И расправляя крылья...

      С того воскресения прошло несколько дней. Сегодня Чимин должен был впервые встретиться со своим наставником. С тем, кто научит его контролировать свою силу. С самого утра Пак был на взводе. У него тряслись руки и потели ладони. Он ходил из угла в угол, часто останавливаясь и снова продолжая мельтешить у Шуги перед глазами. В конце концов Смерти это надоело:       - Сядь уже и успокой свои нервы. Истеричка,- не повышая голоса, сказал Юнги. Чимин снова резко остановился. Такой тон хёна его не пугал, но и не радовал. От греха подальше, Пак уселся в глубокое мягкое кресло и подтянул под себя ноги.       - Ну когда он уже появится, хён, мне не терпится приступить к обучению. А он точно сможет меня научить, а он раньше такое уже делал?,- Чимин все не унимался, и продолжал раздражать Шугу.       Юнги оторвал взгляд от свежего билборда, и вздохнул:       - Я бы на твоем месте не сомневался в Короле Ада. Ему лет побольше моих будет. В конце концов, не запросто так он стал тем, кто есть сейчас. Да и Ви сказал что на него можно положиться. А я склонен доверять Тэхёну. Так что уймись, а то скоро пальцы начнешь грызть вместо ногтей,- и Шуга вернулся к просмотру новостей. Пак и сам понимал, что перегибает палку, но ничего не мог с собой поделать.       - Дэбак, Чимин-и, детка что ты делаешь со своими прелестными ногтями. Теперь придется отвести тебя в салон. На, вот, выпей. Поможет снять стресс,- тут же, как только появился, Ви протянул Чимину чашку, с каким-то темным. Сладко-пахнущим напитком. Сделав глоток, Пак закашлялся и спросил что это за гадость, на что Тэ ответил, что это виски, и что ничего Чимин-и не понимает.       Прокашлявшись, Чимин только сейчас обратил на фигуру, что стояла позади ТэТэ, обнимая его поперек талии. Перед ним был ни кто иной, как Чонгук. Возлюбленный Ви. Тэ быстро представил парней друг другу, и оказалось, что Чонгук и есть тот самый Король Ада. После приветствия, парней предоставили другу другу, а Ви стал донимать Юнги.       Чимин был так зажат и нерешителен, что Чонгук рассмеялся и посоветовал не воспринимать его так серьезно. По крайней мере тут и пока он помогает ему осваивать силу. Чимин коротко кивнул и стал внимательно слушать все, что говорил ему Чон.       Сказать, что Чимин был поражен силой Чона, значит, ничего не сказать. Он никогда прежде не видел, чтобы огонь создавали буквально из воздуха. Нет, логически он понимал, что всему причина химические процессы. Но увидеть это все воочию, этого он никак не мог ожидать.       Закончив демонстрацию своих возможностей, а Пак был более чем уверен, что то, что ему довелось увидеть, является лишь малой частью настоящей мощи. Затем Чонгук вытянул ладонь вперед и начал шептать что-то на неизвестном Чимину языке. Сзади как раз подошел Шуга и сказал, что это древняя латынь, язык мертвых.       Вскоре прямо над рукой Короля Ада стала появляться грязно-желтая сфера, преобразовавшаяся в конце в миниверсию планеты. На шаре были континенты, океаны, вся география, в том числе города. Пак был настолько заворожен этой магией, что, не отдавая себе отчет, подошел вплотную и слегка коснулся маленькой точки. От соприкосновения с пальцем, сфера развернулась в полноценную карту со всем рельефом в графике 3D.       Увидев что за место выбрал Чимин, Шуга хмыкнул и отметил что для начала это место будет в самый раз. Чонгук тут же согласился с ним. Чимин же удивлялся все больше и больше. Он мог различить, как по сухой земле бегут жирафы, в направлении водопоя. Как на дикие саванны опускается ночь.       Именно это, стало первой попыткой Чимина применить свою силу. Как сказал Чон, все что ему нужно, это закрыть глаза и представить себе это место, будто сейчас он действительно там находится.       Пак закрыл глаза и попробовал представить себе нужное место. Он представил, как оказывается на пустыре, и начинает медленно продвигаться вперед. Он вообразил как он, будто сквозь воду, преодолевает стадо буйволов. В то же самое время, на той самой объемной карте Шуга и Чон увидели появившийся силуэт, который оказался уменьшенной копией Чимина. Если он отразился на карте, значит парень все делает правильно.       Через пару минут своей прогулки, Чимин заметил вдалеке огни деревни. Подойдя на достаточное расстояние, но и не слишком близко, парень задумался. Что, собственно ему предстоит делать и как это осуществить.       Будто услышав зов Чимина, какие-то потусторонние силы заставили его опустить коленом к земле и положить на ее поверхность ладонь. В тот момент, как Пак коснулся сухой почвы, от его руки в сторону деревни потянулись темные нити, больше похожие на кровеносные сосуды. Чимин сначала испугался и попробовал отдернуть руку, но она будто приросла к земле. А тем временем послышалась ругань и начались беспорядки между жителями.       Но как быстро началось, также быстро все и прекратилось. Жители замерли в нелепых позах. Кто, держа кулак над своим сородичем, кто схватился за любой пригодный в качестве оружия предмет. Никто ничего так и не понял.       Чимин смог наконец освободить руку, и тут же снова оказался в комнате с Юнги и Чоном. Он не мог предположить, что все будет настолько реалистичным. И как оказалось, он действительно заставил жителей той маленькой деревушки на юге Африки начать непонятный конфликт. Парни похвалили Пака, потому что редко кому вообще удавалось с первого раза сделать что-то похожее. На этом было решено закончить сегодняшний урок, потому что как только Чимин в полной мере осознал в чем заключается его сила, сама его суть, он потерял сознание.       Выпроводив гостей, Юнги отнес Чимина на кровать и лег рядом. ОН смотрел на его лицо, и понимал что его привлекают эти пухлые губы, темные большие глаза с густыми ресницами, а слегка пухлые щёки ничуть не портят парня, а наоборот делают его красоту милой и невинной. Да уж, не повезло парню с такой чистой душой стать одним из четырех. Он пододвинул Пака ближе и накрыл их обоих одеялом, пряча мальчишку в своих объятиях.

***

      Проснувшись утром, Юнги оказался в постели один, а другая половина кровати была холодной. Значит Чимин ушел уже давно. По его внутренним часам сейчас была глубокая ночь, значит, далеко Пак уйти не мог. И правда, Шуга нашел его на широком каменном балконе.       Чимин сидел в глубоком кресле, укрыв себя пледом, и держа в руках кружку с горячим чаем. Парень явно замерз но уходить отсюда не спешил. Юнги прошел и потеснил Пака, тут же умостившись в кресле, слегка позади парня, опутывая его торс своими руками. Если Чимин и смутился, то не подал виду. Он все так же продолжал смотреть на грозу и ливень за стеклом балкона, который если присмотреться оказался довольно просторной и уютной лоджии.       Он подтянул ноги под себя, поставил чашку на, в момент появившийся столик, стоило ему протянуть руку, и немного поерзав, удобней устроился в объятиях Смерти. Он не был глупым или недалеким, поэтому еще впервые проснувшись в кольце крепких, несмотря на кажущуюся хрупкость их хозяина, рук, понял к чему это может привести в конечном итоге. И он совсем не был против такого развития событий. Ему хотелось, чтобы кто-то относился к нему адекватно и не шарахался от него каждый раз, кто заботился бы о том, кто за всю свою недолгую жизнь так и не смог познать настоящего человеческого тепла.       Шуга только хотел спросить парня о чем-то, как Пак сам начал говорить:       - Я понимаю, что должен принять все эти перемены в своей жизни и просто выполнять возложенные на меня обязанности, но это все слишком не по мне. Ведь это могущественная сила, и все мы знаем к чему она приведет, в конце концов. Я любил мифологию в школе. И меня пугает, что я стану причиной многих смертей, конфликтов и прочего из этой же оперы. У меня так легко получилось сделать это сегодня, а ведь я лишь попытался. Мне страшно представить, что будет дальше,- Чимин плотнее закутался в клетчатый плед. Шуга внимательно слушал его, и понимал что должен сказать ему хоть что-то, но Пак снова заговорил:       - И я с детства не знал радости быть кому-то другом. Даже родители, часто испуганно смотрели на меня, особенно после каждой драки в школе. Ни они, ни я не могли знать почему. Незнание и непонимание пугало их еще больше. Все, всегда, сторонились меня, и винили во всех бедах, это было больно первые пару лет, потом стало как-то все равно,- Шуга увидел влагу, скопившуюся в уголке глаз Чимина, и не дав ему снова заговорить, подтянул парня повыше. Чимин смотрел в глубокие темные глаза напротив, и кажется даже не дышал. Вытянув одну руку из под пледа, он вплел пальцы в седые волосы, оказавшиеся мягкими и шелковистыми.       Почувствовав в своих волосах пальцы Чимина, Юнги облизал нижнюю губу и сократил расстояние до минимума. Губы Пака были мягкими и на вкус как клубника. От парня пахло полевыми цветами, теми, что когда-то давно были постелью для Юнги в том ромашковом поле.       Шуге казалось, что в его голове взорвались тысячи фейерверков, когда Чимин ответил на поцелуй. Ему казалось, что уже ничто, и никто в этом мире, не может заставить его, триста лет как мертвое, сердце, затрепыхаться, словно птица в клетке.       Парни настолько увлеклись новыми для обоих ощущениями, что не обращали внимания ни на грозу, ни на дождь, ни на упавший, на пол плед, когда Юнги усадил Чимина к себе на колени, и стал с еще большей страстью целовать парня напротив. Когда-то это должно было произойти…

***

      Чимин не понимал, что с ним творится, вот он рассказывал о своих переживаниях, в следующую минуту уже самозабвенно целует Юнги. Да еще как целует, до раскрасневшихся болящих губ, до парочки засосов на шее. Он знал, что это все наплыв эмоций, и один только дьявол знал каких трудов ему стоило оторваться от такого горячего парня под собой. Но еще рано. Да они вроде как выяснили, что симпатия взаимна, но не стоит бросаться с места в карьер. Всему свое время. Нехотя отстранившись от Шуги, Чимин стал судорожно хватать воздух. Раньше он никогда такого не испытывал.       Юнги все еще держал свою руку на талии Чимина, когда туман в голове начал рассеиваться. Они слишком торопят события. Но как же приятно было касаться этих пухлых губ и этой спины, изгибы которой так идеально прилегали к его ладоням.       Придя в себя и начав трезво мыслить, парни синхронно залились румянцем, но не спешили прерывать телесного контакта бедер к бедрам, и ладони к пояснице.Чимин уже подумал, что Шуга начнет злиться и скинет его со своих колен, но он не сделал ни того ни другого, он лишь сказал, что у него есть идея, и что им следует привести себя в порядок и переодеться. И оба сразу же с этим согласились.       Вернувшись в комнату, парни обнаружили на кровати два чехла для одежды с прикрепленной к ним запиской от Ви. Тэ желал им приятного вечера, и пообещал потом посплетничать об этом с Чим-Чимом. Взяв в руки одежду, парни стали переодеваться, стараясь не смотреть друг на друга. Закончив с приготовлениями, перед Чимином предстал Юнги в неожиданном образе.       На Шуге были светло синие джинсы, слегка подкатанные на щиколотках и мешковатая толстовка с рисунком фигуры в балахоне с капюшоном и косой. Юнги был явно не привычен подобный образ. Он почти все время носил костюмы. Положение обязывает, так сказать. На ногах были белые кроссовки Nike Air Max. Чимину образ Юнги пришелся по душе, о чем он не преминул сообщить.       На Чимине же был уже привычный вид. Узкие черные джинсы с дырками, и черный свитшот с Микки-Маусом. Это кофту он купил на свою первую зарплату, поэтому была ему так дорога. На ноги он натянул уже свои излюбленные кроссовки Puma. Шуга все продолжал крутиться перед зеркалом и осматривать себя со всех сторон, пока Пак не привлек его внимание. Чимин сказал, что Юнги выглядит слишком уж молодо для своего возраста, и что ему не помешало бы хоть иногда одеваться в подобном стиле. Шуга обещал подумать над этим. Ему не хотелось, чтобы рядом с ним, Пак ощущал себя не комфортно. Все же надо соответствовать времени.       Парни прошли к машине на стоянке, и Чимин даже погладил машину, на что та заурчала, чем немного испугала Пака. Шуга так же погладил машину по боковой двери и сказал, что его малышка любит ласку. Чимин пообещал себе запомнить это.       Они сели в машину, но не сдвинулись с места. Шуга провел ладонью по воздуху и прямо перед лобовым стеклом стал появляться дым, который полностью окутал автомобиль, а затем моментально рассеялся. Чимин понял, что они теперь не в Корее. Повсюду видели неоновые вывески на непонятном языке. Юнги сказал, что они на Манхэттене, его любимом месте.       Они выехали на оживленную улицу и вскоре влились в один сплошной поток машин. Шуга был очень умелым водителем, так как невозможно с учетом такой большой скорости, спокойно разглядывать пейзаж за окном. Чимин съехал вниз по сидению принимая удобную позу, и сказал, что мог бы кататься так часами. Шуга хмыкнул и сказал что устроит ему эти пару часов, а затем отвезет его в одно особенное место. Чимин немного удивился, узнав что в таком напичканном магией транспорте есть обычная магнитола. Пак нашел самую, по его мнению, крутую радиостанцию. Сейчас как раз играла песня Big City Life, которая по мнению обоих, как нельзя подходила к этому месту, и к сегодняшнему вечеру.       Они ездили часа два, по узким и широким ночным улицам Манхэттена. Это место никогда не спит и Чимину здесь безумно нравилось. Буквально неделю назад он подумывал о том, что его жизнь не имеет смысла, а сегодня он на острове, который воспевают в музыке и показывают в голливудских фильмах. В этом месте царила своя особая атмосфера, такой, нет больше нигде в мире. Вот слева из очередного ночного клуба выходят слегка пьяные молодые люди, смеются и попутно делают тысяча и одну фотографию. Они буквально дышат жизнью, и Чимину хотелось так же, хотелось, наконец, начать дышать полной грудью, жить на полную катушку, чтобы в смартфоне миллионы селфи с самыми дорогими людьми и с просто незнакомыми, с кем делил коктейль.       И Чимин понимал что то, кем он оказался, может стать не бременем, а даром. Теперь он понимал, о чем говорил ему Джин ранее. Быть не ограниченным рамками времени и места, не ограждать себя оковами финансов и морали. Да, теперь он видел плюсы, теперь он видел, к чему он готовился все свои двадцать лет. Теперь прошлое не казалось ему таким уж удручающим и темным.       Вскоре, Чимин заметил что они находятся как раз между 59-й и 110-й улицей. В его голове начинали проступать мысли относительно смутно знакомых ориентиров. Когда-то, еще в детстве, он представлял себе, что будет здесь учиться в самой известной танцевальной академии. И действительно, спустя еще пару минут они оказались перед четырехкилометровым Центральным парком.       Припарковав машину недалеко от входа, Юнги взял Чимина за руку и повел вглубь. Была уже ночь, но все еще можно было встретить редких прохожих, или засидевшиеся допоздна парочки. Они прошли мимо лавочек, и оказались у пруда на юге парка.       На поверхности пруда отражалась полная луна и миллионы звезд. Чимин поднял взгляд вверх. Темно-синее, местами черное, чистое небо было усыпано небесными светилами. Это было потрясающей красоты место. Шуга подошел сзади и обнял Чимина. Почувствовав уже такие родные объятия, Пак расслабился и откинулся на грудь Юнги, продолжая смотреть на небо. Шуга склонился к парню и шепнул на ушко, что только в этой части парка можно увидеть такое чистое небо, и что это было его любимым местом. Чимин спросил, почему было, но Шуга загадочно улыбнулся и сказал, что расскажет как-нибудь потом. И парень не стал допытывать.       Они простояли так примерно полчаса, как вдруг Чимин заметил падающую звезду. Он так обрадовался, потому что никогда ранее ему не приходилось видеть падающих звезд. Он сказал, что ему и Шуге следует загадать желание пока она не пропала совсем. Тогда впервые в жизни Война и Смерть загадали желание падающей звезде.       Когда они снова вернулись к машине, Чимин сказал, что не хочет уезжать отсюда, и тогда Шуга предложил, раз уж они тут, заглянуть к Хосоку в клуб, но предупредил, что тогда ему придется позвонить Чонгуку и Намджуну, иначе их благоверные будут еще лет сто хранить на него обиду. Чимин согласился, ему и правда хотелось развеяться, и отпустить себя, хотя бы сегодня, и хотя бы на Манхэттене.