Kurosaki Family

Ичиго затягивается сигаретой и лёгкие скручивает судорогой. Он пытается сдержать кашель, прикрывая рот обратной стороной руки, которой держал сигарету. Во второй руке он сжимает удостоверение шинигами так сильно, что костяшки пальцев побелели, а на дереве вот-вот пойдут трещинки. Ичиго зло матерится, затягивается вновь и вновь, выкашливая дым, так и не успев толком затянуть его. Сердце отбивает бешенный ритм, бьёт по рёбрам и болит. Болит так, что кажется, что его пронзили мечом. Ичиго хочется лечь на землю и заплакать от своей беспомощности и ничтожности. — Не дай, блядь, Бог, это в итоге мне не поможет расслабиться, - шипит он, выкидывая сигарету, доставая из пачки новую. — Бога нет, Куросаки-сан, - Урахара выходит из за угла, куря трубку. Ичиго вздрагивает, роняет сигарету и сжимает зубы, чтобы не дать потоку матерных слов вырваться наружу. — Не подкрадывайся так, - кидает он через плечо, зажимая между зубами новую сигарету. – Если Бога нет, то кто тогда мы? Разве не Боги Смерти? — Вы были отвергнуты силой Бога Смерти, а я организацией этих Богов, - усмехается он. – Если в мире такое допускается, чтобы после благих действий божественные силы отвергали своих верных слуг, то можно ли сказать, что действительно справедливый Бог существует? — Бог мудак, - хмыкает Ичиго, затягивается и наконец не кашляет. – Это единственный ответ. Урахара отвечает, что он поймёт всё это со временем, а после они молча курили, наблюдая за проезжающими машинами.

***

Ичиго затягивается сигаретой и медленно выдыхает дым, запрокинув голову. На землю падают капли начинающегося дождя, и прикуренная трубка, которая лежала на надгробии, быстро промокла. Ичиго посмотрел на имя на надгробии и грустно улыбнулся. Он вспомнил, как долго добивался того, чтобы Урахаре поставили надгробие около могилы Масаки. — Пап, - Казуи дёргает отца за штанину, привлекая внимание к себе. – А почему ты куришь? — Потому что Бога нет, Казуи, - отвечает он. — Но разве мы с тобой не Боги Смерти? – Он быстро-быстро хлопает очаровательными материнскими глазами. Ичиго треплет сына по волосам, а после, потушив сигарету, берёт его на руки. — Настоящего, справедливого и праведного, Бога не существует, сынок. Я тот, кто Бога победил, - Ичиго улыбается, смотря куда-то за Казуи. – А твоя мама его отрицает. — А? — Дорогие мои мужчины, вы почему без зонтика под дождём? – Над головами Казуи и Ичиго появился зонт, а рядом на цыпочках стояла Орихиме, держа в руках сам зонт. – Вы простудитесь. Ичиго целует Орихиме в губы, передаёт ей в руки Казуи, и берёт зонтик в руки. Всех немного напрягло то, что в конце декабря вдруг пошёл дождь, но Каракура сам по себе аномальный город. Сколько нападений на себя он потерпел? Ичиго потерял уже счёт. По дороге Ичиго выкидывает в мусорный бак пачку сигарет, и чётко ощущает сзади присутствие Урахары. Когда Орихиме прижимается к нему ближе, Ичиго приходит к выводу, что для него единственный настоящий Бог – это Казуи.