Неравный брак

- Малыш, - Чанель ласково улыбнулся, целуя живот омеги. - Это папа. Дело было семь месяцев спустя. Мальчик-альфа в животе Бэка заметно подрос и всячески напоминал родителям о своем присутствии несильными толчками. Чанель, проводивший с омегой дни напролет, уделял сыночку едва ли не больше внимания, чем его папе. Оба альфы - Чанель и Фань - в ребенке души не чаяли, с нетерпением ожидая его появления на свет. Бэкхен же, был к малышу более холоден. Ребёнка он не любил, пинки и шевеления его только раздражали. На протяжении беременности омега не истерил и не капризничал. Но все больше молчал и редко улыбался. Хотя Фань, узнав пол и вид ребёнка, Бэкхена едва ли не на руках носил. Омега старался быть благодарным, но получалось вяло. Проблески радости случались нечасто. В основном в моменты, когда Чанель разговаривал с его животом. Но Бэку скорее нравилось наблюдать за восторженной моськой любимого альфы. Привязанности к собственному сыну он не чувствовал совсем. Скорее даже наоборот. Ведь из-за этого малыша между ним и Чанелем теперь была пропасть. Чанель это видел. Поэтому всячески старался обратить внимание Бэка на сына. И уделять омеге больше внимания и ласки, чтобы поднять настроение и сделать лучше малышу. - Кажется, я поцеловал его пяточку, - хихикнул альфа, целуя Бэкхена в уголок губ. - Наш малыш чудо, правда? - Да, чудо, - сухо ответил Бэк. - Я в восторге. - Ну что такое? - Чан обнял его. - Ты совсем-совсем не рад? - Рад, - Бэк устало улыбнулся и уложил голову на плечо альфы. - Тебе хорошо с ним, и я рад этому. - Так и тебе должно быть хорошо с нами, - ответил Чан, поглаживая его по волосам. - Мне хорошо с тобой, - возразил омега. - Все в порядке, Чанель. - Я люблю тебя, - улыбнулся Пак, чмокнув омегу в щеку. - Ты стал таким пухленьким во время беременности. Так и хочется потискать. - Ну так и тискай, - улыбнулся Бэк. - Ты же боишься щекотки, разве нет? - альфа тихонько пощекотал бока омеги. Омега хихикнул и поежился. - Да, все ещё боюсь. - Ну вот. Так что особо тебя не натискаешь. У тебя сегодня есть какая-нибудь аэробика? - Не хочу, - сказал Бэкхен, поправляя свободную футболку на животе. - Мне надоело. - Надо. Разве ты не хочешь родить без последствий? - Без каких последствий? - спросил Бэк. - Ну я не знаю, - альфа пожал плечами. - Тяжелых. - Со мной все будет в порядке, - омега зевнул. - Не волнуйся обо мне. - Хочешь спать? - Пак погладил его по волосам. - Нет. Просто чувствую себя как-то устало, - ощутив пинок, Бэк охнул и поежился, положив ладонь на живот. - Ну сколько можно уже? - Тише, - альфа накрыл его ладонь своей. - Малыш хочет, чтобы ты улыбнулся. Чтобы обрадовался ему. Ты совсем-совсем ничего не чувствуешь? - Из-за него меня часто тошнит, - ответил омега. - Мне тяжело ходить и даже спать. А он только и делает, что пинается, - Бэкхен положил свободную ладонь поверх ладони любимого. - Из-за него я лишен свободы быть с тобой. Почему я должен его любить? - Потому что это твой ребенок. Наш ребенок, - ответил альфа. - Он чувствует, что ты не любишь его. Поэтому заставляет тебя проходить через трудности. Он хочет, чтобы ты его полюбил. Иначе он просто родится мертвым. Бэк обнял альфу и ткнулся лбом ему в шею. - Это не наш сын, Чанель. Это ребёнок Ифаня, - омега всхлипнул. - Было бы лучше, если бы я промолчал тогда. Если бы не послушал Чунмена и сделал аборт, пока ещё можно было. Тогда Фань отпустил бы меня. И я был бы сейчас твоим. Знал бы ты, как я хочу этого. - Ты и так мой. И я обещал, что полюблю этого мальчика, как своего. Ифань никогда не станет для нас препятствием. А из-за работы он будет уделять ему мало внимания. И мы воспитаем его вместе. Омега покачал головой. - Не думаю, что это так. Фань говорил, что возьмёт отпуск, сразу после рождения малыша. "Наш мальчик должен знать и своего отца тоже", - процитировал он мужа и посмотрел на свой живот. - Может, в роддоме мне написать отказ? Фань заберет его и пусть делает, что хочет. А мы сбежим. - Ифань не даст тебе, - вздохнул альфа. - А если... Попробуем сбежать втроем? У Ву будет конференция в Америке. Бэк покачал головой. - Тогда он точно найдёт нас. Из-за ребёнка. И станет только хуже, - омега вздохнул. - Придётся оставить все, как есть. - Мы справимся, - Чанель поцеловал его в висок. - Я обещаю. Омега улыбнулся. - Я люблю тебя. - Я тоже тебя люблю, - улыбнулся Пак, прежде чем поцеловать парня. Вечером, когда альфа вернулся домой, омега встретил его сидя в гостиной с книгой и жуя конфеты. - Привет, - Ву улыбнулся мужу, сев рядом и обняв его. - Как ты сегодня? - Нормально. Бэкхен коротко улыбнулся мужу и вернулся к чтению. К альфе, как и к ребёнку, он был теперь абсолютно равнодушен. Теперь Фаню доставались лишь фальшивые улыбки. - Как дела на работе? - Отлично. Перенес командировку на две недели попозже, - ответил Ву. - Подольше побуду с вами. - Ты уже договорился с врачами? - Да. Они предлагают тебе лечь на сохранение. Что думаешь? Бэк посмотрел на мужа. - Зачем? Что-то не в порядке? - Да. Ты и малыш в зоне риска. Врачи думают, что вам нужно быть под наблюдением. Бэкхен развернул очередную конфету. - Что означает "в зоне риска"? Альфа замялся, не зная, стоит ли говорить. - Малыш болен. Это не очень серьезно, но при родах могут быть проблемы. Омега вздохнул. - Ифань, ты можешь сказать все и сразу или мне вытягивать из тебя придется? Чем болен? Почему? Что за проблемы? Если хочешь умолчать, просто не начинал бы говорить об этом. - У него непереносимость чего-то там. Я же тоже не врач. Так что не могу объяснить. В общем, если за это не взяться сейчас, во время родов выживет только один из вас. Бэкхен задумался. Умирать не хотелось. Становиться убийцей - тоже. Похоже, придется все же лечь в больницу. Омега отложил в вазочку с конфетами скомканный фантик и натужно поднялся с кресла. - Я даже спрашивать не буду кого бы ты выбрал в этом случае. Парень направился в спальню. - Бэкхен! - альфа пошел за ним. - Я выбираю обоих. Это ты скорее бы предпочел смерть нашего ребенка. Почему ты так его ненавидишь? - Не смей называть меня убийцей, Ву Ифань! - выкрикнул в ответ омега. - Если у твоего ребенка непереносимость чего-то там, это не значит, что я в этом виноват, - рыкнул он, хмуро глядя на мужа. - Я делаю для него все, о чем ты меня просишь. Если бы мне было плевать, я сделал бы аборт, даже не заикнувшись тебе о нем. - Я прошу от тебя только одного: любить его, - ответил на это Ву. - Если ты продолжишь так же к нему относиться - после родов я вышвырну тебя из дома и превращу жизнь твоей семьи в Ад. Ты этого хочешь?! Эти слова стали для омеги пощечиной. Снова угрозы. Как и в самом начале их "семейной" жизни. - Как я к нему отношусь? Не пою колыбельных, и не читаю сказок на ночь? - по щекам потекли слезы. - Или избиваю живот до синяков? Мне тяжело дается эта беременность. Мое тело болит каждый день, почти не переставая, меня тошнит до рвоты от любых посторонних запахов. Но тем не менее, я ем то, что ты говоришь, хожу на процедуры и обследования. Делаю все, чтобы этот ребенок родился здоровым, - голову повело и омега оперся рукой о стену. - Уж прости, что я не скачу по Мендону со счастливой улыбкой, и не скупаю одежки с игрушками в детских магазинах. "Лучше бы я убил его еще в зародыше". - Черт, - альфа помог мужу лечь на кровать. - Прости меня, Бэк, прости. Я... Мне кажется, что ты ненавидишь и меня, и сына. Мне больно оттого, что вы страдаете. Что я могу сделать для тебя? Сейчас. А завтра поедем в больницу, вам там помогут. - Отвези сейчас, - омега плакал, даже не пытаясь унять слез. В животе неприятно заныло. - Я не хочу тебя сейчас видеть. Снова слышать угрозы. Я устал чувствовать себя твоим заложником. - Я никогда больше ничего подобного не скажу, - альфа гладил его одной рукой по щеке, другой по животу. - Пожалуйста, прости. "Сколько раз не прощай - все в итоге повторяется снова. Ненавижу. И тебя, и его. Превратишь жизнь моей семьи в Ад? Для меня ничего не изменится". Бэк постарался успокоиться. Сейчас нужно держать себя в руках. Пусть только этот треклятый ребенок родится и тогда можно будет вздохнуть спокойнее. Поняв, что муж хоть немного успокоился, альфа взялся за телефон. - Я позвоню Чанелю. Он отвезет нас в больницу и будет следить за тобой, пока ты на сохранении. Бэк лишь молча кивнул. Если Чанель будет рядом - все в порядке. В больницу Бэка положили в тот же вечер. Дежурный врач при осмотре сказал, что у плода слабое сердцебиение. Если бы омегу привезли позже - последствия могли бы быть плачевными. Говорить с Ифанем омега не захотел. Эмоциональная вспышка вымотала его, да и видеть альфу тоже не хотелось. На Чанеля парень тоже не реагировал, чтобы не выдать их. Чанель тоже никак не реагировал. Ходя в душе переживал и за омегу, и за малыша. Ву засобирался домой, лишь когда Бэку поставили капельницу и состояние ребенка стабилизировалось. - Ну? Я поехал? Омега отвернулся и слабо махнул свободной рукой. Хотелось поскорее остаться одному. Или с Чунменом. Кивнув, Ву покинул палату. Чанель подошел к омеге. - Мне оставить тебя? Омега перевел на него взгляд и скользнул по пальцам своими. - Вернись, когда он уйдет, - шепнул Бэк. Кивнув, Пак вышел из палаты. Ифань о чем-то говорил с врачом недалеко от палаты. После, альфа огляделся в поисках Пака. А обнаружив его - подозвал к себе. Тот подошел и чуть поклонился, как требовала деловая этика. - Так, - альфа вздохнул и ткнул в подчиненного указательным пальцем. Ифань облизнул губы в нервном жесте. Мужчина был явно взволнован. - Как только будут какие-то изменения или что-то понадобится - сразу звонишь мне. - Конечно, господин, - Чан чуть поклонился ему. - Кстати, - вдруг вспомнил Фань. - Тебе известно что-нибудь о любовнике Бэкхена? Они прекратили встречи? - При мне он ни с кем не встречался, господин, - спокойно ответил тот. - Хорошо, - альфа кивнул. - Все. Я уехал, звони. - Хорошо, господин. Поклонившись, альфа подождал, пока Ву скроется за дверью отделения. А сам вернулся в палату к любимому. Омега лежал, закрыв глаза. То ли уснул, то ли был без сознания. Чанель присел на край постели и, поцеловав омегу в висок, начал гладить по волосам. Тот выдохнул и повернулся к Чанелю. Увидев альфу, он сонно улыбнулся. - Чань. - Отдыхай, - тот улыбнулся в ответ. - Ты хорошо потрудился. - Потрудился, - слабо усмехнулся омега. - Ребёнок болен. И я опять скандалил с Фанем. Он сказал, что, если я не полюблю этого ребёнка, он выкинет меня, а... жизнь моей семьи станет Адом. - Уверен, он возьмет свои слова обратно, - альфа прилег рядом и обнял омегу одной рукой. - А малыш поправится. И ты вместе с ним. - Поправлюсь, - Бэк вздохнул. - Фань сказал, что из-за болезни малыша, в итоге выживет только один из нас. Думаю, мне еще рано уходить от тебя. - Что? - Пак не поверил своим ушам. - Черт. Неужели нет ни малейшего шанса спасти вас обоих? - Поэтому я и здесь. На сохранение положили. - Все будет хорошо, Бэк, - альфа поцеловал его. - Мы справимся.

*****

Так наступил восьмой месяц беременности. Бэкхен принимал все необходимые витамины и лекарства, ел по индивидуально составленному рациону. Состояние малыша постепенно улучшилось и от признаков болезни почти не осталось следа. Существенно снизился и риск осложнений. С мужем Бэкхен почти не общался, разговаривал неохотно, хотя альфа каждый раз просил прощения за ту вспышку. Об их с Чанелем романе Ву не заподозрил тоже. Хотя медсестры не раз видели, как омега целовался со своим охранником или как тот засыпал на койке господина. Однако Ифаню никто об этом не донес. Но как-то утром после завтрака омега почувствовал себя очень плохо. Резкая боль в животе, а затем и отошли воды. Роды начались на три недели раньше срока. Чанель тут же сорвался ко врачу. Омегу увезли в операционную, а охранник начал дозваниваться до Ву. Хотя Паку и не очень хотелось: лучше бы рядом с Бэком был он. Ифань очень удивился этой новости. И обеспокоенно сообщил, что приехать сможет только завтра - альфа пребывал в командировке в Америке. Чанель обещал проследить и о любых изменениях докладывать. Быстро распрощавшись, альфа вернулся к операционной. Роды продолжались несколько часов. Без осложнений все же не обошлось - пуповина обвилась вокруг шеи ребёнка, но малыша успели спасти вовремя и все закончилось хорошо. Но когда акушерка поднесла младенца к Бэкхену, чтобы показать, омега отвернулся. Малыш, словно почувствовав неприязнь папы, заплакал сильнее. Казалось, будто он кричал: "Папа! Папочка, посмотри на меня, я же так тебя люблю! Не оставляй меня!". У Чанеля, наблюдавшего через тонкую стеклянную полоску в двери, сжалось сердце. Если бы он мог, то обнял бы и приласкал мальчика сам. Но кто ж ему позволит? От плача малыша у Бэкхена сжалось сердце и заныли виски. Омега хотел закрыть уши и закричать, чтобы младенца убрали, но сил не было. Врач, видя состояние омеги, попросил унести младенца. Может, после отдыха станет легче. Когда Бэкхена, наконец, перевели в палату, омега перевернулся на бок и вцепился ослабшими пальцами в подушку. Внутри все разрывалось на части и омеге титанических усилий стоило сдержать истерику. Чанель сразу же пришел в палату и обнял омегу. - Все, родной. Все закончилось. - Фань, - выдохнул Бэк, - он все видел, да? - Он не приехал. Прилетит из Америки завтра. - Слава богу, - Бэкхен закрыл глаза. - Я так боялся, что он увидит. - Все хорошо. Поскорей бы привезли мальчика. Бэкхен съежился и зажмурился. - У меня до сих пор звон в ушах от его плача. - Он так звал тебя. Неужели тебе не захотелось хотя бы одним глазком глянуть? - спросил Пак. - Я знаю, как выглядят младенцы, - проворчал омега. - Ничего нового я бы не увидел, - Бэк вздохнул. - Но мне придётся. Кормить и брать его на руки. Нужно будет заботиться о нем. Иначе моей семье конец. - Ты полюбишь его. Обязательно. Ведь он так похож на тебя, - Чан поцеловал его. Поцелуй стал для омеги поддержкой, в которой Бэк так нуждался. Через час дверь открылась и в палату вошла медсестра, которая везла в специальной коляске малыша. - А вот и ваш мальчик. Покормите? - Да, конечно, - ответил за омегу Пак. Он помог медсестре ввезти коляску. - Спасибо. Девушка поклонилась и вышла. А Чанель сразу же взял на руки мальчика. Альфа растаял от взгляда коньячных глазок. - Так вот ты какой, пупсик? Вылитый папочка. Мальчик моргнул и пошевелил крохотными пальчиками. Голос был знакомым и ласковым. Но все равно не папиным. И малыш снова захныкал. Где же папа? - Пойдем к папочке, - альфа сел рядом с Бэком. - Смотри, кто тут такой сладкий. Омега закрыл руками голову. - Он снова собирается плакать? У меня и так голова взорвётся скоро. - Нет, посмотри. Он улыбается. Малыш смотрел на Бэка и улыбался беззубым ротиком. Решившись, омега впервые посмотрел на сына. Кроха оказался совсем маленьким, с розовой кожей и красивыми глазами. Бэк опасливо протянул малышу указательный палец. Потихоньку, будто боясь, что мальчик ещё оторвет его, что, конечно же, было глупой мыслью. Тот так же медленно обхватил палец крохотными пальчиками. Почти не сжимая, лишь придерживая. Мальчик радостно булькнул, запыхтев. Так вот он какой, папочка. Омега глубоко вздохнул. Такой маленький. Придётся подружиться с ним, хотя бы для виду, чтобы Фань ни о чем не узнал. Бэкхен перевёл взгляд на альфу. - Фань наверняка узнает, что я отвернулся. От врачей. - Можно свалить это на усталось, - Чанель просиял. Кажется, есть контакт. - Покормишь его? - А уже пора? - спросил Бэк. - Я не умею обращаться с детьми. - Держи, - Чан аккуратно передал ему малыша и вернулся за бутылочкой к коляске. - Возьми одной рукой и поднеси к его губкам. Омега посмотрел малыша уже вблизи. Мальчик, кажется, был крайне рад увидеть папу и оказаться в его руках. Но Бэкхен ничего особенного не почувствовал. Однако, ухаживать за ним все же надо. Иначе... Чанель решил не мешать зрительному контакту омеги с сыном, поэтому дал мальчику бутылочку сам. Тот принялся жадно пить и смотреть на Бэка. - Я не уверен, что и правда смогу полюбить его, - сказал Бэкхен. - Скорее, наоборот. - Сможешь. Обязательно, - Пак поцеловал его в висок. - Он подарит тебе множество солнечных дней даже в плохую погоду. Бэк посмотрел на альфу. - Даже несмотря на то, что и сейчас я не хочу его видеть? - Представь себе, - улыбнулся тот. Омега облизнул губы. - Не знаю. Может быть. Если бы не родители, я бы смог уйти от Фаня. Оставить ему его, - он кивнул на ребенка, - и жить с тобой спокойно. - Поверь мне, ты будешь мучиться, - сказал альфа, обняв его одной рукой. - Но будет слишком поздно. Бэк прижался к нему. - Я тебя люблю. Ты ведь не оставишь меня? - Эй, что за вопросы? - улыбнулся Чан. - Я своего омегу никогда не оставлю. Бэкхен устало улыбнулся. - Спасибо, Чань. Малыш, тем временем, уже доел и последние капли молочной смеси теперь стекали по подбородку, но омега к ним даже не притронулся. - Накушался? - Пак вытер капельки смеси и поцеловал мальчика. - Отдыхай, малыш. Мы с папулей тебя любим. - Возьмешь? - Бэк протянул ребенка Чанелю. - Сыграть перед Ифанем спектакль я успею и завтра. - Давай, - Пак подхватил младенца и начал укачивать, что-то мурлыкая. Бэкхен же улегся поудобнее и стал наблюдать за альфой. Наверняка он стал бы хорошим отцом для их общего ребенка. Но этому, увы, сбыться не суждено. В ушах снова зазвучали крики и угрозы Фаня. Омега закутался в одеяло. Неужели теперь до конца жизни их слушать? Чанель приметил беспокойство омеги, поэтому начал гладить его одной рукой, успокаивая. - Хочу обратно домой, - пробормотал Бэк. - К себе домой. И чтоб этого всего не было. - А ко мне домой? Чтобы мы жили вместе. Омега покачал головой. - Я хотел бы, чтобы этого брака не было. Изначально. - Может, будет еще шанс развестись, - успокоил его Чан. - Только не его ценой, - альфа кивнул на мирно сопящего младенца. - Мне все равно, - буркнул омега. - Поначалу да. Но потом ты начнешь страдать без него. - Вряд ли, - омега глубоко вздохнул и закрыл глаза. - Я посплю. Разбуди меня через час, пожалуйста. Нужно подержать его ещё немного. Чтобы он привык ко мне и завтра все выглядело правдоподобно. - Он к тебе девять месяцев назад привык, - вздохнул Чан, перекладывая мальчика в коляску. - Тогда все будет в порядке. Бэк продвинул голову ближе к бедру альфы и задремал. Чанель переложил мальчика в коляску и покачал. Копия Бэкхена, кроме глаз, доставшихся от Фаня. Такой маленький и беззащитный. И ненужный родному папе. Получится ли влюбить Бэка в родного сына?