You can't fight the fate

— Ух ты, и правда на солнце не сгорает, — удивленно протянула Алин, когда Саймон спустился вниз вместе с Джейсом. — И даже не жжёт? — И даже не греет, — хмыкнул Льюис. — А как так получилось? — с любопытством подалась вперёд Алин. — Ты провёл какой-то ритуал или… — Ох, не слушай её, — махнул рукой стоявший около стены парень и вышел вперед, протягивая руку. — Себастьян Верлак. А это не слишком воспитанная особа – моя кузина Алин. — Саймон Льюис, — ответил на рукопожатие Саймон, а потом посмотрел на слегка сконфуженную девушку. — На твоём месте я бы не только вопросы задавал, я бы тут уже полевую лабораторию развернул, серьёзно. — Я с трудом её удержала, — со смешком отозвалась Иззи. — Клэри в Идрисе? — перебил всех Джейс, смотря на Алека. — Да, — кивнул тот и передал ему пергамент. — Магнус прислал огненное письмо. — Мы должны встретиться с ними у северной границы, — пробежав глазами по строчкам, сказал Джейс и перевел взгляд на Саймона. — Пойдёшь с нами, Магнус тебя обратно в Нью-Йорк и отправит. — Не хотел бы вмешиваться, — осторожно сказал Себастьян и не обратил никакого внимания на недовольный взгляд Джейса, — но госпожа Инквизитор хотела бы встретиться с Джонатаном. А Консул вроде как хочет поговорить с Саймоном. — Думаю, разумно на эти встречи сходить, — тихо заметил Алек. — У многих… вопросы. — Какие? — недовольно спросил Джейс. — Почему вампир в Аликанте? Почему мой отец решил всех убить? Почему ему плевать на жизнь собственных детей? — Джейс, — почти на грани слышимости прошептал Алек и сжал рукой его предплечье. — Успокойся. Клэри с двумя магами и оборотнем, который скорее умрет, чем даст её в обиду, так что потратить полчаса на разговор с Инквизитором ты вполне даже можешь. А Саймону неплохо было бы официально показаться на глаза, чтобы никто не думал, что у нас тут шпионские страсти кипят. Джейс вдохнул и медленно выдохнул сквозь зубы. Судя по всему, возвращение на историческую родину его категорически не радовало и даже не воодушевляло. Саймон, отлично ощущающий его эмоции, чуть было сочувственно не похлопал его по плечу, лишь усилием воли сдержавшись. Впрочем, само желание как-то приободрить до Джейса всё-таки по их связи долетело. От чего он ещё раз закатил глаза в показном неудовольствии. — В таком случае я иду к Инквизитору, а ты, — он посмотрел на Алека, а потом кивнул на Саймона, — идёшь с ним. — Что конечно же противоречит желанию Консула встретиться с ним один на один, но я понял, — вздохнул Алек. — Грудью за него стой! — патетично взмахнула рукой Иззи. — Не дай его в обиду. — Надеюсь, ещё встретимся, — улыбнулся Себастьян и снова пожал Саймону руку, с каким-то непонятным любопытством вглядываясь в его лицо. — Что-то не так? — уточнил Льюис, которому как-то не по себе от этих взглядов стало. — Нет-нет, извини, — тут же отошёл Себастьян, поднимая руки в примиряющем жесте. — Говорю на Алин, а сам не лучше, не справился с любопытством. — Пойдёмте уже, — нетерпеливо качнул головой Джейс. — И правда, раньше начнём, раньше закончим, — пробормотал Саймон, торопливо направляясь вслед за Джейсом к выходу. — Кто такой Консул? — Председатель Совета и первый советник Инквизитора, — отозвался Алек. — Вторая по почетности должность. — Ох ну ни фига себе, — удивился Саймон. — И вот он зачем-то хочет со мной поговорить? Наедине? И свернуть куда-нибудь по дороге, конечно, не вариант? — Ему уже объяснили ситуацию, — покачал головой Алек. — Ты не незваный гость, который пробрался тайком, ты был вынужден пройти в портал, когда защищал сумеречного охотника. Несовершеннолетнего сумеречного охотника, что тоже важно. Думаю, разговор будет носить чисто формальный характер. — Но это как всегда неточно, — сказал Джейс. — С тем же успехом тебе могут приставить клинок к горлу и потребовать объяснений, например, по какой причине ты ходишь под солнцем. Что случилось на корабле. Какие у тебя отношения с детьми Валентина. Да что угодно, короче, могут потребовать. — Ну спасибо тебе, дорогой, за поддержку и позитивные мысли, — вздохнул Саймон, а потом посмотрел на Алека. — Как ты вообще выдерживаешь его почти целыми сутками? — Сила привычки, — хмыкнул тот и улыбнулся на возмущённый взгляд Джейса. — Через пару лет ты будешь серьёзно переживать за его психическое здоровье, если услышишь что-то доброе и позитивное. — Пару лет? — преувеличенно шокировано воскликнул Саймон. — Уверен, мне хватит и пары месяцев. Джейс незаметно покосился на этих двоих, совершенно спокойно рассуждающих о будущем, и почувствовал абсолютно ничем необъяснимое тепло. Словно то, что его соулмейт – родственная душа, предназначенная судьбой, – и парабатай – вторая половина души, выбранная им самим, – нашли общий язык и вроде как говорили о том, что и дальше будут рядом с ним, согревало. И Джейс был в какой-то степени за это… благодарен, наверное. — Не знаю, о чём ты там думаешь, — чуть наклонился к нему Саймон, понижая голос, — но продолжай. Я почти готов поверить в то, что вернул способность ощущать тепло солнечного света. Джейс сначала удивлённо на него посмотрел, потом вздохнул и покачал головой. Саймону было тепло, потому что Джейсу было тепло, потому что его соулмейту и парабатаю нормально проводить время вместе. Какой-то замкнутый круг тепла в природе. И не сказать ведь, что кто-то был сильно против. *_*_* — Александр написал, что со Златовлаской и её прекрасным чудовищем всё в порядке, — сказал Магнус, когда перед ним зависло огненное письмо. — Мы скоро с ними встретимся? — тут же подскочила Клэри, облегченно выдыхая. — А вот с этим небольшие проблемы, — покачал головой Магнус. — Даже не проблемы, а так, заминочка. Джейса крайне настойчиво хотела видеть Инквизитор, а Саймона не менее настойчиво потребовал к себе Консул. Так что часик-полтора ещё посидим, подождём. — Конечно, чувствуйте себя как дома, — пробурчал с кухни Рагнор. — Ты рад гостям, — безапелляционно заявил Магнус и пошёл к нему, оставляя Клэри и Люка в гостиной. — Ты тут один совсем зачахнешь когда-нибудь. Давай развеемся, вспомним молодость! — Только не это, — тут же отказался Рагнор. — Потому что вспоминать мы будем твою молодость, а это порой слишком травматичные для моей души воспоминания. Магнус рассмеялся, а Клэри вздохнула. Конечно она хотела бы встретится с Джейсом и Саймоном как можно раньше, чтобы поскорее найти книгу и исцелить Джослин. Но обстоятельства отчего-то совершенно точно не скидывались в их пользу – опять предстояло ждать. Сидящий рядом Люк ободряюще сжал её плечо и улыбнулся. Клэри благодарно кивнула, понимая, что не она одна тут переживает – а потом неожиданно подумала, что для Люка возвращение сюда ещё больнее: ведь он здесь родился и когда-то жил. Там, за сияющими башнями был город, в который он раньше заходил с полным правом, а теперь не сможет пройти без разрешения. Город, где раньше жили его друзья, а теперь все будут смотреть насторожено. — Эй, ты чем так себя накручиваешь? — спросил Люк, замечая подозрительно заблестевшие слезами глаза Клэри. — Магнус же сказал, что с ними всё в порядке, скоро и Джослин… — Я не из-за них, — вздохнула Клэри, решительно растерев глаза и сделав этим самым только хуже. — Я просто… Там ведь когда-то был твой дом. А теперь… — Ох, Клэри, — сказал Люк, притянул её к себе и обнял, позволяя уткнуться носом в плечо. — Не думай об этом. Это было очень давно и меня вполне устраивает та жизнь, которой я живу сейчас. Старенький пикап, книжный магазин, две самые замечательные художницы рядом. — Ты любишь маму, да? — спросила Клэри, обнимая Люка крепче. — А она и не знает. — Всегда любил, — честно ответил Люк. — Но она выбрала Валентина и я… Хах, я был даже рад. За них, знаешь. — Почему? — спросила Клэри. — Точнее, я понимаю, что когда любишь, радуешься за человека, если он счастлив, но всё же. — Твоего отца я тоже любил, — просто ответил Люк и спокойно встретил шокированный взгляд. — Он ведь был моим парабатаем, Клэри. Мы разделили с ним клятву на огне и крови, я верил ему и верил в него. — Но он предал тебя! — воскликнула Клэри. — Предал тебя, и маму, и вообще всех. Но даже сейчас ты… На этих словах она замолчала и снова уткнулась носом в плечо Люка, пряча глаза. — Прости, мне не стоило так говорить. — Но даже сейчас я не могу его возненавидеть, — закончил за неё Люк. — И ты права, не извиняйся. Это не так просто, на самом деле, несмотря на всё, что он совершил. Я помню его другим – молодым и увлеченным, с четкими целями и желаниями. Его речи вдохновляли, а сам он был настолько убедителен, что мы смотрели на него едва ли не с открытыми ртами. И, знаешь, изначально никто не планировал свергать Конклав, а уж про демонов и вовсе речь не шла. Мы хотели потребовать пересмотра законов и переизбрания членов совета, говорили о мирных переговорах, а не вооруженном столкновении. Разве могли мы думать о войне, особенно когда у Маризы и Роберта родился Алек, когда вот-вот должен был появиться на свет ребенок Стивена и Селин, а у самого Валентина тоже был совсем маленький сын? Мы даже представить не могли, чем всё обернется. Валентин изменился уже… да я даже не знаю, когда точно. Это произошло как-то неуловимо, даже мы с Джослин ничего не поняли. А ведь были самыми близкими ему людьми. Последние слова Люк произнёс с горечью, и Клэри сильнее прижалась щекой к его плечу, желая приободрить. Ей было интересно узнать, что произошло с её родителями и почему отец стал врагом своему народу, но не хотелось давить на Люка, заставляя ворошить болезненные воспоминания. Но все же не могла удержаться. — Как он мог так легко отказаться от своей семьи, от своих друзей? Как мог предать самых близких? — спросила она скорее у себя самой, чем у Люка. — Не думаю, что ему было легко, — покачал головой тот. — Но Валентин всегда говорил, что ради великой цели нужно уметь жертвовать многим. Никто из нас не понимал, что он имел ввиду, а когда поняли – уже было поздно. Но я правда не думаю, что ему было легко. — Ты… ты скажешь маме, что любишь её, когда она очнётся? — спросила Клэри, сознательно уходя от темы с Валентином. Люк замолчал, раздумывая над ответом. Неосознанно потёр правое запястье пальцами, и Клэри вспомнила, что именно на нём располагаются его линии судьбы. Мама не была его соулмейтом. — Посмотрим, — спустя некоторое время сказал Люк с лёгкой полуулыбкой и приобнял Клэри за плечи. — Кто-то подходит к дому, — неожиданно сказал Рагнор, выходя из кухни следом за Магнусом. — Кто-то? — тут же вскочила Клэри, начав озираться по сторонам, не сразу сообразив, что это совершенно не поможет. — Кто? — Если бы мы знали, это не вызвало бы такого ажиотажа, — с лёгким сарказмом сказал Магнус. Люк тоже встал с дивана и втянул в себя воздух, видимо пытаясь определить визитёра по запаху. И Клэри не поняла, удалось ему это или нет, но его лицо стало каким-то… сложным, а сам он встал таким образом, чтобы оказаться между ней и входной дверью. И глядя на него, Рагнор с Магнусом тоже напряглись, хоть и не сильно заметно. Когда в дверь вежливо постучали, Клэри готова была удариться в панику, поэтому сжала в руках стило Джослин и приготовилась едва ли не ко всему на свете. Но когда Рагнор открыл дверь, там не обнаружились ни орды демонов, ни Валентина, ни даже отряда сумеречных охотников с клинками наперевес. На пороге стоял молодой парень, может чуть старше самой Клэри, черноволосый и черноглазый, со спокойной, вежливой и доброжелательной улыбкой. Он оглядел встречающую его компанию и слегка смутился. — Прошу простить за неожиданный визит, — начал он, не делая попыток зайти в дом, раз не приглашали, — я Себастьян Верлак, племянник Патрика Пенхаллоу, у нас остановились Лайтвуды и Джейс Вейланд. Точнее, прошу прощения, Джонатан Моргенштерн, но не думаю, что это очень важно. А ещё вампир с удивительным даром ходить под солнцем. — С ними всё нормально? — выступила вперёд Клэри, проигнорировав предупреждающие взгляды Магнуса и Люка. — Да, всё хорошо, — улыбнулся Себастьян. — В данный момент они находятся на аудиенции у Инквизитора и Консула, и я подумал, что могу поздороваться и проводить Клариссу к нам домой… — Нет, — моментально отреагировал Люк, смотря на Себастьяна до того пристально, что он аж сделал небольшой шаг назад. — Мы подождём Джейса и Саймона здесь. Клэри, конечно, хотелось бы возразить и пойти в Аликанте, но она предпочла промолчать, понимая, что там её могут ждать враги. И даже этот парень, будучи столь приятным в общении, мог оказаться одним из них, хотя Клэри отчего-то иррационально хотелось ему верить. Почему-то она не думала, что он причинит ей вред. Но это было всего лишь ощущение, не больше. Себастьян легко пожал плечами и снова улыбнулся. — Что ж, ни в коем случае не настаиваю, — сказал он. — И в какой-то мере даже понимаю. Но хоть познакомиться мне можно? Признаться, я знаю не так много охотников, которые живут в мире примитивных. Если уж совсем откровенно, то никого. Простите мне мой интерес. Клэри не смогла сдержать улыбку, когда слушала эту речь: Себастьян говорил не просто преувеличенно вежливо, он словно специально подражал манере разговора английским аристократам какого-нибудь восемнадцатого века. Клэри это казалось действительно забавным, поэтому она вышла вперёд, справедливо рассудив, что ничего с ней в доме мага в окружении магов и оборотня не случится, если пожать протянутую руку. Но кое-что случилось. Кое-что, чего она совершенно точно не ожидала. Едва её пальцы соприкоснулись с чужими, как по коже словно электрическая волна пробежала, отдаваясь дрожью где-то в затылке. Клэри… никогда подобного не чувствовала. И, судя по совершенно ошеломлённому лицу Себастьяна, он тоже что-то ощутил и не был к этому готов. — Что?.. — начала было Клэри, но Себастьян отступил на шаг, даже скорее отшатнулся и чуть не задохнулся, а потом с чистейшим изумлением уставился на свою левую руку, как будто впервые её видел. Завернул рукав и неожиданно дрожащими пальцами провёл по багровым линиям, которые, казалось, светились изнутри. Клэри словно в полусне тоже закатала свой правый рукав и посмотрела на узор из линий. Он всегда был просто рисунком, но сейчас по ощущениям аккумулировал внутри тепло и щедро раздавал его по всему телу. — Мы… соулмейты? — неуверенно спросила Клэри и тут же почувствовала, как по линиям резануло болью. Себастьян напротив побледнел так сильно, словно из него разом выкачали всю кровь. Он поджал губы и начал тереть узор так интенсивно, будто хотел вывести его с кожи. — Это невозможно, — пробормотал он. — Этого не может быть. Как?.. Нет, тут что-то не так. Клэри с силой закусила губу, чтобы не выругаться. Соулмейт не мог принять их связь, и её полосовало холодом, словно бритвами. А ещё было до слёз обидно, потому что Клэри впервые столкнулась с таким отношением к родственной душе. Даже Джейс с Саймоном пришли к соглашению, а с этим парнем Клэри даже не знакома толком, так отчего же такая неприязнь? Неужели только из-за того, что она – Моргенштерн? Но ведь Себастьян казался таким вежливым и доброжелательным. — Прости, — через пару секунд сказал Верлак, и боль в линиях неожиданно полностью прекратилась. — Я просто не ожидал. — Не думала, что могу вызывать такое отвращение, — с обидой сказала Клэри, но чуть успокоилась, почувствовав руку Люка на своём плече. — Это не твоя вина, — блекло и как-то криво улыбнулся Себастьян, проводя ладонью по лицу. — Просто… я родился без линий. Тётя сказала, что это может означать только то, что мой соулмейт либо не родился, либо умер, так что… Я не был готов испытать подобное. Прости, что причинил тебе боль. Это… просто… Я не знаю. Клэри почувствовала, как всё внутри неё замерло, а потом дрогнуло. Себастьян действительно выглядел совершенно ошеломлённым и даже потерянным, дезориентированным настолько, что хотелось его обнять и шептать на ухо какие-нибудь глупые слова утешения. Но Клэри сдержалась: даже если они и были родственными душами, это не значит, что нужно вешаться ему на шею и вгонять в ступор ещё больше. — Может зайдёшь? — мягко предложил Рагнор, и Клэри отчего-то удивилась, услышав у него такой тембр голоса. — Обсуждать новоприобретённую связь лучше всего за чашкой чая. — А если в этой чашке успокоительной травы больше, чем самого чая, то это даже ещё лучше, — хмыкнул Магнус, за что тут же получил, судя по всему, ментальный тычок в бок. — Да, спасибо, — кивнул Себастьян и сделал пару шагов вперёд, останавливаясь перед Клэри и явно не зная, стоит ли к ней прикасаться. Клэри тоже не знала, что делать. И за них обоих всё решил Люк: он подтолкнул её к гостиной, а Себастьяна хлопнул по плечу, показывая, что нервничать слишком сильно не стоит. Но Клэри сомневалась, что он вообще нервничал – скорее был в неком подобии прострации. И Клэри поняла, что сама находится в такой же. Она нашла своего соулмейта. И совершенно не представляла, что делать дальше. *_*_* Саймон, конечно, нервничал. И чувствовал себя как школьник, которого после успешного эксперимента над выведением гибрида какого-нибудь супер-муравья, сначала притащили в Белый дом на руках, а потом позвали на встречу с премьер-министром. Джейс уже свернул в сторону для разговора с министром обороны, а Алек представлял собой секретаря-телохранителя, с которым вообще непонятно, чьё тело по итогам он должен хранить. В общем, Саймон мысленно придумывал себе какие-то сравнения, чтобы поменьше волноваться. Не то чтобы это помогало, разумеется. Джейс, перед тем как свернуть к Инквизитору, сжал его запястье с такой силой, что не будь Саймон вампиром, синяки бы украшали руку ещё очень долго. И было не совсем понятно, кого Джейс по итогам хотел успокоить – Саймона или себя самого, потому что тоже нервничал, Льюис это ощущал. И это даже приносило какое-то облегчение, что не один он тут страдает. Консул решил встретить Саймона в своём кабинете, и помимо него там сидел ещё один человек – низенький полноватый старичок с крайне доброжелательным выражением лица. Льюиса это не напрягло, а вот Алек слегка подобрался и как бы невзначай придвинулся чуть ближе. — Ох, Алек, спасибо, что проводил нашего гостя, — улыбнулся Консул, вставая из-за стола и улыбаясь. — Можешь быть свободен. — Я подожду за дверью, — кивнул Лайтвуд. — Нет-нет, — покачал головой Консул со всё той же благожелательной улыбкой. — Можешь возвращаться к родителям и друзьям. — Родители на совете, а парабатай недалеко, разговаривает с Инквизитором, — отозвался Алек вежливо, но с несгибаемым металлом в голосе. — Так что я подожду за дверью. И вышел, не давая Консулу ещё раз отправить себя домой. Саймон проводил его взглядом и почувствовал себя неуютно в компании двух взрослых сумеречных охотников. И в попытке приободриться неосознанно потёр себя по левому запястью, успокаиваясь. — Здравствуйте, — улыбнулся Саймон, решив, что пауза затягивается. — О чём вы хотели поговорить? С Консула как-то сразу слетела вся благожелательность, а вот второй мужчина подскочил и быстро пошёл навстречу. Саймон с трудом поборол в себе желание отшатнуться, хотя никакой угрозы от подходившего охотника не чуял. — Вы незаконно проникли в Аликанте, — поджал губы Консул. — Это нарушение, которое не стоит спускать с рук. — Я был без сознания в этот момент, — ответил Саймон. — Меня ранили, когда я пытался помочь Лайтвудам пройти через портал. На них напали. — Да-да, — быстро закивал старичок, а потом протянул Саймону руку. — Это полностью вас оправдывает. Меня зовут Элдертри, очень рад знакомству. Саймон с некоторой настороженностью протянул руку в ответ и чуть не дёрнулся назад, когда Элдертри с силой за неё ухватился и уставился так, будто вообще впервые в жизни видел человеческую ладонь. И только потом Саймон сообразил, что он не саму ладонь рассматривает, а падающий на неё свет из окошка на потолке. — Поразительно, вампир, не боящийся солнца, — сладко протянул Элдертри голосом истинно увлеченного исследователя. — Да, действительно, — с кривой улыбкой отозвался Саймон и попытался вырвать руку. И в следующий момент почувствовал сильнейшую, просто ужаснейшую боль, из-за которой на секунду даже перестал слышать и видеть. Перед глазами словно встала белая пелена, а руки, казалось, полыхали огнём. Что-то подобное Саймон уже испытал однажды, когда Валентин занёс над ним Меч Душ. Саймон покачнулся и упал на колени. Хотелось кричать, срывая горло, но из глотки вырвался только тихий задушенный хрип. И только почти минуту спустя боль отступила, позволяя вновь видеть и слышать. Саймон посмотрел на свои руки и увидел, что запястья обвивают тонкие металлические браслеты с выгравированными на них словами. И первое же слово, которое он попытался прочитать, вызвало вспышку ужаснейшей боли. Domine Iesu. Имя, которое Саймон больше не мог произносить, став вампиром. Святые слова, которые теперь выжигали глаза и горло. — Не беспокойся, мы скоро их снимем, — медовым голосом сказал Элдертри, наклоняясь над ним. — Как только ты согласишься нам помочь. На это Саймон ничего не ответил. Он даже не слишком хорошо воспринимал происходящие, а некоторые слова охотника так и вовсе сливались в один сплошной белый шум. И Саймон был уже почти согласен на что угодно, лишь бы это прекратилось. — Тебе всего лишь нужно поклясться луной и кровью, что ты выполнишь наши условия, — продолжил Элдертри. — И тогда это всё закончится. — Какие… какие… условия? — с трудом выдохнул Саймон, хотя ему было почти всё равно, какие именно – неважно, если его перестанет медленно сжигать изнутри. — Ты должен будешь сказать на Совете, что можешь переносить солнечный свет из-за экспериментов Валентина, — сказал Элдертри. Ну что ж, Саймон мог так сказать. Но, прежде чем он согласился, к нему шагнул Консул. И совершенно спокойным, но холодным, как лёд в Антарктиде, голосом добавил: — И подтвердить, что его сын, дочь и вся семья Лайтвудов действует с ним заодно. С этим Саймон соглашаться был не намерен. Он ни за что не подставит Клэри, Джейса и Алека с Иззи. Даже если боль будет невыносимой. — Нет, — хрипло выплюнул Саймон. — Ты, видимо, не совсем понимаешь, — начал Элдертри добрым голосом заботливого дядюшки, но его прервала с грохотом распахнувшаяся дверь, в которую с горящими чуть ли не огнём глазами влетел бледный Джейс. Следом за ним в комнату вбежал Алек и быстрым чётким шагом вошла Инквизитор. — Что здесь происходит? — строгим и нетерпящим увиливаний голосом спросила Имоджен. Ответа Элдертри и Консула Саймон уже не услышал: он благополучно отключился от боли, когда Джейс в пару шагов оказался рядом и притянул его к себе. Отключаться на руках у соулмейта явно начало входить у Саймона в привычку.