Он приведёт тебя в порядок

      Йен вздохнул, когда открылась дверь, и в прихожую ввалился Микки. Весь рот у него был в крови, и с рассечённой брови на лицо также капала кровь. И это было обычным делом. Микки рассказывал Йену очередную историю о том, как один парень не выплатил откат, а другой был ему всё ещё должен. Он даже как-то ходил разбираться с мудаками, которые наехали на Карла из-за его бизнеса с наркотиками. Как только Йен рассказал об этом Микки, он знал, что тот ринется в бой и не стоит даже тратить сил на то, чтобы его урезонить, он всё равно найдёт того урода и использует его как боксёрскую грушу. Тут ещё играл важную роль тот факт, что Микки не всегда бил первым, что бы сам он там ни говорил по этому поводу. Йен втайне знал, что иногда ему платили откупные и Микки на время давал задний ход. Одно он знал наверняка – пусть Микки и не бил первым, но последний удар всегда оставался за ним и иногда этот удар в прямом смысле слова становился для кого-то последним.       – Опять? – Йен вскочил с дивана и принялся внимательно осматривать все раны и порезы на лице парня. – Серьёзно, Микки, однажды тебя просто могут убить. – Он осторожно взял его за подбородок и повернул к себе щекой, замечая порез даже на ухе. – Блядь, Микки.       Микки позволил ему отвести себя в ванную комнату. Это случалось так часто, что он успел свыкнуться с тем, что Йен всегда латал его раны.       – Иди ты. Хватит вести себя так, будто я не могу постоять за себя, – он сказал это тихо, даже как-то нежно. Его другая сторона характера, которую он показывал тем мудакам, Йена уже не пугала. – Тот уёбок заслужил это.       – Ну, конечно, как и все они, – Йен закатил глаза. Он распахнул дверь и опустил крышку унитаза. – Сидеть, – указал он на стульчак и полез в шкафчик над раковиной за пластырем и бинтами.       Микки вращал руками в разные стороны, разглядывая свои побитые костяшки.       – Я тебе не грёбаная собака, Галлагер.       Йен наклонился и вытащил бутылку виски, которая была припрятана за унитазом – тайник Игги для «экстренных случаев» – открыл кран и намочил полотенце.       – Лично я в этом сомневаюсь, судя по тому, как ты, блядь, дерёшься, – он раздвинул коленом ноги Микки и встал между ними.       Микки зашипел, когда его лица коснулась влажная ткань, вызывая жжение на исцарапанной коже.       – Блядь, осторожнее там, – пробормотал он, шикая каждый раз, когда Йен касался полотенцем его ран. Чтобы отвлечься от болезненных ощущений он пристроил свои руки на то место, одни мысли о котором заставляли забывать буквально обо всём.       – Ты меня за зад лапаешь? – спросил Йен у притихшего парня, который тихо сидел с блаженной улыбкой на лице.       Микки бросил взгляд на белое полотенце, которое уже было далеко не белым, а с явным алым оттенком – интересно, когда это его успели так отделать? Надо же – облизнул губы и поиграл бровями.       – Нет, я лапаю тебя за член.       – Ага. Может быть позже, – пробормотал Йен, намочил полотенце, выжал его и крепче прижал к лицу Микки.       – Ёб твою мать! Ну ты и козёл, – вскрикнул Микки и, схватив Йена за запястье, убрал его руку подальше от своего лица.       – Что? Не нравится, когда я проявляю заботу о тебе? – Микки пристроил руки ему на тазовые косточки. Йен улыбнулся и шлёпнул парня по рукам полотенцем. Микки отшатнулся, но успел выхватить из его рук этот мокрый кусок хлопчатобумажного изделия и зашвырнул его в раковину, из которой на пол перелилась вода. – Отлично, ты устроил в ванной потоп, – Йен взмахнул руками.       Микки поднялся со своего импровизированного сидения и посмотрелся в зеркало. Хоть что-то он может сделать сам – ему не нужен Йен, чтобы заклеить раны каким-то дурацким пластырем.       – Что ты как девчонка, в самом деле. Просто небольшая лужа.       – Лужа, которую ты, бля, и будешь убирать, – Йен швырнул в него полотенцем и прислонившись к раковине принялся следить за каждым движением Микки.       – Нахуй, не буду я ничего убирать, – рявкнул Микки, заклеивая последний оставшийся порез над бровью. Он поморщился и развернулся к Йену. Оставшиеся на его лице кровавые разводы, казалось, совсем его не беспокоили. Йен посмотрел на него тем самым взглядом, который говорил Микки, что он сделает всё, чего бы Йен не захотел.       Йен тихо хмыкнул и оттолкнулся от раковины.       – А мою сперму своим ртом ты убираешь с большой охотой, – прошептал он соблазнительным голосом Микки на ухо, от чего по телу парня прошла сладостная дрожь предвкушения. Йен с самодовольной ухмылкой вышел из ванной и потопал в их спальню. Микки поспешил следом.       Ну, по крайней мере, попытался.       Ебучая лужа. Он сделал один шаг вперёд, поскользнулся на мокром кафельном полу и пребольно шлёпнулся на задницу, издав при падении визг, недостойный настоящего пацана. Во всём доме было слышно, как Йен в спальне покатывается со смеху.       – Не волнуйся, Мик, это же просто небольшая лужа.

***

      Микки и в самом деле слишком часто попадал в подобные перепалки и Йен всегда приводил его в порядок, заклеивал раны и стирал с лица кровь. Но иногда, очень редко, выпадал шанс и Микки оказать ему ответную услугу. Иногда Йен мог схлопотать по морде в клубе или же его попросту грабили на улице. От того, что он принимал свои лекарства, Йен зачастую был уставшим и из-за слабости не мог дать достойный отпор. Хотя Микки знал и видел, на что тот был реально способен.       Хлопнула входная дверь, и вошёл Йен. Микки тут же подскочил и ринулся к нему. Йен опоздал на целый час и он уже рвал и метал – Микки всегда слишком остро реагировал на всё, что касалось этого парня. Даже когда этот уёбок готовил ужин, Микки до чёртиков боялся, что он может обжечься или спалить что-нибудь.       – Что случилось? – он поворачивал лицо Йена из стороны в сторону, удерживая его за подбородок.       Йен прикрыл глаза и, поморщившись, прикусил губу. На его лице тут и там были царапины, а под глазом наливался синяк.       – Ну, это… – начал он, но как обычно, когда подобное с ним случалось, не мог подобрать нужных слов.       – Кто, блядь, это сделал? – рыкнул Микки, осторожно оглаживая пальцами исцарапанный подбородок парня. В нём закипала настоящая ярость. Он еле сдерживался от того, чтобы не схватить свой ствол и не начать палить по всем и каждому, пока не нашёл бы того ублюдка, который такое сотворил. – Йен? – снова обратился он к парню, мысленно заставляя себя успокоиться.       Йен смущённо покраснел.       – Скорее что, а не кто.       Он позволил Микки отвести себя в ванную, как не раз делал сам, но когда ситуация получалась прямо противоположной, он просто послушно следовал указаниям своего парня.       Микки распахнул дверь в ванную комнату и опустил крышку унитаза.       – Паркуй свою задницу и колись, кого ты покрываешь на этот раз? – тут же одна мысль пришла ему в голову. – Господи, ты что, с Липом подрался? Опять? – Ну, это и вправду случалось чаще, чем хотелось бы.       – Нет, нет, – Йен присел и стянул с себя куртку. – Ничего такого. Я… э-э… Никто меня не бил, – он пристыжено опустил голову, слушая, как Микки копается в шкафчике и открывает кран.       Микки вытащил ту самую бутылку виски, почти пустую. Игги точно прибьёт их, к чертям собачим.       – Ты своё лицо видел? По тебе будто грузовик проехался, так что не ври мне, – он смочил полотенце водой и залил его сверху виски для дополнительной дезинфекции.       – Я не вру, – Йен зашипел и схватился за запястье Микки, чтобы тот не прижимал так сильно полотенце к его лицу. – Никто меня не бил, клянусь.       Микки недоумённо уставился на него.       – Так что, ты сам себя ударил? Теперь ты и такое практикуешь? – спросил он, склонив голову набок. Йен видел его насквозь, но и сам Микки читал Йена, как открытую книгу. – Кто, блядь, тебя ударил, Йен?       Тот потёр свою шею.       – Я… ну… упал, – выдал Йен и тут же хохотнул, покачав головой. Дурацкая история, что и говорить.       – Боже, ты сейчас так напоминаешь мне Мэнди, – выплюнул Микки. Он снова намочил полотенце и принялся слишком усердно вытирать Йену лицо, пока тот кричал и вырывался.       – Нет, я – ну хватит, Мик – я говорю правду, – выкрикнул Йен, дёргаясь каждый раз, как Микки задевал самый большой порез под глазом. Микки раздвинул его ноги и встал между ними, вопросительно глядя Йену в глаза.       – Я шёл с работы и ветер вроде как застал меня врасплох. Я не заметил бордюр и споткнулся, – он посмотрел на свои ладони, которые были исполосованы царапинами от его попытки затормозить при падении. – Глупо, знаю, но как есть. Я даже не понял, что случилось. Просто так вышло.       И тут Микки начал смеяться – не фыркнул и не усмехнулся – его буквально пополам сложило от хохота. Йен бы обиделся, что его парень смеётся над его позорным падением. Но этот смех, эта улыбка… Они такие заразительные. И вообще, это же Микки.       – Ага, давай, смейся, – фыркнул Йен. Он выхватил из рук Микки полотенце и стал сам вытирать себе лицо. – Сам недавно со ступенек «Алиби» навернулся, так что иди ты нахуй.       – Ага, но меня кое-кто, бля, толкнул, а ты шлёпнулся на ровном месте, – усмехнулся Микки. Он взял в рот один пластырь, а другой уже клеил Йену на лицо. Тот прикрыл глаза, дожидаясь, пока Микки покончит со всеми необходимыми процедурами.       Йен приоткрыл один глаз и весело фыркнул.       – Могло быть и хуже, – выдал он фразу, которую всегда использовал в таких случаях.       – Ага, могло, – Микки покосился на него, выгнув бровь. – Что ж, к сожалению, я не смогу навалять в ответ бордюру, так? Или, точнее сказать, ветру?       Он снова рассмеялся, уворачиваясь от удара, летящего в его сторону. Йен поднялся на ноги и, махнув головой, позвал Микки за собой на выход.       Тот пожал плечами и швырнул полотенце в раковину, полную воды. И снова вода выплеснулась на пол, залив ещё и ноги Йена.       – Микки, ну что за нахер! – крикнул он, едва не поскальзываясь.       – Пошли, чучело. Смотри, не перецепись через грёбаный порог, – крикнул Микки через плечо, на ходу скидывая с себя одежду. Ну, что за мудак.