мальчик с кристаллом в груди и мальчик с ножом в руке

каору нравится, как синдзи себя ненавидит. это очень красиво, будто смотришь на земные закаты с луны. синдзи — это "я ничего не понимаю", это "оставьте меня в покое", это "не уходи, пожалуйста", это "лучше бы я не рождался". лучше бы и правда он не рождался. тогда бы кристалл в груди каору не треснул, а осколок не вызвал бы внутреннее кровотечение. сколько каору осталось? он знает: немного, но хватит, чтобы отобрать нож у этого мальчика, который держит его за лезвие. это опасно, синдзи опасен сам для себя, потому что закрывает глаза перед пропастью, а идти не прекращает. это здорово, каору нравится, каору начинает чувствовать, каору больно и весело. я был рождён, чтобы встретить тебя. я был рождён, чтобы падать с тобой. я был рождён, чтобы было больно из-за тебя. я был создан не по твоему подобию, но это ошибка. ты был рождён, чтобы меня похоронить. каору весело. синдзи не умеет шутить, смущается из-за мелочей, но иногда становится серьёзным, потому что вспоминает, что он виноват в потерях, что его все ненавидят, что он должен что-то сделать, но — что? синдзи не знает, синдзи сидит на полу, прижимаясь лбом к коленям, и хочет, чтобы всё закончилось. каору больше не весело. он говорит, что гордится синдзи. он говорит, что икари хороший и нравится ему до боли в груди (это правда), но тот ему не верит, по своему обыкновению смущается и переводит тему. каору нравится музыка, которую синдзи слушает и играет, каору нравятся пальцы синдзи, каору нравится прикасаться. синдзи не убегает от него, просто переживает, взаправду ли это всё. нагиса понимает, что синдзи ему нравится, как могут нравиться песня, новая планета или обычный запутавшийся в себе подросток. это здорово. кристалл трескается сильнее и впивается в ткань лёгких. каору задерживает дыхание, будто ему вообще нужно дышать. каору гладит синдзи по волосам, когда тот спит; икари не просыпается, но шепчет своё вечное "извините". каору улыбается. ему больно и весело, потому что синдзи ничего не скрывает, и уничтожать его совсем не хочется. синдзи не говорит "я люблю тебя", он шепчет "я не хочу тебя убивать", и каору хлопает в ладоши от счастья. ему осталось совсем немного и терять больше нечего. губы у синдзи мягкие и искусанные. каору не закрывает глаза. чтобы уменьшить боль, надо достать этот кристалл (даже если его на самом деле нет), а значит, и умереть. нагиса хочет, чтобы больше не было ни больно, ни весело. хочется быть с синдзи до самого конца, отсчитывая оставшиеся секунды. можно со всей силы разрывать грудную клетку, царапать окровавленными пальцами кожу снова и снова, разрывать мешающиеся ткани, натыкаться на рёбра, которые теперь тоже все в крови, не обращать внимания на хрипы и закрывающиеся глаза, и уже в каком-то отчаянии достать холодный острый осколок, разрывая им ещё целую сеть сосудов. а можно просто — прикоснуться ладонью со всей нежностью этого мира, чтобы разорвало на части от чувств. каору говорит: "я тебя так люблю. спаси меня". синдзи несмело протягивает руку.