Письмо с сюрпризом

…Раньше все было бы намного проще, но сейчас она сидит на полу вокруг смятых исписанных листков, по старой памяти кусая кончик карандаша. Эта привычка, казалось, давно уже забыта, посеяна в бытие прошлого, и возвращение её ничто не могло предвещать, разве только мысли, мысли о той, что способна вернуть старое, заброшенное, покрытое толстым слоем пыли, то, что давно затерялось на глубоком илистом дне океана сознания. Беззаботное детство прошло давно — у всего есть свой конец, желанный ли он или нет — расставание было ожидаемым, его скорое наступление некогда уже успело охладить былые отношения подруг, теплотой своей гревшие не только самих девушек, но и случайных прохожих, узревших их ненароком. Многие бы позавидовали такой крепкой дружбе, однако всему, как уже говорилось, приходит конец: и улыбкам, и радости, и времени, проведенном в дружеской компании. Найденные друг другом под крышей родной, порой так нелюбимой школы, были обречены на разлуку здесь же. Печально осознавать, что столь особенный этап в жизни — переход во взрослую жизнь — понесет за собой такие потери. Последний год оставил за собой впечатление крайней натянутости, неосознанно предвещавшей то распутье, что ожидало их впереди. Сами девушки это прекрасно понимали, но в глубине души признавать этого не хотели — слишком многое они прошли вместе. Пусть надежны совсем не было, но они все же пообещали друг другу продолжать общение по окончании школы. Но кто ж знал… Переезд в другую страну занял незначительное время, но оклематься после него было достаточно тяжело. Нет, новость эта не была сюрпризом, наоборот, имела место быть в жизни Сэм, одной из двух подруг, не один год. Как-то странно это событие отразилось не только на разуме, но и на сердце девушки, несмотря на длительную моральную подготовку. Она долго привыкала к новым людям, новым, совсем непривычным для голубых глаз девушки, очертаниям окрестностей, новым обязанностям и новым заботам. Несомненно, вскоре все это стало обыденным, изученным вдоль и поперек, прочитанное до дыр, словно любимый роман, к которому хочется возвращаться снова и снова… Но хочется ли возвращаться к этой саге? Насущный вопрос. Прошло немало времени с момента расставания подруг, многое осталось позади, многое забыто и потеряно далеко-далеко в прошлом, многое уже невозможно найти. А может, просто нет желания? Осенний вечер. Мягкий свет уличного фонаря сквозь плотные шторы пробивается в комнату рыжеволосой девушки, как обычно сидящей за своим ноутбуком. Найдя какую-то старую флэшку, она решила взглянуть на её содержимое — что-то ей подсказывало о важности этого предмета. Здесь Сэм нашла разные школьные файлы: рефераты, презентации; кроме того, девушкой была обнаружена безымянная папка с кучей фотографий. Нахлынула волна ностальгии, которая медленно, не торопясь, потянула в глубь воспоминаний, отворяя все забытые, обросшие паутиной двери сознания. Особое внимание из всего памятного архива Сэм уделила только одной фотографии с ней. А ведь эта фотография была в единственном своем экземпляре только у самой рыжей из подруг. Взгляд Сэм невольно упал на настенный календарь, которому было уделено особое место перед столом девушки. «А ведь завтра у неё день рождения…» Слабость неожиданно овладела Сэм — неприятное чувство. Сердце яростно билось в мольбе, а разум велел остановиться. Спутались мысли, и вдруг девушкой овладели те воспоминания, те радостные моменты, что сопровождали Сэм на протяжении всех тех лет, когда длилась их крепкая нерушимая дружба. Она впопыхах схватила лист бумаги, карандаш… Но пыл её утих, когда она поставила одну единственную точку в левом верхнем углу. Точка медленно превращалась в строчку, строчка — в абзац. Слова складывались неумело, будто родной язык был ей совсем чужим, еле знакомым. Раньше все было бы намного проще, но сейчас она сидит на полу вокруг смятых исписанных листков, по старой памяти кусая кончик карандаша. Эта привычка, казалось, давно уже забыта, посеяна в бытие прошлого, и возвращение её ничто не могло предвещать, разве только мысли, мысли о той, что способна вернуть старое, заброшенное, покрытое толстым слоем пыли, то, что давно затерялось на глубоком илистом дне океана сознания.

***

Город уже давно озарили сумерки, уличные фонари вспыхивали один за другим, Габриэлла шагала по полупустой улице, с каждой секундой ускоряя шаг. Сладкую тишину вечернего благоденствия нарушало непрестанное гудение фонаря и отдаленный лай собак, эхом отзывающийся на другом конце переулка. Девушка стремилась вернуться в теплую квартиру после нелегкого трудового дня: утром — учеба, вечером — работа. Пожалуй, обычный график среднестатистического студента ВУЗа. Холодный осенний ветер, шумно играющий с листвой многолетних деревьев, оставлял неприятные ощущения на лице — это только усиливало желание Гэбби, как она привыкла слышать от ближних, поскорее прибыть домой и поплотнее укутаться в плед, попивая горячий чай. Ещё немного — вот и подъезд родного и так любимого дома. Девушка спешно поднималась по лестнице, но вдруг что-то заставило её остановиться у почтового ящика. Немного задумавшись, Габриэлла достала ключ от бокса и достала злосчастную почту. Впрочем, здесь не было ничего особенного: газета, пара-тройка рекламных буклетов, пригласительные… и какое-то странное письмо с иностранным адресом. Бросив ненужное, девушка бросилась к своей квартире вместе с таящим интригу конвертом. Заправив черную, как перо ворона, прядь за ухо, Гэб разрезала бумагу канцелярским ножом и достала оттуда письмо с до боли в сердце знакомым почерком. Пробежавшись по довольно-таки небольшому тексту глазами, Габриэлла начала ощущать лёгкое пощипывание в уголках глаз и подходящий к горлу ком. Прочитав раз, она возвращалась к письму снова и снова, пока не обнаружила в конверте ещё одну вещь, потрясшую её не менее — новую фотографию со старым содержимым. Слезы медленно начали стекать по щекам девушки, до тех пор, пока по квартире не разразился гул дверного звонка. Вытерев влажные следы, Габриэлла открыла дверь и впала в ступор - в дверном проёме показалась во весь тридцать два зуба улыбающаяся молодая девушка с огненно-рыжими волосами; она с энтузиазмом подняла небольшой тортик и весело проговорила: - Ну, с днем рождения, подруга!