Partus novum princeps

Наконец, наконец я вышел из своего ледяного гроба. Еще один глупец, желающий обрести силу, купился на мои слова. Но с этим будет не все так просто, как с остальными. Проклятая драконья кровь, что б её. Но как же удивительна судьба, спустя такое время я в руках Довакина. Такую особь я еще не порабощал. Любопытен будет опыт. — Эй ты там, рептилия получеловеческая, так каковы наши дальнейшие цели? Договор-то мы заключили. Но после этого ты и не слова не промолвил. Не уважительно так относиться к напарникам. — Кто бы говорил. Сам меня только что оскорбил. Наши дальнейшие действия — это поиски стены Алдуина, кажись, ее так звали. — А, это тот булыжник, на котором типа изображен бой трех жалких людишек против еще более жалкой рептилии? — Ты вообще к чему-то относишься хорошо? Для тебя весь мир жалок? — Если бы ты был проклятой душой запечатанном в соб… в клинке, не имея возможности умереть, то как ты реагировал бы на жалких смертных? Ведь даже ваш всеми любимый Алдуин не бессмертен. Поэтому для того, чья плоть представляет всего лишь гниющий кусок мяса, все вы не вызываете к вам лучшего отношения. Еще вопросы? — Отпали. Ты такой же, как и другие. Даже не смотря на твою силу. Ты такой же алчный, таким как ты всегда будет мало силы. И не важно, ради каких вы целей будете её использовать. Для захвата мира, или для защиты козла домашнего. Вы все одинаковые. Такие же, как и я. Только я бессмертен и за все годы своего заточения в этом клинке, который стал моей золотой клеткой, я накопил достаточно сил и ненависти, чтобы стереть ваш жалкий род и все живое. И ты, юный Довакин, станешь моим лучшим оружием на моем пути к этому. Ты станешь моей пешкой. Осталось только немного потерпеть. Насладись своими победами, наслаждайся этим миром, пока можешь. Ибо потом ты горько пожалеешь, что заключил со мной сделку. Ты потеряешь все в один момент. — Довакин, я рада, что ты добрался сюда в целостности. Мы с Эсберном уже начали переживать. — Не стоило, Дельфина. Я просто немного задержался из-за того, что заглянул в одну пещеру. Ради… Вещи одной. П-ш-ш-ш. Вещи одной. Жалкий червяк. Я тебе проклятый клинок, а не побрякушка. Хах. Хотя думай, что я обычная вещица. Тешь себя этой мыслю. Не принимай меня всерьез. А я медленно обкручу вокруг твоей шеи свои цепи. — Вы нашли что-нибудь? — Да, Эсберн нашел вход в храм, но там требуется кровь драконорожденного. — По-моему, в этом мире всем нужна моя кровь. Кровавые обряды. Устаревший метод. И им еще продолжают пользоваться. А раньше магов крови отлавливали и кидали на съедение псам или троллям. Вот так зрелище было. Одни ошмётки оставались. — Значит, в этот круг? Ладно, поехали. — Дверь открыта! Пошлите, нам надо быстрее узнать, где можно найти эту стену. Скука. Ни одного стоящего боя за все время этой сделки не произошло. И он даже ни разу не прикоснулся к моей силе. Если так продолжится, то мой план придется отложить на еще пару месяцев. А я устал ждать. — Недодракон, может все же сразу направимся к Алдуину и вспорем его от челюсти до хвоста? Зачем вам эта стенка? — Нельзя рисковать. Надо подготовиться к тому, что в схватке с ним возможны осложнения. Надо подготовиться. Человеческая нерешительность. Бесит! — Ладно, если наконец ты надумаешь ввязаться в схватку со стоящим противником, то позовешь. А я спать. Ибо смотреть на все ваши смертные телодвижения и слушать ваши противные голоса противно. Ничего, потерпи, Сверр. Ты терпел более шестиста лет, потерпишь ещё пару недель. Любопытно… Давно я не вспоминал своего имени… А в этом что-то есть. Ничего, скоро все запомнят меня. Скоро все поймут, каково быть мертвым, но без возможности отойти в другой мир. Скоро все вы заплатите за то, что сделали со мной… Совсем скоро…