Преступный мир

- Я завезу тебя домой, а сам поеду встречусь с Кенсу, - Кай сворачивает на нужном повороте, ведущему к его дому. - Ты до сих пор общаешься с ним? – Чан усмехается и высовывается в окно, прикрывая глаза и наслаждаясь порывами легкого ветерка, что взъерошивают его волосы. - Мы об этом уже говорили с тобой. Мне жаль его, я не могу его оставить. - Чонин, ты не обязан подтирать ему сопли, пока он тебе ноется, как ему тяжело живется. И я все еще думаю, что он просто втрескался в тебя по уши. - Это бред, он не гей, - загорелый парень припарковывает свое авто около нужного дома, давай закроем тему о Кенсу. Он мой друг с детства. - Тогда почему ты своему другу не расскажешь, откуда у тебя появляются деньги, и с кем ты спишь? – Ёль усмехается и открывает дверь машины, выходя из нее и громко хлопая. - Ушастый, нежнее будь с моей «ласточкой», - Кай немного пригибается, чтобы посмотреть на своего друга через окно своего «Chevrolet». - Нежничаешь у нас ты, со своим Кенсу, - Чан демонстративно закатывает глаза и скрывается за дверью дома. Чонин выдыхает и едет дальше, на встречу со старым другом. Но слова ушастого парня не выходят у него из головы. А ведь правда, почему он не рассказал о своей тайной жизни Кенсу? Наверное, потому что парень с большими глазами и не менее большим сердцем слишком правильный для всего этого дерьма, в котором приходится жить Ким Чонину. Ким не боялся осуждения, этого его жизнь, его выбор, его никто не заставлял, он сам захотел жить так. Иногда ему хочется все бросить и стать прежним, но он погряз в этом мире по уши. В такие моменты он и едет к Кенсу. Он находит в нём своеобразное успокоение. Это один из немногих людей, оставшихся из прошлой жизни. Кай открывает дверь квартиры своим ключом, который еще со школы был у него. Сняв обувь, он проходит в маленькую, но уютную квартирку. Из кухни, как обычно, вкусно пахнет, слышен шум воды и тихое пение. Зайдя внутрь, парень обнаруживает своего друга за готовкой ужина. Из наушников доносятся звуки музыки, а сам Кенсу подпевает выученные песни наизусть. Иногда Кай подумывает над тем, что Кенсу мог бы стать певцом, была б у него возможность окончить специальное образование. - Чонин-а, - пухлые губы в форме сердечка расплылись в радостной улыбке, - ты вовремя, я готовлю ужин. - Я заметил, аромат стоит на весь дом, - Кай засмеялся и присел за стол, - как у тебя дела? - Все замечательно, - Кенсу слишком радостный, не похоже на него. Он бегает глазами по кухне, стараясь быстро что-то найти. - Ты уверен? – парня напрягает такое поведение своего друга. - Да, точно, - большеглазый снова улыбается, немного нервно смеясь, чем вызывает еще большее подозрение. - Ты сегодня какой-то странный, - Кай встает и подходит к Кенсу сзади, положив руку на его плечо. Тот лишь вздрагивает и случайно касается раскаленной сковородки рукой, громко вскрикивая. - Кенсу! – высокий парень оттаскивает друга от печки за плечи и разворачивает к себе. В уголках больших глаз начинают собираться слезы, он держит обожженную руку за запястье и смотрит на уже покрасневшую кожу на тыльной стороне ладони. Кай отодвигает в сторону Кенсу и берет из холодильника мазь, быстро откручивая колпачок и немного выдавливая себе на руку, закручивает ее и кладет обратно. Он берет друга за руку и аккуратно намазывает на поврежденную кожу прохладную мазь. Тот немного морщится и прикусывает губу, тихо смотря на руку и плача. Но слезы текут совсем не из-за ожога. Кай не видит глаз своего друга, он слишком сосредоточен на руке. Слезы скатываются с щек и падают на запястье, после чего Чонин поднимает взгляд на покрасневшие заплаканные глаза. - Так больно? Может, вызвать скорую? - Все в порядке, - тихо шепчет Кенсу, его голос дрожит, а язык запинается. - Ты уверен? – Кай обеспокоенно рассматривает руку, - больше нигде не болит? – он пытается задернуть рукав кофты, но его руку грубо отталкивают. - Я сказал, все в порядке, - тон старшего становится грубым, он отходит в сторону, - я положу тебе еду с собой. Уходи. - Что с тобой? – Кай недоумевает, что происходит, почему его гонят. - Проваливай. - Да, что случилось? Но ответа он так и не дождался. Его выставили за дверь, перед этим забрав ключи. Стучать в дверь было бесполезно. Поэтому ничего не оставалось, как просто уехать домой. *** - Босс, они уехали, - в кабинет зашел один из охранников. - Хорошо, приведите ко мне Сэ Хуна, - Бэк откинулся на спинку своего кожаного кресла. Несколько минут спустя в дверь постучали и неуверенно открыли её. В проеме показалась светлая макушка. - Вы звали меня? - Проходи, - приказным тоном проговорил Бен, отчего у младшего пробежали мурашки по телу. Как только дверь закрылась, хозяин подлетел к парню, чем сильно напугал его. - Расскажи мне о своем брате. - О Чанёле? Он приходил сюда? Почему мне никто не сказал? – Сэ начал засыпать вопросами, но потом резко заткнулся, понимая, что он не на встрече со старым другом. - Спокойно, малыш, - Бэк усмехнулся, смотря на растерянное лицо младшего, поглаживая его по щеке, - он еще появится здесь не раз. Но для начала, расскажи мне, что любит твой брат. Я как следует, подготовлюсь к его следующему приходу. *** - Чен, где тебя носит? В казино бардак, я не могу за всем следить сам! – кричал разъяренный Чунмён в трубку. - Я все улажу. Чонде никогда не перечил своему боссу и выполнял свою работу вовремя. Он не был трудоголиком, вовсе нет. Просто он слишком боялся вернуться к тому, с чего всё началось. Он не переживет, если снова станет никем. Жаль, что глупый парень с кошачьей улыбкой не понимает, что, именно, тогда он был всем для Ким Минсока. Их жизни так круто изменились, но судьба их сводит снова и снова. Ким спешит в казино, чтобы разобраться с тем, кто устроил бардак и так разозлил босса. Зайдя в главный зал он не верит своим глазам. Сюмин разносит казино, опрокидывая стол и стулья на пол, грохот стоит неимоверный, дамы в дорогих нарядах кричат своими тонкими и до жути высокими голосами, чем только добавляют шума. - Где охрана? – Чен недоумевает, куда пропали все, именно, сейчас. Но ждать кого-то и смотреть, как Минсок распугивает всех своим поведением – глупо. Поэтому Чонде самолично пытается остановить дебошира. Подходя ближе, он чувствует запах алкоголя, исходящего от парня. Он хватает того за руку, но его лишь отпихивают, после чего он падает на пол, ударяясь головой о ножку стула. От неожиданности Чен вскрикивает и пытается подняться, держась за голову. Сюмин не мог ни узнать знакомый голос, даже в пьяном состоянии он уловил знакомые нотки и резко развернулся, смотря на источник шума. - Чонде, - ели стоя на ногах, Минсок бросился на помощь. - Не зови меня здесь по имени, - злобно шипит Чен и отпихивает в сторону парня, что пытается помочь встать. В суматохе Минсок схватил Чена за воротник, а тот дернулся, и у рубашки отлетело пару верхних пуговиц. Взору Сюмина представилась красивая шея, на которой весела очень знакомая ему подвеска. Ведь, именно, он её ему подарил на их годовщину. Даже будучи пьяным, он не спутал её ни с какой другой, он уверен, что это была она. - Ты не снял её, - глупая улыбка коснулся губ Минсока. - Проваливай отсюда, - Чонде посмотрел на свою шею, а затем на бывшего парня, быстро поднимаясь и отходя назад, - не появляйся здесь больше, я не желаю тебя видеть! Чен уходит, развернувшись спиной и не оборачиваясь даже на секунду. Его кулаки сжаты, короткие ноготки впиваются в нежную кожу, но он все для себя решил уже давно, когда переступил порог этого заведения. Минсока окружают толпы любопытных глаз, но он не замечает вокруг ничего, лишь силуэт, что отдаляется от него с каждым шагом. Голос Чонде звучит в его голове, каждый раз больно ударяя в самое сердце. Из-за его спины появляются охранники, которые подходят с разных сторон и помогают встать, ведя к дверям выхода. - Я сам, - голос пугающе спокойный. Минсока отпускают, и он покидает стены казино, навсегда или нет, он пока сам не знает. Единственное, что он хочет – это чтобы голос в его голове, наконец, стих, переставая добивать его.