the mismatch/perfect matching

тэхен всем своим естеством пробуждает в чонгуке все самое отвратительное и ужасное, откровенно мерзкое, темное. его прехорошенькое румяное личико вызывает в чонгуке струящуюся по венам злобу, желание испоганить то, что смогло зацепить. нечто прекрасное должно быть тщательно охраняемым, контролируемым, подчиненным. оно не должно быть общедоступным, легким, открытым. «тэхен тоже не должен», — думает чонгук и крепко хватает тэхена за локоть, когда тот выходит из гримерки после окончания съемок. вокруг них темнота и тишина пустующего коридора. стафф давно отправился по своим делам. а у чонгука под толстовкой — плотная и прочная веревка. он вжимает перепуганного тэхена лицом в стену, отработанными движениями связывает тому вывернутые запястья, сует найденную ранее тряпку в округленный от испуга розовый рот, а после завязывает глаза и крепко толкает в спину, ладонью ощущая каждый из хрупких хрящиков. кожа тэхена — мягкая и песочная, она напоминает чонгуку глянец кукольных тел, их покорность и неземную, правильную, истинную красоту. он проводит носом от плеча до уха, а затем хрипло шепчет: — не совершай ошибок, малыш, — и, подхватывая перепуганного тэхена под узлы веревок, уверенно и быстро ведет к припаркованной у аварийного выхода машины. черный range rower сливается с темнотой черничной ночи. она струится из взгляда чонгука, стекает по телу, окольцовывая. чонгук швыряет тэхена на заднее сидение грубо и бесцеремонно, пристегивает ремнем безопасности, чтобы не дергался, и резко заводит мотор, спугивая внезапным рычанием двигателя приютившихся неподалеку голубей. из динамиков льется мягкий голос melanie, и чонгук выруливает на оживленную трассу, вклиниваясь в поток спешащих и гудящих машин, — быстро и незаметно. он останавливается, когда светофор светится ярко-красным, и рассматривает ночной город: тысячи красочных и разноцветных огней, неон вывесок и сеул — город возможностей, город потребитель, город случайных и удобных незнакомцев. чонгук переводит взгляд выше, смотрит сквозь зеркало на подозрительно тихого и спокойного тэхена: тот развалился и сполз ниже, соблазнительно расставляя свои невероятные ноги в стороны, открывая вид на подтянутую задницу и подкачанные бёдра. чонгук облизывает пересохшие губы и вжимает педаль газа с первыми гудками раздраженных водителей. никакого ненужного внимания. он должен быть незаметным. тэхен склоняет голову влево и выплевывает скрученную тряпку, когда чонгук замирает на очередном светофоре, пропуская толпу пестрых смеющихся подростков. чонгук тихо стучит пальцами по рулю, смотрит отрешенно и невозмутимо. будто это не он похитил чертового человека. чертового ким тэхена — одну из ведущих моделей глянцевых обложек интернешенал журналов. это просто ничего. совсем ничего. — не буду спрашивать, кто ты и зачем ты это делаешь, ответов я не получу, — хриплость тэхенового баса вливается в уши вмиг навострившегося чонгука. парень невозмутим и вещает со спокойствием древнего сфинкса, усаживаясь так, словно это он — чертов похититель и босс, абсолютно контролирующий сложившуюся ситуацию. чонгук приятно удивлен. его куколка оказалась не так глупа, как предполагалось. отлично. чонгук чувствует растекающийся по венам адреналин, смешанный с возбуждением. он хмыкает — нарочито громко, ободряюще. — умница, — говорит он твердо и усмехается, крутит колесико звука и вслушивается в чужое сбившиеся дыхание. как же хочется выдрать его — беспомощного, сексуального, притягательного. чонгук сжимает руль сильнее, вены проступают узелками под молочной кожей. тэхен вновь облизывает губы и подается вперед, слегка наклоняясь, скорее из чистого любопытства, ежели от страха. тэхен — конченный извращенец, обычный стандартный трах с мальчиком-цветочком его более не впечатляет. насилие, экзотические сексуальные практики — все это заставляет его колени дрожать и прогибаться, стекать вязкой плавленой массой, размазываясь по салону, находя даже это пугающее похищение заводящим. — сколько тебе? звучит несколько шокирующе. чонгук не ждал личных вопросов. обычно с похитителями так себя не ведут. — у тебя парфюм от tom ford, салон пахнет свежей кожей, да и машина высокая, скорее всего, только из салона. судя по шуму, едем мы примерно в районе каннама, а еще у тебя красивый голос, хоть и слегка юношеский. так сколько тебе? тэхен говорит на одном выдохе, с расстановкой и сквозящей уверенностью. расслабленно откидывается на сидении и устраивается удобнее. чонгук приоткрывает рот, слова теряются где-то в глотке, и по истечении нескольких секунд он лишь низко смеется. чудесно, просто феерически. до чего же интересный экземпляр. чонгук не ошибся, когда выбрал именно этого паренька. хорошенький и невероятно сообразительный — взрывной микс для такого психопата как чонгук. — а ты довольно смелый, обычно с похитителями так себя не ведут, — голос чонгука отдает строгостью и насмешкой. он вновь смотрит на закусившего губу парня и сворачивает на повороте, въезжая в элитный район, аккуратно паркуясь на подземной парковке, занимая отведенное именное место. — мне всего лишь нравится твой голос, — выдыхает томно тэхен, когда ощущает усилившийся запах чужого приятного парфюма. благородные древесные нотки, смешанные с удушающе-опасной сладостью темного шоколада и ванили. «человек, пользующийся таким ароматом, — определенно необычный и завораживающий, как и его голос», — думает тэхен, когда чувствует, как его вновь вытягивают из теплого салона, помещая в дозированную прохладу. «подземная парковка, каннам, скорее всего, один из небоскребов-новостроев. чертов богач с охрененным парфюмом, чертов сукин сын» хватка у чонгука цепкая и крепкая, слегка грубая. тэхену кружит голову от этой опасной неизвестности, от этого таинственного незнакомца, от принуждения. для чего бы его ни похитили, тэхен хочет извлечь из этого хоть немного личной выгоды. его толкают куда-то, и от потери опоры горячих рук тэхена охватывает минутная паника. он чувствует прохладу от соприкосновения спины с поверхностью, горячие ладони оглаживают сначала тэхеновы предплечья, а после ведут по талии, обхватывают бедра и сильно сжимают округлую и хорошенькую задницу, ладони слегка разводят и приподнимают наливные ягодицы. тэхен гнется в спине, становясь совсем ручным, тихо постанывая что-то неразборчивое. он чувствует сухие пальцы, что оглаживают шею и подбородок, а после давят под нижней губой, оттягивая вниз, вынуждая приоткрыть сочный рот шире. палец с нажимом проводит по самой каемке, а после проталкивается внутрь рта, надавливая на скользкий язык. тэхен с удовольствием втягивает щеки и обсасывает палец похитителя, слегка прикусывает и пропускает его за щеку, а после выпускает с мокрым и громким звуком. мужчина прижимается к нему, одной рукой все еще сдавливая ягодицу, позволяя на миг почувствовать исходящий от его тела жар, обдавая и окутывая тэхеново тело и сознание своим невероятным запахом, а заалевшее ухо сладостным басом: — осторожнее, детка. щелчок лифта вырывает тэхена из собственного мира грез, слишком сосредоточившись на мужчине, он не посчитал временной интервал, теперь понятия не имея, на какой они высоте находятся и с какого этажа можно будет спрыгнуть. тэхен растягивает вишневые губы в усмешке, и чонгук с рычанием втягивает его в квартиру, захлопывая дверь, тут же прижимая разгоряченную жертву к ее поверхности. он вдыхает пряный запах восточных сладостей с кожи, прикусывает, а затем вылизывает, вызывая у тэхена мурашки и озноб по телу. черт, как же этого мужчину хочется. еще немного, и тэхен попросит трахнуть себя. и совершенно об этом не пожалеет. незнакомец сменяет милость на грубость, хватая и сжимая тонкую шею, прикусывая вначале острый подбородок, а затем и мягкую кожицу щеки. вишневый рот приоткрываются в просящем стоне, и чонгук широко лижет эти проклятые губы, совершенно волшебные и нереальные, пробуждающие в нем то самое — черное, бурлящее, первобытное. он прикусывает и оттягивает нижнюю губу тэхена, забираясь языком внутрь, вжимаясь и вжираясь в этот невероятный рот, слизывая мяту, лаская нёбо, сталкиваясь зубами. господи, как же ему было мало этого рта. и тэхена. этого невероятного мальчишки, что сумел завести его всего лишь одним своим присутствием, существованием. чонгук отрывается от него, дышит тяжело, хрипло, сдерживается из последних оставшихся сил, и тэхен не выдерживает, плавно и мягко опускается на колени, ртом находя застежку и прихватывая зубами собачку молнии. исходящий от чужого тела жар практически обжигает, и тэхен вылизывает и прикусывает влажную ткань тонких боксеров. чонгук рычит совсем необузданно. тэхен чувствует, как от этого собственный член давит так, что хочется плакать. чертов ненормальный извращенец. совершенно сумасшедший и неконтролируемый. чонгук помогает ему: вытягивает член из боксеров, обхватывает крепкий ствол рукой и прихватывает струящуюся по пальцам жидкую платину, толкаясь в самое пекло разгоряченного рта, а после оттягивает за волосы обратно. тэхен высовывает мягкий розовый язык и ведет вдоль внушающего ствола, обводя каждую венку, надавливая самым кончиком на уретру, ощущая соленость и пряность во рту. даже вкус у этого человека невероятный. и член его тоже невероятный — большой, но не огромный, не слишком толстый, идеальный. и тэхен стонет, пуская вибрацию, заставляя мужчину тихо простонать впервые за вечер. он заглатывает и сосет так, что челюсть слегка немеет. тэхену жаль, что незнакомец воспользовался лишь его ртом, он был бы совершенно не против, если бы тот взял его и сзади. — черт, — раздается приглушенно и хрипло, и тэхен воодушевленно продолжает, вылизывает и слегка проходится зубами, осторожно, профессионально, не причиняя боли, лишь усиливая ощущения. — куколка, ты невероятный, — рычит мужчина и толкается сильнее, пропуская головку в горло, ощущая его заднюю стенку. тэхен чувствует, как спазм скручивает онемевшие конечности, как волнами оргазм протекает по телу и как липкость неаккуратным пятном расползается на собственных штанах, чувствует её, горячую, на языке и во рту. — хорошие мальчики глотают, — шепчет похититель в самое ухо, и тэхен проглатывает пряность, облизывая напоследок губы. ему хочется попросить большего, но он чувствует лишь разряд электрошокера и ускользающее сознание. * тэхен с трудом разлепляет слипшиеся веки, отрывает от твердой поверхности свинцовую голову и растерянно оглядывается по сторонам. его бросили на лавочке в одном из самых немноголюдных районов, позаботившись о том, что его никто не заметит. что же, хмыкает тэхен, по крайней мере его не убили. видимо, на продолжение жизни, он себе в прямом смысле насосал. светает. тэхен шарит по карманам, проверяя собственность на признаки утери. достает из кармана джинсовки айфон — не побитый, новенький. заряд уныло показывает жалких тридцать процентов, но тэхен бодро вдыхает сырой и прохладный воздух, втягивая его в легкие, до сих пор ощущая забившийся аромат древесины и сладостей. жаль, что с него так и не сняли повязки. горячий инкогнито пожелал им же и остаться. тэхен искренне разочарован такой короткой и непродолжительной сексуальной игрой. квартира встречает его яркими солнечными лучами, проникающими сквозь панорамные окна и тихим сопением соседа чимина — молодого ветеринара, недавно окончившего сеульский университет. тэхен с секунду смотрит на его милое лицо, а затем прыгает на паренька с громким воплем, вырывая чимина из спасительного сна. тот недовольно трет глаза и вопросительно смотрит на вернувшегося соседа. тэхен слегка потрепан и весел, чимин зря прождал его у двери практически до утра. придурок., но какой сексуальный и красивый. — пойдешь со мной по магазинам? — тэхен мило улыбается, не оставляя ему выбора, и чимин обреченно кивает. как же здесь откажешь. * чимин торчит в примерочной уже минут двадцать, примеряя выбранные вещи, вынуждая тэхена, уже сделавшего все необходимые покупки, наблюдать, вынося вердикт. — черт, я не могу в нее влезть! — сокрушается тот из-за тонкой двери и тэхен вздыхает. он слегка устал, но его заинтересовывает смутно знакомый хриплый бас из соседней примерочной: — черт, я занят, не звони мне, — говорит кто-то громко и раздраженно, строго. — слушай, сотри мой номер, ладно? без шуток, не звони больше. металл растекается в этом властном и невероятном голосе, и тэхен отчетливо слышит аромат том форда. он дергает на себя хлипкую дверь резко и сильно, ломая хрупкую защелку, сталкиваясь с цепким и опасным взглядом черных глаз напротив. черт. тэхену хочется скулить. мужчина перед ним — совершенно невероятный, опасный и пахнет так одуряюще прекрасно, что ошибки быть не может, — это и есть его таинственный вчерашний похититель. мужчина проходится по тэхену взглядом, действительно удостоверяется, что ему не чудится и что ворвавшийся к нему мальчишка — предмет его ненормальной одержимости. тэхен щелкает замком и толкает мужчину в грудь, ощущая мощный рельеф мышц под тонкой тканью черной рубашки. дерьмо. как же его ведет. размазывает просто. у тэхена вновь стоит, когда он обхватывает угловатое лицо ладонями и целует — безумно, сочно, жадно, всасывая в себя чужой язык, проходясь по зубам, прикусывая в нетерпении губы. как же ему, блять, хочется. с ума сойти. — хочу тебя, — стонет тэхен и трется об мужчину пахом, чувствуя растущее напряжение. его мягко отстраняют и внимательно осматривают, опасно щуря глаза. мужчина выдыхает: — чонгук, — и тэхену хочется растечься липкой лужей у его ног, но он только кивает, выдыхая вслед со стоном «чонгу-у-к». и чонгук сжимает его горло, впечатывая в стенку, прижимаясь стоящим напряженным членом, хватая другой рукой его ногу, закидывая на талию, и мощно толкается крепкими бедрами. у тэхена глаза закатываются и вселенная перед глазами на миллиарды атомов распадается., а мужчина толкается еще раз, и будто предчувствуя, что тэхен готов стонать, зажимает округлый рот рукой, рыча в самое ухо: — запомни мое имя, детка, я приду к тебе вечером. будь готов. — откуда ты знаешь, где я живу? — удивляется тэхен, и всматривается в насмешливые глаза напротив. — я же похититель, забыл? нет того, чего я не смог бы узнать. твой номер у меня уже есть. жди меня в шесть. и надень что-нибудь сексуальное, — говорит чонгук, всматриваясь в разомлевшего и охмелевшего парня, сдерживаясь и прикусывая желанные губы. — а теперь иди, твой друг, кажется, начал тебя искать. тэхен медленно отлипает от желанного тела, сжимает крепкий член и ощущает мощный шлепок по ягодице, встречаясь с антрацитовыми глазами в последний раз перед тем, как захлопнуть дверь и подойти к удивленному чимину. — ты куда пропал? — спрашивает тот, всматриваясь в красные отметины пальцев и покусанные губы друга. — телефон закатился в соседнюю примерочную, пришлось искать, — весело отвечает тэхен и быстро направляется к выходу, виляя округлыми бедрами. он оборачивается у самых дверей и бросает замершему соседу: — ну так ты идешь? и чимин поспешно догоняет его, начиная болтать о всякой незамысловатой ерунде. тэхен глубоко вдыхает прохладный уличный воздух, но единственное, что он слышит — аромат сандала и ванили, напрочь забивший легкие и осевший в них. кажется, он знает, какого цвета кружево наденет для его особенного гостя. черное, под стать его парфюму.