Моя девочка. Part 2

      Я стояла и ждала своего выхода на красную дорожку церемонии награждения MTV Movie Awards 2016 в Лос-Анджелесе. Стояла одна, так как никого из друзей и знакомых рядом не оказалось, и чувствовала себя немного неловко. Было довольно много звездных пар, которые охотно позировали на камеры. Я поймала себя на мысли, что была бы не против постоять под прицелами фотоаппаратов в обнимку с Кендалл. Но это было нереально, и не только потому, что ее не было рядом - мы расстались с ней чуть больше месяца назад.       После той истории всё пошло наперекосяк. Поначалу всё было очень даже неплохо. Я уверяла Кендалл и себя заодно, что всё нормально, что я её простила, но, на самом деле, мне всё еще было больно, осадок всё еще остался. И как бы я себя не убеждала, как бы не старалась, я не могла забыть эту историю. Я смотрела на Кен, и в голове собиралась картина, как Стайлс обнимает ее, лапает, целует       И в результате: регулярные ссоры, ревность с обеих сторон, плюс частая разлука: у меня - съемки, у неё - показы, и мы решили, чтобы больше не мучить друг друга, расстаться. И, как бы странно это не звучало после выше сказанного, мне было больно с ней расходиться. Я люблю её. С ней плохо, а без неё еще хуже. И чтобы не думать о ней, я стала, как обычно, заваливать себя работой. Я хваталась за любую работу. Съемки в фильме Люка Бессона, съемки в рекламах различных косметических брендов, просто фотосессии, постоянные перелеты. Я возвращалась в отель и валилась на кровать без сил. И это действительно помогает мне не думать о Дженнер. Я не забываю ее, у меня просто нет на это сил. Но минус в этом всем все-таки есть - псориаз. Из-за бешеного графика у меня случился рецидив.       О нашем с ней расставании мы заявили официально в своём Твиттере. И, естественно, оно не осталось незамеченным. Все СМИ говорили о нас. Каждый выдвигал свою версию по этому поводу: измена, частые ссоры, разлука, Кендалл беременна от Гарри и тому подобный бред. Кто-то говорил, что это очередное расставание, что скоро они будут наблюдать нашу пару вновь вместе. Но за эти чуть с лишним месяц мы с Кендалл даже не разговаривали.       Подошла моя очередь выходить на красную дорожку. Я практически ничего не видела из-за вспышек, и ничего не слышала из-за крика поклонников за перегородкой. Всё это очень действовало на нервы, но внешне я старалась этого не показывать.       Наконец меня отпустили, и я прошла дальше. Я шествовала одна, что меня немного огорчало. Шла, подняв голову и обворожительно улыбаясь. Все это доведено уже до автоматизма. И подходя уже к площадке, где будет проходить церемония, я услышала, как подростки за забором стали кричать что-то похожее на "КараКендаллКейк". Впереди меня шла Дженнер в своём открытом, но не вульгарном платье. Видимо, разобрав, что скандируют фанаты, Кенни остановилась и начала крутить головой, по всей видимости, выискивала меня. Я не переставала идти. Кенни повернулась и, увидев меня, бросилась мне в объятия. Всё произошло слишком быстро. Мы не успели даже сказать друг другу привет, я не успела насладиться этим мимолетным объятием, как меня быстро утащили на интервью. Я мысленно начала проклинать этих людей, ведь: "Они что, не видят, как я хотела с ней обняться, прикоснуться к ней, вновь ощутить бархат ее кожи?"       Конечно, они не видели этого и не понимали, им все равно, да и мне должно быть все равно.       Церемония кончилась довольно быстро. И я уже ехала на backstage в один специально арендованный для этого каналом клуб. Нужно было сменить наряд. Снимать цельный костюм в машине было сложно. Пришлось даже просить водителя, чтобы он помог мне расстегнуть молнию на спине. Костюм от Balmain я заменила на другой брючный костюм.       В клубе я себе отдельной компании тоже не нашла. Немного постояла с одними друзьями, потом с другими. Но всё-таки большую часть вечера я провела с кастом Отряда Самоубийц – Джаредом, Уиллом и Марго. Мы сидели за столиком, выпивали, шутили. За вечер к нам подошло бесконечное количество человек, которые спрашивали одно и тоже: действительно ли мистер Лето дарил нам использованные презервативы, анальные шарики и прочее, и куда мы их девали? Это стало очень нам надоедать.       Кендалл в клубе я не видела, но знала, что она где-то здесь.       В разгар вечера на другом конце зала был какой-то шум. Что случилось, никто толком не знал. Потом, буквально через минуту, к нам подошел Уилл - он отходил, чтобы найти своего сына Джейдена - и сообщил, что Кендалл врезала кому-то промеж глаз.. - Что?! - я вскочила с кресла и быстрым шагом направилась туда, где находился эпицентр шума. По пути я встретила ещё кучу знакомых, с которыми пришлось обниматься, в их числе была и Джиджи. - Привет, Джиджи, где Кендалл? - спросила я немного запыхавшись. - Ты в курсе, да? Она в туалет пошла, я сейчас шла к ней, но ладно, давай лучше ты. - Спасибо.       Людей было слишком много, свободно пройти было практически невозможно. Да и нахождение туалета было мне неизвестно, но когда Дуэйн Джонсон отошел в сторону, я заметила зеленую вывеску "WC". "Боже, сколько тут людей. Надеюсь мои усилия - проталкиваться между людьми будут не напрасны, и Кен еще будет в туалете."       Кендалл стояла напротив зеркала и подкрашивала ресницы. - Ты реально кого-то ударила? – начала я с порога. Дженнер даже немного испугалась. - Привет, во-первых. А во-вторых, да, - сказала она и продолжила красить глаза, одарив меня секундным взглядом. - Зачем? ты в своём уме? Ты представляешь какая шумиха поднимется в прессе? - А мне плевать, Кара. Я не могла промолчать. Я не могла не отреагировать, - девушка резко повернулась ко мне, облокотившись бедром о раковину и сложив руки на груди. - Что произошло? – я подошла к Кен ближе. - Я сидела, курила кальян и услышала, как этот говнюк начал мешать тебя с говном. Я слышала, как ему мягко намекнули на моё присутствие, но он отмахнулся и продолжил. Я не выдержала и сказала, чтобы он заткнул свой грязный рот. Он шлепнул меня по заднице за что и получил, - Дженнер говорила это серьезным тоном, а в конце посмотрела мне прямо в глаза, от чего стало не хорошо. Мне одновременно хотелось, чтобы она перестала это делать, но не переставала. Ее карие глаза не по-доброму сверкали. Она была явно раздражена. - Не стоило из-за меня… - произнесла я на выдохе, но кареглазая сразу меня перебила. - Что? А как бы ты поступила? Ты бы промолчала? - Дженнер выпрямилась и шагнула в мою сторону. Я молчала и даже не двинулась с места. Во мне кипели противоречивые чувства. Она вступилась за меня, хотя что в этом странного, мы же мирно расстались, и мы не чужие друг другу люди. - Нет, я бы поступила точно также. - В чем тогда проблема? - не прерывая зрительного контакта спросила Кен. - Да в том, что теперь у тебя будут проблемы! - теперь я начала злиться.       В этот момент в туалет вошла Джиджи. Мы не обратили на неё внимания и всё так же стояли, смотря друг другу в глаза. - Что вы так долго? – Хадид остановилась у двери и ждала хоть какой-нибудь реакции с нашей стороны. – Всё, хватит, пошлите, – Джиджи взяла нас за руки и повела обратно в зал. – Хотя, знаете, там сейчас все о Кен говорят, и не дадут нормально посидеть. Поехали лучше покатаемся по городу? И ты, Кара, поехали с нами? - Ну, если никто не будет против, - я перевела взгляд на Кендалл. - Она не против, поехали, - Джиджи раздраженно вздохнула и закатила глаза.       Пока мы шли к выходу, до меня то и дело доносились разговоры гостей о той потасовке. Я чувствовала на себе косые взгляды, но мне было плевать, чего не скажешь о Дженнер. Она опустила голову, немного сгорбилась и ни на кого не смотрела. Я сровнялась с ней и взяла за руку, переплетя наши пальцы. Кендалл посмотрела на меня, улыбнулась и сжала мою руку сильней. От этого жеста, не знаю как у нее, но у меня был словно прилив сил. Я знала, я понимала, что ей нужна сейчас поддержка, а еще я знаю, что завтра она будет себя корить за то, что вмазала тому упырю.       Как только мы открыли двери клуба, нас сразу ослепили вспышки. Практически вслепую мы дошли до машины и сели в нее. Я сидела посередине, Джиджи -слева от меня, а Кендалл - справа. В салоне царило неловкое молчание. Я не знала, что сказать. Такое у меня было впервые. Джиджи периодически разбавляла тишину, что-нибудь спрашивая.       Посередине сидеть было не очень удобно, хотелось облокотиться на что-нибудь. На Кендалл я не могла из тех соображений, что мы с ней как бы расстались, а на Джиджи… ну, сами понимаете. Мне стало жарко, и я попросила водителя открыть люк. Сняв с себя туфли, я встала на сиденье и вылезла наружу. В лицо сразу ударил резкий порыв ветра. Дышать было немного трудно. Волосы стали развиваться. Я почувствовала какую-то легкость.       Но меня отвлекло чувство, что по ноге, как будто что-то ползет. Опустив голову, я увидела, что Кендалл трогает мою ногу. Она водила пальцем по красным точкам – псориаз. «Черт, она заметила. Как же я сразу об этом не подумала», - моментально пронеслось у меня голове, и я закусила губу. Кендалл очень переживала за меня по этому поводу и всегда ругала за то, что я себя довожу до такого состояния.       В салоне началась какая-то возня. Кен, по всей видимости, хотела снять туфли, но передумала. Она аккуратно встала на край сиденья, чтобы не проткнуть кожаный салон каблуком, при этом держась за меня. Она облокотилась спиной о крышу машины и начала расстегивать мой пиджак. - Хэй, Кендалл, что ты делаешь? – я недоуменно посмотрела на неё и попыталась убрать её руки, но у меня ничего не получилось. Кендалл оголила мой торс и стала его рассматривать. Она провела рукой по уже заживающим ранкам.       К слову, Кенни - единственная, кто не боялся, не кривился и не выбегал из комнаты с криками "фу" при виде моих язв. Стилисты работают со мной в резиновых перчатках. Сначала меня это очень сильно задевало, ведь это не инфекционное заболевание, а потому не заразное, а потом я забила.       Кендалл подняла на меня взгляд. Её глаза были полны слез. От этого мне стало ещё хуже. - Зачем? – начала она сдавленным голосом. Потом прочистила горло и продолжила, - Зачем ты опять себя мучаешь? Зачем ты опять себя изводишь? Тебе нравиться ходить в язвах? - я была не в силах смотреть на неё. – Смотри на меня! – брюнетка резко схватила меня за лицо. – Зачем? - Затем, что мне легче так! Работа отвлекает меня от раздумий! У меня не хватает сил и времени думать о чем-либо! Так я не занимаюсь самобичеванием и не думаю о тебе. – Я замолчала и через секунду продолжила: - Мне тяжело...мне тяжело без тебя, потому что я люблю тебя, - слезы в это время катились одна за другой и падали Кен на руки. Брюнетка смахнула слезы с моей щеки большими пальцами, притянула меня к себе и поцеловала. Я обхватила руками её талию и прижала. Поцелуй был страстный, но не грубый, и я не удержалась и простонала Кен в губы. Я чувствовала, что Кендалл улыбается. Тело бросило в жар. Мне так не хватало ее. Не хватало ее прикосновений, ее присутствия. - Хэй, ну, вы долго там еще? – донесся снизу голос Джиджи. Нам пришлось разорвать поцелуй. - Подкинете до отеля? - Конечно, - произнесла Кенни, повернув на меня голову. После поцелуя мы сидели с ней, держась за руки. – Может, лучше ко мне? Обычно, когда мы с Кендалл целуемся после ссоры, поцелуй перетекает в страстный лесбийский секс. И наш поцелуй на крыше…после него хотелось продолжения, но в машине, а тем более при свидетелях нам этого делать явно не стоит. И было бы очень неплохо поехать сейчас к Кен и продолжить, но… я отказалась. Мы расстались, и это окончательно. Если мы переспим, то, возможно, опять будем вместе, а это значит, что мы опять будем мучить друг друга и делать друг другу больно; а если нет, то будет еще больнее.       Кендалл отвернулась к окну и осторожно убрала руку. Я откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза.