Необычайные приключения Лизы и Наргизы

      Днюха Сиплого была в самом разгаре: вокруг лавочки, где собрался весь высший свет Мухосранска, валялись зелёные бутылки из-под дешёвого пива, пустые пачки не менее дешёвых сигарет и шелуха от семечек. На весь двор звучали лучшие хиты АК-47, Каспийского Груза, Басты и прочих хуесосов музыкантов Иногда в окнах пятиэтажек зажигался свет, после чего в форточку высовывался очередной работяга, которому надо вставать в шесть утра, и просил выключить музыку, но его тут же посылали на хуй друганы оскорблённого именинника, и ничего не понимающий в музыке еблан грустно плёлся обратно в кровать.       Внезапно раздался звук полицейской мигалки, заставивший всех вздрогнуть.       — Мусора! — заорал Сиплый.       Это волшебное слово было сигналом к бегству. Но Лиза, как и её кузина Наргиза, была на высоченных шпильках, в которых не очень удобно было бегать по раздолбанному асфальту, поэтому остаток ночи две сестры, а так же некоторые их особо медленные друзья, провели в обезьяннике в компании бомжей и проституток, одетых так же, как и наши героини.

***

      Выйдя из обезьянника и попрощавшись с новыми подружками-проститутками, Лиза и Наргиза решили на оставшиеся деньги купить холодного пивасика, для чего пошли в ларёк на автобусной остановке. Путь к нему лежал через старую детскую площадку, на которой ничего, кроме поломанных качелей, вконец заржавевшей горки, и непонятных железных конструкций, на которых бабушки выхлопывали ковры с оленями, не было. Новую площадку не делали — а зачем, если дети предпочитают лазать по заброшенной стройке и по гаражам? Новые карусели-то денег стоят. Да и где местным собачникам выгуливать своих двортерьеров, как не на этой площадке?       — Смотри! — Лиза показала пальцем на голубоглазого блондина, того самого, что вчера врезался в неё, — Это то уёбище, которое меня чуть не угробило!       Наргиза оглядела аккуратно одетого парня, играющего со своей собакой и скривилась: это был тот умный чувак из параллели, которого всегда хвалили на школьной линейке, и который, кажется, не ушёл после девятого класса, как поступают все нормальные люди. А ещё он за полтинник всем контрольные решал. Но у Лизы память была не такая хорошая, как у сестры, так что неудивительно, что она забыла про этого ботана хотя и ей он помогал в своё время с учёбой.       Его пёсик, кстати, был весьма симпатичной животинкой: это был то ли толстый, то ли пушистый лабрадор с ухоженной шерстью шоколадного цвета, которая блестела на солнышке. Эта псина увидела пялящихся на хозяина проституток девушек и решила, что они, вероятнее всего, хотят поиграть, но стесняются, бедняги. Надо их пригласить! Коричневый пёс помчался в сторону ошарашенных сестёр и одним прыжком повалил Наргизу на землю.       — Митрофан! — закричал блондин, оттаскивая пса, пачкающего девушку своими слюнями. — Митрофан, фу! Нельзя!       — Слышь, ты, бля, внатуре заебал нас валить, — заступилась Лиза за кузину, — сука, ты простых слов не понимаешь, что ли, нахуй? По другому, блять, разговаривать будем, ёпта!       — Простите, пожалуйста, просто мой пёс очень любит играть с прохожими, он и мухи не обидит! — заступился парень за своего питомца.       — Да твою блохастую шавку вообще на шаурму пустить надо нахуй! — включилась в разговор Наргиза, которая делала аж два дела одновременно: смахивала со своей крутой одежды грязь и материла несчастного любителя собак. Но блондинчику слушать гневную тираду двух шлюх оскорблённых девушек не очень-то и хотелось, поэтому, откликнув своего пса, он быстрым шагом свалил в другой двор.       — Ну и пиздуй, блять отсюда! — кричала Лиза. — Мы тя, сука, найдём и всем районом, блять, отхерачим!       Потом из окна второго этажа высунулась баба Зина, настоящая гроза района, и стала орать на сестёр, что те своим визжанием не дают ей заснуть. Под пенсионерскую брань и угрозы засадить в колонию строгого режима Лиза и Наргиза покинули двор с площадкой, твёрдо веря, что этот гандон и его псина получат по заслугам.