Shiver

Ииии… Вас ждет нечто очень странное в конце главы хд Скажу только, что на написание этого фрагмента меня толкнула песня The 69 Eyes — Sister of Charity. Приятного прочтения! ------------- С Дзимпачи я встретилась на следующее утро перед работой, когда, все еще сонная и заторможенная, выползла из подъезда на свет божий. Уже представляя сочные утренние пробки, я уныло шла по направлению к парковке, когда прямо перед моим носом лихо затормозил серый ниссан. Поток непечатной ругани вырвался из меня раньше, чем я осознала ситуацию. Рефлексы — они такие. Но потом водительское стекло опустилось, и я увидела довольно ухмыляющегося Хидана. —Ты… Ты…¬— гневно раздувая ноздри, я разразилась еще одной тирадой негодования, в красках объясняя другу-лихачу, почему не стоит меня так пугать. Он же только от души поржал над моими «крылатыми» выражениями — еще бы, я для него просто хомячок с зубочисткой. —Запрыгивай, подвезу, — парень похлопал ладонью по пассажирскому сиденью. Я, все еще недовольно бурча, плюхнулась в машину. —Ну и каким ветром ты здесь в такую рань? В машине друга я себя всегда чувствовала как у себя дома, поэтому, не особо задумываясь, выудила из сумки пачку сигарет. Поиски зажигалки затянулись, поэтому я нагло позаимствовала ее у Дзимпачи. —На работу ехал, дай, думаю, мелочь заберу, вместо радио будет, — Хидан хохотнул, боковым зрением наблюдая за моей реакцией. Твое счастье, засранец, что ты за рулем. Мда, что-то сегодня у меня особенно буйное утро. Но несмотря на все его «прелести», другу я была действительно рада. —О, знаешь что, знаешь что? — оживилась я, вспоминая главную новость этой недели. —Что? Ты наконец-то научилась отличать педаль газа от педали тормоза? — не смог не съязвить Хидан. Значит, тоже рад мне. —Меня пригласили выступать! Первый раз! — на радостях я даже пропустила мимо ушей колкость парня. —А вот это достижение, — Дзимпачи расплылся в добродушной улыбке.— Чем заслужила такие почести? Я стушевалась, не зная, что ответить. Не говорить же ему, в самом деле, что танцевала с начальником, высекая искры каждым прикосновением. И вообще, если подумать, то я и сама не знала, почему это вдруг Итачи-сан выбрал именно меня. И почему он вообще так нагло поселился у меня в голове. Это, конечно, к делу не относится, но ответа тоже требует, черт возьми! —Станцевала с начальником, — выложила я правду-матку, ожидая реакции друга словно провинившееся дитя. Хидан удивленно воззрился на меня, на мгновение отвлекшись от дороги. Ехидно-озадаченный взгляд (вот это комбинация эмоций — пронеслось у меня в голове) вопрошал: «Теперь это так называется?» —Нет-нет-нет, — замахала руками я, отчаянно краснея — не то от злости, не то от смущения, — Даже не думай! Я реально просто с ним потанцевала! Он пришел ко мне на тренировку за… Я запнулась, думая, а зачем, собственно, Учиха вообще приходил, но отмела этот вопрос ко всем тем, которые уже надоели мне своей навязчивостью. —Короче, зачем-то пришел и. и вот, — закончила я свой короткий рассказ характерным жестом ладоней.— И вообще, ты старше меня всего на год, а я как будто перед папашей отчитываюсь! —А я здесь при чем? — хохотнул парень, резко крутанув руль. Машина красиво вошла в поворот боком, заставив испуганных пешеходов прижаться к самому краю тротуара. Какие все впечатлительные — фыркнула я про себя. —Но, видать, ваш начальник и правда что-то сечет, раз выбрал тебя, — комплименты от Хидана всегда звучали очень своеобразно. —Он чемпион Blackpool, — выдала я с кислой миной.— Двукратный. Друг многозначительно присвистнул, отвлекаясь от разговора на поиски места для парковки. На мое удивление, доехали мы довольно быстро. И только потом я с мысленным фейспалмом осознала — сегодня суббота. Ясен красен, дороги пустые, все нормальные люди еще спят или еще вчера загород уехали. А раз так… —Кстати, — я озадаченно повернулась к Дзимпачи.— А на какую работу ты едешь в субботу утром? —Так я работаю в автосервисе, — хмыкнул парень, виртуозно вставая между двумя не самыми дешевыми машинами.— Два через два, завтра выходной. —Отлично, — просияла я коварной улыбкой.— Я знаю, чем занять тебя завтра на полдня. Хидан вопросительно изогнул бровь, а я пояснила, потирая ладошки: —Поможешь мне с уборкой помещения. Если, конечно, у тебя нет планов с Нии. —Вообще-то, — изображать возмущение он умеет мастерски.— У меня были грандиозные планы на кровать! —Ну пожааааалуйста, ¬— я состроила настолько умильную моську, насколько могла.— Совсем чуть-чуть. Я благоразумно умолчала о масштабах катастрофы в своей квартире, решив преподнести это Хидану как сюрприз. Маленький такой, пакостный сюрпризик. —Ладно, — сдался парень, запуская пятерню в серебристые волосы.— А теперь шуруй давай, пока я не передумал! Я звонко чмокнула его в щеку и послушно выскользнула из машины, не забыв прихватить сумку. Парень махнул мне рукой и укатил в неизвестном направлении, оставив меня у дверей студии в приподнятом настроении и полной боевой готовности. Как-никак, а тренироваться мне предстоит много. Даже опытных девчонок собрали в выходные, чтобы отточить свои навыки, что уж говорить обо мне. Я должна, просто обязана оправдать ожидания Учихи! Но в первую очередь, конечно, я должна доказать себе, что могу. Гордо вздернув подбородок, я бодро зашагала к стеклянным дверям. ~»~ В фойе уже стояла Темари, что-то эмоционально рассказывая Конан. Которая не менее эмоционально заполняла журнал — было видно, что болтовня Тем ее отвлекает, но прерывать столь экспрессивный монолог она не решилась. — И вот я ей начала объяснять, что совершенно не собиралась уводить ее… —Всем доброго утра! — с порога заявила я, лениво помахивая рукой. Темари резко обернулась ко мне, чуть вздрогнув от моего внезапного приветствия, а Конан лишь благодарно на меня посмотрела и снова уткнулась в свои бумажки. Видимо, теперь слушать блондинку буду я. Интересно, повышенная болтливость — это отличительная черта всех дам с таким цветом волос? Или просто мне исключительно везет? —Сакура! — девушка тут же метнулась ко мне, удивительно легко передвигаясь на высоченных каблуках.— Ну хоть ты помоги мне объяснить Карин, что я не собиралась уводить у нее партнера! Я немного прибалдела от такого поворота событий. Что тут вообще творится? —Вчера просто Шикамару отъезжал по каким-то делам днем, а мне край как нужно было поддержку отработать, — видимо, мое недоумение слишком ясно читалось на лице.— Я и попросила Суйгецу помочь. А Карин, как увидела нас вместе, как фурия накинулась. —Ками, — я театрально закатила глаза. В самом деле, как же девушки любят раздувать из мухи слона.— Так возьми и объясни ей все. Или вообще забей, сами разберутся, у Суйгецу, кажется, язык на месте. Темари что-то собиралась ответить, но ее бесцеремонно прервала Ино. Подруга подошла незаметно, поэтому я не успела среагировать, когда она начала активно натирать мне макушку кулачком, приговаривая, какая я редиска, что не подождала ее и вообще чтоб я перестала влезать в любимые шмотки. Ну да, сегодня утром Яманака побила все рекорды медлительности, собираясь как на венецианский бал, поэтому я, улучив удобный момент, смылась на улицу без нее. Наивно было полагать, что расплата за такую подставу меня минует. —Свиииинкаааа, — я бойко отбивалась от подруги, силясь перехватить ее проворные ручонки.— Ты бы еще дольше собиралась, опоздали бы вместе. —Я не опоздала! — справедливо возмутилась блондинка, упирая руки в боки.— А ты… Закончить ей не дали (да что ж за утро неоконченных монологов?). В фойе вошел Саске под руку с Карин, которая что—то увлеченно набирала в телефоне. Надо отдать ему должное, выглядит он и правда круто — расстегнутая до середины груди белоснежная приталенная рубашка очень выгодно подчеркивала красивый рельеф его тела и удачно контрастировала с черными волосам и глазами. Я невольно начала сравнивать его со старшим братом. И, к моему сожалению, старший Учиха оказался в выигрыше. Почему к сожалению? Да потому что меня уже изрядно нервировала моя нездоровая симпатия к собственному начальнику. И вообще, он тот еще вредина. —Перед началом подтягивайтесь в третий зал, — без обиняков сказал парень, высвобождая руку из цепкой хватки своей девушки.— Проведем короткое собрание. Итачи сегодня не будет, так что я за него. И гордой учиховской походкой удалился в сторону зала, на ходу кивнув нам с девчонками. Подруги—блондинки уже спелись и, вполголоса обсуждая «стерву Карин», двинулись к месту встречи. Я пошла следом, втайне радуясь, что меня минули разборы их девичьих полетов. Воистину, на каждую болтливую блондинку найдется если не крайне терпеливый человек, то по крайней мере еще одна не в меру общительная особа. В зале Саске, присев на широкий подоконник, озадаченно листал увесистую черную папку. Танцоры, тихо переговариваясь, располагались по залу. Отсутствие старшего Учихи явно привносило некий творческий уют и спокойствие — ребята садились на подоконники, на чисто вымытый паркет, особо раскованные — на колени друг другу. Я тоже не стала заморачиваться и уселась по—турецки возле невысокого поручня, удобно оперевшись о него рукой. —Итак, я вам вкратце расскажу, как должно выглядеть все это безобразие в грядущую среду, — не дожидаясь окончания болтовни, начал парень. Очевидно, под «безобразием» он понимал наше предстоящее выступление. Завидный оптимист, однако. Видимо, Саске пытался вычитать нужную информацию в этой самой папке — все глубже и глубже становилась складочка между его бровей, все резче шуршали переворачиваемые страницы. Карин с усмешкой заметила, что нелегко, наверное, быть Учихой Итачи. На что брюнет резонно ответил, что под силу быть таковым только самому Учихе Итачи, и отложил злополучную папку в сторону. —Короче, — устало вздохнул парень.— Так как танцовщиц у нас на одну больше, — он на мгновение остановил свой насмешливый взгляд на мне, отчего я даже на секунду почувствовала себя в чем—то виноватой, но потом гордо вздернула подбородок.— Я разбил Вас на пары. Карин с Ино, Сакура с Темари. Сразу с двух концов зала раздались недоуменно-недовольные возгласы. Саске, пресекая все возможные возражения, резко вскинул руку и продолжил: —Будете ярче смотреться в таком контрасте. Про себя я подумала, что он неплохо может организовать людей. Очевидно, лидерские качества у них в крови. Только, в отличие от Итачи… Я раздраженно тряхнула головой — да сколько можно—то, а? Тут Итачи, там Итачи, я его еще разве что с фонарным столбом не сравнивала! Надоело! Надо срочно отвлечься. —Поэтому сегодня ваша задача заключается в том, чтобы в паре отработать все движения, собрать более—менее приличные связки и, — Саске многозначительно посмотрел на Ино, — не поубивать друг друга. Темари фыркнула что—то в духе «Что за детский сад?» и грациозно поднялась с подоконника. Я краем глаза отметила, что в это же момент у Шикамару не менее грациозно опустилась челюсть. Не знаю, что он забыл здесь в субботу, ведь звали только выступающих в BlackStarWave. —Все понятно, Саске, — нетерпеливо притопнула ножкой девушка.— Может, уже начнем? А то и до заката не управимся. ~»~ Когда под конец тренировки к нам в зал ввалилась взмокшая, но явно довольная Ино, мы с Тем почти закончили отрабатывать наиболее сложную связку. И я почти ее не запорола, не считая мостиков между фигурами. Все—таки, моя одержимость бальными танцами в последнее время дала о себе знать. —Заканчивайте, трудоголики, — Яманака плюхнулась на пуфик в углу и бесцеремонно приложилась к моей бутылке с водой. Я уселась там же, где стояла, подтянув к себе одну ногу. Усталость навалилась внезапно и со всей своей беспощадной силой. Чтоб вы понимали — за шесть часов тренировки перерыв у нас был всего один, и тот на две минуты, когда я бегала меняться дисками с Ино. Так что, как говорится, дайте мне точку опоры, и я прямо на ней и засну. Темари выключила музыку, погружая зал в ставшую непривычной тишину. —Свинкаааа, — жалобно протянула я осипшим голосом. Ино правильно истолковала мои мольбы и пнула бутылку с водой в мою сторону. Честное слово, вкуснее прохладной водички после такого марш—броска вы ничего не найдете. В три глотка я осушила бутылку и, снова довольная жизнью, протопала к своим вещам, попутно потрепав по макушке блондинку. —Лобастая, если не хочешь собрать все пробки, то советую поспешить, — недовольно фыркнула подруга, устраняя несуществующий изъян в прическе. Пока они с Темари обсуждали, как можно разнообразить танец и внести изюминку в каждую пару, я вяло переодевалась, залипая буквально на каждом движении. Шустрые разноцветные пешеходы за окном привлекали меня намного больше, чем поиски очередной вещи, затерявшейся в недрах моей бездонной сумки, постоять без майки пару минут стоило того, чтобы понаблюдать за игрой котят возле цветочного магазина, а вторую балетку я бы и вовсе забыла надеть, если бы Ино, которая, видимо, окончательно заколебалась терпеть мою сонную заторможенность, не отвесила мне ощутимый шлепок по филейной и все еще неодетой части моего тела. —Лобастая! Зря время тянешь, — ехидно заметила она.— Итачи—сана сегодня нет, так и что и оценить твое белье тут тоже некому. Я почувствовала себя пороховой бочкой, в которую по глупой неосторожности уронили горящую спичку — взрыв гнева застал врасплох меня саму. Как и приступ внезапного смеха. В итоге меня, потряхиваемую от злости и разрывающуюся от хохота, Ино невозмутимо отбуксовала к своей машине, на ходу беззаботно попрощавшись с Темари. —М-да, Харуно, — цокнула языком Яманака, потирая подбородок.— С нервами у тебя полный аут. —Какие нервы, — отмахнулась я, привычно копошась в сумке в поисках сигарет.— Нет нервов — нет проблем. —У тебя. А у меня еще один довесок в виде неадекватной подруги, — хохотнула девушка, осторожно выруливая с парковки. Вечерняя прохлада, врываясь через окно, трепала мои волосы, остужала разгоряченную кожу. Я блаженно зажмурилась, вслушиваясь в приятный свист ветерка и урчание мотора. Видимо, Ино тоже устала от музыки за день и не стала включать радио. Как и ожидалось, я вырубилась в машине и проснулась только когда Mazda плавно затормозила возле дома, а Яманака легонько щелкнула меня по носу. —Подъем, спящая красавица. Я кое—как приподняла свинцовые веки и на ватных ногах выползла из машины. В состояние стояния меня сейчас не приведет даже контрастный душ, поэтому, простояв под еле теплым потоком воды около получаса и чудом не заснув снова, я завалилась на диван. Уже в полудреме я почувствовала, как подруга заботливо укрыла меня пледом и тихо закрыла дверь в комнату. ~»~ Сознания разорвал гул набата, взгляд рвался к свету, руки судорожно искали опору. Сердце нарочито медленно билось в груди, словно не чувствуя смятения своего носителя. Однако вместо бескрайнего неба я вижу перед собой католическое распятие на серой стене. Маленькое окошко за моей спиной не пропускает лучей солнца, и я знаю это, даже не поворачиваясь. Словно во сне склоняюсь перед Богом, складывая ладони в молитве. Молитва, которую не услышат. Молитва, которой не внемлют. Молитва, которой нет места в этих стенах. Молитва, которая рвет мне душу и заставляет сердце биться. Молитва, адресованная не той и не тому. Латынь надломленным шепотом срывается с сухих губ, тонкие бледные пальцы впиваются в католический крест на шее, такой массивный и неподъемно тяжелый для меня. Прожигающий кожу словно в наказание за порочность. И только так я чувствую, что живу, а не просто существую безликим призраком в этих стенах. Мои руки нежданно—ожидаемо накрывают горячие ладони, и губы трогает улыбка — я ждала тебя, для кого не помеха запертая на тяжелый засов дверь и глухие стены монастыря. Крест выскальзывает из вмиг ослабевших пальцев, с глухим ударом падая на каменный пол. Мое дыхание срывается на судорожный хрип, когда с последним ударом набата ты впиваешься поцелуем—укусом в мою шею, оставляя еще одно лиловое пятно ко всем тем, что уже украшают мое тело. Слезы, не успевая сорваться с ресниц, остаются на твоих губах, и пронзительно—алые глаза против моих. Я задыхаюсь, я погибаю. Ты убиваешь меня каждым прикосновением. … Монастырь горел. Горел четвертый час, щедро облитый зажигательной смесью теми, кто стоял под его стенами, не в силах проникнуть внутрь. Цитадель полыхала, сияла красным заревом на фоне ночного неба, но не сдавалась…… Когда-то давно в старых рукописях я читала о том, как извергаются вулканы, наказывая безбожников — и теперь мне кажется, что сейчас я в самом жерле одного из них. Сильные ладони сковывают мои руки над головой, лишая болезненного удовольствия касаться тебя, опаляя кончики пальцев. Жар скользит вниз по шее, по неистово бьющейся голубой жилке, к плотному черному одеянию, что мгновенно тлеет по твоей воле. Пламя не увечит меня, но оставляет нагой и совершенно беззащитной перед тобой. Робость и смирение все еще бьются с пульсирующей в крови похотью. И окончательно отступают, когда ты касаешься моей груди, безжалостно сжимая нежную кожу ладонью. Захлебываясь твоей демонической страстью, я выгибаюсь всем телом тебе навстречу, откидывая голову на холодную постель. Затуманенный взгляд падает на распятого Христа, и по истерзанным поцелуями губам скользит безумная улыбка. Кажется, только за одну такую улыбку я вечно буду гореть в Чистилище. Забвение наступает раньше, чем всепоглощающее пламя разливается по телу. Только отголоски этой муки все еще держат меня в этом мире. И эти дьявольские глаза, спокойные, но жадные до страсти, мудрые, но безумные. Жаркие, но леденящие душу. Полустон—полукрик умирает на моих губах, я проваливаюсь в небытие, купаясь в собственном бесчестье. ----------------- Мира-сан *покашливает в микрофон*: И сегодня у нас только один вопрос. К тебе, Сакура! *бегло смотрит на своих подопечных, выискивая нужную* Харуно! А ну стоять! Сакура *с тихим «твою ж маааать» отпускает ручку двери*: Ну что еще? Мира-сан *гневно сверкает глазами*: Ко мне! И только попробуй сбежать. *пока Сакура покорно плетется к сцене, зачитывает вопрос с листа* Итак, вопрос от Miss…Katastrofa: » Сакура-сан, а как вы думаете, вы еще встретитесь с Сасори-саном в этой истории? И что вы сделаете, если его встретите?» Сакура *застывает как вкопанная, не доходя до сцены*: Убью. Мира-сан *с опаской*: Кажется, не стоило так в лоб… Кто—нибудь, унесите отсюда Харуно, пока она и правда никого не убила!