Кира.

       Выйдя из столовой, мы с Соней отправились на второй этаж первого корпуса. Длинный коридор с кислотно-желтыми стенами мрачно освещался холодным светом пары лампочек висящих с потолка. У стены столпилась небольшая группа подростков, с уставшими сонными лицами, примерно моего возраста.        Подойдя к блеклой, деревянной двери, что была настолько старая, отчего краска, полопавшись, висела, еле держась на оставшихся целыми кусочках.        Напротив неё на полу сидит девочка в синем сарафане, скрестив ноги и упираясь локтями о колени, закрывает лицо ладонями. Тихие всхлипывания явным образом выдали её слезы.        Переглянувшись, мы с Соней подошли к ней и присев на корточки, я положила руку на плечо девушки, но никакой реакции на прикосновение не последовало. — Что с тобой? — шепнула я ей на ушко.        Приподняв голову, девушка посмотрела на меня красноватыми из-за слёз глазами, песочного цвета. Локоны темных волос плавно упали с плеч на грудь смугловатой девчушки. — Р-родители…умер-ли-ли…вчер-ра.- сильно заикаясь выдавила из себя она.- Я одна… Теперь я абсолютно од-дна и нико-кому не нуж-жна на всем этом бело-лом свет-те.- молвила брюнетка, проглатывая воздух вместе со слезами. — Не плачь, милая, ты не одна. Здесь уйма людей, что смогут понять и поддержать тебя. Может даже сумеют стать твоей новой семьей, если ты позволишь это сделать.- держа её холодную руку говорила я.- Например… Я бы могла стать для тебя частью новой семьи. Конечно, если ты хочешь этого. — Меня зовут Лайма.- тихо произнесла девушка, переборов заикание и дружелюбно улыбнувшись кончиком губ. — Кира. Приятно познакомиться.- улыбнулась в ответ я. — Можно задать немного личный вопрос?.. Что случилось с твоими родителями? Прости за мою нескромность…- вмешалась Соня.        Взгляд Лаймы моментально опустел, словно вопрос высосал из неё всю жизненную энергию. И без того слабая улыбка вовсе стерлась с лица девушки, сменившись угрюмостью. Затем, вновь опустив очи в пол, она заговорила: — Я в тот день пошла гулять с друзьями, а они поехали за город на пикник. Ехали родители возле скал, с которых иногда идет обвал. В тот роковой для нас день это и произошло…их засыпало огромными булыжниками, отчего они и погибли. Мама, папа и младший брат. Смерть их настигла моментально.- говорила на удивление очень спокойно и холодно Лайма и молчаливые слёзы потекли по её щекам, вниз к подбородку.        Спустя несколько мгновений девушка неожиданно соскочила со своего места и медленно побрела к лестнице, ведущей вниз- к спальням. Взгляд её так и не обрел смысла.        Обернувшись на Соню, я увидела как её пухлые розоватые губы стали бледными и сжались так, что выглядели словно тонкая линия. Она сидела и смотрела вслед удаляющейся девочки.        Спустя несколько минут, Соня так же ни с того, ни с сего резко встала и пошла за Лаймой. Я пустилась следом за ней. — Куда ты идешь? — Нужно проверить её.- нотка взволнованности заиграла в голосе Соньки.        Не говоря более ничего, мы молча направлялись к спальням для девочек. Добравшись до туда, Соня начала поочередно открывать каждую дверь комнаты, а когда дошла до пятой, с напуганным вздохом отстранилась от комнаты, из которой последовал дикий вопль.        Подбежав к дверному проему, я ужаснулась, увидев столь непредвиденную для себя картину, заставшую врасплох:        Лайма, сидя на полу и облокачиваясь о стену, с дикой улыбкой на лице, больше похожей на оскал, держала свою окровавленную руку, а рядом с ней валялось металлическое лезвие. Кровь текла ручьем из ран, которые она нанесла себе самостоятельно и осознанно, капая на пол, создавая небольшие лужицы.  — Я…я побегу в медпункт! — крикнула Соня, уже удаляясь от нас.- Присмотри пока за ней, я быстро!        Смотря на истекающее кровью создание, что дико хохотала от восторга, я, к собственному удивлению, ничего не чувствовала. Ни отвращения, ни страха, ни жалости, словно я видела подобное уже тысячи раз. Как вдруг у меня перед глазами вспыхнула яркая картинка:        Поле, покрытое горами трупов, от которых текли алые реки смешанные с грязью. Все вокруг полыхает сине-красным пламенем и запах смерти веет отовсюду, словно весь мир превратился в ад. Хотя, на тот момент это можно было назвать земным адом.        Помотав головой, я попыталась собраться с мыслями. Черт, что это было?        Подойдя вплотную к Лайме, я присела рядом. Лицо стало бледным как бумага, но щеки все равно слегка-слегка розоватые из-за слёз. Глаза её наполнены болью и ликованием.       Я смотрела как она умирает. Опять человек погибнет у меня на глазах благодаря моей беспомощности? Ну уж нет, извольте. «Не позволю ей так просто сдохнуть», решила я.        Стащив одеяло с ближайшей койки, я отодрала кусок ткани достаточной длины, дабы перевязать руку. Вытащив из того же одеяла немного ваты, я распределила её на раны, после чего начала туго заматывать самодельным бинтом, надеясь остановить кровотечение.        Пока это все, что я могу для неё сделать. Глянув на бинт, я немного разочаровалась, увидев уже пропитанную кровью ткань. — Глубоко же ты царапнула. Но ничего, вытащим, наверное. — Убери это…прошу. Я хочу, хочу к маме…к папе.- жалобно глядя на меня глазами, в которых была мольба и просто космическая, всепоглощающая боль, просила она, не отрывая взгляда. — Я не могу, ведь иначе ты умрешь.- холодно отказала я в её просьбе. — Меня все равно не спасти, уже слишком много крови покинуло мое тело. Мне больно, Кира, мне очень больно, понимаешь? Не мучай меня, умоляю.- проскулила она. — Нет. Потом, когда уже пройдет много времени, ты пожалеешь о том, что пыталась сделать с собой.        Ответа не послышалось, но глаза Лаймы поедали меня, проникая в самую глубину моего сознания. В них было столько страсти, надежды и легкой радости, несмотря на физическую боль, что было понятно, насколько диким желанием смерти она горит на данный момент.        Её взгляд дал мне стимул спасти её. Проникнув руками ей под спину, я подняла ее на руки. Я изумилась тем, насколько просто мне это далось- она была очень легкой, словно пушинка, потому мне и было не сложно переносить её на себе.        Поднявшись с пола, я направилась в сторону медпункта. Выйдя с коридора к лестнице, я с трудом начала подниматься вверх.        Лайма неотрывно смотрела на меня и с затаенной ненавистью шепнула: — Зачем? Для чего ты это делаешь? Мне назло?.. Разве тебе не наплевать?        Посмотрев на нее, я увидела, как она слабеет на глазах- Лайма еле как, с огромным усилием держала голову на весу, чтобы не опрокинуть ее назад. — Почему не наплевать? — переспросила я с усмешкой.- С чего ты взяла, что не наплевать? Кто ты мне? Мне все равно, есть ты или нет, но я знаю, что буду корить себя если позволю тебе истечь кровью до смерти… Лучше скажи, как думаешь, куда делась эта идиотка вместе с врачом?        Почти дойдя до кабинета врача, мы с Лаймой увидели, как в здание врываются на полной скорости мед. братья из скорой помощи, во главе с врачом, кудрявые волосы которой были собраны в неаккуратный пучок на затылке, из которого выбились уже многие непослушные пряди.        Заметив меня с кровоточащим существом на руках, мужчины наскоро выхватили ее и положив на носилки так же быстро умчались в медицинский пункт.        Сидя поодаль двери на бирюзовой лавочке ожидания, я слышала как открывается вода, выдвигается ящик и из него что-то выпадает, разбиваясь вдребезги на множество осколков, один из которых проскользнул в щель под дверью и прилетел прям мне под ноги. Подняв осколок, пахнущий спиртом, я смотрела на скользящую по стеклу каплю, которая вскоре падает на пол и точно как и бутылек разлетается на тысячи мельчайших капелек.        Этой маленькой капельки больше нет… Вдруг я замечаю, что по ту сторону двери стало невероятно тихо, не издавалось ни звука, ни малейшего шороха. Неужели…она…        Дверь медленно отворилась и оттуда вышла женщина, прикрыв за собой проход в кабинет. Она смотрела на меня и тихо-тихо произнесла: — Ей уже было не помочь.        Широкое лицо кудрявой женщины исказилось от жалости, но взяв себя в руки она отправилась на второй этаж, видимо, сообщить директору о столь неприятном инциденте.