I wish I could ctrl-Z you

В маленькой комнате за закрытыми ставнями на небольшой кровати с белыми, недавно постиранными простынями, обнимаясь, лежат два парня. Солнца здесь нет, только тепло двух тел, нежно касающихся друг друга. Только нежные, полные любви, поцелуи. Юнги смотрит мутными глазами на Чимина, прекрасно различая его в темноте. Он осторожно гладит младшего по щеке, словно боясь, что тот разобьется от его касаний. Колющая в груди любовь плещется в глазах обоих, заставляя их прижиматься крепче друг к другу. Теплое одеяло медленно сползает с движущихся тел, позволяя охладевшему воздуху пройтись мурашками по нагретой коже. Юнги вздрагивает, но горячие руки Чимина обвивают его сильнее, не давая замерзнуть даже на секунду. Младший дышит в губы Мина, слегка толкаясь навстречу, и болезненно жмурится, нащупывая пальцами выведенное на груди у того «Тэхен». На глаза Чимину наворачиваются слезы, пальцы упрямо держатся за плечи старшего и кричать хочется, что есть мочи, но он молчит, кусая губы и пряча лицо за объятьями. Больно от того, что они не предначертаны друг другу, больно, что от соприкосновений не летят искры, как у избранных. — Малыш, — тихо зовет его Юнги, — Чиминни, посмотри на меня… Пожалуйста, посмотри. Мин аккуратно обхватывает лицо Чимина ладонями, смотрит ему в глаза с бесконечной любовью и теплотой, которые он испытывает только к своему малышу и никакие Тэхены ему вовсе не нужны. Сколько бы он не говорил это Паку, сколько бы не сжимал его в объятьях, тот не может поверить в это полностью. Глубоко в душе они оба знают, что их любви рано или поздно придет конец. — Ты так нужен мне, Юнги, — шепчет Чимин, задыхаясь от слез и сжимая плечи старшего. — Как я буду дышать, если тебя не будет рядом со мной, хен, как? — Я не уйду, Чиминни, — отвечает тот, выцеловывая дорожки слез на щеках Чимина, нежно поглаживая его шею, запутываясь пальцами в волосах. — Обещаю, я всегда буду рядом. Чимин лишь тихо всхлипывает в ответ, чувствуя как жжется на груди собственное «Чонгук». Он уже столько думал об этом и никак не может понять, как, каким образом человек, которого он совсем не знает, может быть его второй половиной? Частью его самого? Как такое возможно с тем, кто никогда не заменит его первую любовь? Они оба знали на что себя обрекают, начав это все, но никто из них не мог устоять друг перед другом. С самого детства они были словно двумя половинами одного целого, всегда были вместе, поддерживая друг друга, заботясь. Еще тогда, когда им было по пятнадцать-семнадцать лет, когда они впервые познали любовь тел, они понимали, что у их любви есть срок годности. Но понимание не мешало им тонуть друг в друге. За все эти годы они стали одним целым и вовсе не нуждались в тех, кого им предоставила Судьба. Чимину и Юнги было достаточно друг друга. Но у Судьбы были свои планы.

***

Солнце противно припекало, когда Чимин возвращался с учебы. Голова была забита ненужными мыслями и на душе было как-то неприятно. Он не мог перестать думать о том, что они с Юнги рано или поздно столкнутся со своими соулмейтами и назад пути уже не будет. Как бы сильно он ни любил Юнги, Чимин не был уверен в том, как он поступит со своей родственной душой. Самым близким человеком для него всегда был и, вероятно, будет Юнги. Они знают друг друга наизусть, от корки до корки, как любимую, прочитанную тысячи раз книгу. И, все же, они умудряются находить друг в друге что-то новое и интересное, что-то настолько щемящее душу, что не хочется никогда отпускать. Они слишком долго вместе, чтобы расстаться из-за абсолютно незнакомых людей, но кто знает, что будет дальше. И, несмотря на все это волнение, есть небольшая вероятность того, что они никогда не столкнуться со своими соулмейтами. Чимин облизывает пересохшие от жажды губы и заворачивает в ближайший магазин. Помещение окутывает приятной прохладой, особенно возле холодильников. Постояв там пару минут, Пак выбирает напиток и идет к кассе. Магазин практически пуст, если не брать в счет слоняющихся по рядам людей, которые тоже пытаются охладиться. Чимин протягивает ледяную воду парню-кассиру и уже готовит кошелек. Паренек беззаботно пробивает товар, вертя языком во рту леденец, и молча смотрит в упор на Чимина, который почему-то зависает на пару мгновений. Оклемавшись, Чимин протягивает руку с деньгами и случайно касается прохладных пальцев того парня. По телу пробегает мелкая дрожь, но Чим ее почти не замечает. Взгляд предательски цепляется за бейджик на груди кассира, гласящий «Тэхен». Сердце замирает и дышать становится тяжелее, но Пак отводит взгляд, забирая воду и выбегая из магазина без сдачи. Почему так… больно?

***

— Чиминни, что с тобой? — Юнги смотрит в глаза парню и пытается понять, что не так, откладывая трапезу на потом. Еще вернувшись с работы, он почувствовал, что Чимин чем-то расстроен, но тот упорно молчал, не желая ничего говорить. Мин чувствует странный укол в груди и осторожно приобнимает младшего, словно желая защитить его от обид окружающего мира. Но он не может всегда быть рядом и всегда его защищать. Всегда может произойти что-то такое, чего никто из них не ожидал. — Малыш, поговори со мной, — тихо говорит Юнги, целуя макушку Чимина. — Ты обещал, что всегда будешь рядом, — глухо отвечает тот куда-то в грудь Юну, — что не бросишь меня. — О господи, ты чего? — Мин аккуратно приподнимает лицо младшего пальцами за подбородок, заставляя посмотреть в глаза. Он видит, что Чимин готов вот-вот разрыдаться. — Я ведь не ухожу от тебя, что на тебя нашло? Чимин молчит какое-то время, грустными глазами смотря на старшего. Он нежно поглаживает его по щеке, едва касаясь, словно не веря, что Юнги с ним. Сколько раз он уже задавался вопросом, почему Судьба так несправедлива? Зачем она столкнула его с Юнги, если они не предназначены друг другу? — Я встретил твоего соулмейта сегодня, — робко отвечает Пак, не отрывая глаз от Юнги. — С чего ты взял, что это мой соулмейт? Тэхенов в городе до фига и больше. — Не знаю, — пожимает плечами младший. — Я просто почувствовал это. — Дурачок ты мой, — печально улыбается Мин, целуя Чимина в лоб и обнимая крепче. — Никуда я от тебя не уйду… Полночи проходит без сна, в бурном выражении любви, искрами летящей из глубины души. Где-то в переплетении рук и ног бились два, преисполненных нежными чувствами, сердца. Слишком много чувств и эмоций, почти никаких слов, лишь томные вздохи и тяжелое дыхание. Они знают друг друга вдоль и поперек, каждую черту, каждый изгиб, но каждый раз словно первый и словно в первый раз безмерно поражает своей красотой. Юнги нежно обнимает Чимина, вполголоса что-то рассказывая. Когда он чувствует, что дыхание младшего стало равномернее, он тихо напевает хриплым голосом какую-то песню. Бесспорно сомнения мучают каждого, с ними тяжело бороться и по ночам ты просто даешь им волю, позволяя навалиться на душу всем своим грузом. Юнги уже давно уверил себя в том, что всегда будет с Чимином, но время, словно вода о камень, стирает убеждения и заставляет усомниться в собственных мыслях. Юнги не хочет расставаться с Паком, да и не уверен, что сможет, но он просто продолжает молить всех богов о том, чтобы никогда не столкнуться с Тэхеном. Сердце кажется нереально тяжелым, заставляя тяжело вздыхать, и курить хочется. Осторожно выбравшись из-под Чимина, Мин выходит на балкон, плотно закрывая за собой дверь. Ночь встречает его прохладным ветерком и тысячами огней, что горят в окнах и на улицах. Дым подожженной сигареты попадает в глаза, но Юнги почти не замечает. Глубоко затянувшись, он долгое время не выдыхает, слепо смотря куда-то вперед. Легкие начинает жечь и лишь тогда парень позволяет себе выдохнуть. Голова забита какими-то непонятными мыслями, все смешалось кашей и думать нормально не получается. Юнги нужно с кем-нибудь поговорить, но рядом никого, кроме Чимина, которого он совсем не хочет загружать еще больше. Мелькает мысль о младшем брате, но тот слишком взбалмошный, чтобы говорить на серьезные темы. Внезапно где-то рядом слышится тихое пение, сквозь гул ночного города, и голос кажется до боли знакомым. Юн оборачивается, смотря на Пака из окна, но тот все еще мирно спит, а голос пропадает так же резко, как и появился. Юнги чувствует слабое покалывание в груди, но мотает головой и тушит уже почти истлевшую сигарету. Постояв еще какое-то время на прохладном воздухе, он возвращается в теплые объятья своего малыша.

***

Минюнги 16:14 Во сколько освободишься? Рисовый пирожок 16:18 Привет, хен) В 17.20, а что? Минюнги 16:19 Я зайду за тобой. Весь день Юнги не мог перестать думать о Чимине, о том, что было между ними раньше, когда они были еще ничего непонимающими мальчишками. В те времена они часто бродили по городу, разведывая новые места и просиживая в парках до заката. Юнги вспоминает, как он затягивался сигаретой, смотря на младшего сквозь сизый дым, а тот смотрел на хена восхищенным взглядом, в котором сквозила детская влюбленность. Со временем эта влюбленность переросла в любовь, но она все еще остается детской. Выйдя со студии звукозаписи, парень направился к университету Чимина, думая о том, что он хотел бы вернуться хоть ненадолго в те беззаботные времена. Хочется снова почувствовать себя маленьким мальчиком, которого не волнуют всякие там соулмейты, работа, универ, а которого волнует только младший друг, вечно бегающий где-то рядом. Несмотря на то, что солнце уже начало склоняться к горизонту, на улице все еще было душновато и Юнги, остановившись в паре кварталов от университета, решает зайти в магазин, чтобы купить что-нибудь прохладное Чимину, да и себе тоже. Сердце начинает покалывать, но парень списывает все на курение и спокойно проходит в отдел с мороженым. Холодильники отдают приятной прохладой, но он, не задерживаясь, выбирает два пломбира и направляется к кассе, взяв заодно и напитки. Парень за кассой внимательно осматривает покупателя, но Юнги этого даже не замечает, доставая кошелек и считая деньги. Продавец кладет поставленные перед ним продукты в бумажный пакет, при этом не отрывая глаз от Мина. — А я тебя раньше не видел? — раздается любопытствующий бас, который заставляет Юнги удивленно посмотреть на парнишку. — Вряд ли, — спокойно отвечает тот, не зацикливаясь на неуважительном обращении и оставляя деньги на кассе. — Сдачи не надо. — Как мило, — бросает продавец, больше не смотря на уходящего покупателя. Юнги, тем временем, непонимающе косится на этого странного парня и, помотав головой, идет дальше. В голове мелькает момент, когда Чимин расплакался из-за встречи с каким-то Тэхеном, и Юнги оборачивается вновь смотря на двери магазина, из которого только вышел. Он не заметил бейджика на продавце, а возвращаться и спрашивать его имя как-то странно. Сердце вновь начинает покалывать, но Мин игнорирует это чувство и идет дальше. Немного неприятное ощущение в груди исчезает, когда парень подходит к университету. Юн почти сразу замечает сидящего на скамейке Чимина, который как-то грустно смотрел на парочку, сидящую через несколько скамеек от него. Эта пара о чем-то мило ворковала, держась за руки, от соприкосновения которых летели маленькие искры, звездами опадая на пол. От чего-то становится стыдно и Мин, опустив глаза, смотрит на свои руки, в которых держит пакет с лакомствами. Столько лет он скрывал, что хотел таких же искр от прикосновений к Чимину, делал вид, что его это не беспокоит. Как бы не были сильны его чувства к Паку, он всегда ощущал какую-то пустоту. И понимал, что Чимин чувствует то же самое. — Ты чего завис? — перед ним внезапно возникает Чим, нежно улыбаясь. Юнги поднимает взгляд на него, в миллионный раз подмечая, что Чимин невероятно красив. Он смотрит в светящиеся все той же детской любовью глаза и не может оторваться. Тело, словно само по себе, тянется к младшему, обнимая свободной рукой за талию и нежно целуя в полные, сладкие губы. Поцелуй длится всего несколько секунд, но сколько в них эмоций и чувств. Юнги понимает, что не сможет без Чимина, даже если встретит своего соулмейта. И как же хочется послать Судьбу ко всем чертям. Или вернуть время назад и не позволить Паку влюбиться в себя. Предотвратить разбитие хрупкого сердца. В глазах Пака сияют звезды и взгляда от него отрывать не хочется. Улыбнувшись уголками губ, Юнги вновь легко чмокает младшего в губы и, наконец, чуть отходит от него, позволяя свободней дышать. — Я мороженое купил, — спокойно говорит старший, протягивая Чимину пакет. — О-о, я как раз об этом думал, — смеется Пак и хочет сказать, что они практически как соулмейты. Но молчит, не желая теребить больную тему. — Как день прошел? Они идут, куда глаза глядят, не придумывая особого плана прогулки. Разговаривают неспешно, говоря не о столь важных вещах, тихо смеются и долго смотрят друг на друга, словно любуясь. Ночь опускается незаметно, даря блаженную прохладу. Людей на улицах меньше не становится, но дышать определенно легче. Чимин осторожно берет старшего за руку, слабо улыбаясь и невольно прикусывая губу. Они смотрят только друг на друга, абсолютно игнорируя окружающий мир. Сейчас есть только они. Мир словно замер: звуки затихают, движение останавливается. Однако, Чимин и Юнги этого не замечают, легко улыбаясь. Но идиллию рушит случайный толчок прохожего. Юнги чувствует, как вздрагивает Пак, чувствует, как собственное сердце пропускает удар, и воздух, кажется, перестает поступать в легкие. Едва дыша, Чимин смотрит на этого случайного прохожего. Он почувствовал. Почувствовал, как сквозь ткань одежды прошел сильный ток. По телу проходит крупная дрожь. Тот парень тоже удивленно смотрит на Чимина. Прежде, чем кто-то из них опомнился, проходит некоторое количество времени. А Юнги просто стоит, боясь пошевелиться. Он чувствует, как мир начинает рушиться. — Ты… Чимин? — осторожно спрашивает прохожий, не веря в происходящее. Губы искривляются в неестественной улыбке и спустя мгновение слышится немного истеричный смех. — А я думал, что мой соулмейт — девушка. — Я… я… — Пак не находится, что сказать, и просто тихо что-то бормочет. Неужели это и есть тот самый Чонгук? Чимин определенно представлял себе совсем не это. — Ну, — Чонгук вновь выглядит спокойнее и чуть наклоняется в сторону, смотря на замершего Юнги, — я, в общем-то, по девушкам, да и у тебя, вроде как, уже есть спутник. Не думаю, что у нас что-то получится. Всего хорошего. Парень широко улыбается и, развернувшись, идет дальше. — Охренеть, — только и выдает Юнги, вновь вернув способность дышать и мыслить. — Вот я и встретил его, — все еще пребывая в шоке, говорит Чимин и ненадолго замолкает. Из губ невольно вырывается странный смех. — Все оказалось, не так страшно, как я думал. Облизывая пересохшие губы, Мин пытается понять, расстроен младший или испытывает облегчение. И почему-то оба варианта как-то не радуют. Сделав вид, что ничего не произошло Чимин осторожно продолжает идти дальше, и начинает говорить о чем-то, ясно давая понять, что об этом происшествии он говорить не хочет. Оба парня чувствуют давящее чувство в груди, понимая, что рано или поздно поговорить об этом придется.