Желание Богов

— Аллен, у меня все тело ломит… — проныл желтоглазый юноша, сидя на ветке огромного дерева. Голова Неа покоилась на плече его горячо любимого братишки, который сидел рядом, завязывая непослушные волосы в низкий хвост. — Сам виноват. — Хоть бы пожалел… — За что тебя жалеть-то? Сам позвал прогуляться. Я предупреждал о шавках Ордена. А ты… — Да-да, помолчи уже… — Неа прикрыл глаза, не желая больше продолжать диалог. — Чего огрызаешься? Вообще, надо благодарными быть, что мы с тобой в одной камере! — Угу… — тихо пролепетал старший. Младший погладил братишку по голове. Сколько они тут уже сидят? Час, два, три? Но одно они знали точно, этот день еще не закончился. Однако рано или поздно придется просыпаться от этого чудного, в какой-то степени, сна. И, когда близнецы уже стали слышать разные звуки и голоса, они поняли, что пора посмотреть на лица тех, кто к ним пожаловал. Аллен первым разлепил глаза, как и было условлено ранее. Он огляделся по сторонам, отмечая, что камера была довольно-таки маленькой даже для одного человека. Пол был выложен камнем, как и все остальное в комнате. Здесь не было даже элементарной соломы, они лежали на голом полу. Ноги парня сковывали цепи, а на левой руке красовалась парочка талисманов, запечатывающих ЧС. Неа тоже был в цепях, однако их было больше. Его руки также были скованны, лишая возможности двигаться. Неудивительно, что тело его брата ломило. Но Уолкера интересовал другой вопрос, как они запечатали способности Неа? Не могли же так просто оставить… — Смотрю, ты очнулся. Аллен резко повернул голову в сторону такого знакомого голоса. На него с некой иронией и усмешкой смотрел юноша с желтыми волосами, заплетенными в низкую косу. За его спиной стояла охрана. Что же, меры предосторожности не помешают… — Хмпф! — достаточно громкой хмыкнул Аллен, отворачиваясь в сторону Неа и прижимая брата к себе покрепче. — Как вижу, говорить ты не собираешься, — Линк развернулся и покинул помещение, закрывая за собой массивную дверь. Чуть позднее Аллен услышал, как он говорил что-то страже. — А я думал, почему тело так ломит… — простонал Неа, пытаясь сесть, но у него мало что получилось. — Лучше скажи, как они твои способности запечатали, — сесть брату младший все же помог. — Не знаю, — но в желтых глазах читалось то, что разговор об этом лучше вести в мыслях, не перед всеми. После этого, они сидели тихо, но общались мысленно. Неа объяснил, что способность перемещаться в чужие тела они запечатать не смогли. Хотя, она же не относилась к тому, что он обладал Темной материей… После пяти минут этой тишины, хотя, может, прошло и больше времени, дверь открылась вновь. Теперь там стоял и Линк и Рувелье. Аллен скорчил угрюмую и злую моську, а Неа удивленно похлопал ресницами. — Как удачно. Он очнулся, — как-то странно это прозвучало. Тон резал слух, говоря, что сейчас кому-то будет плохо. Рувелье кивнул страже, и те вошли в камеру, подходя к близнецам. Отцепив цепи от стены, он потащили Неа куда-то за пределы помещения. Рувелье ушел за стражниками, а Линк остался с Уолкером. — Куда вы его потащили? — отстранено поинтересовался Аллен, звеня цепями. — А сам как думаешь? — Бесполезно. Он вам ничего не скажет, — парень выдохнул, принимая более удачную и удобную позу для сиденья, ведь ноги стали постепенно затекать. А это не самое приятное чувство, поверьте. — Почему ты предал Орден? — Почему? Здесь больше уместен вопрос «зачем». — Тогда перефразирую. Зачем ты предал Орден? — Были на то причины. — Это не ответ. — Я не обязан отвечать тебе, как ты хочешь, — фыркнул юноша, пытаясь отследить, куда же утащили Неа. Но у него мало что получилось. — Обязан. Вернее, у тебя нет выбора. — С чего это? Я вам не раб, чтобы беспрекословно подчиняться приказам. — Ты прав. Твое положение еще хуже. — Не тебе мне приказывать, — Аллен демонстративно сплюнул под ноги Линку, но тот продолжил. — Зачем ты предал Орден? — Ты уже получил ответ. — Он меня не удовлетворил. — Что ж вы такие тупые-то? Или лучше сказать упертые? — Аллен Уолкер! — Че тебе? Я уже очень давно ношу это имя. А вот с фамилией дела обстоят иначе, но не важно. — И все же. — Заколебал! Чес слово! — Аллен замолчал, но под прожигающим взглядом, решил поведать придуманную ложь, хотя она была от части правдой. — Ну, смотри. Орден — сборище полоумных психов. Вы бросайте детей на поле боя, не задумываясь над их чувствами. Дальше. Вы используйте мертвых экзорцистов, дабы создать больше синхронизированных. И вам совсем плевать на уважение к падшим в бою. В третьих, вы создаете полулюдей полуакум. Чем вы теперь отличайтесь от Графа? И поверь, это еще не все! Граф хотя бы заботиться о своей семье, детей на поле боя не посылает. И не говори мне про Мечту Ноя, она не ребенок. Мой брат близнец стал Ноем, а я выбран Чистой силой. Вы стали видеть во мне врага. А что я вам сделал? Ровным счетом ничего. Вы просто стали бояться того, что мой родственник Ной. Тебя устраивает такой ответ? — все это время Аллен загибал пальцы на руке, а на лице было огромное презрение и разочарование. Линк смотрел на парня и не верил своим ушам. А ведь в какой-то степени Уолкер был прав. Но предательство уже было совершено, и сейчас Аллен считался предателем. Увы, о дальнейшей судьбе юноши Говард не знал, и честно не хотел знать, да даже элементарно думать. Орден это так просто не оставит. Но один вопрос все еще не давал ему покоя… — Почему ты не стал Падшим? — Это что, допрос? — Можешь считать и так. — А если я тебе совру, как проверишь? — Это уже буду проверять не я. Но, сейчас я задал вопрос лишь из любопытства. — Тогда я не спешу его утолять, — парень отвернулся от собеседника, а на дальнейшие вопросы отвечал многозначительным молчанием. Линк, поняв, что ничего не добьется, ушел. Аллен просидел в гордом одиночестве часа три. Что Центр мог делать там с Неа, он не понимал. Неа преспокойно мог идти и сам. Да и ему была дана такая возможность, ведь Ноя здесь не боялись, наивно полагая, что его способности запечатаны. Однако, когда они проходили уже раз десятый около одной и той же вазы, он не выдержал и спросил: — Слушайте, а вы тут случаем не заплутали? Или это у вас со вкусом все плохо, что вы покупайте однотипные вазы? Но ответа не было. Парня лишь подтолкнули в спину, приказывая не задавать глупых вопросов и идти вперед. Брюнет лишь фыркнул и пошел дальше. Сколько они уже идут? Неа очень интересовал этот вопрос, но спрашивать он не решился. Нет, пока еще рано выводить их из себя. Времени еще будет предостаточно для таких выходок. И, слава небесам, они остановились около какой-то двери. Она была массивной, даже очень. Но открылась дверь на удивление легко, пропуская внутрь мужика подозрительно напоминающего кого-то. Но Неа не мог вспомнить кого, но точно знал, что видел его вживую или портрет, уж точно. Следом также зашел какой-то охранник и странный человек в плаще. Что же, выбор вариантов развития событий был не велик. Неа «любезно» попросили сесть на стул, что выглядел подозрительно обычным. Руки привязали к ручкам этого самого стула, что не пошевелить. Мужик, которого Неа уже окрестил Усатиком, сел напротив. — Знайте, мне всегда было интересно, как Ватикан проводит свои допросы и, похоже, что я сейчас это испытаю на своей шкуре, — ухмыльнулся парень. В его глазах не было и толики страха, лишь огромное презрение. — Ты смелый, раз смеешь говорить такое, — «контратаковал» Усатик. — Не, до смелости моего братишки мне далеко! Хотя… — парень дельно задумался, пропуская все мимо ушей. А когда на него вылили ведро воды, дабы привлечь внимание, он вспылил. — Вы че вытворяйте?! Я же весь промок! Вот простужусь, заболею и сдохну! Вы здесь явно Ноя лечить не будете! — В догадливости тебе не занимать. Но будь добр сотрудничать с нами, и тогда, возможно, мы подумаем над твоим лечением в случае чего. — Ага, как же. Хотя, вам выгоднее чтобы я был жив. У вас впервые за столько лет появиться подопытный Ной, да еще и живой! — язвительно высказался Неа, прекрасно понимая, что если он продолжит, то лишь сильнее получит. — Если ты не заткнешься, то пеняй на себя, — угрожающе предупредил мужчина. В руках чудика в плаще, давайте назовем его Палачом, недобро блеснуло что-то металлическое. — Злые вы, — проворчал парень, но все же заткнулся. — Итак, приступим к допросу. — Я вам все равно ничего не скажу. Зря время потеряйте. — Это мы еще посмотрим, — Рувелье хищно оскалился. Да-да, именно оскалился, а не улыбнулся. Четырнадцатый нервно сглотнул, опасаясь за свое бренное тельце. Все же, если припомнить времена старой доброй святой инквизиции, то методов для выпутывания нужной им информации у них много. Даже очень. Если бы эта чертова комната не была бы звукоизолирующей, то все здание, где бы они сейчас ни были, содрогнулось бы толи от слишком громкого рыка, толи крика. Но уши у Усатика заложило знатно, а Палач нервно потирал оглохшее правое ухо. Если бы Неа мог, он бы ухмыльнулся, но разодранная левая щека приносила неимоверную боль, даже при простом вдохе. Перед глазами все плыло, и единственное, что хотел сейчас парень, так это потерять сознание или просто испариться, исчезнуть из этого места. — Хм, похоже, мы перестарались. Сейчас он нам точно ничего не скажет, просто из-за того, что не может. Бросьте его туда, откуда взяли, — вяло бросил Рувелье, уходя из комнаты. Сегодня они не получили никакой информации. Но, это же дело легко поправимое, да? Аллен уже успел задремать, но даже сквозь пелену сна, он услышал приближающиеся шаги и навострил уши. Когда шаги стихли за дверью, и послышался звон связки ключей, Уолкер был готов почти ко всему. Но после того, как открылась дверь и ему в руки буквально бросили брата, он, честно говоря, охренел. — Пресвятой огурец, что они там с тобой сделали?! — Аллен действительно забеспокоился о своем брате. — Почему именно огурец? — невесело усмехнулся Неа. Говорить не было ни желания, ни сил. — Не знаю. Просто я, наверное, хочу огурец, — отшутился младший. — Мне так они эту несчастную щеку разодрали, что я даже говорить не могу. Да черт, мне даже дышать больно! — взвыл Неа. Он даже издал какой-то гортанный рык, от которого поежилась охрана за дверью. — Но, шрама же не останется? — Нет. Как только спадет запечатывающий эффект, шрам тут же исчезнет. — А сейчас нам что делать? Я имею в виду твою рану. Тебе ее никто не обработает. Чистой ткани нет. — Ты же джентльмен. Наверняка носишь платок в кармашке, — в тоне послышалась небольшая издевка. — Эй! Но я рад, что ты язвишь. А платок у меня действительно есть. Аллен пошарил во внутреннем кармашке жилетки, доставая оттуда небольшой белый платок. Он был действительно чистым, поэтому стереть хотя бы кровь вполне мог. Аккуратно проведя по щеке брата, Аллен смог стереть еще не присохшую кровь. Когда Уолкер задевал свежую рану, Неа морщился и издавал жалобные звуки. — Бедный… — буквально прошептал младший, насылая всевозможные проклятья на того, кто сотворил с его братом такое. Позже Неа уснул. Правда, его буквально заставил Аллен, не давая иного выбора. И сероглазому мальчишке пришлось сидеть одному в этой камере, дожидаясь, когда к нему придет Линк. А в том, что он придет, Аллен не сомневался. И Говард действительно пришел. Правда, он был какой-то очень взвинченный что ли… — А я думал, что больше не увижу твою рожу, — презрительно фыркнул Аллен. — Эх, неужели я зря принес вам еду? — Издеваешься?! Да из-за вас братишка даже дышать может с трудом! Линк изумленно выгнул бровь, а после увидел, почему Аллен был таким злым. — И я не буду есть то, что бы не принесли сюда. — Ты всегда был упертым, как баран. -… — Ясно все с тобой… Не будешь говорить? — Нет. Но, если ты притащишь сюда что-то, что ускорит заживление тканевых клеток кожи, то я скажу тебе, почему и зачем я предал Орден и Ватикан заодно. Говард серьезно задумался. Все же, его условием было вытягивание любой интересующей его информации из Уолкера. Методы описаны не были. Но ведь сделка тоже метод? — Ладно. Но прежде чем ты ее получишь, расскажешь мне все по порядку. — Если вакцина будет действенной, тогда, пожалуйста. Ты ее сначала на себе проверь. — Уолкер! — Что? Как я могу доверять вам после всего этого? Согласись, мне нет смысла усугублять наше с Неа положение. Расскажем правду, авось аукнется. Но вкалывать своему брату что попало я не собираюсь. Так что, выбирай тщательно, усек? — Аллен говорил очень грозно и надменно, для своего то положения. — По рукам. Жди меня через полчаса. — Поверь, я ни куда не денусь! — Аллен демонстративно погремел цепями, а после Линк буквально выбежал за дверь, захлопывая оную. Уолкер, после ухода надоеды, выдохнул с облегчением. Что же, ближайшее время обещает быть очень интересным или же скучным… Честно, близнецы были без понятия сколько уже прошло времени. В такой малюсенькой камере потерять счет времени было очень легко. Линк послушно выполнял требования Аллена, но тот взамен что-то да говорил, рассказывал. Страдал здесь лишь один Неа, которого уже замучали окончательно и бесповоротно. Он постоянно спал или околачивался в теле Аллена, что позволял это. В общем, веселые деньки, ничего не скажешь. — Аллен, мне это уже надоело! — взвыл Неа. — И что же ты предлагаешь? — Не знаю. — А кто знать-то должен? — Ну… давай сбежим отсюда! — Как ты собрался это сделать, если наши способности запечатаны? Не знаю как у тебя, но я лично не смогу сам выбраться из этих талисманов. А ты сейчас не в самом нормальном состоянии. Так что, это провальная идея. — Бу-у-у, ну, этот песик же выполняет твои прихоти? — Он нас не отпустит уж точно! Пораскинь мозгами! Ах да, у тебя же их нет. Прости, забыл. — Аллен! Я не это имел в виду! Попроси, чтобы нас в другую камеру хотя бы перевели, а то здесь уж совсем как-то… — М-м-м, дельная мысль. А там уже и планы можно строить. — Угу. Толи близнецам повезло, толи еще что, но буквально через минут десять дверь открылась, и в камеру прошел Линк. Он был не в своем обычном наряде, а в каком-то красном. Такие вроде Вороны носят. — Чего опять приперся? — начал диалог Аллен. — А ты как думаешь? — Ну, явно не поговорить. — Ты прав. Я здесь по делу. — Выкладывай. Делать мне все равно нечего, так что… — Ты являешься очень ценным экзорцистом… — Э? А я думал, что вы меня уже таковым не считайте. — Не перебивай, пожалуйста. — Ла-а-адно. — Кхм, если говорить коротко и по делу, то Верхушка может дать тебе еще один шанс… — Ага, но условия для этого шанса просто офигеть какие завышенные! — Нет. Тебе всего лишь нужно рассказать все, что ты знаешь о Чистой силе, о Сердце и о Ноях. — Зная их, это еще не все. Они сначала выслушают все, а потом скажут, что надо что-то сделать. Например, Тысячелетнего убить в одиночку, — раздраженно фыркнул парень. — Вряд ли они будут так поступать. — Мой ответ все равно нет. — А если подумать? — А если подумать, то сделайте условия нашего существования лучше, тогда и подумаю. — Что ты имеешь в виду? — Ты тупой или да? Я говорю, в камеру нас побольше перекиньте. — Я переговорю с начальством. — Ага, дерзай, — парень отвернулся и, по всей видимости, уснул. Линк ушел к Рувелье, передать слова Уолкера. И он был уверен, что условия бывшего экзорциста непременно будут выполнены… Аллен проснулся из-за того, что кто-то настырно тормошил его. Открыв правый глаз, он заметил Неа, что пытался разбудить брата уже очень давно. — Чего тебе? Дай поспать… — Аллен, проснись же ты! — Четырнадцатый явно не выдержал и треснул парня по голове. — Ай! Ты че творишь?! — Оглянись. И Аллен послушно осмотрелся. Сейчас они были не в той коморочке, а в огромной камере. Что же, уже лучше, хоть походить можно. Парень встал, разминая затекшие конечности. — У-у-ва-а! Все же, как приятно встать после долго ничего неделанья! — Угу. Тут хоть походить можно. — Согласен. Мне тут, кстати, предложили вернуться к работе экзорциста… — А какие условия? — Рассказать все, что я знаю. И наверняка они что-то еще не договаривают. — Не доверяй им. — И не собирался. Только вот, что-то меня тревожит… — М? — Я не помню, говорил тебе или нет, но у меня иногда до жути чешется левая рука… — Что ты хочешь этим сказать? — Чистой силе что-то не нравится. А я понятия не имею, что именно! — Уоклер уже во всю чесал руку. — Хм-м-м, тут я тебе не помогу. — Да знаю я… Просто, не нравиться мне все это… После этого небольшого диалога, близнецы задумались о своем и больше не общались. Неа думал о своей семье, что наверняка уже стала беспокоиться его отсутствием. Аллен думал о своей ЧС и плане побега отсюда. Позже, они оба уснули. Неа проснулся от того, что на него кто-то пристально смотрел. Незаметно открыв глаза, он увидел Линка, что сидел на стуле. Откуда здесь взялся стул, он не понял, но решил забить. — Чего дырку во мне прожигаешь? — парень поднялся на локтях. Линк чертыхнулся со стула под тихий хохот Ноя. — Моя обязанность наблюдать за вами, — Говард сел обратно. — Да ты что. Мог бы делать это менее… — Менее? — Заткнись, не могу слово подобрать. Ай, ладно. Тебе опять что-то надо от Аллена? Разбудить? — Нет. Пусть спит. Я могу спросить то, что мне нужно и у тебя. — Да? И что же? — Неа уселся поудобнее. — Как мне известно, во время сражения в Ковчеге, ты сказал, что в Уолкере живет частица Ноя. Это правда? — Чистая. Мне кажется, что изначально мы должны были стать Узами Ноя, но из-за Чистой силы, этого не произошло. Во мне-то гены пробудились, а в нем нет. — Интересно… — Ага, о-о-очень. — Вы чего тут шумите? — сонно протянул Аллен, потирая свои глаза. — О, проснулся. — Да ты что! А то я не понял, — едко ответил младший, а после заметил Линка. — О! — Чего? — спросил Линк. — Ничего. — Какой у вас продуктивный диалог! Я прямо так много полезной информации выудил! — вмешался Неа. — Ты еще моих диалогов с БаКандой не слышал. — Расскажи! — Да там и рассказывать нечего. Увиделись, хрясь по роже и разошлись. — Действительно… суперский диалог! — Кхм, кхм. Я как бы все еще здесь, — Говард напомнил о своем существовании. — Я привык считать тебя мебелью, — Уолкер повел плечами, что выводило Линка из себя. — Ну знаешь ли… Вдруг дверь противненько скрипнула. Все обернулись на этот звук и увидели незнакомого мужчину. По крайне мере, его не знали братья, но Линку он был очень даже знаком. — Кардинал? Что случилось, раз вы сами сюда пришли? — Линк подскочил с места, направляясь к мужчине. Аллен, почувствовав опасность, отскочил в самый дальний угол комнаты. Неа проводил его удивленным взглядом. А позже это заметил и Линк. — Аллен, ты чего? — Неа подбежал к брату, замечая, какой страх сейчас был на лице Уолкера. — Что… Что ты такое?! — нервно, почти что истерически, выкрикнул Аллен, дрожащей рукой указывая на ухмыляющегося кардинала…