Белоручка

      В кабинете мистера Малькома стоял такой рёв, что миловидный секретарь Мэнди готов был спрятаться под стол. Нет, босс точно на нём отыграется, так как именно он привёл в кабинет своего начальника гонца с дурными вестями — а именно нотариуса ныне покойного дедушки-омеги мистера Малькома.       — Старик совсем из ума выжил?! Он точно не принимал никаких препаратов перед тем как помер? Это уму непостижимо! Бред!       По большей части именно этот набор фраз мистер Мальком повторял раз за разом после слов нотариуса, который хоть как-то старался вставить свои три копейки в нескончаемый крик альфы. И только, когда мистер Мальком смог наконец-то совладать со своими эмоциями, молодой омега, что для нотариусов важных и богатых персон было чрезвычайной редкостью, смог ещё раз убедить разъярённого альфу в том, что всё услышанное ранее им и есть воля покойного.       — Мистер Мальком, покорнейше прошу успокоиться и выслушать меня до самого конца. Ваш покойный дедушка не страдал никакими недугами, исключая больное сердце, и потому его завещание составлено в полнейшем умственном здравии, — молодой нотариус элегантно поправил очки, чуть сползшие вниз, и после непродолжительной паузы вновь чётко, честно и подробно рассказал условие, прописанное в завещании Орби Малькома — самого почитаемого и богатого омеги их штата. И по воле покойного о втором условии нотариус в тот момент умолчал, лишь намекнув, что на этом условия покойного Орби Малькома не исчерпаны.       — Да нет, он точно с ума сошёл, раз решил меня окольцевать даже с того света. Чёрт… И что, никак это условие обойти нельзя? — Дэвид быстро привёл свои мысли в порядок и вновь предстал перед молодым омегой непоколебимым и уверенным в себе альфа-самцом. Он в одно мгновение начал оказывать своему собеседнику знаки внимания и принялся откровенно флиртовать. И делал он это так, что едва ли какие омеги могли перед ним устоять. Нет, из штанов не выпрыгивали, но настолько теряли бдительность, что Дэвид легко укладывал их в свою постель.       — Такая возможность есть, но по желанию вашего покойного дедушки я не имею права оглашать остальную часть завещания до завтрашнего дня и без присутствия всех указанных в завещании лиц, — омега вновь поправил очки, почти беспристрастно оглядев шикарного во всех отношениях альфу. Иные омеги перед Дэвидом устоять не могли, но у мистера Эльгерта есть одна маленькая тайна.       — Хорошо, надеюсь, что завтра вся эта бредятина закончится. Кстати, что вы думаете насчет ужина наедине со мной сегодня вечером? Позвольте мне скрасить свой вечер вашей прекрасной компанией. — Дэвид не оставлял попыток соблазнить омегу и потому был весьма удивлён мгновенным отказом парня и его скорым прощанием. Хотя нужно отдать должное — при всей его особенности альфе удалось немного завести мистера Эльгерта.       Нотариус вышел из кабинета альфы и в нём тут же появился нынешний любовник Дэвида. Омега сидел в комнате отдыха и с интересом слушал разговор, свидетелем которому он был рад оказаться. А Дэвид, не обращая внимания на своего любовника, отошёл к окну, раздумывая над тем, что не так давно рассказал ему молодой нотариус его покойного деда.

***

      Вообще семья Мальком начала всё больше и больше обращать на себя всеобщее внимание именно в то время, когда неказистый и нескладный для альфы Питер Мальком каким-то чудом отхватил себе в супруги наипрекраснейшего омегу в Сан-Франциско. Все поговаривали, что Орби вышел замуж за этого недоальфу только из-за денег его семьи, но на тот момент в мегаполисе были и более состоятельные, да красивые женихи. Но опять же, за них и боролись куда жестче.       Ну, разговоры и сплетни были всегда, да только они не всегда построены на фактах. Никто и никогда не знал истинных отношений Орби и Питера. Омега был до безумия влюблён в своего мужа. Он смотрел на него как преданный щенок в ожидании ласки хозяина и отвечал не меньшей любовью, так как и сам Питер любил Орби. И альфа часто не понимал — за что ему в мужья досталось такое сокровище?       Орби был не только хорош собой, но обладал прекрасным умом и отличной интуицией с долей коммерческой жилки. Именно сам омега упросил своего старшего тестя допустить его в офис компании семьи Мальком. Не прошло и пяти лет, как Орби выбился сам в совет директоров, а потом и заменил своего старшего тестя в президентском кресле, отодвинув от дел папу-омегу мужа, да и самого своего супруга. Со стороны Энди, папы-омеги Питера было огромнейшее недовольство, но даже он понимал, что если компанией будет управлять Орби, то стабильность и процветание им обеспечены. И потому хоть Энди никогда не нравился Орби, он всё же принимал омегу и все его решения, думая о своём благосостоянии. И о сыне. Видел Энди, как Питер обожает своего супруга.       У Орби и Питера в браке родились двойняшки — альфа Грэг и бета Стью. Однако Стью не дожил и до года — врождённый порок сердца, который врачи не смогли вовремя диагностировать. Смерть ребёнка серьёзно сказалась на психическом здоровье Питера, и вскоре Орби, который неизвестно какими силами держал на публике невозмутимый вид, пришлось на время поместить мужа в лечебницу. А Энди и вовсе ударился в пьянство, так как не было рядом его мужа, способного пресечь все глупости омеги — отец-альфа Питера скончался за два года до рождения двойняшек.       Многие начали говорить, что семья Малькомов разваливалась на глазах, но Орби удалось выстоять и вернуть супруга и младшего тестя к нормальной жизни. Казалось бы, всё шло хорошо да гладко, но жизнь продолжала трепать сильного омегу, проверяя на прочность его душу и сердце.       К совершеннолетию сына Орби и Питера умер Энди. Семья скорбела, но большее горе омеге приносил его собственный сын. Грэг вел себя настолько отвратительно и безобразно — с трудом верилось, что тихий и скромный Питер, да вежливый и умный Орби были его родителями. Альфа мог только одно в этой жизни — прожигать родительские деньги на своё удовольствие и не заботиться о том, что когда-то не станет родителей, а богатства, что они сейчас старательно копят, могут растратиться в один миг. Грэга это не волновало — он не знал о том, сколько труда было вложено, чтобы на его карточке появилась лишние десять тысяч долларов.       Орби всеми силами старался образумить сына, и даже тихий Питер проявил к своему ребёнку твердость характера и заставил взять в мужья хорошенького, тихого и милого омежку. Но и это не помогло. Грэг не воспринимал мужа всерьёз, изменял ему открыто и нагло, даже не гнушался отвесить тихому и кроткому парню несколько пощёчин, когда сам был чем-то недоволен. Лайонел никогда не перечил мужу, никогда не жаловался его родителям на то, что с ним вытворял Грэг. Альфа практически насиловал своего мужа, считал его грязью под своими ногами, оскорблял и запросто мог унизить при посторонних. Да и побои, пусть и не столь сильные, счастья не приносили. Но в этом адском браке с Грэгом Лайонел всё же решился на ребёнка.       После пяти лет замужества омега подарил жизнь маленькому альфе — новому будущему наследнику всех богатств семьи Мальком. Счастью Лайонела не было предела и все гадости, что творил его муж как-то сами собой отошли на задний план. Теперь вся его жизнь крутилась вокруг маленького комочка на его руках. Питер и Орби просто души не чаяли в своем внуке и даже, казалось, что сам Грэг как-то смягчился к супругу после рождения сына.       Да только со временем всё вернулось на круги своя. Грэг снова ни во что не ставил Лайонела и не стеснялся показывать свое отношение к мужу при их сыне. Орби и Питер всячески старались образумить Грэга, оградить от его дурости Лайонела, да не позволить маленькому Дэвиду видеть этот кошмар. Но не всегда получалось и частенько Дэвид наблюдал, какие на самом деле отношения между его родителями.       После десяти лет брака у Лайонела лопнуло терпение, и он подал на развод. К его удивлению Грэг долго отказывал омеге и только под нажимом родителей отпустил уже бывшего супруга на все четыре стороны. Но… Но Дэвид остался с отцом по решению суда и даже Орби никак не смог на это повлиять. Омега знал, что Дэвиду будет лучше с папой-омегой, чем с его непутевым сыном. Однако у него хватило сил, да и всё же капля желания не расставаться с внуком сыграла свою роль.       Лайонел на самом деле любил своего мужа, но всему в этой жизни есть предел. Да и чего греха таить — он встретил другого человека. Бета из достаточно обеспеченной семьи с первой их встречи проявлял нешуточный интерес к омеге и вскоре, одарённый нежностью, лаской и вниманием, чего он раньше никогда не видел от своего мужа, Лайонел поддался чувствам и пустил бету в своё сердце.       Грэга именно это и задело. Не так давно для омеги он и их ребёнок были центром вселенной. Это его он обожал и любил, терпя от альфы буквально всё, а теперь… Теперь о нём забыли и это безмерно злило. Но решиться на что-то он не мог. Пусть он и был жесток к мужу — откровенно гадить, подставлять его или даже отомстить он не думал. Он просто возненавидел омегу, который посмел от него отказаться. Хотя, по сути, кроме шикарной внешности и мастерства в постели у Грэга ничего и не было. Душа пустая. Не от чего отказываться…       С момента развода в семье Мальком появились трещины, которые даже опытный и сильный Орби был не в силах затянуть. Дэвид под воспитанием своего отца рос грубым, хватким, не проявляющим никаких хороших эмоций — от ребёнка бывало порой улыбки дождаться нельзя было. Он не ластился к взрослым родственникам, не играл со своими сверстниками, а посторонних и вовсе воспринимал как врагов. Но хуже было всего то, что Дэвид откровенно ненавидел своего папу. И всё это с лёгкой подачи Грэга. Лайонел чуть ли не волосы на себе рвал, каждый раз слыша, что Дэвид не любит его и не хочет его видеть. Орби раз за разом объяснял маленькому внуку, что он не прав и что у него самый лучший папа на свете, но юный альфа словно не слышал своего дедушку.       Шли годы. Семья Мальком прочно держала свои позиции в бизнесе. Теперь уже Орби отошёл от дел, передав их своему внуку Дэвиду. Альфа проявил поистине блестящие способности организатора и бизнесмена, что, видимо, передалось ему от младшего деда, минуя его отца. К тому времени скончался Питер. Дэвида смерть его старшего дедушки почти никак не тронула. Он едва ли дождался конца похорон и тут же умчался в офис. Грэг давно съехал из фамильного особняка и просто прожигал деньги, которые ежемесячно поступали на его счёт. А полгода назад скончался и сам Орби Мальком, прожив долгие и по-своему счастливые восемьдесят лет.

***

      Дэвида просто трясло. Последние года три перед смертью деда альфа почти и не навещал его — он день и ночь работал над тем, чтобы в состав своей компании заполучить парочку других, тем самым расширив область своего бизнеса. И честно, он практически забыл о том, что дед не раз говорил о завещании.       Дэвид и не сомневался в том, что дед оставит всё до последней копейки ему, определив родному сыну сумму содержания, чтобы некудышный альфа не бедствовал. По сути, так оно и получилось, но с одной большой оговоркой, которая повергла молодого бизнесмена в шок.       — Малыш, ну не грузись ты так из-за такого пустяка.       В кресле альфы в его кабинете на самом последнем этаже офисного здания компании «Интерпрайз» вальяжно развалился совсем молоденький красивый омега и тонким пальчиком листал фотографии в новеньком телефоне, который не больше часа назад выпросил у Дэвида.       — Саймон, прикрой свой хорошенький ротик и не создавай тут потугов мыслительной деятельности, — в ответ на слова омеги альфа громко рявкнул, тем самым осадив своего очередного постельного парнишку.       — Малыш, ну не сердись. Я ляпнул, не подумав! — Саймон быстро соскочил с места и прижался к широкой спине альфы, тихо «мурлыкая». Его тонкие и изящные ладошки быстро легли на пах Дэвида и огладили пока вялый и мягкий член.       — Ты вообще никогда не думаешь. Ты умеешь только хорошо работать языком и задницей, что вполне логично при твоей смазливой мордашке, — альфа не пошевелился, зная, что сейчас в качестве извинений получит умопомрачительный минет в исполнении этого грязного ангелочка. Саймон — шлюха, но шлюха дорогая и элитная, а потому отчасти полезная для его статуса богатейшего альфы штата.       После того, как Саймон со всей страстью и чуть ли не целым представлением ублажил своего нынешнего покровителя оральными ласками и стерпел идиотскую, по его мнению, привычку Дэвида кончать ему на лицо, омега, умываясь в туалете, вспомнил, что ещё утром Дэвид просил его связаться с Виком и вызвать омегу к себе.       Саймон давно понял, что сексуальные аппетиты нынешнего главы семейства Мальком просто огромны по масштабам и потому ни капли не протестовал против ещё одного или двух омег в постели. А иногда и беты там попадались. Вообще Дэвид менял омег и бет как перчатки, но последние два года именно Саймон и Вик прочно заняли место подле именитого альфы, чем вызывали кислотно-ядовитую зависть у многих своих конкурентов. При всём при этом и, несмотря на свои ещё юные двадцать лет, омега прекрасно понимал, что ни его, ни Вика не ждёт алтарь в церкви, подвенечный белый костюм и дорогущее обручальное колечко на безымянном пальце. Дэвид ни за что в жизни не свяжется с такими вот нахлебниками, как они, да и вообще семейная жизнь волнует альфу в самую последнюю очередь.       И если Саймон это прекрасно понимал, то Вик не оставлял попыток склонить Малькома к браку. И потому любого омегу или бету воспринимал, как соперника и ничего хорошего от него им ждать не стоило. Такая беда только Саймона обошла, так как он откровенно признался, что от Дэвида, кроме хорошего секса и денег ему ничего и не нужно. Омега всё ещё грезил свадьбой, но на месте его жениха образ Дэвида Малькома никак не приживался.       Саймон быстро в контактах отыскал номер Вика и ещё с полминуты слушал какую-то глупенькую песенку вместо гудка.       — Саймон, что нужно? — в динамике послышался сонный голосок, а после недовольное чихание.       — Вик, пудри свой носик, облачай попку в новенькие джинсы и дуй к нам. Член Дэвида соскучился по твоей дырочке. — Саймон растянул губы в похотливой улыбке, зная о том, что Вик сейчас представит себе его выражение лица и начнет дико беситься. Омега терпеть не мог, когда Саймон вёл себя настолько похотливо, а в свою очередь Саймон не мог упустить шанса потрепать Вику нервишки. Это было его третьим любимым занятием после шопинга и секса с Дэвидом.       — Сай, язык прикуси. Я буду часа через два. Мне в офис приехать или сразу домой? — в трубке послышали неприятные звуки и Саймон после небольшой ругани Вика догадался, что тот уронил телефон.       — Домой. И да, собери с собой чемодан. Мы втроём едем отдыхать. Пока, пупсик. Не забудь одеть любимые стринги Дэвида… — с этими словами Саймон нажал на кнопку, успев услышать пару крепких фразочек от Вика. Нет, дразнить и нервировать этого омегу Саймону никогда не надоест.       Особняк семьи Мальком, а точнее его восточное крыло, где располагалась одна из многих гостевых спален, полнился звуками жаркого секса. Стоило Дэвиду и Саймону переступить порог дома где их уже ждал Вик, как альфа тут же уволок обоих омег на кровать и с перерывами брал обоих в течение часа, наслаждаясь стонами парней. В свою же спальню альфа не допускал никого и это жутко бесило Вика, но он не смел подходить близко даже к её дверям — в миг Дэвид вышвырнет его прочь. Альфа никогда не церемонился с тем, кто не соблюдает его правил. Все трое лежали в кровати и, тяжело дыша, отходили от очередного бурного захода.       — Дэвид, зайка, мы действительно поедем на отдых? Мне Саймон проболтался по телефону. — Вик захлопал длинными тёмными ресницами, смотря на альфу с поистине безграничной преданностью и отчасти глупостью, водя при этом тонким пальчиком по его груди.       — Завтра утром нотариус озвучит завещание моего деда, и после мы улетим отдыхать.       — Ва-а-а! Дэвид, я так обожаю тебя!       Вик кинулся обнимать альфу, не слушая тихий хохот Саймона по другую сторону от Дэвида. Омега уже знал, что за отдых им предстоит. Он не так давно имел интрижку с самим нотариусом покойного Орби Малькома и в точности знал, что дедуля приготовил для своего внучка. Даже при том, что нотариус предварительно озвучил часть условий самому Дэвиду сегодня утром в его кабинете, альфа не догадывался о грядущей «подставе».       В кабинете нотариуса присутствовало всего четверо человек, не считая самого мистера Эльгерта. Сам Дэвид, его отец Грэг и естественно Саймон и Вик. Первый поплёлся исключительно из-за того, чтобы посмотреть на своего бывшего любовника и вновь посмущать его напоминанием об их прошлой прочной связи двух омег. Хотя для Саймона в этом нет ничего предосудительно — он одинаково хочет как альф, так и бет с омегами. Вик же всеми силами позирует перед Дэвидом во всей красе, стараясь показаться истинным омегой, на которого можно положиться в жизненном пути. Да только на протяжение всех двух лет его попытки были провальными.       — Доброго утра, господа. Я собрал вас для того, чтобы озвучить завещание скончавшегося полгода назад почтенного мистера Орби Малькома. Итак, я не стану тянуть. Согласно завещания мистера Орби Малькома всё его движимое и недвижимое имущество переходит в собственность его внука — мистера Дэвида Малькома. Сын — мистер Грэг Мальком получает пожизненное ежемесячное содержание в размере двадцати пяти тысяч долларов из счетов компании «Интерпрайз»… — мистер Эльгерт сделал небольшую паузу, а после и вовсе дрожащими руками схватился за стакан и начал пить воду большими глотками. Он просто имел неосторожность в этот момент посмотреть на Саймона, который откровенно, практически развязно флиртовал с ним, не смущаясь небольшой публики рядом. На это Дэвид только пошло улыбался, Грэг не обратил и вовсе никакого внимания, а вот Вик выражал откровенное раздражение.       — Мистер Эльгерт, это всё? — голос Грэга показался Саймону подозрительным — словно альфа тихо насмехался над собственным сыном.       — Не… Не… Нет. Простите, не совсем хорошо себя чувствую. — мистер Эльгерт поспешил оправдаться, всячески избегая смотреть в глаза Саймону. Просто омегу одолевало дикое желание, стоило только взглянуть на своего бывшего любовника. Секс с Саймоном был невероятен и после него ни один альфа не смог утолить голод тела строгого омеги.       — Тогда продолжайте. Действительно, омеги слишком часто отвлекаются на что угодно и потому серьёзные дела у них идут через пень-колоду, — по голосу самого Дэвида можно было безошибочно определить, что альфа очень раздражён. Да и взгляд у него был не самый добрый. Хотя тёплого взгляда от этого человека не дождешься и к концу света.       — Прошу прошения… Всё указанное в завещании передаётся мистеру Дэвиду Малькому только после выполнения всех ниже указанных условий. Первое условие — в течение последующих шести месяцев после оглашения завещания мистер Дэвид Мальком обязан выйти замуж за омегу. Выбор супруга должен быть одобрен мистером Говардом Плиуни — заведующим центром «Здоровая семья». Также мистер Дэвид Мальком не имеет права расторгать брак в течение последующих двадцати лет после замужества. Данное условие может быть не исполнено при полном выполнении второго условия. Второе условие — в течение трёх месяцев мистер Дэвид Мальком обязан безвыездно прожить на ферме семейства Одисс и приучиться к ручному труду. За ним будет осуществляться контроль со стороны мистера Рекса Одисса. Контролирующий прохождение обучения обязан по истечении трёхмесячного срока поставить свою подпись под завещанием о наследстве, тем самым подтверждая успешное выполнение второго условия. Отсутствие подписи приравнивается к невыполнению или к отказу от выполнения второго условия и лишает мистера Дэвида Малько права наследования на компанию «Интерпрайз», счета, и всё движимое и недвижимое имущество, за исключением семейного особняка Малькомов. Второе условие является обязательным к исполнению и не подвергается каким-либо оговоркам и изменениям.       На этом нотариус закончил и в полной тишине сел на своё место, внимательно смотря на ошарашенных «гостей». Особенно на Дэвида и тёмноволосого омегу слева от него. Ну, их шок ему понятен — он вчера утром озвучил для мистера Малькома лишь условие о замужестве, опустив условие о ферме. Это было личной просьбой покойного Орби Малькома.       — Погодите! Что это за несусветная ерунда? Если первое условие я способен понять, то зачем отправлять Дэвида на какую-то ферму? Навоз там убирать, коров доить? Кто придумал этот бред? У кого мозги совершенно свихнулись? — Вик подскочил на месте и обеими ладошками хлопнул по столу, опираясь на них и как можно ближе наклонившись к нотариусу, вытянувшись стрункой над столом.       — Весь текст завещания придуман исключительно мистером Орби Малькомом пять лет назад. Завещание в присутствие двух свидетелей — мистера Плиуни и мистера Одисса, — составил мой покойный отец. Он был первым личным нотариусом семьи Мальком. Ещё вопросы, мистер? — омега деловито поправил очки, прожигая этого накрахмаленного нахлебника злобным взглядом. Натану Эльгерту всегда с трудом удавалось себя сдерживать, когда кто-то оскорблял его отца или мистера Малькома, ставшего и ему почти родным дедушкой.       — Нет… Ничего… — Вик стушевался, услышав, что каждое слово было придумано дедом его обожаемого альфы, и сел на место, опустив голову, как нашкодивший щенок.       — Ну, сыночек, удачно провести время в трудовом лагере. Я помню Одисса. Препротивнейший старикан. Я услышал всё, что хотел и потому прощаюсь с вами. Мистер Эльгерт, бумаги на подпись на согласие с условиями завещания пришлите мне с курьером. У меня ещё много дел.       После этих слов Грэг Мальком поднялся со своего места и неспешной, вальяжной походкой вышел из кабинета нотариуса, что-то тихо напевая. Кажется, альфе было плевать на всё — своё положенное и то к чему привык, он уже получил. Зачем напрягаться ещё?       — Я вчера и так едва успокоился по поводу замужества, так дед ещё одно идиотское условие выдумал?! Что это за ерунда? Отвечайте! Почему вчера предварительно вы мне озвучили не всё? — Дэвид с вызовом посмотрел на нотариуса, к которому в одно мгновение утратил весь сексуальный интерес. У этого альфы так всегда — он делит людей на тех, кого может трахнуть, и на врагов. И мистер Эльгерт в один миг перешел из постельной категории в оппозиционную.       — Мистер Мальком, ваши семейные дела не входят в мою компетенцию. Моя работа — озвучить вам волю покойного и проконтролировать соблюдение всех условий прописанных в завещании. Всё. Остальное меня не касается. — Натан Эльгерт сказал это настолько твёрдо, ледяным, совершенно беспристрастным голосом, что Вик на мгновение сжался в комок, стараясь скрыться за Дэвидом, а Саймон с полминуты удивлённо смотрел на своего бывшего любовника. Определённо сейчас он показал себя с новой стороны и Саймону это точно понравилось.       — Прошу простить излишнюю эмоциональность. Благодарю за уделённое время. Мистер Эльгерт, всё, что касается проверки, пришлите моему секретарю. Мне же необходимо тщательно обдумать сложившуюся ситуацию. Доброго вам дня… — после этого альфа молча поднялся и, никого и ничего не слушая, вышел из кабинета. Оба его омеги мгновенно последовали за ним, но вот Саймон всё же задержался на пару секунд, чтобы послать Натану воздушный поцелуй, отчего бедняжка покраснел и мигом выскочил на балкон своего кабинета. Ну, Саймон чувствовал, что с этого момента он долгое время не сможет увидеть Натана и насладиться его поистине невинной реакцией на все провокации.

***

      Шарли прекрасно понимал, что покупка нового сорта пшеницы серьёзно ударит по семейному бюджету, но он просто не мог упустить такой шанс. Гибридная пшеница этого сорта пока популярности не набрала, но выведав своими каналами все её качества, молодой омега с твёрдостью решил — она должна расти на его полях у одного из первых. Потому-то он уже битый час сидел у себя в комнате и внимательно просматривал все свои траты за месяц, сравнивая их со счетами в банке.       — Мда… Сложновато будет, учитывая покупку кроликов в прошлом месяце. Эх… А ведь ещё и Родни не вернул долг. Его бы как раз хватило на полугодовой запас корма… — омега красивым почерком выводил свои планы в записной книжке, тихо бубня себе под нос. Имел он такую привычку разговаривать сам с собой. Это позволяло ему тщательно сосредоточиться на деле.       — Шарли-и-и-и-и-и-и! — с этим криком в комнату омеги заскочил молоденький четырнадцати лет бета и повис на шее у брата.       — Макс, имей совесть! Я же работаю, мелкий ты Енот! — омега недовольно фыркнул, но всё же приобнял брата, щёлкнув его пальцем по носу.       — Да я знаю, но там такое! Там этот… Ну, тот самый, за которым следить поручили. Он приехал, да ещё с собой двух парней приволок. — Макс ухватил брата за руку и потащил его к окну, указывая на странную для их местности компанию из трёх человек.       — Вот ведь дерьмо! — Шарли сорвался с места и со всех ног бросился вниз, желая раньше родителей выйти к гостям. Хотя это не гости — это геморрой ему на одно место.       Уже три года прошло со смерти дедушки и Шарли был тем, кто горевал больше всех. По сути, маленького омегу именно дедушка и воспитывал. Родители Шарли любили его, но из-за болезни Макса они почти не занимались старшим сыном и всё воспитание юного омеги взял на себя его дедушка.       — Шарли, там кто-то приехал? — из кухни на первом этаже донёсся голос папы-омеги. Шарли, наскоро открестившись, что сам выйдет к посетившим их персонам, проскочил холл и выбежал на крыльцо, а после спустился с него, медленно направляясь к ожидаемым, но всё же не в такое время и не в таком количестве гостям.       В этот момент Дэвид, злющий и явно желающий хоть на ком-то отыграться, стоял в метрах пяти от крыльца дома Шарли и очень грубо, со своим вечным приказным и требовательным тоном разговаривал по телефону.       — А почему вы не посчитали необходимым сообщить мне об этом ещё на встрече по поводу завещания? Ах, воля покойного? Да чтоб он в гробу вертелся как пропеллер! Ясно? И помните — я так просто всё это не оставлю!       Шарли внимательно смотрел на взбешённого альфу и про себя думал, что с такого жеребца сбить спесь и заставить его ходить под седлом будет ему стоить огромнейших усилий и невероятного количества нервов. Но он обещал. Обещал своему деду, что выполнит его просьбу и что никогда не бросит их семейную ферму. Никогда.       Альфа с рыком сбросил звонок и тут-то он взглянул на омегу, вышедшему ему навстречу. Нельзя было сказать, что с первой секунды у них что-то зародилось между друг другом, но странное, хрупкое напряжение повисло между этими людьми, пока они внимательно изучали друг друга. Яркие, зелёные глаза альфы смотрели изучающе, словно он взглядом ощупывал всего омегу и мысленно присваивал ему определённую цену. Дэвид всегда так поступал.       А вот карие, с лёгким золотистым оттенком глаза омеги смотрели совершенно беспристрастно — нет, совершенно равнодушно, как смотрят глаза манекенов с витрин магазинов. Просто Шарли с первой секунды смог разглядеть истинные намерения стоящего перед ним альфы, и этот взгляд был естественной реакцией омеги на подобного рода людей.       — Добро пожаловать. Я — Шарли Одисс. Нынешний хозяин семейной фермы Одисс. Прошу прощения, но я не ожидал, что вы, мистер Мальком, приедете с сопровождающими. Потому подготовил комнату только для вас, — первым заговорил именно Шарли, так как альфа всё ещё молчал, пристально разглядывая омегу перед собой.       — Что значит «приготовили комнату только для одного»? Мы что в хлеву спать должны? — писклявый голосок Вика неприятно резанул по слуху Шарли и тот на мгновение скривился.       — Вик, лапушка, для тебя точно выделят место в курятнике. С подружками ночевать будешь, — тут же отозвался Саймон, приятельски подмигнув Шарли.       — Что ты сейчас сказал?       — Лапа, не грузи свой мозг — перегреется.       — Саймон, ты мне за всю дорогу уже кровь перепортил, так теперь…       Сцепившихся омег ни Шарли, ни Дэвид более слушать не стали.       — Что ж, вполне ожидаемо, так как вас не предупредили о большем числе гостей. Полагаю, вы и есть внук Рекса Одисса, который был хорошим другом моего покойного деда и должен был выполнить обязательство перед ним, заключающееся в моем. кхе… обучении фермерской жизни. Да вот только не успел.       — Всё верно. Но мой дедушка умер. Просил извиниться, что не по графику, вами запланированному.       — Острый язычок? Мило. Давай договоримся сразу — я хорошо заплачу тебе и даже одарю своей лаской, а ты черкнёшь свою закорючку через три месяца под завещанием. И все довольны.       — Во-первых, я не позволял вам обращаться к себе на «ты». Во-вторых, я выполню всё, как и завещали наши деды. Ни деньгами, ни своим хозяйством в штанах вы меня не подкупите. Я ясно выражаюсь? Проблем со слухом нет? Отлично. Тогда хватайте свои чемоданы и идите следом — покажу вам вашу комнату. А вашими сопровождающими я займусь чуть позже. И запомните — в этом доме прислуги для вас нет.       Омега развернулся и с гордо поднятой головой направился обратно в дом, с удовольствием слушая, как альфа тихо выругался. Подкупить его хотел. Ха, не на того нарвался, белоручка!