Соседи.

- ЗДОРОВА, МИНА! - басом кричит Чонгук, как только перед ними открывается дверь. - Воу, какая ты красотка! - Хе-хе, спасибо, Чонгук-оппа. Я тоже рада тебя видеть, - дружелюбно улыбается девушка, но глаза её обеспокоенно ищут Хосока. Она-таки не позвонила ему, побоялась чего-то неведомого и решила поговорить только вечером, то есть сейчас. И вот Чон появляется перед ней, как-то слабо улыбается, вяло обнимает и бормочет: "Привет". Такая отчужденность парня расстраивает Мину, но она притворяется, что всё нормально. Тэхён заходит в дом третьим с пакетом в руках и торжественно вручает его девушке. - Это мой подарок. С новосельем тебя! - сообщает он и сияет во все 32. - Спасибо большое, Тэхён-оппа! - благодарит парня Бо, а следом переводит взгляд на последнего гостя. - Извини, я без подарка, - кряхтит Юнги, закрывая за собой дверь. Мина обнимает брата, старательно игнорирует "переливающуюся всеми цветами радуги жизнерадостность" на его лице. Как никак Юнги её послушался и пришел, стало быть она для него что-то значит, получается их родственные отношения не потерянны. Девушка искренне верит в это и оттого улыбается шире. Парни топают в гостиную и присаживаются на пол, где ровно по центру расположен длинный стол с кучей еды, закусок и выпивки. Чонгук охает, завидев такую чарующую картину, и быстренько отпивает соджу, попутно брякая тост: - За твое здоровье, Мина, и здоровье хёна! - выпивает стакан и наливает еще. Юнги удивляется младшему и как бы не веря мотает головой. - Быстрый же он, однако. - Спасибо, Чонгук-а. Мне тоже налей, - подает голос Хосок, присаживаясь к другу. Чона дико напрягает предстоящий разговор с Миной, возможно, поэтому он старательно избегает её взглядов и сейчас тянется за спиртным. Хочет снова сбежать... - Спасибо, что пригласила, - начинает Тэтэ. В него вдруг вселяется добрый соседский мальчик с открой нараспашку душой, желающий подружился с Бо. И срать, что они соперники, Ким-то всё равно выиграл, по его мнению. Поэтому парень считает, что может вести себя вполне непринужденно с ней. - А то в общаге совсем нечего делать, разве что учебой заниматься, эх... - Как я тебя понимаю, у меня тоже самое, - вздыхает девушка, устроившись рядом с Хоби. - Оппа, тебе чего-нибудь положить? Я приготовила твой любимый комкук, принести? - Нет, спасибо, - сухо отвечает брюнет, обводя Бо холодным взглядом. - Почему ты его только Хосок-хёну предлагаешь?! Я до смерти есть хочу, угощай меня лучше! - возникает, крича, как капризный ребенок, Гук. На что Мина снисходительно улыбается и молча удаляется на кухню. - Хосок, ты выглядишь не очень. С тобой всё в порядке? - беспокоится Шуга, глядя другу в глаза. Тот кивает и выпивает залпом соджу. - Всё в полном порядке, хён. - Не налегай на спиртное, - тычет в бок старшего Тэхён. Он взволнован состоянием Чона, не меньше Юнги. Весь день Хо был весел, задорно смеялся и шутил, но под вечер его, будто подменили. Парень заметно погрустнел, когда часы показывали 20:02, это Тэ точно помнит. А разговаривал перестал, когда стукнуло 21:07. Хо лишь отвечал на вопросы парней и всю дорогу шел позади них, словно шел насильно, из-за чьей-то прихоти. Чонгук предпочел не вмешиваться в внутренние разборки старшего с самим собой, сделав вид, что ничего такого в резком изменении настроения Хоупа нет. Впрочем, на тот момент его голова была забита совсем другим. Гук думал, как сексуально стекает пот по шее Тэхёна, когда парень домывал 9-ю подряд машину, как соблазнительно Ким облизывался, когда шеф объяснял ему что-то, кричал на него, а шатен в ответ округлял глазки и смотрел, как глупый, но до чертиков милый щеночек. Чона умиляло постоянная неуклюжесть друга и даже то, что им заплатили на тысячу вон меньше из-за косяков Ви, его ни капли не огорчило. А раньше бы Чонгук шею скрутил за такое, будь Тэхён для него просто другом. Кто-то говорил, что влюбленность меняет людей. Я полностью разделяю это мнение, к тому же у меня есть маленькое дополнение: влюбленность меняет не только людей, но и их ориентацию тоже. Но! - А где твои подружки? Я думал, здесь девушки будут, ну кроме тебя, - выпаливает Чонгук, блистая своей честностью. Хоть он и влюблен в Кима, от "игрюль с девчулями" парень пока отказываться не собирается. Говоря словами самого Чонгука: "Молодой парень должен удовлетворять свои потребности несмотря ни на что!" - Они ушли недавно, не дождались вас, простите, - смеется рыжеволосая, сквозь полузакрытые глаза смотря на парней, затем садится возле Гука и начинает трапезу уже во второй раз, ранее она ужинала с подругами, ну как ужинала, скорее сплетничала, делилась секретами и рассказывала про гостей, которых ждет с самого утра и которые, как назло, работают сегодня допоздна и придут только в 22:00. - Нам и без них будет весело, ведь так? - издает звук Тэ и оглядывается на друзей, у которых разные представления на этот счет. У Юнги, походу, их вообще нет. Он, как уставший от жизни бульдог, спокойно ест кимпаб, не включается в разговор совсем. Хосок же опустошает неизвестно какой по счету стакан и пустым взглядом смотрит в стену напротив, будто там закопан его смысл жизни или же скрываются вечные вопросы такие, как: "Зачем я пришел на этот свет? Где добро, а где зло? Я хороший человек? Когда я умру, я попаду в рай или нет?" Что касается Чонгука, то он забрал единственную девушку вечера и принялся ее убалтывать, а та и не противилась. У этих двоих набралось кучу тем для общения, поэтому Мина решила подарить всё свое внимание Гуку, беспечно думая, что разговор с Хосоком может подождать. На часах 01:43. - Ладно, я спать. Спокойной ночи всем, - пьяно бормочет Хосок и плетется в спальню, которую несколько часов назад показывала Бо, когда делала всем мини-экскурсию по дому. Чонгук кивает другу в ответ, снова продолжает разговаривать с полуспящей Миной, временами поглядывая на пьяненького Кимтэ. Следом Гук переводит взгляд на Юнги, что сидит напротив шатена и гневно дышит, ибо у этих двоих уже второй час идет спор. Ви никак не хочет верить в то, что в следующей жизни можно стать камнем. Парень старается быть убедительным, приводя сотый, а то и двухсотый аргумент и видя не меняющийся покерфейс Шуги. Проходит еще час. Мин, вконец закалибавшись от тупых речей уже в какашку пьяного Кима, валит в спальню. Растягивается по-хозяйски на кровати и даже не замечает чужого тельца рядом. Он слишком устал. Ночью парень выходит попить воды и, зевнув, возвращается обратно. Тихой, размеренной походкой он шагает, не глядя по сторонам, а зря! Ведь за углом его поджидает Хосок, чья улыбка блестит самым настоящим коварством. - Юнги-я, - шепчет брюнет за спиной старшего. - Тебе не спится? - Сколько уже можно просить не называть меня так? - раздраженно буркает Мин. Если честно, ему лень строить из себя сердитого и ссориться сейчас совсем не хочется. Хочется утонуть в одеяле и спать. Долго и крепко. Просто спать. А Хосоку это невдомек, он встает вплотную к блондину и смотрит в упор, будто намекая на что-то. Затем резко сжимает тонкую талию, начинает целовать бледную дергающуюся от частого дыхания шею. Юнги пребывает в настоящем шоке от подобных действий и пока не знает, что вообще делать?! Этим пользуется Хоуп и впивается в губы старшего жадным поцелуем, касаясь каждого сантиметра мягких губ, вплоть до их уголков. Брюнет вторгается в рот старшего и бродит юрким языком по небу. Шуга лишь успевает хватать воздух, боясь задохнуться. Но всё же собрав все свои силы в едино, блондин отталкивает Чона от себя и окидывает его презрительным взглядом. - Ты что делаешь, сдурел совсем?! Хосок, твою мать!!! - Тише, тебя могут услышать... - шепчет младший, следом нежно гладит удивленного друга по лицу, не отрывая от него обжигающего взгляда. - Все спят, не будь эгоистом. «ГОСПОДИ, СПАСИ МЕНЯ! Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ! ЧТО НАШЛО НА ХОСОКА?! И ЧТО МНЕ СЕЙЧАС ДЕЛАТЬ?!» Шуга дергается, всё также ошарашенно пялится на младшего и слышит громкое биение своего до смерти перепуганного сердца. Ему страшно. Мин хочет спрятаться куда-нибудь, закопаться в землю, только бы не чувствовать нарастающего возбуждения, ведь чужая наглая ручонка уже блуждает под его футболкой, грубо прикасаясь к чувствительным соскам. "Какого черта...?! Что Хосок себе позволяет?! Чего он добивается?!" - истерически кричит внутри себя Шуга. Парень начинает раздражаться, еще больше смущаться, а потом снова пытается оттолкнуть Хо от себя, но безуспешно. Крепкие руки Чона и не думают его отпускать. Хоби приятно ощущать власть над старшим, видеть его беспомощность, страх. Он стремительно надвигается к кровати и валит на нее блондина, ехидно усмехаясь. Его глаза переливаются блеском желания и обожания, а Юну до сих пор ничегошеньки непонятно и страшно. Он лупит свои темные глазёнки на брюнета, нависающего над ним и, как глупая блондинка, спрашивает: - Ты хочешь меня трахнуть? Короткий смешок. - Ну почему же сразу трахнуть? Фу, так грубо, - сморщив нос, отвечает Хо. - Я хочу заняться с тобой любовью, почувствовать тебя. - С какого хрена?! - голос Мина резко твердеет. - Ты у меня спросил, хочу я этого или нет?! - Ох, точно, прости, - виновато кидает младший, исподлобья смотря на друга. - Надо было сначала спросить... Ты хочешь меня, хён? - Хо-сок, ты напился, да? Я тебя не узнаю, - Шу предпочитает уйти от ответа. Ибо сказать "да" слишком стыдно, он и так умирает от этого мозгоебучего стыда. Оказаться припечатанным к кровати человеком, который до сноса башки тебе нравится, мягко говоря, смущает. Без сомнений, Юнги хочет Хосока, хочет отношений с ним, близости. Но как бы это глупо не звучало, Мин совсем по-другому представлял их первый раз. Совсем по-другому. Не при свечах и не с усыпанными повсюду лепестками роз, конечно. Юнги же не баба. Просто всё так внезапно, необдуманно, и Хосок какой-то другой. Блондин уходит в себя, чтобы взвесить все "за" и "против", замолкает на несколько минут, а после вдруг вспоминает про Мину, что спит в соседней комнате и всё... «Нахуй! Чё я лежу, как девственница, ждущая своего долгожданного первого раза? Пора очнуться, Мин Юнги! Скорее всего, Хосок просто пьян в стельку. Да!» - Но от тебя не пахнет вроде, - вслух заканчивает свою мысль Юнги, поднимая свои ни о чем не подозревающие глаза на младшего, который, как назло, оказывается слишком близко. Слишком! Хосок, не теряя времени зря, припечатывается губами к чужим губам, в поцелуй шепча: "Я не пьян, хён." Через несколько минут он всё-таки отрывается от Сахарка, чтобы раздеться и требовательным голосом командует: - Снимай джинсы. - Что? - Снимай. Свои. Джинсы. - Спокойно повторяет Чон, а после слегка улыбнувшись, добавляет. - Или мне и это за тебя сделать? - Хосок, мне кажется, ты потом пожалеешь об этой ночи, - мнется Мин, строя из себя недотрогу. - У тебя ведь есть девушка. Помимо этого, мы парни... Натуралы. - Ну это легко исправить! - торжественно сообщает младший и расплывается в белоснежной, ослепляющей улыбке. - Кстати, девушки у меня больше нет. Мы с ней расстались. - ЧТО!?! Когда?! - едва не вопит Юнги. Его голос эхом проходится по стенам комнаты. Парень в культурном ахуе и никак не может поверить собственным ушам. «Хосок расстался с Миной?! Хосок?! С Миной?! ХОСОК РАССТАЛСЯ С МИНОЙ! УРА!!!» Шуга задыхается от счастья, улыбается так широко, насколько это вообще возможно, а глаза его превращаются в крошечные щелочки, в которых сияет радость. Радость, радость, радость... Можно даже начать блевать радугой, настолько её много. Мин спешно разделывается со своими штанами, хватает младшего за руку, стягивая на себя, и теперь уже он в роли главного, теперь его очередь быть сверху. А Хо не против, ему по кайфу. Парень готов раствориться, словно сахар в горячем чае, от поцелуев старшего, от его взглядов, что вызывают табун мурашек, начиная от спины и заканчивая кончиками пальцев. Шуга поудобнее устраивается между раздвинутых ног Чона и, увидев согласный кивок, входит в младшего. Он начинает двигаться, но на подкорках сознания боится взять неправильное направление, оттого чутка медлит. А Хосок поддерживает его, одаривая теплыми улыбками и целуя висок. - Не бойся, я тебе доверяю. Хосоковское "доверяю" приятным теплом разливается в ушных раковинах Шуги, и уверенность шагает к нему навстречу с красочным плакатом, в котором большими, печатными буквами написано: "Файтин, Юнги! У тебя всё получится!" Парень решительно делает вдох и в знак своей готовности (как обычно делает это корейский народ) хочет сжать кулак, но вместо этого, сжимает чужую ладонь да так крепко, что длинные пальцы Хо оттопыриваются. Тем временем Мин входит в него до основания. /The right way/ - Юнги-и, а-ах-х...- пластично выгибается Хоуп, в стоне говоря. - Я...я. Я люблю тебя! Мин в ответ ускоряет темп, старается как можно больше принести удовольствия своему партнеру, ведь тот почти довел его до оргазма только что, сказав желанное "люблю", воплотив мечту Юнги в жизнь, сделав её реальной. Поэтому Шуга готов кончать прямо сейчас, ведь он испытал нечто, что намного сильнее физического удовольствия. Как птице, вылетевшей из клетки в просторное, огромное небо, раскинув свои крылья и бросившись в объятья необъятной свободы. Также и ему. - Хосок, пожалуйста, будь со мной, - проговаривает блондин, вглядываясь в затуманенные глаза напротив. - Всегда... Будь моим. Младший молча улыбается, обнимает Шугу и, чуть приподнявшись, испускает блаженный стон. Накрывает чужие влажные губы своими, затем нежно проводит пальцами по спине Мина и отвечает: - Я и так твой. - Правда? - слегка ухмыляется старший, желая услышать слова Чона вновь. - Мой? - Твой. Юнги аккуратно берет младшего за подбородок и оставляет на его губах ответный поцелуй. Но Хо вдруг округляет глаза, делает удивленное лицо и норовит скорее отстраниться. - Хён? Ты чего? - озадаченно спрашивает он у Шуги, искренне не понимая произошедшего. Юнги в ступоре смотрит на друга и не знает, что сказать. Пару раз крупно моргает, а когда полностью открывает глаза, то в них резко бросается темнота. Парень, перепугавшись, вскакивает с кровати. В попытках понять, где он, оглядывается вокруг и видит свою спальню, вторую комнату справа, что была в его старой квартире. Стоп. Значит он только что проснулся? И недавняя близость с Хосок - всего лишь сон?.. Шуга разочарованно вздыхает, поворачивая голову в сторону кровати. Выражение его лицо постепенно меняется, превращая безразличие в глазах в вселенский УЖАС. - Что это было, Юнги-хён? Зачем ты меня поцеловал? - с нотками недовольства в голосе бросает Хоуп, приподнимаясь с кровати и садясь рядом со старшим. «Пиздец...»