Проиграть невозможно

      — Куда собрался, малыш? Или тебе здесь скучно? Ничего, сейчас это исправим.       Вот уж нет, спасибо! Пусть лучше будет скучно.       — Нет, Денис, все нормально, правда, — я отчаянно вырывался из милешинских объятий. — Все классно, здорово… И вообще… Но мне надо домой.       — Домой? — удивился Милешин. — Посреди ночи?       — Это… Очень срочно. Нас затопили соседи, и свет отключили за неуплату, и это… Кошка рожает, — выпалил я.       — Мне почему-то кажется, что она справится без тебя, — справедливо заметил Денис. — И разве у тебя есть кошка? Не помню, чтобы я ее видел.       — Она просто… стеснительная, — пояснил я. — Никогда не выходит из своего угла, если к нам приходят гости. Ну и тем более, у нее же был огромный живот, а женщины не любят показываться на людях, когда они такие толстые…       Господи, что я несу?..       — Я понимаю, такие вечеринки не в твоем вкусе, — вздохнул Милешин. — Прости, что позвал тебя и бросил тут в толпе незнакомых идиотов, но мне надо поддерживать репутацию…       — Отлично, поддерживай! — радостно согласился я. — Я нисколько не в обиде.       — Сейчас все уже такие готовенькие, что забыли, зачем пришли, — рассмеялся Денис. — Так что теперь я весь твой, Кирюша.       Божечки-кошечки. Он сказал это таким тоном, что я покраснел до ушей.       — Пойдем-ка, — Денис схватил меня за руку и потащил за собой по лестнице наверх. — Мне тоже надоело торчать здесь.       У меня душа ушла в пятки. Нет-нет-нет, меня такой сценарий не устраивает! Я упирался всеми силами, хватаясь свободной рукой за перила и пытаясь вырваться.       — Денис, серьезно, я лучше закажу такси и поеду принимать роды у кошки… Там все очень серьезно… Вдруг понадобится кесарево…       Милешин внезапно остановился, выпустив мою руку. Я не ожидал этого, потерял равновесие и, наверное, слетел бы с лестницы, если бы Денис не удержал меня за плечи. Я отвел взгляд, чтобы не встречаться лишний раз с его темно-серыми глазами.       — Кир, ты меня боишься, что ли?       Ну надо же, как он угадал! Прямо экстрасенс!       — Да брось, ты чего? — он рассмеялся. — Насиловать я тебя не собираюсь, успокойся. Я не до такой степени много выпил.       — Я ничего такого и не думал, — вяло пробормотал я. Ну вообще-то, именно так и думал.       — Тогда пойдем? — Денис снова протянул мне ладонь. — Я просто хочу побыть с тобой вместе. Если хочешь, можем хоть в твои любимые компьютерные игры поиграть.       Серьезно, что ли?.. Я сглотнул и все-таки взял его за руку. Может, я и идиот, но вроде бы Милешин и вправду выглядит вполне адекватно.       Наверху Денис повернул в какой-то коридор, а потом втянул меня в пустую комнату. «Пустую» в том смысле, что здесь не было никаких парочек. Он захлопнул дверь и включил свет. Судя по всему, я оказался в милешинской спальне — здесь была двуспальная кровать под пушистым бежевым пледом, компьютерный стол и плакаты с баскетболистами на стенах. Пока я нерешительно осматривался, Милешин и вправду включил компьютер.       — Классная комната, — выдавил я. — У тебя так много плакатов. А мне мама не разрешает ничего клеить на стены…       Я разглядывал полки милешинского книжного шкафа — книг здесь было не так уж много, только учебники. Зато на одной из полок красовался баскетбольный мяч. Я взял его в руки и заметил какую-то размашистую роспись.       — Это автограф О’Нила, — с гордостью поделился Денис, который уже стоял рядом со мной.       — Серьезно? Лично его? — я и вправду был удивлен. Насколько мне известно, этот чувак прямо легенда спорта.       — Ну, мы с отцом ездили пару раз на чемпионаты… В общем, один раз мне повезло встретить его, — объяснил Милешин. Честное слово, он прямо весь светился, когда об этом говорил. Наверное, у меня была бы такая же реакция, если бы я взял автографы у разработчиков Warcraft.       — Здорово, — я улыбнулся и положил бесценный мяч обратно. А ведь он, скорее всего, и вправду ошизеть сколько стоит, раз его подписал мегапопулярный негр. Я повернулся к Денису. — А ты же говорил, твой отец вроде как против баскетбола?       Денис вздохнул, запустив пятерню в растрепанные русые волосы.       — Ну… Как тебе объяснить… Вообще-то, мой папаша уже давно понял, что мозгами я не вышел. Он знает, что единственный способ для меня чем-то отличиться от других — это спорт. Так он хотя бы может хвастаться перед друзьями, что я местная спортивная звезда и все такое… Но в целом, он этому не очень-то рад, — Милешин кисло улыбнулся. — Понимаешь, он вроде как возлагает на меня «большие надежды». Я должен меньше думать о всяких глупостях типа баскетбола и больше думать об учебе и бизнесе. А я… Я — сплошное разочарование, как видишь.       — Ты шутишь, что ли? — я удивленно смотрел на него. — Это ты — «разочарование»? Самый красивый, самый популярный парень в нашем лицее? Да по тебе все старшеклассницы сохнут! Тебя обсуждают больше, чем какого-нибудь Джонни Деппа! Если ты — разочарование, то мне вообще надо пойти утопиться в унитазе!       Денис расхохотался.       — Спасибо за комплименты, конечно... Но для отца я — никчемная бездарность. И это он еще не в курсе моей ориентации, тогда бы он вообще меня из дома вышвырнул… — Я не знал, что ответить, но Милешин быстро взял себя в руки, снова широко улыбнувшись. — В общем, не бери в голову. Не самая приятная тема, чтобы об этом разговаривать в день рождения.       Я с облегчением вздохнул. Мне тоже не слишком хотелось обсуждать милешинские проблемы — мне от этого было как-то не по себе, как будто я влез в чужое грязное белье. Но я все-таки добавил, чтобы как-то успокоить его:       — Моя мама тоже не очень-то мной довольна. Она же учитель, а я, наверное, пример того, как природа отдыхает на детях учителей.       Денис фыркнул.       — Скажешь тоже. А что твой отец?       — А мой отец нашел себе другую жену и ушел от нас. Недавно у меня родился младший братик, вот такая фигня, — я уселся на край милешинской кровати, разглядывая рисунок паркета на полу.       Милешин опустился на кровать рядом со мной.       — Переживаешь из-за этого?       — Ну… — я задумался. — Сначала очень злился на отца, потом немного успокоился. Моя мачеха… Я даже не знаю, как к ней относиться. С одной стороны, маме было так плохо из-за всей этой истории… А с другой стороны, сама по себе Светка неплохая. Вот недавно она ходила со мной в магазин, реально мне помогла, потому что без нее я бы нормальную одежду не купил…       Блять. Опять я что-то лишнее сказал. Милешин улыбнулся, тоже обратив внимание на мои слова про магазин.       — Ты имеешь в виду прошлое воскресенье, когда мы с тобой встретились в торговом центре?       — Эм… Ну в общем да, — признался я.       — Помню-помню. Твои супермодные трусы с динозавриками.       — Иди нафиг, — возмутился я, жгуче покраснев. — Ничего особенного в этом нет!       — А разве я сказал, что они мне не понравились? — рассмеялся Денис. — Они сейчас не на тебе, случайно, м?       И внезапно ущипнул меня за задницу.       — Ай! Милешин, не делай так! — от неожиданности я чуть ли не подскочил на кровати.       — А так можно? — он ущипнул меня еще раз, только под ребрами.       — Блять, Денис! Не надо, я боюсь щекотки!..       Зря я это сказал. Это закон людского свинства: когда ты говоришь, что боишься щекотки, все тут же радостно пытаются защекотать тебя до смерти.       Не прошло и пары секунд, как я уже валялся на кровати, отчаянно отбиваясь и задыхаясь от смеха, а Милешин щипал меня и щекотал все, до чего мог дотянуться: подмышки, живот, ребра...       — Денис! Да блять, отвяжись!.. Ну хватит!       Мы оба были такими растрепанными и раскрасневшимися, как будто черт знает чем занимались. У меня сбилось дыхание, все тело горело; от прикосновений горячих рук Дениса под кожей пробегала сладкая дрожь. Я боюсь щекотки, да, — но это было безумно приятно. До такой степени приятно, что я начал возбуждаться. И не я один: в бедро мне упирался бодренький стояк Милешина.       Я вроде как не хотел ничем таким заниматься, разве нет?.. Но развить эту мысль я не успел, потому что Денис поцеловал меня. И это тоже вовсе не было неприятным, совсем наоборот. Мне нравилось чувствовать, как его губы касаются моих, как он проникает языком мне в рот, ласкает мои десны, проводит языком по зубам, заставляет отвечать ему. Он целовал меня так увлеченно и нетерпеливо, что у меня перехватило дыхание, и я невольно выгнулся под ним, вцепившись в его плечо. Денис не останавливался, беспорядочно покрывая меня влажными поцелуями — лицо, шею, уши… Он гладил мои бедра, руки, плечи, потом проник рукой под рубашку, касаясь голого живота. Удовольствие волнами растекалось от макушки до пяток, я дрожал всем телом, не в силах справиться с нахлынувшим возбуждением. Кажется, стук моего сердца можно было услышать с другого конца города.       Денис слегка отстранился от меня, расстегивая ремень и ширинку. Я молча наблюдал за его пальцами, как во сне. Когда он взялся за мои джинсы, я даже нисколько не сопротивлялся. Какое там — я весь горел, как в лихорадке, и был очень даже не против. Широкая горячая ладонь обхватила мой член, и я застонал, не удержавшись. Блять… Впервые меня кто-то там трогал, и это, блять, был парень!.. Денис ласкал меня без всякого смущения, зато я сгорал от стыда за двоих. Внезапно он взял мою руку и опустил ее себе на низ живота. Мои вспотевшие дрожащие пальцы, направляемые его ладонью, коснулись пупка, прошлись вдоль полоски жестких волос и наконец легли на основание ствола. Я забыл, как дышать. Охренеть, просто охренеть. Я трогаю чужой член. Чужой эрегированный член.       Денис вообще-то уже отпустил мою руку, но я не отдергивал ее. Мне было стыдно и немного страшно, но все равно хотелось трогать его дальше. Я провел большим пальцем по стволу, чувствуя пульсирующие жилки и нежную горячую кожу, сжал влажную от смазки головку. Денис сдавленно застонал. Он укусил меня за мочку уха и прошептал:       — Не останавливайся, солнышко. Не останавливайся.       Я и не собирался. Кто бы смог остановиться посреди этого процесса, мне интересно?       Мы целовались и целовались до тех пор, пока дыхание совсем не сбилось. Тогда мы просто продолжили ласкать друг друга уже без поцелуев, до самой разрядки. Я кончил первым, Денис вскоре после меня, и я обессиленно вытянулся под ним. Впервые в жизни достигаю оргазма не в одиночку под одеялом, а с кем-то. Вот только этот «кто-то» — парень. Моя рука и живот запачканы в сперме, а я лежу под ним, пытаясь успокоиться и собраться с мыслями. Охренеть. Что на меня нашло? С какого хрена я этим занимался?..       Милешин приподнялся надо мной на локте и легко поцеловал одними губами.       — Как же ты мне нравишься, Кирюша. Ужасно нравишься.       Ирония судьбы, однако: Денис Милешин, по которому сходят с ума почти все девчонки лицея, лежит в постели со мной, невразумительным, неловким, неуверенным в себе парнем, которого никто в школе не знает, кроме одноклассников, и говорит мне, что я ему нравлюсь. Кому скажешь, не поверят. Да лучше и не говорить никому, вообще-то.       — Денис… — я смущенно взглянул в ясные серые глаза. — Мы… Мы больше ничего не будем делать, я надеюсь? Ну… Всякое там… Что бывает у взрослых.       Милешин расхохотался и уточнил как ни в чем не бывало, снова заставив меня зардеться как маков цвет:       — Ты имеешь в виду анальный секс?       — В общем, да. — Мне хотелось провалиться сквозь землю. Ну, в данном случае, сквозь кровать.       — Если ты не захочешь, я больше ничего делать не стану, — заверил меня Денис.       — Не захочу, — выпалил я. Еще чего! К таким экспериментам я точно не готов.       — Значит, не будем.       Милешин поцеловал меня в ямку между ключицами и уселся на кровати.       — Может, посмотрим какую-нибудь тупую американскую комедию? Не знаю, как ты, а я их обожаю.       — О, я не против, — согласился я. Вообще-то, это было дико странно — заниматься всякими неприличными штуками, а после этого спокойненько так переключаться на просмотр кино, как будто ничего особенного не случилось. Но уж лучше так, чем если бы Милешину захотелось продолжения. — Я тоже люблю тупые фильмы, типа «Знакомства с Факерами».       — Отлично! — радостно откликнулся Денис. — Ты не представляешь, как это здорово. А то мой бывший доставал меня тем, что я не хочу развиваться, и что мне нужно больше читать и смотреть умные фильмы…       «Мой бывший». Ошизеть как дико слышать такие слова от парня.       — Слушай, подождешь тогда немножко? Я принесу что-нибудь пожевать, — добавил Милешин и оставил меня одного в спальне.       Вот это да. У меня просто голова кружилась от всего, что происходило. Все чувства и мысли смешались, и я уже не знал, что думать. Я ведь считал все это извращением, я не хотел, чтобы дошло до чего-то такого! Я собирался сбежать из милешинской квартиры, как только представится возможность! А в итоге я занимался как раз тем, чем не хотел, и более того — меня никто не заставлял это делать, и я даже нисколько не пил, чтобы хоть чем-то оправдать реакцию своего организма. Сейчас у меня есть прекрасная возможность сбежать, но я почему-то никуда не ухожу. Ну как «почему» — наверное, потому что Денис совсем не похож на маньяка-извращенца-насильника, и мне с ним… Мне с ним нравится. Мне с ним действительно нравится. И дело тут вовсе не в дурацком пари.       Я откинулся на подушку и тяжело вздохнул. Боже, что со мной происходит?..

***

      Утром я проснулся в милешинской кровати от громкой мелодии входящего вызова. У меня в качестве рингтона стоит героическая песня из «Скайрима» — ну, та, которая «Довакин, Довакин, наль ок зин лос варин»... Короче, сложно не проснуться. Еле разлепив веки, я потянулся за смартфоном. Естественно, звонила мама, кому еще я нужен с утра пораньше. Убедив беспокойную родительницу, что со мной все в порядке, что я не принимал наркотики и даже не пил, я отключился и потянулся под одеялом. Дениса в комнате уже не было, и слава богу. Хоть у нас и не было ничего, кроме поцелуев и взаимной мастурбации, мне все равно было бы дико неловко.       Одевшись и выбравшись из комнаты, я встал в легкий ступор. Просто потому, что не знал, куда идти. Не квартира, а лабиринт какой-то. Сначала я пошёл в одну сторону и наткнулся на широкий балкон; потом в другую, и оказался у дверей ванной, в которой шумела вода и раздавался девчачий визг и мужской хохот. Мда. С третьей попытки я наконец-то нашёл лестницу и спустился прямиком к гостиной.       Здесь уже тусили Оксана, Шурочка с Лерочкой, Самойленко и собственно Милешин.       — Доброе утро, — ухмыльнулась Оксанка. — Как спалось?       — Неплохо, спасибо, — ответил я, стараясь не смотреть на Дениса, чтобы снова не покраснеть у всех на виду. Интересно, а Самойленко тоже не в курсе настоящей личной жизни своего друга?..       Кстати, не только мне одному звонили с самого утра. Айфон Милешина тоже внезапно запищал. Денис взял трубку, и звонок его, очевидно, не порадовал, потому что он тут же недовольно поджал губы.       — Я, кажется, просил, чтобы ты мне больше не звонил. Чего тебе надо?.. — На том конце провода что-то спросили, и Денис перевёл удивленный взгляд на меня. — Ну допустим, он у меня. И что? В смысле?.. Какое ещё пари?.. Женя, если начал говорить, то договаривай.       У меня все внутри оборвалось. Женя?! Маркелов?! Он что, совсем спятил?!       Милешин убрал телефон от уха, глядя на меня недоверчивым взглядом, полным недоумения.       — Кирилл... Ты мне ничего не хочешь сказать?       Я сглотнул. Вашу мать. И почему мне всегда так везёт?