Её имя...

      Я пришел домой после разговора с Дитоном о том, что все возвращается на круги своя, о том, что в мире должно быть равновесие. И, как ни странно, я даже улыбался, отвечая ему. Не понимаю, как у меня это получилось, как у меня получилось выдержать все это без неё...       Я устало побрел в свою комнату и без сил опустился на кровать.А заглянув в прикроватную тумбочку, я выудил из её недр небольшой клочок бумаги, где аккуратным почерком было выведено: "Because I love you". Я провел пальцами по тонким буквам и вымученно улыбнулся. Я вспомнил всё наше время, проведённое вместе, все трудности, преодолённые вместе. Я наклонился к тумбочке еще раз и достал из-под книг фотографию её прекрасной улыбки. Я сделал этот снимок в один из тех вечеров, что мы украдкой проводили вместе. Эллисон засмеялась из-за какой-то моей глупой шутки, а я, не теряя момента, достал телефон, чтобы эта улыбка была со мной всегда. Я вгляделся повнимательнее в этот снимок. Глаза Эллисон светились от счастья, вьющиеся локоны каштановых волос лежали на её плечах, а одна непослушная прядь упала ей на глаза, ровный ряд белоснежных зубов ослеплял. Это фото всегда грело мне душу, всегда ощущалось её присутствие рядом, и сейчас я тоже чувствовал на себе её горящий жизнью взгляд.       Мне чертовски не хватало Эллисон.       И этот снимок действительно всегда был при мне, я не выложил его даже тогда, когда мы расстались. В то лето, после расставания, мы не общались, но эта улыбка всегда грела мне душу в моменты, когда я скучал по ней.       Лишь один раз я расстался с этим фото. Я расстался с ним в тот вечер. В тот злополучный вечер, когда я потерял её, когда её прекрасные карие глаза в последний раз взглянули на меня, когда её кожа начала терять румянец. Эллисон умирала на моих руках, когда-то горящий жизнью взгляд медленно потухал, а уже бескровные губы шептали моё имя... От этих воспоминаний мое сердце сжалось, а одинокая слеза скатилась по щеке. Я перевернул фотографию и увидел тот же аккуратный красивый почерк: "С любовью, Эллисон".       Эллисон... Это имя всегда вызывало такое трепетное чувство во мне, по телу всегда пробегали миллионы мурашек, а тепло разливалось по всему телу, скапливаясь теплым комком в сердце. Но сегодня её имя вызывало ещё и нестерпимую боль, душевную боль. Казалось, что она никогда не утихнет и будет всю жизнь преследовать меня. Эллисон была моей первой любовью, она навсегда останется в моем сердце, и я всегда буду любить её. Я не могу подавить в себе чувство того, что я не ответил на ее: "Ты был моей первой любовью,первым человеком, которого я полюбила и которого всегда буду любить. Я люблю тебя, Скотт МакКол". Я бы так хотел ответить ей тем же, ведь я чувствую то же самое. Я так корю себя за то, что не успел. Но в глубине души я понимаю, что она знала, она всё знала...       Пора пришла пора взять себя в руки, ведь нужно двигаться дальше, но я понимаю, что я не могу...Не могу жить дальше с ощущением раны в сердце, которая, увы никогда не заживёт. Но я должен...должен взять себя в руки ради мамы, ради своих друзей и ради этого города.       Я кладу фотографию и записку обратно в тумбочку.Я решаю, что я должен уехать из Бейкон Хиллс на какое-то время, на лето. Я оставляю записку на холодильнике для мамы и еще парочку в своей комнате для Стайлза, Лидии и Киры, собираю в рюкзак немного своих вещей, беру свои сбережения. Я сажусь на мотоцикл и уезжаю прочь из этого места. Я уезжаю из этого города с её именем на устах.