Please

      Иногда мне хотелось бы спеть одну из наших песен на крыше домов и танцевать рутину в течение всего дня.       Я обожал танцы, даже несмотря на усталость и на пылающие мышцы, это было то, что я действительно любил.       Я хотел бы вернуться на сцену к тысячной толпе на трибунах, к визгу фанатов. Я желал снова это услышать.       Хотел бы принять участие со своими хенами еще в одном большом шоу, выиграть больше трофеев.       Но я не мог.       Мы не могли. Уже никогда. Я не мог почувствовать прилив танцев, выброс адреналина от звуков визжащих фанатов, счастье, которое испытывал на сцене. Я больше не мог чувствовать ощущение победы трофея и знать, что наша тяжелая работа окупилась. Мне уже недоступны эти чувства. Та музыка, которую я так сильно любил, теперь могла привлечь внимание существа, напоминающего трупа. Около половины тех фанатов вероятно мертвы или пожирают какие-нибудь несчастные души.       Теперь, когда я думаю об этом. Даже если бы я мог, я не сумел бы стоять на сцене без мыслей о том дне, когда все это произошло.

***

      Я наслаждался моментом, когда наша песня играла на заднем плане, а фанаты подпевали нам. Это было неописуемо. Как же изумительно было находиться на сцене. Мои мышцы горели на протяжении всего выступления, но оно того стоило. Хоть даже я и был потный и уставший, но чувствовал себя превосходно. Меня завораживали такие моменты. Сердце пошатнулось, когда леденящие кровь вопли дошли до моих перепонок. Я не понимал что происходит. Все бегут, кричат. Везде сплошная кровь.       Повернувшись я встретился взглядом с девушкой, как вдруг увидел, что её рот был полон крови. Её глаза не были человеческими; они были мертвые. Она ела внутренности какой-то девушки на полу. Везде была разбрызгана темно-алая кровь. Я застыл при виде этого. Не смог даже шелохнуться, когда она встала и пошла ко мне навстречу.       Я не двигался, хоть и отчетливо слышал, как хены зовут меня. Не шевелился. Её глаза все еще смотрели на меня. Они были бездушными, и меня пугал тот факт, что кто-то, кто раньше был человеком, мог жить, но эта жизнь жестоко была сорвана с их глаз. Она не мертва, но и определенно не жива. Это уже не человек. Она была так близко ко мне. Я видел еще нескольких таких же, как она, вяло приближающихся ко мне. Меня пробрали шок и испуг. Если бы я в тот момент не пошевелился, то мог бы умереть.       Я отпрянул от своих мыслей, как только кто-то потянул меня. Все, что я сейчас знал, это то, что каким-то образом я побежал. Бежал, но не знал куда. Не было ни единого способа узнать. Я был напуган, ошеломлен. Было чертовски страшно, казалось, что это сюжет какого-нибудь хоррор фильма. Но, к сожалению, это не так. Прямо в тот момент все было слишком реально, и происходило именно со мной.       Я знал, что никогда бы не хотел иметь глаза, как у неё, мертвые; не живые; не имеющие того самого маленького мерцания, которое делает нас людьми. Я хотел остаться в живых. Мое сознание кричало о помощи. Пожалуйста, я не хочу умирать.

***

      Тяжело оставаться в живых. Ты должен оглядываться назад каждую секунду. Убеждаться, что там ничего нет. Ты не можешь присесть даже на секунду, не будучи на чеку, не желает ли труп выйти из ниоткуда и сожрать тебя.       Когда мы спим, кто-то тоже должен быть всегда на стороже, это абсолютно без сомнений, потому что как может кто-нибудь засыпать с достаточно правдоподобной мыслью о возможности быть съеденным заживо этими монстрами.       Наиболее тяжелейшая вещь, когда ты остался в живых, это сохранять самообладание, что ты человек и все еще жив. Если ты потерял надежду и какую-нибудь частичку человечества, остававшейся в тебе, то ты теряешь все, что делало тебя человеком. Сейчас это все, что тебе нужно для выживания. Твоя надежда, человечество и гребаное хорошее оружие.       Мы переезжали от места к месту, пытаясь найти подходящее местечко вдали от разрушенных городов. Нам удалось остаться в живых, несмотря на всю сложность с семью нами. Прямо сейчас мы остановились в ветхом хранилище. Оно не очень большое, но мы поработаем над этим. Мы счастливы, что расположились достаточно близко к городу для добычи еды, но оно также достаточно далеко, чтобы на данный момент считать это безопасным «домом». Мы обчистили пространство маленького хранилища и заткнули основные дырки в заборе, окружающий этот домик.       Было спокойно. Мы все еще были всемером. Юнги и Хосок хены только что вернулись и принесли еды. Намджун и Сокджин хены делили её на всех, а Тэхен с Чимином и я просто сидели и разговаривали о своем. Иногда в такие моменты я чувствую, как будто все снова в норме, немного. Эти редкие моменты, когда мы просто сидим и перекусываем. Я любил их, чувствовалось, что все снова нормально — что мы были в порядке.

***

      Мне нравилось бродить вокруг. Я был еще любопытен ко многим плохим вещам. Сейчас любопытство может убить тебя. Это отличное определение, но не в том случае, когда оно буквально способно тебя уничтожить. Любопытство сгубило кошку, оно также готово убить человека.

***

      Сегодня мы прочищали старую парковку городской площади. В задней части мы искали различные полезные предметы. Было очень тихо в этой области, это могло означать, что она, возможно, переполнена трупами. Я сказал группе, что хочу пройтись по задней части парковки и убедиться в отсутствии трупов вокруг. Мне пришлось им соврать. Я просто хотел потанцевать один, без трупов. Так я и сделал. Закрыл глаза и представил сцену. Пустую сцену без публики — просто я. Мощный бас наших песен. Я стоял один на сцене, начиная резкие, но чистые движения. Также я чувствовал бит в себе. Я был в экстазе, будто реально танцевал на этой сцене. Протанцевав почти половину хореографии, музыка в моем сознании оборвалась звуками ворчания и шипения.       Я открыл свои глаза и увидел, как два трупа двигались прямо на меня. Достав нож, я атаковал первого, стоящего прямо перед моими глазами, кровь обрызгала меня. Труп шлепнулся на землю. Секунду позже я увидел второго, и побежал на него, всучив свой нож в нижнюю часть его подбородка. Вытащив нож, я побежал к стене, где оставил свою биту. Я схватил её и начал бегать по углу в поисках других трупов.

***

      Я буду в порядке. Это просто еще один. После этого я смогу идти обратно к группе. Меня лихорадило — я утверждал себя, что все будет в порядке. Кое-что ныло во мне, просто разрывало на части, хоть я и двигался вперед. Я настолько сильно сжимал биту в руках, что мои кисти стали белыми. Я поднял её для взмаха и —.       Все, что я чувствовал, жгучая боль в плече. Я кричал, пытаясь оторвать трупа, которого я не заметил. Даже не слышал, как он подошел ко мне сзади. Я боролся, изо всех сил.       Когда я успел оказаться на земле? Откуда этот труп пришел? В разгар борьбы я видел кровь, капающую изо рта одного из монстров. Кровь из моего плеча. Я был укушен. Я кричал и ревел. Я давно забыл, где бросил свою биту и не могу даже достать свой нож. Даже не уверен, был ли он еще здесь. Я пытался оттолкнуть себя от земли, а затем побежать, но боль в моем плече была невыносима. Мне страшно, слезы залили все мое лицо. Я чувствую, как труп с силой бьет меня о землю, вгрызаясь в мою щеку, позволяя крови бежать, стекая к подбородку.       Я все еще пытался отступить, но меня вдавил к стене одного из магазинов. Все кончено. Я осознавал, что скоро умру.

***

      Пожалуйста, я не хочу умирать.

***

      Невообразимая боль жгла все мое тело. Я все еще слышал свои собственные крики, эхом в ушах, и сквозь слезы смотрел, как эти трупы кусали мою плоть и разрывали меня на клочья, как тряпичную куклу. Я слышал уродливый хруст зубов, вцепившихся в мои ребра, и превосходный звук моей разрывающейся плоти. Боль отстреливала и в ноге, как будто рыдала моя голень. Я кричал. Желал знать, где же хены. Почему же они еще не пришли? Я просто должен умереть здесь один и превратиться в одного из этих монстров.       Я услышал это. Звуки пальбы. Укусы на моей ноге прекратились. Я почувствовал, что другие трупы тоже остановились — сбитый с толку я не мог этого увидеть. Снова началось злобное хрюканье и шипение. Последовал другой выстрел. Тишина.       Дурманящая боль. Я не мог чувствовать что-либо еще. Я просто тихо всхлипывал.       Я слышу его голос.       Это Чимин хен.       Он здесь. Я рад, но уже слишком поздно.       Я слышал, что он что-то сказал мне. Я не могу разобрать что именно. Похоже, он плачет. Я не могу многое расслышать. Все звучит искаженно. Предполагаю, он сказал, что все будет хорошо. Я думаю, прямо сейчас, он просто говорит это ради нас обоих.       Я не могу говорить много. Ограничившись своей речью, я сказал: «Не дай мне превратиться». Все размылось. Я едва мог разглядеть его фигуру. Едва мог услышать его ответ. Я разобрал очень слабый звук щелчка, а затем выстрела. Все стало темным.