История Коршуна, которого погубила Ласточка

      Тёплый, влажный, весенний ветер теребил ветви детской, принося за собой запах рыбы и камышей. Куст негромко перешёптывался листьями, между ветвями мягко пробирались первые лучи солнца.       Я лежал в полусне возле тёплого бока матери, а рядом сопела моя сестра. Я поднялся с подстилки и стряхнул приставшие комочки. Меня окончательно разбудила непонятная чесотка в глазах. Они у меня ещё не открылись, и я с нетерпением жду момента, когда они откроются. Я поднял лапу и прошёлся ею по правому глазу. Вдруг я почувствовал, как к нему прильнул прохладный воздух. Опустив лапу, я понял, что мой глаз приоткрылся. Это был необычайный восторг! Я с нарастающей радостью оглянулся по сторонам. Я видел! Я мог вдеть, то, что было вокруг! Я посмотрел на сестру. У неё была красивая длинная, золотистая с пятнами и полосками шерсть. Почти как у мамы! Интересно, какой я? Я обернулся и посмотрел себе за спину. Она была тёмно-бурая, в полоску, а живот был снежно-белым. Я встряхнул головой, чтобы полностью открыть оба глаза.       Рядом с нами лежала ещё одна королева, а рядом с ней её котята. Я выскочил из подстилки и почувствовал холодную и сырую землю. - Что ты делаешь? -спросила Мотылинка, поднимая голову в мою сторону. Она хотела что-то сказать ещё, но я обернулся и радостно взвизгнул. - Я вижу!!! Мои глаза открылись!!! Я могу видеть! Теперь я стану настоящим воином! Тут мама резко встала, свалив обиженную Мотылинку, и с испугом начала шарить глазами. Вторая королева тоже повернулась ко мне посмотрела на меня испепеляющим взглядом. Нашарив меня мама облегчённо вздохнула. А потом сердито посмотрела и сказала. - Ты чего шумишь?! Все спят, а ты разорался. Быстро на подстилку.       Я почувствовал, как королева усмехнулась и снова легла на свою подстилку." Мои детки никогда не будут так себя вести..." - пробурчала она себе под нос, так, чтобы её все услышали. Мама промолчала, а Мотылинка недовольно фыркала и медленно переворачивалась через спину в привычное для кошки положение. - Тем более, размяукался тут! Мы вообще-то спим. - сорвалась она мне из-за очередной неудачной попытки перевернуться под маминым боком. Я вздохнул и поплёлся на подстилку к маме и сестре. Меня никто не понимает! Я радуюсь, а вы... просто всё испортили. Я лёг и почувствовал как к горлу поступает комок слёз. Я откинул это чувства и постарался порадоваться тому, что впервые закрываю глаза. Через некоторое время на меня неожиданно упали задние лапы Мотылинки. Я резко поднял голову и уже хотел рассердиться на неё, да посильнее, из-за того, что она сначала фыркает и шипит на меня как змея непонятно из-за чего, а теперь без всяких объяснений падает на меня и мешает мне выполнять её же указы. Но когда я повернулся к ней, оказалось, что она нормально сидит и смотрит на меня во все глаза и весёлой мордочкой. - Прости - весело, но немного стеснительно сказала она. Я вздохнул - кажется, она общается со мной в зависимости от настроения. Но ничуть не смущало меня. Я поднял голову и сверкнув глазами, с шутку серьёзно сказал: - Не прощу. Ты должна расплатится. Сейчас ты испытаешь удар настоящего воителя. Берегись!       Я набросился на неё с визгом, а она вскрикнула и, заливаясь смехом начала улепётывать от меня, но она не смогла. Ведь её глаза ещё не открылись, и она никак не могла осознать с какой стороны я налечу на неё и вертелась во все сторону. Это было неинтересно, и даже грустно. Я слез с неё и вздохнул. Тут мама зашуршала и повернулась к нам. - Что ты тут шуршишь? Мотылинка, и ты туда же? Так, Кошунёнок. У тебя открылись глаза? - прошептала она, тем самым окончательно взбесив невыспавшуюся королеву, - Хорошо. Идите на поляну и поиграйте там. Смотри за сестрой в оба!       Сначала я немного расстроился и обиделся на маму из-за того, что она разговаривает со мной таким тоном, а сама шумит не меньше, чем я, но после последних слов я чуть не завизжал от радости, но вовремя вспомнил о тишине. Она доверила мне Мотылинку!!! Она считает меня достойным! Значит я им нужен.       Я повернулся к Мотылинке, которая безуспешно пыталась учуять меня. Я подставил ей свой бок под нос, так, чтоб она уже поняла где я и начала ориентироваться. - Ты слышала, что сказала мама? Пойдём погуляем, - Мотылинка радостно закачала головой и направилась мне за спину. Что странно, она пошла в правильную сторону. Хм, наверно почувствовала ветер. Я отряхнулся и пошёл за ней.       Я вылезал из детской и жмурился. Я уже представлял, какой этот лагерь. Большой, просторный и защищённый от врагов. Не знаю как, но всё-таки защищённый. Потихоньку выползая, я почувствовал чьё-то прикосновение и остановился. Оно было мягким и нежным, как кошачья шерсть. Наверно, это воздух. И он настолько пропитан Речными котами, что чувствуется их присутствие. Я с нетерпением, но медленно открыл глаза и передо мной раскинулись просторы...просторы Мотылинкиной шерсти. Святая Река!!! Мотылинка уселась тылом передо мной и внюхивалась и вслушивалась в эти проклятые просторы лагеря, которые я так и не смог нормально посмотреть! И кончики её шерсти на копчике касались меня, а я, дурак, подумал, что это воздух Речных котов! - Мотылинка! Ты что на проходе уселась, мышеголовая! - тихо прошептал я, помня, что всё ещё нахожусь наполовину в детской. Из-за Мотылинки! - Как?! Как ты открыл глаза? - необращая внимания на мой грубый тон сказала Мотылинка, - Я тоже хочу!        Она повернулась ко мне. Я уже еле как выбрался из прохода и усаживался рядом. Я хотел рявкнуть про то, что не всё в жизни добивается так просто, но взглянув на её печальную мордочку, которой не хватало только открытых глаз я невольно передумал. Я понимал, что когда эти полные печали глазки откроются, эффект будет ещё сильнее, и я вообще никогда не смогу ей отказать. Но согласился. Надеялся, что с возрастом дар пропадёт. - Я просто протёр глаз лапой и он сам открылся. Но тогда он ещё и чесался. Сильно. И сейчас ещё немного осталось, - рассказал ей я. Она меня внимательно выслушала, а потом опустила голову и задумалась. Я смотрел на неё не отрывая взгляда. Так мы и стояли. Два маленьких котёнка посреди огромного, но такого, казалось бы, родного леса. Тёплый ветер перебирал нашу шерсть, неся за собой листья и унося их куда-то далеко-далеко, где не ступала лапа кота.