Пока ты спал: Исправляя Ошибки.

Моё сознание блуждало не понятно где и не понятно почему? Приходил в себя я с трудом, и при этом голова просто раскалывалась. Тело ломило и я почему-то совсем не чувствовал своих рук. С трудом открываю свои глаза, и прифигеваю. Мои руки заломлены мне за спину, а там связаны верёвкой, и с помощью крюка я был подвешен за них. От этого мои руки были чуть ли не вывернуты из суставов. Ногами я не доставал до пола камеры и получалось, что весь вес моего тела держался на руках. При всем при этом, на мне отсутствовала вся одежда, а вот на шее, был надет ошейник, с шипами во внутрь и эти самые шипы сейчас впивались мне в шею. Но самое поганое, во всей этой ситуации, это то, что ошейник глушил всю мою магию. На мгновение я почувствовал, что словно ослеп, и ни чего не вижу перед собой. Нет ни какой ментальной связи и нитей, за которые я мог тянуть, нет регенерации, которая не раз спасала мне жизнь. Первые секунды, было как-то тревожно, но потом я вспомнил, что на Земле я вполне удачно обходился без всего этого, и ведь смог выжить, и даже вернуться обратно. Так что и здесь справлюсь. Вот только интересно, как Иоанфангу удалось подобраться ко мне не заметно? Что даже интуиция не смогла его вычислить. Ну как говорится, отдохнули и хватит, пора и совесть иметь. Для начала пытаюсь пошевелить пальцами: с трудом, но шевелятся. Ага, значит жить будем. Потихоньку начинаю приводить своё тело в норму, шевелю пальцами рук и ног, кручу головой в стороны и прогибаюсь в спине, не удобно, больно, но за то тело потихоньку оживает. Когда почувствовал, что оно откликается на любой мой позыв, резко тяну руки в разные стороны. Верёвка сначала впилась мне в запястья, а потом всё же лопнула, только вот я дурак, забыл, что крюк к которому я был подвешен, крепился как раз к этой самой верёвке. Сначала падаю на ноги, но не устояв, приземляюсь на колени, а за одно упёрся лбом в пол. После чего завалился на бок. — Чёртов Иоанфанг! — с тяжелым вздохом вырвалось из груди. Лежать долго я не мог, в таком положении шипы глубже впивались в мою шею, и я чувствовал запах своей крови. Руки хоть и слушались меня, но с трудом, опираясь на них, я сел и начал оглядываться, чтобы понять, где я нахожусь. Одним словом, это каменный мешок. Нет ни окон ни дверей, в камеру можно попасть только через отверстие в потолке, подняться на верх, по верёвочной лестнице. В самой камере было сыро, и воняло не понятно чем. Тут так же были орудия пыток, и если не считать крюка, свисающего с потолка, то ещё были позорный столб, кресло для допроса, дыба вертикальная, и даже клетка. Явно я попал в какую-то камеру для пыток, только вот оставаться я здесь не намерен. Сейчас, только силёнки поднакоплю, и сразу свалю. *** Сколько я просидел в камере, я точно не знаю, но ко мне так ни кто и не пришел. Оказывается регенерация работает, хоть и не так быстро, как хотелось бы. Но тем не менее, руки целы, коленки больше не болят, а шишка со лба исчезла. Живот предательски заурчал, есть хотелось давно, но есть было нечего. Моя магия по прежнему блокировалась ошейником, а снять я его не мог, как только касался его, меня сразу било током, и так не хило било, я даже пару раз отключался. После второго раза, решил больше не испытывать судьбу. Сколько я провёл здесь, да сколько сейчас время? Я не знал, но по ощущениям, провёл я здесь лет так сто, а время можно даже и не гадать, свет сюда не поступал, и лишь в противоположном углу горел факел. Желудок вновь жалобно напоминает о себе. Да уж, ел я явно давненько, но это мы уже проходили, так что, с голоду не помру. Встаю на ноги, решаюсь пройтись по камере, а то сидеть уже сил нет. Прошелся вперёд, потом назад, остановился около верёвочной лестницы и посмотрел вверх. Всё, надоело мне ждать радушного хозяина этого подземелья, пойду поищу его. Подёргал лестницу, проверяя на надёжность и поднялся наверх. Отверстие было закрыто люком с толстыми прутьями, и с замком на внешней стороне. Это напомнило мой плен у гноллов. Одну руку просунул так, чтобы металлический прут был под локтевым сгибом, а другой чудь ли не под мышкой, это помогает мне уверенее стоять на верёвочной лестнице, второй рукой, я начинаю тянуть третий прут. Металл легко подавался в моих руках, и в скором времени образовался лаз. Аккуратно просовываю голову и оглядываюсь. Тишина! Полумрак! Не большой зал освещают только два факела. Мебели нет, тут вообще ни чего нет, лишь в дальнем углу каменные ступени вели куда-то наверх. Вылезаю полностью из каменной ямы и направляюсь к каменным ступеням. Первостепенная задача, найти мои мечи, да и одежда не помешала бы, а то ходить голышом по замку, как-то не хочется. Поднимаюсь по ступеням и подхожу к дубовой двери. Проверяю открыта ли она, открыта. Открываю дверь и выхожу наружу, а там длинный, тёмный проход, ведущий не известно куда, но при этом, здесь было много других дверей. По пути, я открывал все двери и смотрел, что там. К тому времени, как я добрался до ещё одной лестницы, я нашел комнату, где нашел свою одежду и оружие. Одел тиронотезы* и сапоги, на талии застегнул пояс с ножнами, в которых были мои виальдэ*. Верхнюю одежду одевать смысла не было, она бы давила на ошейник, за то нашел свою цепочку с эфоновой клеткой*, и вот её одел обратно себе на шею, без неё, было как-то не уютно, будто частичку себя самого потерял. Одевшись и забрав оружие отправился дальше. Поднявшись снова на верх, попал в какой-то большой зал и остановился, думая, куда же надо идти. Желудок всё решил за меня, предательски напоминая, что его не кормили, и уже похоже не один день. А с другой стороны, заваливаюсь я сейчас к Иоанфангу, а мой желудок так радостно урчит, не порядок, так что, первым делом решил разыскать в замке кухню. Поиски продлились где-то с пол часа, но я всё же нашел её. Проскользнул не заметно в помещение и спёр кусок готового свиного окорока. Затем заныкался в нише и с аппетитом начал поедать его, оглядываясь по сторонам. Кухонная обстановка очень напоминала раннее средневековье с его огромным очагом, и посудой, а ещё тут было узкое окно, которое впускало яркие лучи Анара. Но самое главное, что меня очень порадовало, это присутствие на кухне Суркеллы. Ага. Попались птички. Да, у меня не было магии, точнее я не мог ей воспользоваться, но сражаться на мечах, я ещё не разучился. Так что, вперёд! Девушка сделала пару распоряжений шеф-повару, или как тут они называются и покинула кухню. Я же выкинув обглоданную мною косточку, спёр красное яблоко и отправился в след за Суркеллой. Мы пришли в ещё один зал. Зал был не большой, скорее всего это была гостиная. Мебели не много, в камине бушевал огонь, а около раскрытого окна стоял он… мой вечный враг, даже видириги* не докучали мне так, как он. В моём сердце закипала ярость, всё больше и больше. А мой взгляд скользил по его телу. Высокий, широкоплечий, его телосложение не уступало моему ни на йоту. Лицо его по прежнему красиво, с хищными чертами. Островатый, упрямый подбородок, прямой нос, чувствительные губы, слегка суженные глаза алого цвета, где с трудом можно было различить узкий вертикальный зрачок. Кожа у него светлая, не то, что у меня. Алые волосы свободно спадали по спине до лопаток. Сейчас на нём, как и на мне, надеты только тиронотезы и не высокие сапоги. Моё сердце завистливо ёкнуло, когда я увидел у него на левой стороне лица, брачную вязь. Значит они не только Пара, но уже и супруги. — Иоан, обед скоро подадут. — сказала Суркелла, идя к своему супругу. Странно, обычно имя, это самое сокровенное и сокращать его, значит не уважать его обладателя, но феникс посмотрел на свою Пара и нежно улыбнулся ей. Может это правило не распространяется на Пары? А хотел бы я, чтобы моя Пара дала мне более короткое имя? Не знаю, но на Земле ведь меня звали Крис вместо Кристофер, пережил, не помер и здесь наверное не помру. Только сейчас об этом думать не когда, подумаю, чуть позже. — Я соскучился! — сказал Иоанфанг, ещё шире улыбнулся. — А я то как! — сообщаю я, входя в гостиную. Иоанфанг напрягся, его тело не произвольно, на автомате приняло полу-боевую форму и он нервно смотря на меня сказал: — Не тронь её, она ни при чём, это лишь наша война. — понимает ведь, что я достану Суркеллу гораздо быстрее, чем он сможет спасти её. — Лоэрэ? — слышу я её удивлённый возглас. — Боже, что с вами? Скосил на неё взгляд, и вижу, что девушка пялится на мой ошейник. — Твой муж постарался. — равнодушно говорю я. — Он не мог! — с ужасом в глазах сказала она, переводит взгляд на него. — Ложь! Я и пальцем его не трогал! Я же обещал! — протестует феникс и принимает свой человеческий облик, лишь его алые глаза полыхают алым пламенем. Смотрю на него, а моя интуиция почему-то говорит, что он не лжет. Но тогда кто меня так удачненько лишил магии? — В твоих словах нестыковочка. То, что ты вытворял в прошлом, я пока вспоминать не буду, но как только я появился здесь, меня кто-то оглушил, и надел это. — Пальцем указываю на ошейник. — И ты хочешь сказать, что это не ты? — Не я! — хмурясь подтвердил он, и добавил — Я полагаю тебе показали путь ко мне? И это был ни кто иной, как Шарион. — и при этих словах у него появилась такая ехидная улыбочка, что мне захотелось стереть её кулаками, только феникс продолжил — Шарион не так прост, как кажется на первый взгляд. — Пытаешься все свои грехи спихнуть на слабого мага? — поинтересовался я. — Ха-ха. Это он то слабый? В нём, как и в тебе течет сила Бога Фириата, а ты слабый? Я призадумался. — То-то и оно, Шарион умеет скрывать свою силу. — Значит по твоим словам в плен взял меня именно Шарион, но зачем ему это? Только если ты ему это приказал. — Ни чего я ему не приказывал! — Хочешь сказать, что больше не стремишься захватить мой мир? — Не стремлюсь! — Чушь! — прифигел я. — С каких это пор? — С тех пор, как встретил мою Истинную. Мне не нужен твой мир, мне нужна лишь она. Ага, вот и ахиллесова пята этого ублюдка. — И ты думаешь, что я забуду всё то, что ты успел уже совершить здесь? — Не думаю, поэтому и говорю, что это лишь наша война, и она не виновна. — Какой благородный поступок. Только если один из Истинных погибает, то рано или поздно, второй следует за ним. — Я надеюсь, что это будет поздно, и она успеет родить наше дитя, а там, может и утихнет её тоска по мне и она сможет жить ради нашего ребенка. Я ошалело уставился на Суркелле, как же так, что я не заметил, что она беременна. Беременна от моего врага и при этом, похоже является родной сестрой моего подопечного. По инерции моя рука коснулась эфановой клетки. Смотрю Суркелла вздрогнула, а Иоанфанг напрягся, они что думают, что я дарил свою энергию ему, чтобы потом убить. Злобно оскалился. — Что же, бери оружие и пошли выясним на мечах, правду говоришь ты или врёшь. Иоанфанг сделал было шаг, но его остановила Суркелла сказав лишь: — Иоан! Феникс опустил плечи и смотря мне в глаза сказал: — Я не могу! Я обещал ей, что больше ни когда не подниму на тебя руку. Я не могу её потерять. С шоком, а может даже с ужасом смотрю на Суркеллу. Что она с ним сделала? Раньше Иоанфанг готов был уничтожить меня голыми руками, если бы я только попал в его руки. Он плёл заговоры, убивал тех, кто был мне дорог, а теперь он словно ручная собачка, слушает любое её слово. Может мне ещё повезло, что я до сих пор не нашел свою Пару. Только разглагольствовать по этому я пока не желал. Выхватываю из ножен свои мечи и делаю шаг в перёд, к своему врагу. То, что произошло потом, меня не много выбило из колеи. Суркелла встала на моём пути, с разведя руки в разные стороны, твёрдо сказало: — Нет! Я тут же решаю спровоцировать Иоанфанго напасть на меня и протянул свою руку к груди девушки, чтобы сжать её в своей ладони. Феникс увидев это, ринулся на меня, но он не успел достичь меня, моя ладонь так и не успела коснуться девичьей груди, зато в моей голове, на ментальной связи раздалось: " — Нет! " — а голос этот, сравним с шелестом листвы на лёгком бризе и с журчанием ручейка, в солнечную погоду. Так вот, кто его обладатель. Только обладатель чарующего голоса, на крике не остановился, я почувствовал жжение, от эфановой клетки, у себя под ключицей. — Агррр! — рычу я, и потянув за артефакт, рву цепь и откидываю клетку подальше от себя, хотя умудряюсь проследить его полёт. Артефакт падает на пол, около камина. «Потом заберу,» — решил я. Суркелла тоже проследила за полётом артефакта, и хотела было поднять его, но я отрицательно помотал головой, и вот именно в этот момент, моё тело скрутило от боли, кто-то за моей спиной, вливал в меня ядовитую энергию, которая била моё тело разрядами тока. — Вот ты где мой сладенький, а я уж огорчился, что потерял тебя. Не хорошо, ох как не хорошо Морниолф, за это ты будешь наказан. — Ублюдок! — рычу я, не удержавшись на ногах, падаю на колени. Шею ломит, её будто пытаются сломать неумелыми движениями, больно было, но толку нет, а ещё и шипы вонзаются ещё глубже. Кровь свежими дорожками стекает вниз. — Шарион сейчас же прекрати это! — слышу гневное рычание Иоанфанга. Чего это на него нашло? — Вас это не касается. Морниолф мой, и он принадлежит только мне, и я и буду распоряжаться им. — Пошел к чёрту псих. — рычу я, снова пытаясь подняться на ноги. Суркелла хотела было подойти ко мне и помочь, но я её остановил: — Не подходи! — Но… — Не будь дурой, он использует на мне мёртвую магию, ты и твой ребёнок погибните, если ты коснёшься меня. Мёртвая магия, вам не игрушки, ну Фириат, ну удружил. Эта магия полностью поглощала любую другую, без остатка. Тех кто не обладал магией, она практически не затрагивала, лишь высасывала их жизненную энергию, и если кто-то имел её мало, то погибал. В моём случае, магия была заблокирована, и мёртвая магия затронуть её не могла, а вот жизненная энергия покидать моё тело не желала, из-за чего, всё моё тело ломило и я готов был выть словно раненый зверь. Я, конечно, мог принять свой истинный облик, в нём я не уязвим, но во-первых здесь место маловато, а во-вторых Суркелла не феникс, погибнет. — Почему облик не меняешь? — рычит где-то над головой Иоанфанг. Поднимаю на него взгляд, он даже шарахнулся в сторону, похоже взгляд у меня был впечатляющий. — Пары лишишься. — рявкнул я, с трудом всё же встаю на ноги. — Как такое возможно? — удивляется Шарион, и кричит — Ты мой, ты принадлежишь мне, ты должен меня слушать. Я приказываю покорись мне, покорись и пади ниц, перед своим хозяином. Я наверное немного прифигел, вот это он выдал. Это чтобы я, творец и повелитель, пал перед ним, перед этим сморчком, да я же сейчас его в порошок сотру. Стереть его в порошок, у меня быстро не получилось, оказывается этот чёртов ошейник не только блокировал во мне магию, но ещё и подчинял хозяину. Преодолеть волю Шариона, у меня получалось с трудом, сила Фириата бушевала и во мне, и в нём и тогда я просто перестал её использовать, ведь где-то там, в глубинах моего разума, у меня есть своя собственная сила, хотя я почти ею и не пользуюсь, но она наверняка есть, я это чувствую. Закрываю глаза и погружаюсь глубоко, в дальние глубины своего подсознания, туда, куда я ещё ни разу не погружался. А там, среди непроглядной черноты, я увидел золотисто-красное яйцо. Странно, что делает во мне это яйцо, но меня тянуло к нему, словно путника в пустыне, и я протянул к нему руки, и коснулся его пальцем, боясь разбить, а вдруг это моя душа. Да я знаю, что душа хранится в искре, но кто же его знает, что творится с моим телом без магии. Слышится лёгкий треск, и я вдруг ощущаю полную свободу, но в то же время такую усталость и боль во всём теле. Открываю глаза, и чувствую, как ошейник осыпается по моей груди пылью, регенерация тут же затягивает на моей шее ранки, и из них больше не течёт моя кровь. Я смотрю прямо и вижу, что Шариос смотрит на меня полными ужаса глазами. — Как? Как ты смог? — шепчет его хриплый голос. Я не собираюсь отвечать на его вопрос. Таких, как он, нужно изолировать от общества. Можно было конечно отправить его в Этелерро, но у него сила Фириата, значит выберется, а я этого психа больше не хочу ни видеть, ни чувствовать. Решение пришло само по себе, без сожаления, без угрызения совести, с лёгкой головой. — За предательство, тебя судили и постановили. Смерть! — Ты не можешь? — воскликнул Шарион, и развернувшись рванул из гостиной. Ни каких эмоций, только какая-то пустота в груди. Раскрываю ладонь, и от-туда вырывается золотое пламя с чёрными всполохами. Пламя рвануло вперёд, и уже за пределами гостиной настигает свою жертву. Раздаётся крик ужаса и боли, но через миг воцарилась тишина. — Лоэрэ? — слышу обеспокоенный голос Суркеллы. Она все же добрая девушка, может Иоанфанг действительно поменял свои жизненные приоритеты встретив её. Я ведь тоже поменял свой взгляд на многое, пока был на Земле, и ещё не известно, как поменяются мои взгляды, когда я встречу свою Пару. Мой измученный разум, пытался покинуть белый свет и упорхнуть в тёмное забытье, тревожное ощущение не покидало меня. Перевожу взгляд к камину, артефакта там не было. Скосил тяжелый взгляд на Суркеллу и протянув к ней руку ладонью верх, сказал: — Верни! — голос мой хриплый, он мне самому не понравился, а Иоанфангу похоже ещё больше не нравится, поскольку он говорит: — Не подходи к нему, его сила вышла из-под контроля, а это опасно. И с чего это он решил, что она вышла из-под контроля, всё я контролирую, ну подумаешь, когти появились, клыки удлинились, и за спиной чувствуется приятная тяжесть крыльев, но я же не первый, кто появляется в полу-боевой форме, он тоже недавно в полу-боевой был, я же не говорил, что его сила из-под контроля вышла. — Я не опасней тебя. — говорю я, и принимаю человеческий облик, а потом повторяю — Верни! И что я так зациклился, но этой искре, я же просто теперь обязан увидеть, кому принадлежит этот чарующий голос: шелеста листьев на бризе, и журчания ручейка в солнечный день. Девушка сделала не уверенные шаги ко мне и держа артефакт на цепочке, вложила его в мою ладонь. Моё внимание на доли секунд зацепилось на том, что моё тело светилось словно изнутри и при этом, оно было словно покрыто иллюминационной пылью. Теперь я вспомнил, что я так же светился, когда только попал с Земли в Илижалбур, тогда ко мне вернулись все мои ментальные связи, тогда я впервые ощутил силу своего собственного тела, не силу Фириата, а именно свою. Как же это опьяняюще, знать, что твоя собственная сила, равна силе Бога, если не превышает её. Как только в моей ладони оказался артефакт, я сжал его в своём кулаке, а потом… потом, я всё-таки уплыл в блаженную темноту, где мой разум и тело погрузились в восстанавливающий сон. Но прежде чем, я погрузился туда, почувствовал, что меня успели подхватить сильные руки, не дав ударится моему телу об пол, а ещё я услышал тревожный голос Суркеллы: — Иоан, что с Лоэрэ? — Не переживай, радость моя. Поспит немного и придёт в норму. Всё будет в порядке! — А что станет с нами? — С тобой и нашим ребёнком будет всё в порядке. — А с тобой? — Поживём увидим. Где-то там, в бессознательном пространстве, я снова сжимаю в своей ладони искру, и чувствую её теплый импульсы. " Ну что же, поживём увидим! " — решаю я, всё же наконец погрузившись в спасительную темноту.