Тайна "Небесного дома"

OST Воссоединение миров — Crush

       Хён Мин провёл несколько дней вне стен «Небесного дома», он не хотел, чтобы его донимали расспросами. А Чжи Ун и Со У обязательно бы стали его спрашивать обо всём, что он узнал от доктора Со Юн Джэ. Они и так практически без остановки звонили ему и присылали сообщения, которые он успешно игнорировал. Хён Мин уже сам убедился в словах Чжи Уна, что не является членом семьи Кан. Но он не выяснил ещё самого главного: кто является его настоящим отцом, если он не старший сын главы «Ханыль-Групп», председателя Кан Чон Ду, Кан Ён Чжин? Поэтому, чтобы найти ответ на этот вопрос, он отправился к единственному человеку, который мог открыть ему истину, к своей матери, госпоже Ким На Ри. Хён Мин стоял в центре лифта, на циферблате мелькали числа, показывая, что он движется вверх. По мере возрастания цифр на маленьком табло, росла и злость юноши. Он сердился, что его всю жизнь обманывали. И главным лжецом была его родная мать, и это злило Хён Мина ещё больше. Как она могла столько лет врать всем вокруг, в особенности, родному сыну.

***

      Пользуясь положением семьи Кан в обществе, госпожа Ким жила праздной жизнью. Она одевалась в одежду элитных брендов и отдыхала в самых роскошных местах планеты. Вот и сейчас женщина находилась в самом известном отеле острова Чеджу. Надев дорогое вечернее платье от «Versace», Ким На Ри крутилась перед зеркалом в своём пентхаусе. Когда двери её номера неожиданно распахнулись, женщина слегка вскрикнула и попятилась назад, испугавшись. Но увидев сына, она облегчённо выдохнула и улыбнулась. Визит Хён Мина был для неё сюрпризом. — Что ты здесь делаешь, сынок? Приехал навестить меня? — произнесла госпожа Ким, подходя к парню. Она протянула руку к лицу юноши, но тот уклонился от прикосновения. — Что-то случилось, Хён Мин? — Да, мама, — процедил сквозь зубы сын Ким На Ри. — Как ты объяснишь вот это? Из жёлтого конверта, который парень держал в руках, он извлёк документ и показал его матери. Взяв лист бумаги в руки, Ким На Ри принялась внимательно читать его содержимое, её глаза очень быстро округлились, а улыбка спала с лица. — Что всё это значит? — произнесла женщина, сжимая документ в руке. — А ты не понимаешь? Так я тебе объясню, — глаза Хён Мина сверкали от злости. — Это тест ДНК, говорящий о том, что я не родственник председателя Кана. А это значит, что я не сын Кан Ён Чжина, и, соответственно, не могу претендовать на кресло главы «Ханыль-Групп». — Председатель знает об этом? — обеспокоенно спросила женщина. — Это всё, что тебя волнует? — зло произнёс Хён Мина. Парня бесило, что мать интересует только в курсе ли её свёкор, а не его состояние. — Да. Нсли председатель об этом узнает, то наши с тобой жизни кардинально изменятся. — Моя жизнь уже кардинально изменилась и никогда не станет прежней, и всё это из-за твоей лжи, — прикрикнув, сказал парень. — Ты не понимаешь, Хён Мин, я делала всё это ради тебя и твоего будущего, — ответила женщина. Госпожа Ким говорила спокойным и ровным тоном, стараясь успокоить сына, хотя сама была на пике нервного срыва. — Мне вот что интересно: ты с таким же спокойствием смотрела в глаза своему мужу и говорила, что я его сын? — Нет, — еле слышно произнесла госпожа Ким, сверля взглядом спину Хён Мина. — Что, нет? — Я никогда не говорила Кан Ён Чжуну, что ты его сын. Он знал правду с самого начала и сам предложил обмануть его отца. Хён Мин резко повернулся и встретил с матерью взглядом, по глазам было видно, что она находилась в отчаянии. Ким На Ра прекрасно знала, каким упёртым может быть её сын, и что он всё равно докопается до истины. Поэтому она решила сама рассказать ему всю правду: это будет лучше, нежели он услышит историю жизни своего отца от кого-то другого. — Твоего настоящего отца звали Ли Хён Сок. Он работал помощником секретаря моего отца, выполнял разные поручения. Хён Сок был хорошим человеком: честным и открытым. В его сердце не было жадности, присущей многим богатым людям. Этим он мне и понравился, — женщина сделала несколько шагов вперёд, подходя ближе к окну. Госпожа Ким обняла себя за плечи, рассказ о возлюбленном вызывал в ней бурю эмоций, пробуждая давно забытые, как она думала, воспоминания. — Но у твоего деда были другие планы… Он объявил о моей свадьбе с Кан Ён Чжуном и пригрозил расправой Хён Соку. Конечно, я воспротивилась ему, и наказание за это не заставило себя долго ждать: твоего отца обвинили в присвоении средств компании и арестовали. Отец сказал, что освободит его, как только я выйду замуж. Тогда-то я и узнала, что беременна. В этот момент я поняла, что помочь мне сможет только Ён Чжун, поэтому отправилась к нему и рассказала обо всем. Он тоже не был в восторге от брака по расчёту. Мы договорились, что сыграем фиктивную свадьбу, а когда Хён Сок выйдет, мы объявим о разводе. Но все вышло гораздо хуже, чем мы планировали: через несколько дней после помолвки пришло известие о том, что Хён Сок убил себя. В своей предсмертной записке он написал, что не может смириться с моим предательством, что я не просто бросила его в трудную минуту, но ещё и беременна от другого человека. После случившегося Ён Чжун предложил пожениться по-настоящему и записать тебя как его сына. Хён Мин внимательно слушал мать, он видел, с каким трудом ей даются слова, и это говорило, что она была с ним искренней. Парень и представить не мог через, что прошла его мать, и какая судьба была у его отца. Они лишь хотели построить своё счастье, а взамен получили разбитые сердца.

***

      Ха Вон сидела краю кровати в комнате своей сводной сестры. Чхве Ю На и её мать, госпожа Пак Су Гён, уехали к родственникам в Пусан. Их отъезд немного облегчил пребывание девушки в доме отчима тем, что ей не приходится снова ловить на себе полные презрения и зависти взгляды мачехи и сестры. Ын Ги Сан настаивал, чтобы Ха Вон спала в комнате Ю Ны, но она не могла этого сделать. Находиться в спальне сестры для девушки было чем-то непривычным и странным. Поэтому она пробиралась в свою комнату на балконе, и спокойно проводила ночь на постели из матраса и нескольких одеял, которые стелила на голый пол. А утром Ха Вон возвращалась в комнату Ю Ны, чтобы хозяин дома не мучил её всяческими расспросами. Сегодня всё было, как и в предыдущие несколько дней. Как она не старалась, но сомкнуть глаз у Ха Вон так и не вышло: казалось, что стены комнаты сестры давят на неё. Встав с постели, девушка направилась к двери, лёгким движением она повернула ручку и вышла в коридор. В прихожей было темно, но из кухни лился свет. Подойдя к дверному проёму, Ха Вон увидела своего отца. Мужчина суетился у плиты, звеня посудой, ожидания, когда закипит чайник. Девушка практически не разговаривала с отчимом, после возвращения, перекидываясь лишь изредка с ним парой простых фраз, она даже не смотрела ему в глаза. Каждая их встреча напоминала ей о том, как он с ней поступил и к чему всё это привело. — Тебя тоже мучает бессонница? — произнёс Ын Ги Сан, увидев девушку, когда снял чайник с плиты и понёс его к столу. — Ты чего стоишь в темноте? Проходи, попьём чай с ромашкой. Ха Вон перешагнула порог комнаты и принялась доставать чашки из кухонного шкафчика. Поставив посуду на стол, она села напротив мужчины. — Давно мы с тобой вот так не собирались. Даже за те несколько дней, что ты здесь провела, у меня не было возможности просто спросить: как у тебя дела? — произнёс отчим, разливая чай. — У меня всё хорошо, — ответила девушка, пододвигая ближе к себе чашку. — Я в этом не уверен. В день приезда ты пришла заплаканная и чемоданами, словно бежала от кого-то. Может быть это как-то связано с твоим настоящим отцом? Или это из-за твоих отношений с наследником «Ханыль-Групп»? — по лицу мужчины и по его голосу было видно, что он переживает за неё. — Просто всё стало настолько сложно, что я не могу справиться с этим. Поставив чашку, девушка ухватилась за кулон, отгоняя от себя мысли о братьях Кан. В её голове снова зародился вопрос, на который она сама никак не могла найти ответа. — Я хочу кое-что спросить у тебя: откуда взялся этот кулон, он ведь не мамин? — произнесла Ха Вон, переводя взгляд с украшения на отца. — Меня очень беспокоили твои слова о том, что твой отец мёртв. И я решил больше разузнать об этом человеке, начав с кулона. Впервые я увидел его в морге, когда приехал на опознание тела твоей мамы. Понятно, что ехать туда и спрашивать о нём бесполезно, ведь прошло больше десяти лет. Поэтому я отправился туда, где она погибла, на квартиру её подруги госпожи Со. Ты наверняка её помнишь, вы были подругами с её дочерью. С вами тогда ещё мальчишка бегал, сын госпожи Хан, ещё одной подруги твоей мамы. — Да, я помню их. Но со дня похорон я не видела никого из них, — произнесла девушка, задумчиво вглядываясь в дно чашки. — Так вот, я нашёл свидетеля случившегося. Он мне рассказал, что видел подобное украшение у госпожи Хан, матери Хан Чжи Уна. Внутри Ха Вон что-то ёкнуло, когда она услышала имя мальчика. Кусочки мозаики сложились воедино, и правда стала очевидной. Если кулон с кольцом, что она хранила все эти годы, принадлежал подруги её матери, а второе такое же кольцо находилось у председателя, то получается, что сын госпожи Хан и есть сын её дяди Чжи Ун? В своём сердце Ха Вон уже нашла ответ на этот вопрос, но не хотела верить в него. — Сына госпожи Хан звали Чжи Ун? — спросила она, не веря в происходящее до конца. — Да, именно так. Я был уверен, что ты вспомнишь, — мужчина встал из-за стола и поставил пустые чашки в раковину. — Я также узнал, что госпожа Хан и твоя мама сейчас находятся в одном колумбарии. Но я так ничего не смог разузнать о твоём отце. Прости, — Ын Ги Сан повернулся к дочери, в его взгляде читалось сожаление. — Вы не обязаны были этого делать, — произнесла Ха Вон. — Нет, я должен был сделать хоть что-то… — мужчина умолк на секунду. — То, как я с тобой поступил это неправильно, я не должен был выгонять тебя из дома. Ха Вон, не сказав ни слова, встала из-за стола и направилась к выходу. — Спасибо, за всё, папа, — она поклонилась Ын Ги Сану, показывая, что не держит на него зла, и переступала порог. Ха Вон действительно была благодарна отчиму за все, что он для неё сделал. За то, каким отцом был все эти годы, заботился о ней, зная, что она не его дочь. За то, что даже сейчас он беспокоиться о ней.