take it off

      В окно били сильные капли дождя, будто мечтая пробраться в теплую квартиру с холодным оттенком стен. Подойдя к окну шатен мог увидеть весь город, но его взгляд всегда был устремлен вниз. Он смотрел на машины, стоящие в пробках не первый час, на людей, что шли быстрым шагом по тротуару, пытаясь скорее спрятаться от ливня, что так беспощадно хлестал по их лицам. И всегда были люди, которые продолжали идти спокойным шагом и, кажется, даже наслаждались этим, что было совершенно непонятно для него.       Отойдя от окна, он аккуратно сел за стол и открыл крышку ноутбука. Ему тут же был предоставлен поисковик, парень начал вводить: «Гарри Стайлс». Иногда он любил читать новости о себе. В какой-то степени это даже смешно, всегда узнаешь много нового о себе, а иногда просто вспоминаешь забытое.       Через секунду перед ним появилось огромное множество статей, фотографий и сокращенная версия биографии. Парень быстро прошелся глазами по сайтам. Почти все начинались одинаково: «Гарри Стайлс и Кендалл Дженнер покидают клуб», «Миранда Керр бросила Эвана Шпигеля ради Гарри Стайлса?», «Лотти Мосс и Гарри Стайлс проводят ночи вместе?», «Австралийка Фернанда Ли и британец Гарри Стайлс. Надолго ли эти отношения?». Все эти статьи звучали смешно. Шатен никогда не стал бы встречаться ни с одной из этих девушек. Дело было не в них, дело было в нем. Он не хотел отношений. Некоторые девушки это понимали и спокойно принимали, а некоторые, как Белла Хадид, устраивали скандалы и даже пытались привлечь к этому СМИ. Конечно, парню не было никакого дела до всех этих разборок. Это только привлекало к нему еще больше внимания, которое он безгранично любил, но порой уставал.       Глаза парня остановились на одной ссылке, и он тут же поспешил открыть статью. «Ожидаемый разгром студии. Луи Томлинсон и Гарри Стайлс будут участвовать в совместной фотосессии. Съемка пройдет двадцать четвертого декабря. Говорят, что в фотосессии также примет участие Фернанда Ли. Louis Vuitton, Gucci и Vivien Westwood собираются использовать новогоднюю тематику для презентации зимней коллекции, но сможет ли модель Vivien Westwood дождаться конца и не выдрать длинные волосы парню в Gucci?»       Дочитав статью, Гарри громко захлопнул ноутбук и схватил телефон. В контактах он начал искать номер менеджера. Нажав на кнопку «вызов», парень стал слушать раздражающие гудки. Один, два, три. Каждый следующий доводил до грани и шатен уже собирался бросить телефон в стену, когда в трубке раздался голос: — Гарри? Ты сейчас немного не… — У нас будет фотосессия? Лиам, у нас будет фотосессия с этим мудаком в рубашке с птичками? Почему ты, блять, не сказал? — Я собирался сказать завтра. Фотосессия только через неделю, зачем так реагировать? — раздался усталый голос. — Потому что я не буду стоять с этим ебланом рядом. Даже близко к нему не подойду! — Хорошо, между вами встанет Фернанда. Доволен? — Нет. Почему именно Vivien Westwood? Почему они не могли взять кого-то другого? — Слушай, Гарри, я не знаю. Твое дело — встать и сфотографироваться. Забудь ты уже об этом Томлинсоне. Эта вражда между вами еще с начала карьеры. Сколько можно? Ты забыл, что было на показе в Париже? — Он сам меня провоцирует. — Портить модели внешность никогда не было хорошим вариантом. Ты помнишь, сколько об этом потом говорили. — Если ему заклеить рот скотчем, то все только счастливы будут, — буркнул кудрявый. — В общем, мне плевать. Фотосессия через неделю и ты будешь там, он будет там, вы встанете и сделаете чертовы фотографии, ясно?       Гарри разозлился и вместо ответа завершил разговор броском телефона в стену. Он ненавидел этого Томлинсона. Они попали в мир моды в одно время, так что с самого начала являлись конкурентами. Один должен был уничтожить другого, чтобы выжить, но как-то так получилось, что работать остались оба, а вражда никуда не исчезла. Как только парни встречаются где-то — в основном на показах — ожидать можно лишь наихудшее. Мальчишка одетый в Vivien Westwood постоянно пытается как-то задеть длинноволосого парня. Провоцировать Гарри долго не приходится. Так и было на показе в Париже.       Как только Луи заметил перед собой длинные кудри, то наклонился и начал шептать: — И кто это у нас тут? А косички заплести не успел? — Иди нахуй. — Ох, как грубо, — он схватил парня за волосы и резко потянул так, что его губы оказались прямо у уха Стайлса. — Это ты будешь говорить только тем мальчишками, которые решатся тебе дать. Думаю, таких немного, но все же. Ты только посмотри на свои толстые широкие бедра. Аж смотреть тошно. Как Gucci тебя вообще в модели взяли, пидорок?       Эти слова стали для шатена пределом. Как только тот отпустил его волосы, он резко развернулся, перешагнул через сидение и последнее, что увидели его глаза, был страх, окутавший лицо Луи. Дальнейшие действия были словно в тумане. Гарри избивал его, не собираясь останавливаться, но кудрявого с силой оттащил Лиам и увел с мероприятия.       Томлинсон больше месяца не участвовал ни в каких показах и фотосессиях. Над бровью у него есть маленький шрам, который он заставляет скрывать всеми возможными способами, так что никто и не смог его заметить до сих пор. После показа Гарри не встречал Луи, да и не особо желал этого. Он не чувствовал вины, хоть и знал, что мог сломать ему карьеру в одну минуту.       Тяжело вздохнув, Гарри зашагал в сторону ванной. Зайдя в комнату, он сразу же опустился на пол и прижался спиной к стене. Только здесь он мог спокойно думать. Ванная комната всегда была самым спокойным местом в квартире. Было прохладно, свободно и твои мысли приводились в порядок, ты мог все расставить по полочкам и спокойно думать. Но над этой ситуацией Гарри не мог спокойно думать. Он даже не мог представить, как ему проводить несколько часов рядом с этим мелким гномом. Луи был действительно маленького роста, но некоторые дома моды буквально на коленях умоляли его поучаствовать в том или ином показе. Гарри раздражало это. Его раздражал Луи.

***

      Двадцать четвертое декабря — самый ужасный день в этом году. Нехотя, Гарри поднялся с кровати, как только будильник зазвонил. Электронные часы показывали пять тридцать утра, и Гарри промычал что-то невнятное в подушку. Фотосессия начиналась в семь, но парню нужно было привести себя в порядок и доехать до студии.       Первым делом он направился в душ, дальше раковина с пастой и щеткой, после бритва, затем волосы и, конечно, одежда. За одну неделю ливень сменился снегопадом, а воздух стал в разы холоднее. Достав обычный синий свитер с глубоким V-образным вырезом, парень натянул его на себя, после чего выбрал черные узкие брюки с ботинками. На верхней полке шкафа стояли коробки, встав на носочки, Гарри достал самую большую. В ней находилось серое шерстяное пальто от Brunello Cucinelli. Кудрявый получил его после очередного показа в Италии.       Встав у зеркала, парень начал оценивать свой вид. Пальто доходило до середины бедра, вырез мысом Гарри решил прикрыть белым шарфом, шапку он решил все же не надевать. Уже через несколько минут Лиам написал ему сообщение, в котором говорил спускаться. Кудрявый натянул перчатки и вышел из квартиры.       Машина неслась по темным снежным улицам Лондона. Людей почти не было. Иногда можно было заметить группы из пяти-шести человек, покидающих очередной клуб. Бывают дни, когда и Гарри в семь утра покидает клубы с друзьями, но очень редко. Чаще всего его походы в клуб заканчиваются тем, что он просыпается с очередной девушкой или парнем. Уходит он раньше, чем партнер просыпается, но иногда его может разбудить завтрак в постель, что всегда неловко, ибо после этого два варианта событий, один из которых, конечно, скандал, другой же, более приятный, когда они спокойно расходятся друзьями.       Темный Maserati остановился у высокого здания. Кудрявый вылез из машины и на его кудри тут же опустилось несколько снежинок, будто тут было их законное место. Лиам прошел мимо Гарри, давая понять, чтобы тот следовал за ним. Поднявшись на двадцать седьмой этаж, шатен увидел студию. Фотографы, стилисты, визажисты. Только он успел войти, как его схватила какая-то девушка с длинными светлыми волосами и повела к зеркалу. — Элисон, — представила она себя, — У нас совершенно нет времени. Я буду твоим визажистом, — протороторила девушка, раскладывая вещи на столике. — Гарри, — представился он и слегка улыбнулся, — Мы опаздываем? — Студия уже почти готова, и фотографы собираются начать раньше, но модель от Vivienne Westwood еще не прибыл, говорят, у него сегодня День Рождения, — Элисон нанесла немного крема, — Фернанда очень красивая девушка, — вдруг сказала она, — Ты знаком с ней лично? — Да, мы пересекались пару раз, — девушка неоднозначно хмыкнула и начала наносить тональный крем, — Что? — Думаю, ты спал с ней, — улыбнулась блондинка, водя кисточкой по щекам парня, — Закрой глаза. — Это не важно, — отмахнулся он. — Потому что это было на один раз? Так вот ты какой, Гарри Стайлс, — усмехнулась она. — Чего ты добиваешься? — парень тоже улыбнулся, — Да, скажу по секрету, я тот еще бабник, трахаю все, что вижу, — смеясь, добавил он. — Тогда буду держаться вне поля твоего зрения. — Многое упускаешь. — Не сомневаюсь. — Я пришел, — раздалось эхом в студии. Гарри открыл глаза и увидел в дверях Томлинсона и его менеджера. Кажется, его звали Зейн, но парень не был уверен.       На парне была серая рубашка со слабым оттенком сиреневого из хлопка от Vivien Westwood. По всей ткани распласталось множество птиц. На ногах узкие черные джинсы, что, конечно же, акцентировали внимание на его упругой заднице, которой Луи уделял уж слишком много своего времени.       Парень улыбнулся и вокруг голубых глаз появились морщинки. Были времена, когда Гарри допускал мысль о том, что Луи привлекателен, но потом он получал отвращение на самого же себя за подобные мысли. Луи Томлинсон не может быть привлекательным. Луи Томлинсон — низкий нахальный мудак.       Девушка с короткими темными волосами взяла его за руку и потащила в ту сторону, где уже сидел Гарри. Она посадила его за соседний столик, и тогда до парня дошло, что они будут делить гримерку. Не успел он начать, возникать, как Элисон снова подала голос. — А что насчет парней? — спросила она, нанося пудру. — А что с ними? — недоумевал кудрявый. — Я читала где-то, что ты бисексуал, — старалась более корректно выразить свои мысли она, потому что Гарри знал, о какой статье она говорила. The Sun не пожалели отдать целый разворот на статью, в которой говорилось о его связях с мужчинами в очень грубой форме и с несколькими фотографиями. Шатену тогда было тяжело выпутываться из этой ситуации, говоря, что это фотошоп. — Нет, только девушки. Парни не привлекают, — пытался звучать более уверенно он. Слева от себя парень услышал тихий смешок. — Ну, конечно, — последовал после смешка немного хриплый голос.       Гарри закатил глаза и решил проигнорировать парня, но тот вдруг снова засмеялся, а визажистка недовольно нахмурилась. Кудрявый перевел взгляд на сидящего рядом с ним парня, чью челку пытались немного поднять. — Простите, просто пытаюсь представить этого пидора с девушкой, — Томлинсон снова прыснул от смеха. Кудрявый лишь закатил глаза. — Успокойся, мудак, ты знаешь сколько слухов о твоей ориентации гуляет? — недовольно выпалил кудрявый. Тот тут же перестал смеяться и перевел взгляд на него. — Стайлс, ты, видимо, часто читаешь обо мне? — ухмыльнулся он и отвернулся. Щеки парня вспыхнули, а брови нахмурились. Он ненавидел этого парня.       Через полчаса визажисты закончили и пришли стилистки. Они подобрали одежду и отдали ее парням. Тогда наступила неловкая тишина, потому что переодеваться парни друг перед другом не собирались. Гарри скептически смотрел на Луи, а Томлинсон продолжал угрюмо пялиться в ответ. — Плевать, — сдался он первый и начал расстегивать рубашку. Кудрявый нахмурился. Он не собирался вести себя, как стеснительный подросток и быстро стянул с себя свитер.       Томлинсон был настолько увлечен пуговицами собственной рубашки, что даже не заметил полураздетого парня, разгуливающего по комнате. Когда же он полностью расстегнул эту злосчастную рубашку и поднял глаза на кудрявого, то затаил дыхание. Парень стоял и перебирал в руках свитер от Gucci, который получил несколько минут назад. На его молочной коже оказалось несколько татуировок, о существовании которых Томлинсон даже не подозревал. Руки парня были хорошо накачены, все восемь кубиков пресса были отлично видны, грудь подкачена. Парень понял, что не мог оторвать взгляд от тела модели и невольно сглотнул. — На что ты пялишься? — недовольно спросил кудрявый, натягивая черный свитер. Этот голос тут же вытянул парня из раздумий. — У тебя четыре соска что ли? — выкрутился тот, когда заметил два странных пятна на торсе. — Да, у тебя проблемы с этим? — огрызнулся тот и начал снимать брюки. — Мне плевать, — закатил он глаза и взял в руки свитшот, который ему оставили.       Надев свитшот, Луи уже начал расстегивать джинсы, как его глаза запечатлели Стайлса, что в одних боксерах наклонился к полу, чтобы поднять брюки. Упругие ягодицы были обтянуты черной тканью, а Томлинсону от чего-то захотелось подойти и сжать одну из них.       Сжать одну, шлепнуть по другой, чтобы услышать хриплый стон, а потом раздвинуть их и провести языком вдоль тугого колечка мышц.       От подобных мыслей член в штанах начал твердеть, и Томлинсон уже готов был ударить себя по лицу, но это не помогло бы. Гарри развернулся к нему лицом, и только Луи собирался отбросить какой-нибудь грубый комментарий, как Стайлс медленно облизал губу и прикусил. — Э-э, — сдавленно выдохнул голубоглазый, — Мне нужно в туалет, — быстро выпалил он и вышел.       Парень долго искал нужную дверь, а член ныл, как никогда раньше. Найдя заветную дверь, он вбежал в комнату и тут же закрыл дверь на ключ. Он облокотился руками на раковину и посмотрел в зеркало, что висело над краном. — Ты не будешь делать этого, — строго сказал он, смотря на отражение, — Ты, блять, не будешь делать этого, — запретил он, а в его голове снова возникли картинки с обнаженным Стайлсом, — К черту все.       Он прислонился к стене, что была за ним и стянул джинсы до колен. Член действительно был красным, и Томлинсон мог почувствовать сбивчивый пульс.       Сначала он медленно и вяло провел рукой, но уже это отозвалось мурашками по телу. Он прикрыл глаза и продолжал водить рукой. Голубоглазый начал представлять, как пухлые губы кудрявого обхватывают его член, как сильно он втягивает щеки, как невинно он при этом будет смотреть на него. Он представил, что запускает руку в его непослушные каштановые кудри. — Давай же! — повторял Луи сквозь зубы, ускоряя темп.       Второй рукой Томлинсон огладил правую ягодицу, а затем сильно шлепнул по ней, за чем последовал громкий стон. Его пальцы начали приближаться к кольцу мышц, и он слегка надавил на него. — Боже, блять, — Парень чуть ли не задохнулся, говоря всего лишь два слова. Продолжая водить ладонью по члену, он вошел в себя одним пальцем и облегченно выдохнул. — Нравится? — послышался хриплый голос, но он знал, что это лишь плод его воображения. Томлинсон закусил губу. — Еще, пожалуйста, еще, — тихо выговорил он и добавил второй палец. Случайно задев простату, он чуть ли не закричал, — Продолжай, Стайлс, продолжай, — умолял он, быстро двигая двумя пальцами, задевая простату все чаще и чаще. Тогда он развел пальцы словно ножницы. — Такой красивый, такой горячий, мокрый, — повторял голос, снова беря в рот член прямо до основания. Томлинсон представил, как собирает в кулак копну волос и тянет их так сильно, что шатен стонет во весь голос, — Кончи, пожалуйста. Кончи для меня. Я хочу, чтобы ты кончил, Луи. Боже, я так хочу, чтобы ты кончил. Хочу проглотить каждую каплю, — отчаянно стонал хриплый голос, и Томлинсону хватило еще несколько секунд перед тем, как кончить с именем Гарри на губах. — Луи? Луи, ты в порядке? — послышался стук и тот самый хриплый голос. — Стайлс, — начал он и даже не смог узнать свой голос. Он прокашлялся, — Это туалет, я не утону в унитазе. Дайте мне еще минуту, — услышав отдаляющиеся шаги, голубоглазый облегченно вздохнул и посмотрел на себя в зеркало.       В отражение напротив Луи увидел раскрасневшиеся щеки и искусанные губы. Одна рука была испачкана в сперме, а вторая все еще находилась в его заднице. Он быстро вытащил ее и подошел к раковине. Выдавив немного геля на руки, парень начал интенсивно растирать его по ладоням. — Что это, блять, только что было? — задал он сам себе вопрос, — Я дрочил, думая о парне? О Стайлсе? Я вставил в себя пальцы? Я, блять, вставил в себя пальцы, представляя член Гарри. Я кончил с его именем. Что за хуйня? С Днем Рождения, блять.       Натянув штаны, парень вышел из туалета. Он попросил у стилистки трусы. К счастью, у нее была одна пара. Парень быстро сменил белье и надел одежду. Через несколько минут он уже присоединился к съемочному процессу. — Наконец-то, где тебя носит? — нервно спросил фотограф. — Прости, Марко, живот прихватило, — Томлинсон услышал тихий смешок за спиной, обернулся и увидел самодовольную улыбку Стайлса. Он не мог. Он, блять, не мог подслушать. Нет. — Что-то смешное? Может, поделишься? — съязвил он. Кудрявый наклонился к его уху. — Ты точно хочешь, чтобы я рассказал о том, как ты мастурбировал в туалете? Хочешь, чтобы я рассказал, кто стал тому причиной? — прошептал он, слегка касаясь губами уха. — Это ничего не значило, — напрягся Луи. — Мы начнем сегодня или еще годик подождем? — подал голос Марко, — Итак, по отдельности мы сфотографировали уже всех, кроме тебя, Луи. Иди сюда, — Марко указал на место перед камерой.       Первые пятнадцать минут фотосессии прошли именно так. Томлинсон стоял прямо, иногда поворачиваясь в разные стороны, демонстрируя синий свитшот. После принесли диван и Марко сказал Луи и Гарри сесть на него, а Фернанаде лечь на их ноги. — Так, отлично, Гарри, положи руку ей на бедро, — Стайлс опустил ладонь, — Луи, а ты переплети с ней пальцы. Фернанда, ты смотри Луи прямо в глаза, — девушка кивнула.       После последовало множество вспышек фотоаппарата. Парни спокойно сидели, пока Томлинсон не почувствовал руку, скользящую по его бедру. Опустив взгляд, он увидел огромную ладонь, что приближалась к его паху, а как только добралась, то слегка сжала его. — Кхм, так, все. Давайте менять позу, — резко вскочил он, и Фернанда упала на пол, — Прости, — начал извиняться он и подал ей руку, пока Гарри откровенно смеялся за его спиной. — Ладно, так, Гарри, встань, — кудрявый послушно поднялся с дивана, — Фернанда, прижмись к Гарри спиной, — розоволосая девушка послушно прижалась, — Луи, а теперь ты прижмись к Фернанде.       И только Марко поднес фотоаппарат к лицу, как тут же его опустил и тяжело вздохнул. Он потер переносицу и начал пристально наблюдать, изучать. Понятно было, что фотограф искал ошибку. — Нет, так мне не нравится. Луи, поменяйся с Фернандой местами. — Но… — Луи, у нас нет времени, — быстро перебил его он, и Томлинсон встал позади Фернанды, — Ближе, — скомандовал он, и Луи прижался спиной к Гарри, — Еще ближе, Луи, — Марко подошел и толкнул голубоглазого назад. Парень почувствовал, как пах кудрявого упирается ему в задницу, — Отлично, — мужчина вернулся на свое место и начал делать снимки.       Волосы Гарри слегка щекотали его шею, но он старался не обращать на это внимание, а вот игнорировать его горячее дыхание на изгибе шеи Луи не смог. После очередного ожога Томлинсон вздохнул и краем глаза заметил, как тот улыбнулся. — Прекрати, — шепнул грозно он, — Я знаю, что ты делаешь. Я по факту натурал. — Ты же понимаешь, что более гейской фразы просто не существует? — не двигаясь, прошептал тот в ответ. — Иди нахуй. — А вот с этим проблемка. Я обычно сверху, — улыбнулся Гарри. — Мне плевать, — огрызнулся голубоглазый, вспоминая, как трахал себя пальцами, думая о кудрявом.       Предположив, что беседа закончена, Луи стал позировать, но тут его всего передернуло, когда Гарри начал слегка покачиваться на месте. Его пах бесстыдно терся о задницу Томлинсона. Ткань брюк была настолько тонкой, что парень смог ощутить примерный размер Стайлса. — Так, ладно, часовой перерыв, — крикнул Марко, и все начали расходиться. Томлинсон побежал в гримерку, Гарри пошел за ним. — Что ты, мать твою, делаешь? — крикнул голубоглазый, когда шатен захлопнул дверь. — У нас фотосессия и я позирую, — спокойно ответил тот и пошел к своему столу. — Нет, ты, блять, провоцируешь меня на то, чего никогда не будет, — опять крикнул Томлинсон. Его раздражало то, что он разговаривает со спиной, поэтому он подбежал и развернул Стайлса к себе лицом, — Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю.       Кудрявый откусил яблоко, которое оказалось слишком сочным, так что его сок начал стекать с его губ. Томлинсон перевел взгляд с его холодных зеленых глаз, на пухлые влажные губы. — Да пошло оно все, — он вырвал у Стайлса из рук яблоко и выбросил его. Не успел тот возразить, как Луи начал стягивать с него свитер, — Всю фотосессию мечтал это сделать.       Голубоглазый впился губами в грудь Гарри, медленно спускаясь к соскам. Прижимая двумя руками парня к себе, он начал лизать его сосок. После легкого укуса он услышал мелодичный стон и его член дернулся в брюках. Луи отпустил темный сосок парня и опустился поцелуями к его животу. Он толкнул кудрявого так, что тот оказался на краю столика. Выбросив все бутылочки, стоявшие там, он полностью усадил шатена на столе. — Я все еще натурал, — сквозь поцелуй проговорил Томлинсон, — Просто у тебя охуенное тело и, кажется, большой член, — парень задержал дыхание, осознавая всю ситуацию. Он собирается трахаться в гримерке с парнем, которого ненавидел последние четыре года. — А еще я охуенно отсасываю, — задыхаясь, проинформировал тот. После этого Луи было абсолютно плевать, где и с кем он собирается трахаться. — Докажи, — дерзко ответил тот, прикусывая кожу на его животе, тогда Гарри поднял его за бедра, встал со стола, развернулся и усадил на него Луи. Он одним движением стянул с него брюки, — Часто это делаешь, да, Стайлс? — Даже чаще, чем ты можешь себе представить, — ухмыльнулся тот и начал целовать внутреннюю часть его бедра, поглаживая эрекцию через ткань. Тишину в комнате прерывали мягкие стоны Томлинсона. Гарри запустил руку под резинку его трусов и стянул их вниз, оставляя на полу.       Кудрявый аккуратно коснулся губами его головки, и Луи облегченно выдохнул. Тот начал брать в рот весь член, а свободной рукой перебирать яички. Дыхание голубоглазого было порывистым, а каждый новый выдох отдавался дрожью. — Блять, Гарри, черт возьми, — Луи не мог сформулировать предложение, он просто продолжал выдыхать что-то невнятное, — Блять.       Стайлс втянул скулы и совсем слегка прикусил член. — О Боже, Гарри, блять, я же скоро кончу, — Томлинсон запустил руку в волосы кудрявого и начал трахать его рот. Тот был не против, кажется, ему это даже нравится. Когда его нос достиг живота Луи, он понял что еще пара толчков и он кончит. Его член упирался в горло парня, которое он так беспощадно сжимал. На всю комнату разносилось невнятное мычание голубоглазого. Парень сильно потянул волосы Гарри и вновь насадил его на свой член, после чего кончил с тяжелым стоном.       Стайлс тут же все проглотил и поднялся с колен. С его губ свисала тонкая ниточка спермы, которая уже прижалась к щеке и подбородку. Луи притянул Гарри за заднюю часть шеи к себе и слизал эту нить. — Ты невероятно вкусный, Томлинсон. — А ты и правда охуенно делаешь минеты, я даже слова сказать не смог, — начал расхваливать его Луи. — Я собираюсь трахнуть твою задницу. Я хочу, чтобы ты узнал, что такое простата, — прошептал тот. — Я уже знаю, что такое простата, — огрызнулся голубоглазый и тут же пожалел о своих словах. — Я у тебя не первый? — нахмурился шатен. — В этой ситуации я лучше солгу, — улыбнулся Луи, тогда Гарри сжал горло парня и прижал его к зеркалу. — Скажи мне, Томлинсон, — кусая его ухо, прошипел тот. — Я… — начал он, задыхаясь, — Я трахал себя пальцами, представляя тебя, — выпалил тот, — Но это было один раз, так что не сильно радуйся, — пригрозил голубоглазый. — Какой плохой мальчик, — Гарри начал медленно раздвигать его ноги, — Твоя мама знает, куда ты лазаешь своими пальчиками? — прошептал Стайлс, — Знает ли твоя мама о всех непристойных мыслях, что попадают в твою голову? — продолжал он, — Знает ли мамочка о том, как ее сынок запирается в туалете, мастурбируя на парня, — кудрявый проник пальцем в Луи и тот вздрогнул от неожиданности, — Знает ли мамочка, как ее сынок извивается на чужих пальцах, — Гарри начал быстро двигать пальцем внутри, после чего добавил второй, — Знает ли мамочка о том, что ее малыша будут жестко трахать на столе, а затем у стены. — Малыш-то не против скорее перейти к этой части, — хрипло произнес Томлинсон, когда почувствовал в себе третий палец. — А малыш потянет? — спросил зеленоглазый с вызовом. — Малыш не уверен, что одну кудрявую сучку хватит на два раза.       Гарри стянул Луи со стола, развернул спиной и прижал животом к твердой поверхности. Он прислонил член ко входу и вошел одной головкой. Луи так сильно был зациклен на пальцах Гарри тогда, что даже не заметил, как тот уже растер лубрикант по органу.       Протянув вперед руку, он вжался пальцами в плечо парня и медленно вошел до самого основания. Все мышцы Томлинсона напряглись. Все-таки пальцы значительно отличались от «дружка» Стайлса. Парень чувствовал будто его разрывали на мелкие кусочки. — Все еще думаешь, что потянешь? — усмехнулся шатен и задел простату. — Блять, стой, не меняй угол. Трахай меня так, — приказал голубоглазый, за что получил шлепок по ягодице. — Я смотрю, ты доминируешь, даже когда в твоей заднице чей-то член, — с губ кудрявого слетел смешок. — В моей заднице они хотя бы не так часто бывают, — огрызнулся Томлинсон, но не смог сдержать очередной стон.       Гарри плавно двигался в нем, сжимая руками его плечи, он начал набирать темп. Одна рука Стайлса переместились с плеча на подбородок. Он схватил его и заставил Луи поднять голову, тогда тот встретился со своим отражением в зеркале. — Посмотри, какой ты. Твое лицо напряжено, губы приоткрыты и с них слетает огромное количество самых развратных стонов, которые я только слышал. Твои волосы растрепаны, потому что я тянул за них, ведь это заставляет стонать тебя в разы громче, в твоих глазах похоть, на шее засосы и укусы, а тело качается вперед-назад, потому что я тебя трахаю. Ты видишь это? — сквозь зубы спросил тот. — Да, я вижу. И это чертовски возбуждает, я могу кончить, смотря как ты толкаешься в меня, как твоя накаченная грудь поднимается вверх, как твои волосы постепенно еще больше кудрявятся от пота, как ты кусаешь губы чуть ли не до крови, чтобы не кончить раньше времени. Я бы снял это на видео, чтобы потом пересматривать и дрочить при любой возможности, ох, — с его губ слетел новый стон. — Посмотри, какой ты натурал, — прошипел зеленоглазый. — Кончи, пожалуйста, я желаю чтобы ты кончил в меня. Я желаю почувствовать тебя, полностью заполняющего меня, — простонал Томлинсон.       Еще пара толчков и Гарри с гортанным стоном излился прямо в Луи, последний кончил следом, но кудрявый не спешил выходить из него. Да и Томлинсон не хотел этого, тогда у него появилась идея. Он выпрямился и начал толкать зеленоглазого назад, парень, не ожидавший такого напора, попятился, пока не упал в кресло. Луи сел сверху, расставив ноги по обе стороны от него. — Хочу оседлать тебя, надеюсь, что моя мамочка никогда не узнает об этом, — прикусив губу, заявил он. — Можно я… забудь, — отмахнулся Стайлс. — Гарри? — Неважно, — он отвернулся, тогда голубоглазый схватил его лицо и развернул к себе. — Что? — Я хочу поцеловать тебя, — замялся Гарри, — Забудь, неважно.       Томлинсон подался вперед и неуверенно коснулся губ кудрявого, тот раскрыл рот, углубляя поцелуй и проникая языком в его рот. Луи бросило в жар. Это кардинально отличалось от поцелуя с девушкой. Не было противного липкого блеска, губы оказались чуть тверже, а щетина царапала щеки, но Томлинсон мог с уверенностью заявить, что лучше этого кудрявого парня никто не целуется. Ну, он таких людей точно не встречал. Когда язык Гарри нежно прошелся по языку Луи, последний простонал.       Он завел руку за спину, схватил ею член Стайлса и подставил к своему входу. Медленно сев на него, глаза парня округлились. — Да, так намного глубже, — прокомментировал кудрявый. — Сожми мою задницу, шлепни меня. Отшлепай так сильно, чтобы на ней живого места не осталось, — умолял Луи, медленно опускаясь и поднимаясь. Гарри похотливо улыбнулся и шлепнул Томлинсона по заднице. — О-о-о, блять, — протянул он, тогда Стайлс сжал ягодицу в том же самом месте, настолько сильно, насколько мог, — Не думал, что боль бывает приятной. Ты даже не представляешь, как мой член заныл от этого шлепка.       Луи сжал плечи Гарри и начал плавно двигаться на его члене, огромные руки последнего продолжали сжимать ягодицы Луи, иногда вновь одаривая звонким шлепком. Ускорив свои движения, Томлинсон прижался торсом к груди Гарри и потерял руку в его запутанных волосах. — Моя мамочка точно меня больше в церковь не возьмет, — сквозь стоны протянул голубоглазый, продолжая крутить задницей на члене парня. — Я так хочу рассказать твоей мамочке, как ты стонешь мое имя, как ты плавно двигаешься на моем члене, какой ты на самом деле вкусный, как ты умоляешь о непристойных вещах, Боже, Луи, ты сводишь меня с ума. Я уже близко, блять, — Гарри дернул бедрами вверх, и Луи простонал что-то невнятное.       Томлинсон излился на свой собственный живот и грудь кудрявого, последний провел пальцем по своей груди, собрал немного спермы и слизал с пальца, его глаза закатились от удовольствия, пока Луи продолжал двигаться на его члене. Тогда он собрал еще немного белой жидкости и поднес к губам голубоглазого, тот медленно приоткрыл губы и пропустил палец внутрь. Он начал сосать его, смотря прямо в зеленые глаза. Гарри кончил от одного лишь вида. — Моя мама устраивает ужин завтра вечером. Я хочу, чтобы ты пришел, — вдруг сказал Луи. — Не слишком ли рано для знакомства с родителями? И вообще, я не особо люблю свидания и все такое, — сморщился кудрявый. — Стайлс, я просто хочу, чтобы ты забрался аккуратно под стол и отсасывал мне весь вечер, а потом я бы тебя вытащил, и ты мог бы трахнуть меня, грубо прижимая к стене, затем мы бы пошли в ванную комнату, где я оседлал бы тебя на унитазе, а потом стандартный перепихон в душе, — по лицу Гарри можно было понять, что он обдумывает предложение. — Во сколько ужин?