Прошлое нельзя изменить

Звонок телефона отвлекает меня от очередной книги по работе с трудными детьми. - Да. - Максим, к нам пришел молодой мужчина, говорит, что нужна помощь психолога. Сейчас все заняты, ты примешь его, или мне попробовать его записать на другой день к Волкову? - Все нормально. Настя, пускай проходит, я тут и так весь день просиживаю. - Проходите… Гудки обрывают фразу Анастасии, сказанную посетителю. - Добрый день, - приветствую я его. Молодой мужчина, оглядываясь, заходит в кабинет. Среднего роста, худощав, обычная одежда и прическа. Его выдает быстро бегающий по сторонам взгляд, который ни на мгновенье не останавливается на мне. Твое нежелание смотреть в глаза вызвано боязнью чужих глаз, травмой, или ты не хочешь, чтобы я заглянул в твою душу? - Присаживайтесь. Давайте познакомимся, - начинаю банальные фразы, но именно по ним я смогу понять, действительно ли он настроен на общение. – Меня зовут Максим, думаю, что мы с Вами обойдемся без отчества, - мой взгляд улавливает вздрагивание правой руки, затем она медленно накрывает левую, - я шесть лет работаю в этом центре, мы оказываем психологическую помощь на некоммерческой основе, - я замечаю, что пальцами правой руки он гладит ожог на тыльной стороне левой ладони. - Я два года отучился в медицинском, - продолжаю я знакомство с собой, не отрываясь от его рук. – Но в определенный момент понял, чем именно хочу заниматься, и закончил психологический факультет. На самом деле я занимаюсь с трудными подростками. Сейчас все специалисты заняты, мы с Вами побеседуем и решим, будем ли дальше видеться, будет ли Вам комфортно со мной. - Я уже три года не вздрагиваю от имени Максим. Он замолкает, молчу и я, давая возможность сказать, что он хочет, не перебивать его мысли. Голос моего собеседника на удивление ровный и спокойный, приятный тембр. Быстрый взгляд на меня и тут же опять устремляет его на свою руку. - Знаете, а он Ваш тезка, - он улыбается, смотря на шрам. В мозгу вспышкой всплывает что-то давно забытое, но я не отвлекаюсь на это, пытаясь сконцентрироваться на собеседнике. Молчание затянулось, мой посетитель явно не планирует продолжать. Слишком сложно дается ему этот разговор. - Вы всем своим шрамам даете имена? – совершенно искренне интересуюсь я. - Нет, я не псих ведь… Только особенно памятным. - Даже если бы давали всем имена, никто бы Вас психом не назвал. - Правда? – снова быстрый взгляд на меня, большие голубые глаза. – С трудом верится. Вы сможете мне помочь? - Я не могу помочь Вам, я очень постараюсь помочь разобраться в Вашей проблеме, понять ее, если необходимо, то принять, или попытаться найти более правильные пути ее решения. Я могу только направлять Вас, а помочь себе Вы должны сами. - Хм… Я так и думал, изначально вся эта затея совершенно провальная. - Давайте просто поговорим. Вы не представились, как Вас зовут? - Слава. Слышу свой тихий вздох облегчения. - Хорошо, давайте просто поговорим. - О чем? - я часто слышу такой вопрос от своих подопечных, которых притащили силком их мамы, отвешивая подзатыльники и обливаясь слезами, но странно слышать это от молодого мужчины, который сам пришел на прием к психологу. - О чем угодно, например, почему Вы решили сегодня прийти к нам? - Я не знаю. Услышал от сотрудницы про Ваш центр и пошел. - Хорошо. Вячеслав, это Ваш первый визит к психологу? - Меня зовут Станислав, но если можно, просто Слава. «- Стасик-педарасик, Стасик-педарасик! - Эй, девочка, дай мне поцеловать твою ручку. Шипение бычка от встречи с кожей, вскрик, закушенная до крови губа, попытка подавить рыдания и крик, огромные голубые глаза, смотрящие в меня». - Слава, да, конечно. Как хотите. Не могу членораздельно разговаривать, пытаюсь внимательно рассмотреть его, его лицо. Ничего нет знакомого, только глаза, большие голубые глаза, совершенно как у ребенка. - Хорошо, - пытаюсь заставить свой голос перестать дрожать. – Вы пришли к нам, потому что услышали, но у Вас ведь есть повод для этого? - У меня их миллионы. Я не знаю, с какого из них начать. - Мы можем начать с более позднего, постепенно постараемся дойти до первопричины. Всегда есть первопричина. - Я гей. Это моя первопричина. С этого начался ад, который я хочу закончить. - Слава, то, что Вы гей, не является адом, много людей имеют подобную сексуальную ориентацию. Это необходимо постараться принять, - я говорю банальные слова, как будто отмахиваюсь от него. Опять взгляд на меня, наши глаза встречаются, какая-то секунда, а мне кажется, что он прочел в них все. Но я ошибаюсь, он сейчас слишком в себе, у него нет сил изучать кого-то еще, пока он не сможет разобраться в себе. Молчание наполняет комнату. Теперь и я не могу его нарушить. Ну почему Волков был занят? - Максим, извините, но Вас уже 20 минут ждут Свердловы, они по записи… Мне так жаль прерывать Вас. - Да, Настя, конечно. Смотрю на часы, неужели прошло уже полтора часа? - Мне очень жаль, Слава, но на сегодня, к сожалению, нам пора прерваться. Лучше записаться, когда будете разговаривать с администратором, сообщите, что Вам необходимо два часа приема, это рекомендация. У нас есть замечательный психолог, Волков Евгений Петрович, мы все у него учимся. Конечно, Вы можете прийти и ко мне… Только не ко мне, прошу тебя, не надо… - Если можно, то я запишусь к Вам. Отвечаю ему мягкой улыбкой, скорее просто по инерции, все равно он на меня не посмотрит. - Конечно, всего доброго, Слава. - О, Максим Сергеевич, у меня больше нет никаких сил… - врываясь ураганом, проносится моя постоянная клиентка. - Ого, Денис, вот это синяк. - Пф… - фыркает ее сын, даже не взглянув в мою сторону. Рабочий день продолжается по заранее составленному плану. Нужно решать проблемы, которые мне по силам. Прошлое нельзя изменить… Я ничего не могу изменить.