уминать его за обе щеки. Вкусно... Только скучно - уж лучше бы, наверно, пошла на реку вместе со всеми. Мы очень часто принимаем странные решения, а потом страдаем от того, что они были неправильными. "Надо было раньше думать!" - подумала девочка и, тяжело вздохнув, поплелась в палатку.       "Итак, что мы имеем на данный момент? - рассуждала она, поджав колени и уткнувшись в них веснушчатым носом. - Дедушка Миша до сих пор не придумал способ отправить меня назад. Но ведь это, наверняка, дело нелёгкое... Ещё, по его словам, сюда отправился опасный человек, желающий поработить весь мир с помощью УМИЖ, но он, как сказали мальчишки, ошибся адресом. Значит, не всё так плохо и бояться нечего. Как то так!.." - заключила она и прислушалась кто-то шёл в лагерь.       Выскочив из палатки, Геля догадалась, что голоса и топот ног до носился со стороны реки. Наверняка, ребята, но что-то они рановато вернулись. Выйдя им навстречу, Ангелина заметила, что мальчики постарше тащат что-то в большом покрывале. И так много хлама в лагере, так они ещё что-то решили принести! Но лица у всех были взволнованные. Может, они несут... Человека?       Уже когда ребята подошли совсем близко, Геля рассмотрела то, а точнее, того, кто лежал на, своего рода, носилках. Это оказался Генка. Вид у него был болезненный - лицо бледное, как шляпка поганки, волосы всклокочены, перепачканный какой-то ягодой рот искривлен. К тому же, мальчишка держался за живот. Ангелину не мучали догадки - не надо много ума и времени, чтобы понять, что Генка чего-то не того наелся. - И что ты жрал?- прямо спросила она, встретившись с его страдальческим взглядом. - Ягоды какие-то... - пробулькал тот, тихо простонав. - Вот взрослый человек, а несёшь в рот всякую дрянь! Как маленький! - Так они съедобными казались! - стал было оправдываться Генка, но Геля его уже не слушала. Она думала, что делать с этим чудаком. Помочь своим способом? В их времени же давно появились таблетки, помогающие при всех болях в одно мгновение. Или пусть его везут в больницу и делают промывание? А что, меньше всякую гадость есть будет! Девчонка взглянула на Генку - скрутившись в покрывале как гусеница, он морщился от боли и едва слышно постанывал. Этот звук колебался в ней чувство жалости, которое она не любила проявлять. Многие годы она считала, что из-за этого можно показаться слабым, но разве это так важно сейчас, когда ему нужна помощь? - Ладно, ребята, унесите его в палатку, я знаю, что за гадость, я его вылечу! - решительно заявила Ангелина и посмотрела на Мишу. Тот в одно мгновение нахмурил брови и выпалил: - А это точно? - У тебя есть основания мне не доверять? - вскинула брови девчонка. - Какое доверие? Мы тебя почти не знаем! - вклинилась в разговор маленькая Зинка. В такие моменты Геля ненавидела низких людей - унизительно, когда к тебе таким тоном обращается такая букашка. - Но а с чего вообще тогда начинается доверие, по вашему? Откуда его взять? - рыжая свысока посмотрела на Зину и покинула взглядом отряд. Между ребят сразу прошёлся шелест: "А она права! Надо же с чего-то начинать!". - Ладно! - сглотнул Миша и кивнул мальчикам на палатку: - Несите его! - и дотронулся до Гелиного плеча: - Ты точно справиться тут одна? Что-то неприятно похолодило затылок неощутимым морозом. Геля знала - так может делать только чей-нибудь взгляд... Обернувшись, она заметила в глазах Генки, которого несли в палатку, холодную искру... Чего? Девчонка не поняла, что это значило, поэтому поспешила ответить Полякову: - Конечно! Давай, иди! - она с насмешкой развернула его и легонько оттолкнула к реке. Миша обернулся, поправил чёлку, шутливо пригрозил Ангелина кулаком и повёл ребят обратно. Геля стояла ещё минуту, провожая отряд взглядом. А всё-таки, хороший он, этот Миша. Она и сама не многим людям доверяет, но их боялась недолго - быстро посвятила в свою тайну. Иногда, правда, пугала себя за это, но уже ничего не поделаешь. Вспомнив о "страдльце"-Генке, Ангелина поспешила к нему в палатку. Оказалось, они притащили его к ней. Ну, хоть не долго доставать УМИЖ. - Что тебе Мишка говорил? - вдруг ни с того ни с сего спросил Генка. Голос его уже не был похож на голос больного человека, однако в серых глазах его девочка рассмотрела застывшую боль. - Тебе какое дело? - с безразличием спросила та, уже держа в руке готовые таблетки. Она не притворялась, ей правда было безразлично его возмущение. А почему? Потому, что оно появилось с пустого места. - На! - она протянула ему таблетку, похожую на аспирин. Генка поморщился: - А запивать чем? - Так жуй! Она не горькая! - Точно? - И ты тоже мне не доверяешь? - А с какого перепугу? Мне то какая разница?! - это прозвучало отстранённо. Геля закатила глаза, но, тем не менее, внутри всё сдалось от обиды. - Жуй, сказала! Она сладкая! Генка с желанным отвращением запихал таблетку в рот и тут же округлил глаза: - Сахар?! Быть не может! - Может... Но это не сахар, а лекарство, так что жуй и лежи отдыхай. Ангелина собралась уже уходить, но Генка вцепился в её тоненькую руку: - Стой, погоди! Девчонка, не узнавая себя в этот момент, покорно села рядом. - Вот скажи, что я тебе плохого сделал? Может, я тебя обидел чем-то? Гелю удивил такой вопрос. Лицо её вытянулось, брови нахмурились и она, ненадолго задумавшись, ответила: - Нет, а с чего такие вопросы? - Да с того, - Генка вскочил на подстилке с резвостью молодого жеребёнка - видно, живот его уже не болел. - Что со мной ты какая-то дикая! С Мишкой болтаете так спокойно, а я, что не скажи - сразу чепуха какая то случается! - Ах, так, значит, ты решил? - с насмешкой покачала головой Ангелина и, выдернув у Генки руку, встала в полный рост. - А тебе не показалось странным, что тогда на дереве я изливала душу тебе?! Тебе, а не Мишке! И в конце концов, ты мне не жених, чтобы такие вещи заявлять, понял? - она даже не заметила, как перешла на крик. Сорвавшись с места, Геля бросилась из палатки, не разбирая дороги. Её ногти, хоть и аккуратно подстриженные, больно вписались в ладони. Девчонка пыталась заглушить душевное возмущение физической болью - её, как казалось лично ей, переносить гораздо легче. Как он может так говорить?! У Ангелины даже в мыслях не было того, что к кому-то она испытывает большее доверие, чем к другому человеку. Она не задумывалась об этом, сосредотачиваясь больше на дедушкиной тайне и загадочном человеке, пытающиеся найти её. Страх, что она однажды проснётся не в своей палатке, затмивал все повседневные странности, а уж особенно - Генкины придирки. Незаметно       даже для себя, девчонка понимала, что новый друг ей, беспрекословно, нравится. Но это ведь было не допустимо для неё - нельзя вмешиваться во время. Если подумать, то Ангелина годится Петрову в прапраправнучки - их разделяет несколько веков, не шутка!       "Да и чёрт с ним!" - подумала, нахмурившись, Геля. Созвездия её веснушек стали плотнее от того, что нос её наморщился. В глазах пробежала тень. Захотелось плакать.       - Ещё что придумала! - вслух возмутилась девчонка, остановившись, наконец, около реки. - Возьми себя в руки, Геля, ты ведёшь себя, как розмазня! Эти       слова не подействовали, хотя это и случалось всегда. Из глаз брызнули слёзы и Ангелина поспешно их вытерла, всхлипнув. Из-за деревьев послышались голоса ребят. Раздвинув ветви кустов, девчонка увидела пионеров, резвящихся в воде и комсомольцев, сидевших на песке. Вот Зинка, протянувшаяся загорелые тонкие ноги. Вон Славка, который, казалось, имел иммунитет к загару - он оставался таким же болезненно-бледным, даже просидев такое долгое время на солнце. Китов, Бяшка, Подволоцкая, Огуреев и Юрка играли в волейбол, при чем забивая гол Стойкий подхватывал Лёлю на руки и кружит, от чего блондинка заливисто хохотала. Внутри что-то когтистой лапой сжало сердце. Зависть?       "Чёрт тебя побери, Геля!.. Ты, я вижу, совсем испортились в этом времени..." - пронеслась мысль в голове и застряла, подобно стрекозе в паутине. Может, потому что в 20 веке люди были более живыми и подверженными эмоциям, пусть даже негативным?! Да, Геля давно забыла, что такое зависть, жалость и душевная боль. В их веке эмоции вышли из моды... Только       сейчас она заметила Мишу, приближающегося к ней. Ангелина, выпустив глаза, исчезла за ветвями кустов и опустилась бегом по тропинке. Однако, не прошло и минуты, как Поляков догнал её и схватил за запястье:       - Геля, что ты здесь делаешь? Что с Генкой?       - Генка в полном порядке, я же говорила, что вылечу его! - Девчонка уже утёрла слёзы, однако Миша уже рассмотрел потёки, засохшие на щеках.       - Ты плакала? - с более серьёзным, чем всегда, видом спросил он.       - Ну нет, с чего ты взял? - округлила глаза та, начав смущаться - Поляков был в одних плавках. Его тело было мускулистым и сильным, что приковывало взгляд девушки, однако та упрямо отводилась его и смотрела в глаза собеседнику.       - Это Генка тебе что-то наговорил? - словно не заметив её отрицания, продолжил Миша.       - Нет, правда, все в порядке!       - Тогда почему ты не в лагере?       - Вышла подышать свежим воздухом! - и, почувствовав укорительный взгляд друга, поёжилась: - Что? Генка здоров, он уже накупался на сегодня, пусть сам там посидит!       - А в лагере свежего воздуха мало, да? - Миша сложил руки на груди и с ухмылкой наклонился голову вправо.       - Ну... Боюсь, я неправильно выразилась, - поправила себя Геля. - Я просто вышла прогуляться, побродить захотелось...       - Ясно, заблудиться решила?       - Поляков, ты чего такой зануда? - вспыхнула девчонка, нахмурив брови и уперев руки в бока. Она впервые назвала Мишу занудой. Что весьма можно оправдать - парень вёл себя, как старший брат, о котором всегда мечтала Ангелина. Ей это нравилось, но, чёрт возьми, в меру нужно проявлять заботу!       - Да, ты права, я погорячился, - вдруг согласился Поляков. - Просто не броли больше одна, хорошо? Бери с собой кого-либо из отряда. Хоть меня! - он дёрнул бровью и улыбнулся. Геля прыснула:       - ты смотри какой, кавалер нашёлся!       - Почему бы и нет?..       Миша провожал её до лагеря, приобняв за плечи. Уже возле самых палаток их увидел Генка и грозно посмотрел на парочку. Девчонка сделала вид, что не заметила этого, хотя сердце и обливалось кровью. Поляков всё это видел, однако спрашивать больше не стал - подруга все-равно будет отрицать то, что между ней и Генкой произошёл неприятный разговор. "Дурак ты, Петров, она же мне как сестра..." - подумал он, покачав головой.