Re: На пределе

      Несмотря на то, что собрались мы с Микой идти в Ривервуд, здесь, в Вайтране нужно было еще кое с чем разобраться. Несмотря на то, что в игре можно было взять квест и благополучно на него… забыть, скажем так, то здесь, человек, которому ты пообещал помочь, будет ждать каких-то результатов. И чем скорее, тем лучше, если вы сказали, что что-то принесете, отнесете или добудете.              Таким образом, Изольда спросила, не найдется ли у меня бивень мамонта, раз уж я путешественник, авантюрист и все такое. Серьезно, я мог бы пойти сейчас к Белетору и купить этот бивень (не уверен вообще есть ли у него подобное), но эта просьба девушки подала мне одну очень приятную идею.              Сам бы я никогда не полез в пасть к мамонту и великанам, которых их пасут, но имея за плечом Мику, я мог бы сунуться даже в бандитскую крепость. Следовательно, пошли мы из Вайтрана не на юг, а на запад. Примерно в том же направлении, в котором я двигался в ту самую злопамятную пещеру.              Шли налегке, я, засунув руку в карман, жевал булку, купленную прямо перед выходом, а Мика спешно (иначе у нее просто не получалось) уминала со шпажки сочные, не маленькие куски прожаренного мяса. Несмотря на то, что перед выходом мы всегда подкрепляемся, иногда хочется позволить себе чего-то… эдакого. Как вот, например наш сегодняшний перекус.              Перед нашим великим походом на гору, нужно было завершить все дела, и этим мы в данный момент и занимались. В таверне были некоторые объявления от ярла, и захватив сразу несколько штук, мы с Микой порешали что справимся со всеми за один день. Из того что я помню из игры, все объявления, которые давались в районе одного предела, были в окрестностях. И потому, соответственно любые бандиты, найди-верни и прочие им подобные находились не так уж и далеко.              Это если игровыми мерками судить. По сути, до того же лагеря я шел в районе полутора часов. Такие мелочи начинают слегка размываться, и потому я уже и не вспомню сколько именно я ходил. Нет, я, конечно, помню многое, но вот информация о том сколько идти до какого-то места, моим разумом была расценена как не особенно нужная. И потому благополучно забыта.              Если говорить по реальным минутам и часам того, что я увидел здесь, то Скайрим получается… раз в пять что ли больше, чем области мне привычные. Если я шел примерно минут пять от Ривервуда до Вайтрана, то здесь я потратил почти четыре часа, и то не пешком. Соответственно если мне… точнее нам, идти хотя бы до Башен-Близнецов, что высятся на востоке от Вайтрана, то потратить мы можем вместо десяти минут все два часа.       Впрочем, куда нам спешить?              Я оглянулся на Мику. Та уже докушала свои яства и вытирала пальцы какой-то тряпочкой, которую сразу же выбросила.              Вот только сейчас… мне казалось, что я вновь увижу это невероятное действо. В этом мире с магией, драконами, криками и прочими волшебствами, я уже должен был ничему не удивляться, но все же…              Когда тряпочка стала ненужной, Мика подкинула ее в воздух и как раз в тот момент, когда она пролетала на уровне груди, девушка резко сдвинула кулаки обеих рук вместе. Я увидел лишь мелькнувшую изумрудную искру.              Интересно, да? Мне тоже. И еще как. Мне не терпелось узнать, что это такое, но раз Мика сама не рассказывала, то, как мне казалось, не мое это дело. Впрочем, об эти грабли я уже успел споткнуться. И причем не раз.              Мика не рассказывает мне некоторые вещи, потому что думает, что я о них уже осведомлен. Я-то себе накручиваю, думая, что мне ничего не рассказывают, потому что так надо, а на самом-то деле вон оно как.              Просто, если говорить о причинах того почему я не спрошу сам — то мы упираемся в ту же дилемму. Мика однажды уже вежливо, но указала мне на то, что кое-что мне знать пока не следует. Я понимал почему. Совсем недавно она пережила такое предательство, от которого так просто не отступишься. И теперь вот так просто довериться новому для нее человеку? Фактически незнакомцу?              Да я бы сам не доверился.              Но если постараться заговорить о таком…              — Мика? Утилизируешь отходы?              — Что?..              Ясно. Меня опять не поняли.              — Расскажешь, что ты сейчас сделала с этим куском ткани? — медленно и с расстановкой проговорил я. — Она исчезла?              Мика удивленно на меня посмотрела, потом слегка помрачнела, но потом ее глаза загорелись легкой степенью решимости. Спустя пару мгновений, впрочем, огонек решимости погас. Слегка недоумевая от разброса эмоций, я не переставал шагать вперед, время от времени поглядывая на хмурую девушку.              — Это моя способность. «Стиратель», так его зовут хроники Дланей. Она позволяет мне стереть любой объект из плана смертных, так будто его никогда не существовало.              — Ограничения? — тут же вскинулся я.              Мика ошеломленно моргнула, и слегка улыбнулась.              — Воздействие на мою память. Я не хочу и не буду применять это на живых людях. Я поглощу всю память этого человека. Это то, что я никогда больше не хочу испытывать на себе, — она обхватила себя руками, и поежилась несмотря на то, что было в принципе тепло.              Если говорить коротко, то можно было описать всё четырьмя словами: «я ничего не понял». Вот только что, суть, здесь непонятного?              …              … …              Всё. Проблема была в том, что я всегда упирался в то, что уже знаю по игре. В игре по миру свитков мало того, что не было никогда никаких Дланей, так и магии такой не было. Впрочем естественно, что новый Элемент под названием «Длань» привнес в уравнение мира свои переменные. И этими переменными, как я понимаю, были особенности Дланей. То бишь магия.              Понятно? Мне всё ещё нет. Для начала стоило бы рассмотреть, что вообще такое память, и как она позволяет человеку накапливать знания и опыт.              Об этом уже всё давно известно, и только дурак по сути своей не прочитал в жизни ни одной статьи о возможностях человека. Вот только то был бы дурак моего мира. А что говорить об этом?              О, здесь всё гораздо иначе. Здесь есть книги, но мало кто их вообще читает. Люди живут по принципу нерелевантности знаний как таковых. А зачем работяге на лесопилке знания? Вот в чём суть.              По-моему, многие даже читать не умеют, потому что им это не нужно. Я сейчас нахожусь в тех же условиях, потому что опознаю письменность только по наитию. Интуитивно. Как это работает? Я смотрю на текст и не вглядываясь в каждую букву, осознаю, что в нем написано. Визуальный образ письма возникает в голове так, как привык возникать при любом действии связанным с воображением.              А что я вижу, по сути, так это закорючки, очень похожие на связанные вместе даэдрические знаки. Вот только это точно не они, потому что даэдрик то я выучил наизусть. Придется потом всё равно учить алфавит, чтобы прожить здесь хоть сколько нибудь времени и не быть неотёсанным дубом как некоторые.              Я бросил взгляд на Мику, увлеченно оглядывающуюся.              Возвращаясь к этому…              Память простого человека позволяет ему накапливать опыт и знания, чтобы потом в дальнейшем их использовать. Но простой человек не будет копить в себе знания, как например, Мика. Человек может всё забыть, очень и очень многое, вплоть до целых пластов размером в десятилетия, и сохранить только основные функции тела и разума. И то, бывает, что нет.              Но Мика… Я узнал это совсем недавно. Она не забывает. Вообще ничего. Я знаю о существовании людей с фотографической памятью, которые помнят всё едва ли не с момента своего рождения, но таких я никогда не встречал.              Не встречал покуда не попал в этот мир и не встретил эту удивительную девушку. Она может обучиться владению любым оружием в экстренном режиме, но никогда не сможет использовать его так будто сражалась им всю жизнь. Она может запомнить информацию только посмотрев на неё, и потом использовать, хотя и вряд ли будет понимать, что та означает.              Более того, она способна стирать предметы из реальности поглощая при этом всю информацию людей о них.              И наконец, она способна стереть из реальности человека, поглотив всю его память, сделать так чтобы никто и никогда не вспомнил этого человека.              Так что же тогда такое память? И как устроен мозг этой девчонки?              Я вновь скосил взгляд. Мика внимательно смотрела на меня, не забывая, впрочем, поглядывать на землю, хоть я и категорически сомневался в том, что она сможет упасть.              И мне не нравился этот взгляд. Очень и очень не нравился. Так смотрят детективы на подозреваемых, вину которых они пока что не доказали, но которая является лишь делом времени. И таким вот образом вся симпатия, которая копится на ежедневных мелочах, просто уходит в никуда из-за такой вот антипатии.              Нет, я бы не назвал это антипатией как таковой, это простая подозрительность. Но всё же… когда такой вот человек, вот так на тебя смотрит… это жутковато. Потому что не знаешь, чего от неё ждать. Она уже однажды убила свою госпожу, что помешает ей сделать это снова? Ни одна армия в мире, ей не помешает если она захочет кого-то убить. Или спасти. Как и другим, таким же как она.              Я посмотрел на неё какое-то время и отвел глаза.              Нет, я так не могу. Не могу пристально смотреть на кого-то, от кого исходит такого рода опасность. Сейчас, по прошествии нескольких дней я с легкостью могу сказать, что Мика закроет меня собой от стрелы, дубины, взрыва… да чего угодно. Но делает ли она это охотно? Какие у неё вообще основания доверять мне? А никаких. Я на её месте скорее всего вел бы себя также, вот только у неё чуть больше оснований чём у меня.              Вот только упирается всё в то, что знаю я. Когда я расскажу ей правду о себе, и расскажу ли вообще? Я не знаю. Не уверен. Я Драконорождённый, в этом я уверен, но… как она отреагирует?              Мне просто страшно узнать, как она отреагирует на то что я на самом деле из другого мира, не из этого, что всё это время я отчасти но обманывал её. Да все мое существовании одна лишь ложь, как на это отреагирует любой человек?              Я уверен, что её настигнет обида, разочарование… возможно даже ненависть ко мне. И что мне тогда делать? Вероятнее всего она разорвет контракт со мной. Вероятнее всего это ничем не будет мне грозить, и вероятнее всего буду жить я спокойно и припеваючи.              Вот только позволит ли собственная совесть? Насколько я понял Длани не живут без Хоста — того, на ком завязан контракт, иными словами, и привычными терминами — Мастера. Посмотреть хотя бы на то, что случилось с Микой, покуда она была без оного.              И вот теперь возвращаясь к тому, как она на меня смотрит… А что, если она уже поняла? Что если она каким-то образом увидела мои воспоминания и теперь пытается понять, что это такое и почему я её обманываю?              — Что такое, Мика? — спросил я, обильно взмокнув от такого внимательного взгляда. Ух, жарковато.              Она никак не отреагировала. Я замер, глядя в её глаза, в которых (ну мне же не показалось!!) мелькнули молнии. Надо будет запомнить, каждый раз, когда в её глазах мелькают молнии, или как мне кажется, что мелькают, значит что-то в этой загадочной голове, происходит интересное.              — Мика?..              Попытался я ещё раз, и только тогда она отреагировала на мои попытки. Колкость исчезла из её глаз, а холодное настроение тут же испарилось, так словно бы его никогда и не было.              … А мне вообще не показалось такое вот её выражение лица?              — Да, Мастер? Простите, я отвлеклась… вы что-то спросили?              Непосредственно спросила она меня, мягким и очень вежливым тоном, таким какой был у неё в самом начале нашего общения, в той комнатке на «Гарцующей кобыле».              — Ничего, просто ты так внимательно на меня смотрела… На мне что-то есть?              Для поддержания легенды и образа я даже пошарил по лицу, а вдруг там и правда… Но Мика быстро замахала руками перед собой, потупив глазки и зашагала вперед.              — Нет, ничего! Я думаю, что нам надо двигаться вперёд, иначе до наступления темноты не успеем. Мало ли чего в лесу может быть…              А вот это очень правдивое и адекватное решение с её стороны. Мало ли чего, вот именно. Я на самом деле до сих пор удивляюсь, как так на нас никто не напал пока мы с мужиком ехали в той повозке. Не думаю, конечно, что много у него добра было, но всё же… там ещё я бы. А вот на мне добра было нормально так.              Соответственно, двинулись мы дальше, чтобы, как и сказала Мика успеть до темноты добраться до деревушки, на юге Скайрима.              Честно говоря, мне до сих пор было странно вот так, пусть даже мысленно, говорить про себя что я передвигаюсь, да что там, просто живу в настоящем Скайриме. В невымышленном, не во сне (лучше бы во сне), а в настоящем мире, в котором мало того что существует магия, так помимо неё ещё и Драконы, которые активно хотят тебя убить, а кроме них ещё множество и множество опасностей, от которых просто хотелось бы сбежать на самую высокую гору в мире. И медитировать там, чтобы не беспокоили всякие… шерстяные… зубастые… слюнявые…              У меня с ними какая-то взаимная любовь что ли?              Я посмотрел вперед на довольно большого волка, явно больше своих обычных собратьев, и тяжко вздохнул.              — У меня с ними точно какие-то особые отношения. Видит Бог, уже не в первый раз я сталкиваюсь с волками в лесу.              — Это обычное дело, — Мика встала чуть впереди меня, выставив в сторону правую руку, словно щит передо мной. — Мастер?              Снова я вздохнул, и толкнул обратно меч, который неосознанно потянул из ножен. В который раз уже не получается размяться. Если позволить Мике с ним разобраться, то будет проще и быстрее. Самому? Интереснее, несомненно. Но ей быстрее. А нам сейчас надо спешить. Будет ещё время размяться.              — Давай, разомнись, Мика.              — Хорошо!              И прежде чём она собралась рвануть вперёд, мне в голову пришла одна занятная мысль, которую было бы очень интересно визуализировать.              — Мика…              Девушка остановилась, вновь выпрямившись.              — Сделай это эффектно.              Она недоуменно заморгала. Даэдра мне судья, она что, не знает, что такое эффектно?              — Круто. Классно. Красиво.              И вот с последним словом уже пошла реакция. Похоже она знает, что такое красиво, и интерпретирует это слово по-своему. Судя, конечно, по весёлой улыбке… Ну да ладно, посмотрим.              — Я поняла. Мастер, посторонись.              Я отошёл в сторонку, а она отвернулась от меня и слегка припала к земле, почти что, скопировав стойку волка, только на двух ногах, а не на четырёх как он. У меня сложилось такое ощущение, что она словно тореадор, хочет подразнить быка. Ещё бы красную тряпку ей, ага, чтобы она смогла его раззадорить.              Волк присел ещё чуть ниже, и завозил передней, мощной лапой по земле, словно готовясь к разгону. Мика же, присела к земле, выставив одну ногу впереди, и согнув её в колене, а другую, левую, отставив назад — явно чтобы придать дополнительную устойчивость, а также опорную точку.              Буквально на доли секунды, мне показалось что по всему её телу пробежала изумрудная молния, от головы и до пят, к тому же на данный момент я не видел её глаз, а там, я уверен, было на что посмотреть.              И в следующую секунду, Мика рванула перед, опять же вместе с волком, с пасти которого обильно капала слюна. Всего несколько шагов. Несколько четких и внятных, но таких оглушительных шагов, и они сблизились.              Девушка размахнулась, и зарядила ему оглушительный апперкот ладонью, заставив его вздыбиться на задние лапы, но прежде чём он упал, она оттолкнулась и подскочила к нему. Обхватив его вокруг грудины, ещё не достав при этом своими ногами до земли, она приземлилась, оттолкнулась обеими ступнями и буквально провернувшись вокруг его огромного туловища подбросила его в воздух а сама приземлилась на одно колено.              Мгновение тишины, нарушалось только волчьим воем, но долго ему летать не пришлось. Он шлепнулся на землю, а Мика размахнувшись обеими руками с силой ударила его по позвоночнику, переломав его в двух местах.              Громкий рёв, ещё громче предыдущего, и волк обмяк, а Мика поднялась на ноги и поморщившись, будто бы брезгливо отряхнула руки.              Мне оставалось только поаплодировать, что я и сделал.              Мика слегка удивленно посмотрела на меня, а потом заулыбалась. Явно было приятно внимание. Любому человеку будет приятно, если он намеренно сделал то, что выглядит классно.              — Я ожидал что ты сделаешь германский суплес.              — Герман… что?              Я едва сдержался от того, чтобы не хлопнуть себя ладонью по лицу. Здесь такого приема не существует. Но как же было бы круто, если бы вместо того, чтобы переломать его хребет, она встала в мостик и головой бы его!..              Эх, ладно, мечты-мечты.              — Не обращай внимания. Это один прием из тех мест, в которых я жил. На самом деле требует того, чтобы атакующий встал в мостик, и держа противника поперек груди, ударил его головой назад, в пол. Довольно жесткий… жест, который может и голову человеку разбить.              А глазки-то как заблестели, а? Хочешь научиться? Вот только я не тот человек, который сможет тебя этому обучить. Эх, вот бы можно было передать мысли другому человеку. Что я, никогда рестлинг что ли не смотрел в жизни? По-моему, у каждого человека в семье есть хотя бы один человек, которому это нравится. У меня это был отец.              Впрочем, может быть и так что у кого-то и нет такого человека, который бы любил рестлинг. Бывает и такое?..              — Идём? — спросила Мика, вымыв руки в ближайшем ручье.              Я поморгал, вновь осознав, что ушел в свои мысли, и кивнул. Следует поторопиться. Так или иначе мы заночуем в Ривервуде, потому что ночью никакой нормальный человек (кроме драконорождённого) никуда ходить не будем. Этому есть главное обоснование и зовётся оно «мало ли чего».              Мало ли волки нападут?              Мало ли вампиры нападут?              Мало ли разбойники нападут?              Мало ли споткнёшься, упадёшь, нос себе разобьёшь, тратиться придётся на зелья лечения?              Надо оно кому-то? Вот потому никто и не ходит по ночам. Потому что лучше посидеть у огня, выпить чего-нибудь, а потом спать лечь. Там, где никто не нападёт.              Так ведь лучше, правда?              — Мика, как ты считаешь, лучше переночевать, а потом идти, или сразу же выдвигаться?              — Мм? — моя соратница удивленно на меня посмотрела, оторвавшись от созерцания птиц и призадумалась. — Смотря куда. А куда мы потом пойдем, Мастер?              — Звала бы меня по имени, насколько бы меньше проблем было, а? — невнятно пробурчал я, стараясь чтобы меня не услышали. Ну надо пожаловаться. Надо. — Ладно хоть на «вы» не обращается.              — Я пока… не могу. Мне непривычно, — отозвалась Мика.              Оба мы друг на друга удивленно посмотрели. Неожиданно для обоих случилось так, что она услышала мой шёпот, а я осознал, что мой шёпот услышали.              — Ээ, простите…              — Я не хотел…              В унисон заговорили мы, посмотрев друг на друга а потом также синхронно отведя глаза в стороны.              Как же неловко-то. У неё настолько хороший слух?              Впрочем…              Как я мог забыть об этом. Я же помню, что она тогда в Вайтране сидела на бочке и слушала всё вокруг. Такая важная информация, касаемая моей компаньонки, вылетела из головы. Нет, ну каково, а?              — Я думаю… Давай пойдем дальше, ладно?              Мика покачала головой вверх-вниз и дальше мы пошли временно занавешенные шторкой тишины, словно под заклинанием из одноимённой магической саги.              Так или иначе скоро уже показался сам Ривервуд, и мы уже почти подошли к каменному мосту, над которым возвышалась деревянная арка. У меня не было идей для чего она здесь, но, если подумать… от дождя? Больше ничего в голову не приходило. Просто зачем ещё? И постойте… а она разве была здесь, когда я в первый раз шёл в Вайтран? Точно не было! Мы же с Хадваром и Алвором здесь разошлись! Вот скорые люди, а…              — Мика?              — Мм?              — Была когда-нибудь в Ривервуде?              Тонкий, указательный пальчик приложился к губам.              — По-моему нет. Или была, но уже очень и очень давно. Вроде бы здесь нет ничего особенного или приятного глазу?              Вот те на.              — Кроме успокаивающего лесного массива?              — Меня густой лес всегда пугал. Я боялась, что меня эльфы заберут, — она передёрнула плечами.              По-моему, тут что-то не так.              — Так у нас же с лесными эльфами перемирие, разве нет? — я изо всех сил старался перебрать в голове варианты канона и не перепутать их с модификациями.              — Мы не воюем. Но они не всегда были на нашей стороне. Вы не учили историю в детстве, Мастер? — скептически спросила Мика.              Ну и как ей на это ответить? Выкручиваться, как и обычно.              — Я учил… но забыл, — типичная отговорка любого школьника. — Мне эта информация по жизни не особенно нужна была, и потому мой мозг не утрудился запомнить её и отсеял. Просто недавно ещё и приключилось кое-что… Кое-что не приятное. Непонятное.              Я бросил взгляд на девушку, вопросительно приподнявшую брови. Кажется, настал тот момент, когда можно выдать ещё часть правды. Относительной правды. Относительную часть. Очень относительную.              — Имперский легион нашёл меня в лесу, и едва ли не казнил.              Мика приложила ладонь ко рту. Её взгляд тут же наполнился жалостью, как это обычно с ней бывало.              — Но как? Вы же Драконорождённый? Вас должно быть с детства готовили на эту роль? Разве обычно не так бывает?              Мне едва ли не захотелось рассмеяться. Узнай она всю правду, точно была бы удивлена, но определенно неприятно.              — Напомню тебе эту часть своей биографии, Мика. Я обрёл свои способности Драконорождённого совершенно неожиданно для себя. Наверное, даже в тот момент, когда оказался в лесу. Понимаешь… — я замолк, и пожевал губу пытаясь сообразить правильный поток речи. — Я не знаю, как там оказался. Честно. Просто открываю глаза, и я в повозке вместе с братьями бури, который хотят казнить. Рядом Ульфрик Буревестник и ещё какие-то люди.              Что-то мне это напоминает. Очень сильно.              — Я очень смутно помнил то, что было раньше, просто какие-то отголоски от было жизни. И вовсе… никакой информации о том, как обстоят дела в мире. Возможно поэтому что-то я знаю, а что-то мне наоборот не известно. И это что-то может доходить до абсурдно простых вещей. А так… ничего и никого. Есть родственники, нет их. Есть друзья или нет? Ни знакомых, ни товарищей, ни родственников… никогошеньки.              Шаги рядом замолкли. Я обернулся и увидел, как Мика, стоя в шагах трёх, лодочкой закрыв обеими руками рот, смотрела на меня. Честно, я ожидал чего угодно. Какой угодно эмоции. Но то, что я увидел? О, это гораздо лучше. Хоть мне и по-прежнему эмоционально больно от обмана.              В глазах Мики читались жалость, желание обнять, пожалеть и защитить. Словно маленького ребенка, который потерял маму, плачет и хочет вернуться домой. Я хоть не плачу и не зову никого, но так хочу вернуться домой. Вот только она мне в этом ни капли не поможет.              — Мне… мне жаль, что я…              — Всё в порядке, — я отмахнулся от её извинений. — Новая жизнь — новые правила. Так или иначе у меня уже появились несколько новых друзей. К одному из них мы сейчас и направляемся. Возможно, другой пока что там же. А помимо них… у меня есть верная соратница, которая не даст меня в обиду, так ведь?              Мика шмыгнула носом, незаметно смахнула слезы, выступившие из глаз, ярко улыбнувшись, кивнула. Какая же она всё-таки впечатлительная.              — Пойдем. Мы уже совсем близко. Надо обновить твой гардероб.              — Хорошо, идём!              И таким образом мы зашли в Ривервуд.              Маленький городок совсем не изменился с тех пор в последний раз я здесь был. Хоть прошло и всего несколько дней… Но арку же над мостом построили! Все люди вроде как были знакомыми, хоть я и не особенно кого-то узнавал.              Мика увлеченно мотала головой из стороны в сторону, оглядываясь, узнавая для себя нечто новое. Говоря о том, что я знаю — все маленькие деревушки (городки), в Скайриме были, в общем и целом, одинаковыми. Заполненные одинаковыми строениями, с одинаковыми улочками, с одинаковыми людьми везде… с одинаковыми стражниками в том числе.              Но так было в игре, на которую больше нельзя было ориентироваться. Взять хотя бы Вайтран, который по итогу сильно отличается от того, что я уже видел, хоть и имеет некоторые сходные виды. А также важные мелочи могут играть свою роль в том, что может случиться в будущем. Я не смогу сейчас так сразу сказать, что может измениться, но я уверен… что-то точно будет не так.              Говорят, лучше надеяться на лучшее, но готовиться к худшему. Вот я и готовлюсь.              — Мы уже почти пришли, — непонятно зачем проговорил я, хоть Мика и не жаловалась. Отсюда со своей позиции я уже видел кузню и тот самый домик, в котором за последние несколько дней меня угостили самой вкусной едой.              — Алвор!              Здоровяк обернулся, прищурился вглядываясь вдаль и вдруг широко заулыбался.              — Юджин! Здорово! Ты тут какими судьбами? Не один ещё… Пассию себе завёл, а?              На мое лицо невольно наползла счастливая улыбка. Все-таки и у меня есть такое место, в котором я мог просто быть счастливым. В котором от меня никто ничего не требует и обращается как с другом.              — Ну привет, — поздоровался я подойдя поближе. — Я проходом. Иду в Айварстед. Но к тебе я пришел по делу. И нет… не пассия. Я потом как-нибудь расскажу тебе.              — Вона как? — мужик почесал затылок и отложил заготовку, которую собирался закалить, в сторону. — Ну пойдем в дом. Расскажешь, что за дело такое.              Он скинул перчатки и направился по коридору в дом. Я поманил Мику за собой и направился следом за ним. Моя спутница ничего не говорила, и постоянно лишь молча слушала, видимо ожидая, когда появится возможность что-то сказать. Ну или почему она молчит? Я и понятия не имел.              Мы зашли в дом и сели за стол. Сигрид не было, и их с Алвором дочки тоже, наверное, просто где-то отсутствовали. Но не это сейчас было важно.              — Ну, рассказывайте.              — Дело простое, на самом деле. Нам нужна броня и оружие. Но в первую очередь броня. Лучше если она будет такой же как у меня. Но тут… — я покосился на Мику. — Мы не ограничены в весе самой брони. Главное, что бы она не стесняла движений.              Алвор потянулся к бороде, и явно крепко задумался. А есть ли у него ещё одна такая? Хорошо бы если была. Мы с Микой поднакопили достаточно денег так что сможем запросто все оплатить.              Но оставался ещё один немаловажный вопрос. Мика была девушкой, а это накладывало свои обязательства по одежде, в первую очередь её удобстве и, последнее, но не менее важное, гигиене. Гигиена обуславливается в первую очередь чистой одеждой, которая будет своевременно меняться, а всё исподнее — самое важное — будет поддерживаться в чистоте.              Потому то Сигрид и нужна была. Мы с Алвором не помощники, хоть и он и я всю жизнь прожили в бабьем царстве — он с дочерью и женой, а я с матерью и сестрой.              И то, что у Алвора до этого могла быть другая семья, а у меня есть отец… не особенно важно. Погоды это не делает.              — По броне я смогу помочь, оружие тоже, но тут Сигрид нужна, это точно.              — Я вот тоже так подумал.              Мика переводила взгляд с меня на Алвора и обратно и непонимающе моргала.              Затем повисло неловкое молчание и продолжалось оно, с минуту примерно, до тех пор, пока не пришла хранительница очага сего дома.              — Алвор? У нас гости?              — Да, милая, Юджи зашел со своей напарницей.              — Юджин! Добрый день! Как поживаешь?              — Хорошо, Сигрид, спасибо.              — Ну не будем, наверное, тянуть кота за… хвост. Ему это не понравится, — выдал Алвор. — Дорогая, Юджин к нам пожаловал не в гости, а по делу…              — Да, — продолжил я. — Надо бы приодеть мою спутницу, — красноречивый взгляд Сигрид заставил меня вспомнить то, чего я все ещё не сделал. — Кстати, её зовут Мика.              — Мика, да? Какое необычное имя, — протянула Сигрид. — Пойдем со мной, детка. Оденем тебя так как надо.              — Одежду под броню надо как у меня! — крикнул я вдогонку.              — Без вас разберемся! — весело откликнулась Сигрид и Мика вместе с ней тихонько рассмеялась. Вот же нашлись родственные души…              — А мы давай с тобой обсудим оружие, — проговорил Алвор проводив их взглядом.                     

***

                    — Когда ты в последний раз была в Нирне, а, Рен?              Мягкий, чуть низковатый голос госпожи обволакивал словно самый мягкий и нежный в мире напиток. Девушка стояла у трона преклонив колено, и смотрела вниз не в состоянии поднять на неё глаза.              Все они… все кто был здесь, они не были с ней в полноценных отношениях госпожи-подчиненного, и отчасти поэтому было легче. Но только лишь отчасти. Кто-то мог привыкнуть к такому статусу, но это было не позволено. Все знали и прекрасно понимали, что она была не тем существом, с которым можно подружиться, хоть и многие считали её близким другом. Рен в том числе.              — Три дня назад, миледи.              К чему она задала этот вопрос? Она же и сама прекрасно знает это, потому что посылала её. Никто отсюда не может выбраться самостоятельно до тех пор, пока сама она не даст им сил сделать это. И то лишь на время.              Все, кроме этого, Люциана.              Рен слегка завидовала ему, потому что он мог находиться в Нирне до получаса, в то время как все остальные могли выбираться лишь на время до десяти секунд. Сама Рен только на четыре. Она не была настолько сильна чтобы быть там дольше. Но не мог же этот мальчишка быть сильнее её?              Ведь не мог же?..              — Хорошо… спасибо, Рен, ты можешь идти…              Её госпожа не улыбалась, как и обычно, она не была весела, не была довольна, и это взволновало не только Рен. Неужели уже пришло время?..              «Миледи так редко это делает», — подумала Рен. «Возможно ей стоит чуть почаще приходить к Ким».              — Берегите себя, миледи. Это опасно.              — Спасибо за беспокойство, Рен. Я справляюсь.              Девушка молнией исчезла из зала, так как обычно и передвигалась, а женщина, оставшись в большой зале одна, перестала держать осанку и тяжело опустилась на трон, уронив голову на грудь.              Длинная прядь смоляно-черных волос, упала вперёд, но она её даже не заметила.              — Возможно, мне и правда стоит сходить… к…              Сознание её помутилось, но она не позволила себе пасть во тьму. Не настолько она была слаба, чтобы позволить завесе тьмы каждый раз падать на лицо и лишать её возможно мыслить и осознавать.              С силой похлопав себя по щекам, она оттолкнулась от ручек трона и решительно встала, направившись на выход из зала.              Длинные коридоры, порой мрачноватые, порой заставленные непонятной всячиной, порой пустые, порой совершенно необычные, наконец закончились и она вошла в двери небольшой комнаты, принадлежавшей лично одной из её детей.              — Миледи, — вверх заструилась струя прозрачного, едва видимого дыма. Женщина сощурилась и не смогла сдержать улыбки. — Простите, не могу встать чтобы поприветствовать вас должным образом…              Девушка владеющая этой и окрестными комнатами, была одета в цветастую юкату, сверху вниз переходящую от светло-розового цвета в нежно-голубой. Одеяние было подвязано желтым поясом, с узорами в виде красных цветов. Могло показаться что сзади пояс двигается, шевелится и дергается, но на самом деле это был пушистый, лисий хвост.              Лисья атрибутика также присутствовала на голове у девушки. Нежно-розовый, очень светлый оттенок волос девушки прерывался рыжиной ушек и темно-розовым бантом. Бирюзовые глаза смотрели снизу вверх, с ожиданием и, отчасти, удовлетворением, а в тонких, очень хрупких, словно хрустальных пальчиках, крутилась длинная курительная трубка.              — Ты каждый раз будешь шутить на эту тему? И не рановато ли тебе курить, малышка?              — А это и не табак, — ловко выкрутилась девушка. — Зачем грустить о своем недуге, если можно радоваться всему с чём уродилась?              Женщина покачала головой и принюхалась. Дым и правда не пах привычной смесью, но и понять, что это тоже не получалось. Но не это сейчас было главное.              — Детка, ты знаешь… похоже время пришло.              Ушки чуть приподнялись. Девушка затянулась и выдохнула новую струю ароматного дыма, а затем отложила трубку и взяла в руки инструмент с недлинным грифом и округлым «пузиком». Пошарила рукой сзади и достала трапециевидный, гладко обточенный кусок то ли дерева, то ли железа.              — Ложитесь, миледи. Ночь только начинается. У вас будет много времени чтобы поспать на этот раз.              Женщина смерила взглядом девушка, потом инструмент в её руках, а потом ложе, которое для неё приготовили. Скинув ало-черное хаори, и оставшись в нешироко распахнутом кимоно, она опустилась на колени и тяжело вздохнув опустилась на теплый пол, на подушку головой — лицом вверх.              Девушка рядом с ней осторожно и очень нежно коснулась пальчиками её век, опуская их.              — Расслабьтесь, миледи. Вы уже очень давно не приходили ко мне.              — Это не так легко, как ты говоришь… — пробормотала она, но все же закрыла глаза.              Все вокруг погрузилось во тьму. Струны бивы ударили по окружающей действительности. Низкий, вибрирующий звук прошил сами нити реальности, заставляя её, лежащую на подушке, упасть в пучины беспомощности, тьмы и безысходности.              Тем, чём каждый раз для неё и был сон.              «Ненавижу я это».              Словно чёрное пятно в черноте, появилась мысль.              «Мне так жаль… Я виновата перед всеми вами…»              Серое пятно, переходящее в ярко-алое.              «Ненавижу».              Чёрное пятно, замкнуло в себе всё что было и утащило на самое дно саму её личность.              «Простите меня… простите…»