***
Время на часах показывало 02:38. Все это время я не мог уснуть. Наверное, выспался днем и теперь просто не хочу. А еще в голове постоянно были мысли, которые касались моей антропофобии. Есть ли этот страх в действительности или это плод моего воображения? Ну точнее страх есть – это бесспорно, но настоящий ли он или, как сказал Джун, просто выдумка? И вообще, как он оказался психологом? Это было очень неожиданно, но это объяснило многое в отношении того, что он видит меня насквозь. Если вспомнить слова мистера Туана, он сказал, что со своим страхом я могу справиться сам и без чьей-либо помощи… Понял ли он еще тогда, что все это просто выдумка? Ну конечно понял! Он же также видит насквозь, смотрит прямо в душу, за это я и не люблю психологов. С чего такие выводы? Читал о них в книгах, смотрел фильмы, на этом и основано мнение. Я решил пойти на кухню, заварю себе чаю. Дома я всегда так успокаивался, надеюсь, Мингю будет не против… Спустившись на кухню, я конечно же увидел Джуна. — Почему не спишь? — я спросил первым. — Не спится, решил вот — он поднял в воздух кружку, показывая ее мне — чаю попить. Хочешь? — Хочу. Я сел за стол напротив места, где сидел Джун. Он сделал мне чай, и мы молча его пили. Позже я заметил его взгляд. Как днем, он просто пожирал меня взглядом, напрочь забыв про свой чай. — Можешь не смотреть так? — Так — это как? — Так это так! — Хорошо, «так» не буду. — Но ты продолжаешь! — И что? — Зачем ты на меня смотришь? — А почему я не могу смотреть на то, что мне нравится? — На что? — только после того, как я спросил до меня дошел весь смысл этих слов. — Нравится? — переспросил я. — Нравишься… — когда это он оказался так близко? — Я… Хён, эм, гэгэ… Я? — Ты. нравишься. мне. Хао. — Можно я пойду? — А почему ты меня об этом спрашиваешь? — я уже хотел встать и уйти, ибо действительно, его это я? — Нет, нельзя. — Что? Серьезно?! — Но ты же теперь не уйдешь, я знаю. — Чёрт бы вас, психологов! — Поаккуратней выражайся. Я просто обниму, хорошо? — Почему ты так строишь предложения? — я возмутился. — Я строю их правильно, Хао Хао. Если бы я, как ты, спросил «можно ли?» — ответом было бы «нет, нельзя» — так же, как я ответил. Но я не спрашиваю, я ставлю перед фактом, твоя задача – согласиться. — Ты очень наглый! — Ага, еще какой наглец! — а потом он взял меня за руку и поднял со стула, заключая в свои объятья. Не знаю, как долго мы так стояли. Это было странно: в районе трёх часов ночи обниматься с парнем на кухне, когда ты сам парень. Хотя я и не обнимал… Просто стоял, не двигался. — Не хочешь тоже меня обнять? — Нет, — он отпустил меня. — Дождь уже прекратился, поэтому иди спать. Завтра тебе на пары, а у меня смена в кафе, так что не стоит засиживаться, — Я хотел спросить «Что не так?», но он отвернулся и пошел к себе в комнату.***
Утро встретило меня яркими лучами солнца, прямо в глаза. Дождя не было. О вчерашнем «апокалипсисе» свидетельствовали только лужи размером с океан за окнами частного дома, а в городе их и вовсе не было. Дома Мингю накормил меня завтраком; дал мою одежду: чистую и выглаженную; проводил меня на остановку; посадил на нужный автобус; сказал, когда нужно выйти. Джун, по его словам, уже уехал в кафе. Почему-то я обрадовался, что не увидел его с утра. Потому что я такой глупый! Нужно было просто обнять его в ответ, он же так расстроился! Что же такое твориться? Страшно, конечно, сравнивать с подобным, но сейчас я чувствую себя героем какой-то гейской дорамы... Ведь навряд ли под фразой «ты нравишься мне, Хао» имелось ввиду «нравишься, как друг»?