Беги, Лесс, беги!

Под копытами лошади хрустел снег, а сама лошадь задумчиво хрупала голой веткой. В разгар зимы трудно было отыскать хотя бы клочок травы, но соловой кобыле было всё равно, она могла питаться и древесиной. Лесс почти дремал и так бы и заснул прямо в седле. Он доверял своей лохматой спутнице, поскольку его лошадь обладала удивительной способностью выбирать правильную дорогу и точно не завезла бы его в опасное место. Уйти в мир сновидений Элессару помешало громкое мурлыкание, совсем близкое. Лесс встрепенулся, выпрямился и навострил уши, настороженно вглядываясь в придорожный кустарник. – Жёлтый кот опять всего боится? – поинтересовался вкрадчивый голос за спиной. Элессар обернулся, поймал взгляд кошачьих глаз и улыбнулся, узнав хаджита. – Здравствуй, М’Айк. Опять хочешь сказать что-нибудь странное и непонятное? – М’Айк давно не видел жёлтого кота и решил, что соскучился, – доверительно сообщил мохнатый клубок, взмахнув хвостом. – До этого ты не появлялся почти два века, – заметил Лесс. – А сейчас соскучился за пару месяцев? – М’Айк был занят! М’Айк особенный, и у М’Айка могут быть особенные дела! – хаджит недовольно ощерился и сверкнул глазами. – Хэй, успокойся! – сказал Элессар. – Я не хотел тебя обидеть, правда. Но наша последняя встреча кончилась тем, что вскоре на меня напал дракон! – Дракон прилетал не к жёлтому коту, и даже не к драконоеду. Он просто прилетел сквозь время, потому, что пришла пора. – Что ты имеешь в виду? – уточнил Лесс с подозрением. – Новые неприятности, вроде нашествия демонов? – Драконов теперь будет много, – безмятежно отозвался М’Айк. – Но жёлтому коту не надо бояться, драконоед съест всех ящериц. – Драконоед? – переспросил Лесс. Перед глазами мгновенно нарисовалась огромная, жуткая, отвратительная тварь, которая гордо шла по заснеженным склонам, таща в пасти дракона, как носят задушенных куриц собаки. Представленная картина оказалась настолько живой и яркой, что он невольно вздрогнул. – Драконоед ест драконов, как камень душ. М’Айку это не нравится. Если ты не камень душ, зачем вести себя так, будто ты – камень? – Да, ты прав, – рассеянно согласился Лесс и посмотрел вперёд. Брови его поползли вверх, а уши, даже вислое, устремились кончиками в зенит. – Когда я успел свернуть к Винтерхолду?! – Жёлтый кот не мог прийти туда, куда ему не надо, потому что жёлтый кот – особенный, – сказал хаджит и опустился на четыре лапы. – Подожди, ну куда ты опять? – почти жалобно воскликнул Элессар, но ответить ему могли разве что скалы. М’Айк совершенно не разучился бегать за прошедшие двести лет. Немного подумав, Лесс решил всё же продолжить путь. В конце концов, он старательно избегал появляться здесь в течение нескольких десятков лет. Винтерхолд… Лесс помнил этот город совсем другим, и сейчас его сердце невольно сжалось, когда он оглядывал остатки былого великолепия. И лишь только Коллегия казалась нетронутой. «Интересно, мой пропуск ещё действителен?» – подумал Элессар, доставая из инвентаря знак мастера-иллюзиониста. – «Было бы забавно вновь сдавать экзамен на входе». Доказывать свою магическую состоятельность вислоухому не пришлось. Конечно, его встретили с удивлением, но на все вопросы Лесс предпочёл дать размытые ответы-отмазки, и от него отстали, ничего не добившись. А Элессар отправился в Арканеум. Библиотека встретила его запахом старых книг, ощущением величия знаний и тишиной. Лесс осторожно сделал несколько шагов, звонким эхом отразившихся от стен и потолка. – Кого я вижу, – навстречу гостю вышел главный смотритель хранилища. – Ты вернулся. И совсем не изменился. Даже ухо не починил до сих пор. – Меня полностью устраивает моя внешность, – сказал Лесс, недовольно дёрнув упомянутым калечным ухом. – А ты постарел. – Не всем же жить столько, сколько живут альтмеры, – добродушно рыкнул орк, пригладив бороду. – Какими судьбами, Элессар? – Ураг, ты не поверишь. Лошадь завезла, совершенно случайно, – признался эльф. – Случайности не случайны. Наверное, это было нужно. Пойдём, попьём чаю, поговорим о жизни. Расскажешь мне, что делается во внешнем мире, а то мы здесь сидим почти как в осаде. – Хорошо, – согласился Лесс и пошёл следом за орсимером. – FUS RO DAH!!! Звук прокатился мощной воздушной волной, заставив здание Коллегии встряхнуться от башен до фундамента. Элессар вздрогнул и чуть не расплескал кружку. – Что это было? Ураг гро-Шуб задумчиво нахмурил брови. – Рискну предположить, что к нам пожаловал некто, владеющий искусством Крика. Помнится, ты когда-то всерьез интересовался этой магией. – Ах да, точно, – кивнул Лесс, – я тогда ещё решил, что мне легче размахивать руками, чем орать, как трактирный пьяница. – После того, как сорвал горло и хрипел неделю, – усмехнулся орк. Элессар в ответ только поморщился. – Крики… – задумчиво протянул он. – Я слышал, что, кроме Седобородых, сегодня этим искусством владеет только один человек, и это… «Шумный северный варвар! Беги, Лесс, беги, пока тебя опять на что-нибудь не уговорили!» Лесс попрощался с библиотекарем и решительным шагом двинулся к выходу. Довакин ворвался в Арканеум, аки вихрь, за что и получил по голове посохом. – Юноша, это библиотека, соблюдайте правила приличия и тишину, – грозно сказал старый орк. – А… – сказал норд. – Э… Ладно. – Моё имя – Ураг гро-Шуб, – представился хранитель Арканеума. – А ваше? – Меня все называют Довакин, я уже привык, – ответил драконорождённый. – Приятно познакомиться. Так что вас привело ко мне? Норд покидал Винтерхолд с гудящей от новых знаний головой. Орк-библиотекарь, стоило Довакину заикнуться про Древний свиток, немедленно нагрузил его самой разнообразной информацией и отправил в какие-то руины. «Не мог просто сказать, где свиток лежит», – недовольно ворчал про себя драконорождённый. А ещё ему не давала покоя лошадь. На обычную конягу норд бы и внимания не обратил, но эта была слишком необычного цвета. И жевала какой-то куст как раз недалеко от моста. Однако на вопросы о вислоухом эльфе маги лишь пожимали плечами, словно его и не было. Довакину было откровенно лень думать лишний раз, и он благополучно выбросил воспоминание о лошади из головы.