Золушка

Лидия спокойно шла за ним, но ее что-то заметно тревожило. Вот только, она сама не знала: что. Она села за столик и начала смотреть в окно. — Здравствуйте, — официантка пришла принимать заказ. — Вот ваше меню. Сразу будете заказывать или мне позже подойти? — Мы Вас позовем, — мило ответила Лидия и начала рассматривать разнообразное меню. — Я буду фетучини с лососем, цезарь и холодный чай. А ты что возьмешь? — спросил Стайлз. — Я, наверное, возьму креветки с рисом и лимонадный микс. — Чего так мало? Бери еще, — Стайлз немного усмехнулся. — Если что, потом еще что-нибудь закажем. А пока только это.

***

— Лидия, ты уже какую клубнику ешь? Пятую. А я съел четыре. Поделись со мной, — Стайлз пытался отобрать у нее клубнику со сливками — его любимое лакомство. — Еще чего. Я девушка, мне можно, — девушка лишь хитро улыбнулась и съела последнюю клубнику. — Так не честно. Я хотел ее съесть, — он надул губки и отвернулся от нее. — Только посмотрите, кто тут у нас обиделся? Сейчас друзья словно перенеслись обратно в детство, где они вечно дрались за игрушку или последнюю конфету. Стайлз и Лидия выглядели очень глупо. Двадцатилетние парень с девушкой сидят и дерутся за последнюю клубнику в сливках. Но им было по барабану. Плевать на всех. Плевать на всё. Плевать на Мир. — Ну ладно, я больше не обижаюсь. Кстати, уже почти двенадцатый час. Пора закругляться. Мы сейчас с тобой поедем в парк. — Ура. Я думала, что никогда не погуляю, — Лидия надевала на себя пальто, параллельно с этим застегивала пуговицы на нем. — Ты идешь? — Пошли.

***

Лидия легонько толкнула Стайлза, от чего он споткнулся о свою ногу и упал. Он начал громко смеяться, а она лишь помогла ему встать. Стилински встал и отряхнулся. — Уже поздно, может поедем ко мне домой. Просто как друзья, — сказал он и пошел к выходу. — Поправка: как лучшие друзья, — Лидия следом за ним пошла на выход и они вместе направились к нему домой. Всю дорогу друзья только и делали, что, крича, подпевали, делали различные фотографии, снимали бессмысленные видео. Все было настолько хорошо, как раньше. Они словно выпили целую бутылку виски. Но Стайлз и Лидия вообще не пили. Что-то нечто странное ударило по головам обоих. В них вселился какой-то бес. А, впрочем, какая разница? — Лидия, вот тебе ключ. Заходи пока. Я тебя догоню, — он дал ей ключ от квартиры и подъезда, а сам куда-то ушел. Девушка молча зашла в его квартиру, сняла обувь и начала рассматривать его «логово». Интерьер здесь был просто идеальным. Каждый цвет гармонирует с другим. Они вроде бы создают контрасты, но они были словно одним целым. Совсем разные, но так дополняют друг друга. Лидия нашла его комнату и вошла туда. Она подошла к его столу и нашла какой-то блокнот, однако он был больше похож на ежедневник. Девушка рандомно открыла страницу и там была запись. 21.05.2011. Как же мне это надоело. Каждая мысль о ней заставляет меня делать что-то больше, чем просто жить. Она не такая как все. Этот самообман… Он просто выбешивает меня. Я не могу смотреть, как она стоит и обнимается с Джексоном, как он все время что-то шепчет ей на ухо, а она улыбается. Мне так противно смотреть на это. Ей всего лишь пятнадцать. Она слишком наивная. Она не понимает, что он пользуется ею, чтобы она помогала ему с учебой. Как только он получит эту четверку, то бросит ее. Так еще и обольет ее грязью. А такая девушка, как она, заслуживает большего. То, как Джексон все время пялится на других девушек — выглядит отвратительно. Все, я должен ей сказать, что он вовсе не любит ее, а просто пользуется. Лидия вспомнила то, как Стайлз рассказал ей правду, и она поверила ему и сама бросила этого придурка Уитмора. Он заставлял ее плакать сутками. А Стайлз заставлял ее улыбаться и смеяться. 12.07.2011. Только сейчас я понял, что я люблю ее. Она самый светлый человек, которого я когда-либо знал. Она поверила мне, а не ему. Хотя, почему я в ней сомневался? Такую, как она, невозможно не полюбить. Я так хочу, чтобы она поняла это, но мы всего лишь друзья. Я не могу признаться ей в этом. Мне кажется, что она не поймет. Я боюсь этого. Я боюсь, что если она не поймет, то я точно лишусь лучшего друга. Я лучше промолчу. Лидию Мартин невозможно не любить. У Лидии встал ком в горле, а глаза наполнились слезами. Ей стало плохо. Оказывается, все это время у них была взаимная симпатия. И они оба этого даже не подозревали. Она открыла последнюю страницу и медленно начала читать запись. 21.09.2012. Я так не хотел уезжать в Бостон. Я не сказал ей элементарное «пока». Я так хочу рассказать о деменции, что у меня последняя стадия. Мне пришлось это сделать. Я не хочу лишать ее светлого и яркого будущего. Мне осталось недолго. Примерно полгода, если повезет, то год. Операция очень дорогая. Я сделаю все, что в моих силах. Я буду стараться. Я сделаю так, чтобы мы встретились и я ей все рассказал. У Лидии распахнулись глаза от ужаса и удивления. Но как он тогда все еще жив? Как? На столе лежала бумага, где выписан чек от операции. Сумма была 100 000 долларов. А рядом еще бумага. В ней было написано: Операция лишь замедлила развитие деменции. До конца мне от нее не избавится. Окончательная операция настолько дорогая, что даже мне такой суммы не собрать. Я коплю на нее, но не уверен, что накоплю достаточно денег в срок. — Лидия? — Стайлз вошел в комнату и увидел ее со слезами на глазах. — У тебя последняя стадия, не так ли? Почему ты мне соврал? Опять, — голос Лидии дрогнул, а сама она покачивалась. — Тебе осталось недолго. Вот, пришло бы твое время. Ты бы пропал, а я бы не знала, где ты. Я искала бы и искала, но нашла бы тебя в гробу. Сейчас не нужно никаких оправданий. Я не хочу потерять тебя снова, не хочу испытать ту же самую боль, колющюю в самые слабые и больные участки души. Я не могу наступать на одни и те же грабли. Лучше бы мы даже не встречались тогда. На свадьбе. Лучше бы я вообще не знала тебя! — соленые слезы ручьем текли с ее глаз, обжигая и причиняя такую боль, что даже чувствуется покалывание в груди, в области сердца. — Пойми меня тоже. Я хочу, чтобы ты жила так, как хотела жить, и… — Я хотела жить в мире, где есть ты- здоровый и живой. Помнишь, в четыре года ты дал мне обещание, что никогда не бросишь меня. Но ты меня уже дважды бросил. Самое обидное то, что я — твой лучший друг, никогда не узнаю правду, а если даже и узнаю, то самой последней. — Знаешь, почему я позвал тебя? Да, я скучал, но по большей части я хотел последнее время провести с тобой. А знаешь почему? Потому что я люблю тебя. И не как подругу, а как настоящую девушку. Я никогда не переставал любить тебя. Я никогда не признавал этого, я всегда обманывал себя. Но кого мне еще обманывать, кроме себя? Вот именно — тебя. А этого я делать не хочу, но я вынужден. Я вынужден это сделать. — Как долго ты собирался скрывать это от меня? — вскрикнула Лидия. — Насколько это было возможно. Я не могу видеть тебя подавленой. И это только ухудшает ситуацию. И знаешь… — Стилински резко упал, а Лидия подбежала к нему. — Стайлз, Стайлз. Господи, очнись, — она достала из сумочки телефон и судорожно набирала 911. Она тут же бросила трубку. — К черту все. Она начала тащить на себе друга. Закрыв его дверь на ключ, она выбежала из подъезда и посадила его в машину, пристегнув его. Лидия завела машину и на бешеной скорости рванула в ближайшую больницу. Доехав до больницы, Лидия вдали увидела работника. — Пожалуйста, помогите мне, громко кричала Мартин и этот человек подоспел к ним. На вид он был санитаром. — Что с ним? — спросил он и начал нащупывать пульс в районе шеи. — Мы с ним просто разговаривали, но у него последняя стадия лобно-височной деменции. Он сказал, что ему осталось недолго, — еле дыша продолжала Лидия. — Пожалуйста, сделайте что-нибудь. — Мы отнесем его в операционную. Слезы не прекращали бесконечный поток. Внутри все сжалось, а на душе стоял огромный камень. Положение было просто не исправимо. Точно так же она чувствовала себя, когда узнала, что ее отец попал в аварию. Почему в ее жизни какая-то череда препятствий? Разве она такого заслужила? Нет. Точно нет. Она никогда никого не обманывала, никогда не разводила сплетни, всегда хорошо училась. Разве такой человек, как Лидия Мартин, заслуживает такого? Нет. Может, дело в том, что она слишком идеальная? Тоже мимо. Все совершенно иначе.

***

Лидия сидела на стуле, ожидая, пока выйдет доктор и скажет хоть что-то хорошее. Она сразу вспомнила, как так же сидела и ждала результатов об операции отца. Их судьбы несильно отличаются. Особенно сейчас. — Здравствуйте, вы его жена? — доктор наконец-таки вышел. — Нет, но я его самый близкий друг. Вы можете мне все говорить. — Хорошо. Вы ведь знали, что у него деменция? Почему сразу в больницу не отвезли? Ему нужно делать срочную операцию, но она обойдется в целое состояние. Вы можете оплатить ее через месяц или два. Она стоит пятьсот тысяч долларов. — Мне все равно сколько стоит операция. Я все оплачу. А какая гарантия, что он выживет? — Она есть и довольно высокая. У него только начало последней стадии. Но нам нужен донор. Тогда гарантия будет еще выше. Он является уникальным рецепиентом. У него первая положительная. — Я это знаю. Я буду донором. Бумаги подпишу позже. Давайте скорее. Они прошли в какой-то кабинет. Рыжеволосая села на банкетку, а в это время доктор обрабатывал иглу и готовил все необходимые материалы. Ей завязали узел и она почувствовала, как игла проникла в ее вену. Это было чертовски неприятно, но ради него она готова сделать все что угодно.

***

Лидия спала на кресле больницы и ждала результатов. На месте иглы теперь был приклеен пластырь, а по верх него перевязано бинтом. Сейчас ей снился очень хороший сон. Где был он, она и близкие. Их было много и даже очень. И все они очень счастливые. Но это всего лишь сон. — Мисс, мисс, вставайте, — мягкий голос медсестры заставил девушку открыть глаза и она тут же вспомнила про Стайлза. — Где мистер Стилински? Которому вчера делали операцию ночью, — тревожно спрашивала Лидия. Внутри все сильно сжалось от волнения. — Он сейчас в коме. Лежит в девятой палате. Поднимитесь на второй этаж, — объяснила медсестра. — Спасибо, — поблагодарила ее Лидия и устало поднялась на второй этаж. Рука заболела из-за того, что вчера она дала свою кровь. Но ей сейчас не до этого. Ее главная цель — узнать, как прошла операция и как долго Стайлз будет в коме. Мартин поднялась на второй этаж и нашла девятую палату. Открыв ее, она увидела бледное лицо друга и по щеке скатилась слеза. Она взяла рядом стоящий стул и поставила его около кровати. Села и смотрела, как его грудь медленно то вздымалась, то опадала. — Я не брошу тебя, никогда. Я всегда буду с тобой. Ты будешь жить. Я не дам тебе умереть, — тихо прошептала она и поцеловала его в щеку. — Мы всегда будем вместе и не разойдемся. Я этого не допущу. Лидия встала со стула и пошла на выход, посмотрев последний раз на Стайлза, вышла. Всю дорогу домой она думала лишь о его словах. «Потому что я люблю тебя. И не как подругу, а как настоящую девушку. Я никогда не переставал любить тебя. Я никогда не признавал этого, я всегда обманывал себя». Все это время он по-настоящему любил Лидию. Он скрывал это от нее столько времени. А ведь Лидия тоже любила его, и до сих пор любит. Хотя этого не признает. Но в глубине души знает, что обманывает себя.

***

Неделю спустя. — Нет, не надо. Пожалуйста. Я заплачу еще тысячу долларов. Не выключайте аппаратуру, — Лидия захлебывалась собственными слезами. — От этого ведь зависит его жизнь. — Нет, мы не можем. Максимум пару дней, — твердо говорил врач. — Можно его навестить хотя бы сейчас? — тише спросила она. — Хорошо, можете пройти к нему. Лидия побежала на второй этаж и зашла в его палату. Глаза уже готовы были вылить новую и большую партию слез. Она села на тот самый стул и смотрела на него. — Стайлз, я знаю, что ты слышишь меня. Пожалуйста, не оставляй меня. У меня кроме Саймона и Анны никого не останется. Я не смогу больше терпеть. Если уйдешь ты, уйду и я. Мы всегда будем вместе, помнишь? Поэтому если ты умрешь, умру и я. Я просто не смогу жить в том мире, где знаю, что ты мертв. Я смирилась с тем, что ты уехал и не общался со мной. Но с тем, что тебя не будет, я не смогу смириться, — она гладила его по голове, а с глаз раз за разом текли слезы. — Я не смогу жить без тебя, потому что люблю тебя, так же сильно, как ты меня. И не как брата и лучшего друга, а как парня. Я хочу провести с тобой остаток своей жизни. Помоги моей мечте осуществиться. Помоги мне с исполнением моей мечты. Я не смогу жить без тебя. Мы всегда будем вместе. Я люблю тебя, слышишь, — Лидия шептала это ему на ухо. Потом она наклонилась к нему и поцеловала его в губы. Но прилива энергии и настроения не было. Автоматы резко запищали, а в палату ворвался доктор. Лидия тут же отстранилась от него. Его глаза распахнулись и его взгляд сразу же направился на Лидию. Лидия вновь начала плакать, но только от счастья. Она заключила его в объятия, а доктор тут же оттащил ее и вывел из палаты, а сам принялся осматривать Стилински. Мартин ждала, пока доктор выйдет и скажет результаты. Она верила, что Стайлз очнется. Она надеялась, а надежда умирает последней. — Доктор, что с ним? — Лидия тут же подскочила и начала расспрашивать его. — С ним все будет хорошо, но будут провалы в памяти, возможно даже большие. Хотя, скорее всего, большие. Он, возможно, даже не вспомнит Вас, родителей, друзей. А сейчас ему нужен покой. Если он не вспомнит Вас или родителей, показывайте ему фотоальбомы, заставляйте вспоминать самые светлые моменты из жизни. Это даст огромный результат. Вот и все. До скорой встречи.

***

Лидия шла в больницу с яблоками и апельсинами. Это- его любимые фрукты. Зайдя в больницу, она сразу же пошла к нему в палату. Он спал в привычной для него позе. Лидия не стала ему мешать, поэтому просто оставила фрукты на тумбочке, а сама присела на стул. У нее завибрировал телефон в кармане, поэтому она достала его и полностью выключила звук. Он снова начал «жужжать», и Лидия выронила его. Телефон с грохотом упал на пол, от чего Стайлз проснулся. — Ты кто? — с недоумением спросил Стилински. У Лидии пропал дар речи после этих слов. — Ты что, не помнишь меня? — тихо спросила она. — Что-то не припоминаю. Я лишь помню, что ты обняла меня когда я очнулся и доктор тебе сказал, что у меня очень большие провалы в памяти, — у Лидии встал огромный ком в горле. — Попалась все-таки, — Стайлз начал смеяться, от чего у Лидии словно камень с души упал. — Не пугай меня так, — она легонько ударила его по плечу, — теперь скажи, кто я такая, чтобы я смогла удостовериться, что ты все еще помнишь. — Ты — Лидия Мартин. Моя лучшая подруга, с которой я провел свое детство и подростковые года. Знаешь, единственное, что я не могу вспомнить — твой возраст. Сколько тебе лет? — Я на год младше тебя, а если быть точнее, то на полгода. — Лидия, меня послезавтра выписывают. Я попросил. Неужели ты согласилась оплатить мне операцию? — Стайлз сел на кровать. — Да, я просто не могу больше терять близких людей. Сначала мама, потом — папа, а тебя потерять я была не готова. Я не могла уже все это терпеть, она стоит не много не мало — пятьсот тысяч долларов. Но, думаю, что за два месяца мы вместе оплатим твою операцию. Тем более, я не потяну такую сумму и… — Стайлз поцеловал ее в губы, тем самым заставил ее замолчать. Он поцеловал так аккуратно и нежно, будто боялся отпугнуть ее, но она ответила на поцелуй и притянула его к себе. Ее губы были со вкусом карамели, а его — чего-то приторного. Стайлз просто наслаждался вкусом ее губ, а Лидия просто тонула в поцелуе. Им было действительно очень хорошо. Они почувствовали себя одним целым. Все это время они скрывали свои чувства, но теперь им нечего прятать. Они больше не идут на самообман и не лгут друг другу. Сейчас все наоборот. Через некоторое время она отстранилась от него и залилась краской. — Знаешь, а я все слышал. Последние сказанные тобою слова просто застряли у меня в голове. Неужели ты тоже любишь меня? Она лишь коротко кивнула. Стилински, ничего не ответив, снова прильнул к ее губам, и через поцелуй Лидия улыбнулась и начала смеяться. — Ты чего? — спросил Стайлз. — Просто это наш первый с тобой поцелуй, и у меня просто сносит крышу. — Если хочешь знать, то это- не первый поцелуй. Помнишь, когда ты выпила, ты поцеловала меня. Но, видимо, ты не помнишь. Даже я со своими провалами это помню. — Эй, это не считается. Я была под алкогольным воздействием. Я ничего не помню. А ты не сказал мне об этом. Хотя, ты уже на следующий день уехал. А я не знала, что у тебя были свои личные дневники. — Ну, да. Я там не каждый день писал, но самые яркие и запоминающиеся моменты. И я не все из них помню, но этот точно там окажется. Он вновь поцеловал ее, но на этот раз увереннее и глубже. Здесь Стайлз Стилински ясно понял, что нашел ту, с кем хочет быть до конца своих дней. А Лидия Мартин узнала, что человек, который всегда будет любить ее, все это время стоял прямо перед ней.