Обещание

— К сожалению, мне нечем Вас обрадовать, мисс Миллс, у шерифа хроническое заболевание легких. За то недолгое время, которое она находится в городе, она болела почти каждый месяц. Мне удалось также узнать, что детские и юношеские годы мисс Свон были достаточно сложными — ночевки под мостом, в канализационных тоннелях и частое недоедание не способствовали укреплению иммунитета. Несмотря на это, девушка весьма упорна и трудолюбива, она хорошо закалена и прекрасно тренирована. Конечно же, Миллс знала о трудностях в жизни Эммы, но сейчас, услышав подробности, глубоко вздохнула. — Ваш город просто чудо, госпожа Мэр, но, к сожалению, местный климат губителен для мисс Свон. Здесь ветрено, прохладно и почти всегда высокая влажность, а ей, увы, это противопоказано. Надо что-то более умеренно-сухое, теплое, с хвойными лесами. Хорошо подойдет горный воздух, прекрасно подходит сухой морской, соленый климат… Пока доктор говорил, в голове у Реджины промелькнула сотня мыслей. Еще несколько месяцев назад она бы с радостью восприняла известие о том, что, возможно, шериф покинет их город. Но сейчас от этой мысли ей стало не по себе. Когда Реджина создавала Сторибрук, она позаботилась о выходе к морю, но оно было холодным, со скалистыми берегами и постоянным пронизывающим ветром. Лес, окружающий Сторибрук, вместо сухого хвойного аромата пропитан запахом влаги и болот. Миллс также вспомнила, что Эмма действительно частенько болела и покашливала. — Я расписал лечение для мисс Свон — оно будет достаточно длительным и нелегким. Доктор Вэйл порадовал меня — он хороший, грамотный, я бы даже сказал талантливый специалист. Выписанные им антибиотики хорошо подходят при лечении данного заболевания. Я останусь в городе на неделю контролировать процесс. Необходимо убедиться, что организм шерифа отзывается на проводимое лечение. Перевозить ее в Бостон сейчас не представляется возможным — она крайне ослаблена, может не перенести переезд. Да и необходимости в перевозке нет — ваша больница прекрасно оснащена. Можно только позавидовать. Также имеется определенная степень истощения, ей срочно необходимо набрать вес, — продолжал врач. — Как только мисс Свон поправиться, я рекомендовал бы ей хороший курорт с теплым сухим морским климатом и смену места жительства, чтобы в дальнейшем не провоцировать подобные приступы. В противном случае через некоторое время это перерастет в тяжелую астму, и все равно придется переехать. — Доктор, я весьма признательна вам за оказанную помощь, вас обеспечат всем необходимым, — Реджина поручила секретарю устроить врача в гостинице « У бабушки», а сама вернулась в палату к Эмме и засела за чтение книг.

***

— Вэйл, ты вообще понимаешь, что ей необходимо полноценное питание, а не та бурда, которую принесли, — яростно шептала Реджина, боясь разбудить Эмму. — Уверяю вас, мадам Мэр, у нас питание на высоком уровне — жалоб не было никогда. Вы обеспечиваете нас достаточно для того, чтобы все было самым лучшим. За качество я отвечаю. Попробовав больничную стряпню, Реджина сразу поняла, что кормить этим Эмму она не будет. Реджина прекрасно готовила, и ей не составляло труда приготовить любое блюдо, но она не решалась пока покидать шерифа. Свон почти все время спала, изредка открывая глаза. Температура не падала ниже 38 даже на третий день приема антибиотиков, но приступы кашля стали меньше и реже. Иногда даже удавалось ее чем-то напоить. Следующие полчаса после разговора с Вэйлом Реджина посвятила звонку Руби и детальному описанию куриного супа, который необходимо сварить для Эммы. Будучи перфекционисткой до мозга костей, доводящей все до состояния абсолюта, мэр потребовала, чтобы суп был сварен из курицы, которая еще бегает, с детальным указанием того, что необходимо добавить в бульон до граммов. Эмма слышала все это сквозь сон, но ей хватило сил проговорить: — Реджина… Не ругай Вэйла, на свете нет ничего вкуснее твоего итальянского салата и пятничной лазаньи. — Миллс замерла, не зная, что ответить. Она никак не ожидала услышать такое от шерифа. Она вспомнила, что Свон пробовала все это лишь однажды, когда Генри уговорил Реджину пригласить Эмму к ним на ужин, пытаясь наладить контакт между матерями. Эмма опять уснула, а Реджина пообещала себе, что при первой же возможности приготовит все это для нее. Но пока эти блюда не очень подходили под больничное меню.

***

Через неделю температура у Эммы наконец упала до 37, приступы почти прекратились. Вэйл был чрезвычайно доволен процессом выздоровления, но Реджина в свою очередь продолжала ревностно контролировать лечение и питание Свон, практически насильно впихивая в Эмму еду. — Свон, неужели так сложно съесть порцию тушенных овощей? Я не понимаю, какая проблема в замене пяти жирных пончиков маленьким кусочком вареной говядины? — Реджина, ну неужели ты думаешь, что тушёная брокколи, лучше чем картофель фри способствует выздоровлению? — Миллс сдвинула брови и Эмма поняла, что спорить бесполезно. Сил на перепалку не было, поэтому к удовлетворению мэра шерифу пришлось поглощать полезный обед. Поведение Реджины вызывало у Эммы недоумение и удивление, но она списывала это на болезнь и понимала, что как только она вернется в участок, Миллс вернется к своему привычному образу и продолжит ее доставать.

***

Еще через неделю Вэйл, наконец, разрешил Эмме покинуть больницу, взяв с нее расписку об обязательном постельном режиме еще как минимум на 10 дней. Чета Прекрасных приехали в больницу одновременно с Реджиной. — Я забираю Эмму к себе, и это не обсуждается! — безапелляционно заявила Реджина с порога. Эмма только собралась возразить в ответ, однако тут же наткнулась на обжигающий взгляд. — Даже не начинай, Свон, ты едешь ко мне, я сумею о тебе позаботиться подобающим образом. Белоснежка не собиралась уступать Королеве. — А мы что не сумеем? Мы ее родители, мы знаем, что лучше для нашей дочери. С какой стати она должна ехать к тебе? — А с той, что у вашей дочери истощение, ей надо набирать вес, вы даже кормить ее нормально были не в состоянии. Я уже молчу про то, что бросили своего ребенка одного, отправили на муки, отказавшись от нее, — Реджина стиснула кулаки. — Это ты вынудила нас так поступить! Или забыла, как прокляла королевство? Все это твоя вина, Реджина, — почти кричал подскочивший к ней Дэвид. Однако Миллс даже не повела бровью, и, продолжая смотреть в глаза Принца, спокойно ответила: — Вот я и буду это исправлять. Свон, ты идешь со мной. Наш сын и я будем о тебе заботиться. Генри, наблюдавший за перепалкой родителей со стороны тихо ликовал. Наконец, обе его мамы будут рядом. — Я вообще-то завтра собралась на работу, — попыталась сказать Эмма. — Своннн! В машину! Немедленно! — почти прорычала Реджина, указывая рукой на дверь. Генри подошел к Эмме и тихо прошептал.  — Мам, пойдем, ее лучше не злить. Громко вздохнув и взяв Генри за руку, Эмма направилась к выходу. Королева двинулась за ними, окинув презрительным взглядом Дэвида и Белоснежку. — Реджина, спасибо тебе большое за все, но может мне лучше все-таки поехать домой. Ты итак почти три недели возишься со мной. Мне неудобно так отягощать тебя… — Свон, заткнись, наконец, и сядь в машину. Я привыкла все дела доводить до конца. Я должна быть уверена, что ты полностью здорова. Пока Вэйл не подтвердит это, я буду наблюдать за тобой и хватит уже этих пустых разговоров. Будет так как я сказала и никак иначе, — твердо произнесла Королева.

***

Эмме нравился дом Реджины. Большой, светлый, просторный с идеально подобранной мебелью. Переступив порог она сразу забыла о некоторой неловкости. Внутри было уютно, спокойно и очень комфортно. С кухни доносился изумительный запах. Эмма разделась и прошла в зал к камину. — Свон, расслабься, ты — дома. Генри тебе все покажет, а я пока займусь обедом. Генри взял Эмму за руку и потащил на второй этаж. Шериф заметила, что все было приготовлено к ее приезду. А значит ее ждали и готовились заранее. — Дорогой… Генри, — обратилась она к сыну, — ты случайно ничего не перепутал? Я так понимаю — это спальня Реджины? — Пока ты здесь — это твоя спальня, мама будет спать в кабинете. — Ну уж нет, так не пойдет, я три недели отнимала почти все ее время, а теперь еще и лишила места для сна. — Мам, стой! Послушай меня. Сделай, как просит Реджина, она ведь старалась, готовилась, сильно переживала за тебя. Позволь ей сделать это для тебя — не отталкивай, она ведь учится быть доброй. Дай ей шанс. Пожалуйста… Просто потерпи, поверь, тебе будет хорошо у нас. — А знаешь, пацан — ты прав. И терпеть мне ничего не придется, ведь рядом будешь ты. Теперь мы сможем общаться чаще. Да и мэр оказалась не такой уж и страшной.