Котик

      Молодой человек шёл по малознакомой улице, напевая незатейливый мотивчик и думая о чём-то своём. Погода выдалась на редкость хорошая, что так нетипично для этого города, пока ещё чужого, но уже вполне милого сердцу.       Альфред Джонс родился и вырос в Штатах, но, став совершеннолетним, кардинально поменял свою жизнь. Он и сам не мог понять, почему его занесло именно в Россию, и почему именно в всегда мрачный и дождливый Санкт-Петербург, но по прошествии полугода он был доволен тем, как всё сложилось. Парень оказался не сильно привередливым. Он быстро освоил язык, нашёл хорошую работу и сразу завёл кучу новых друзей. И даже постоянные дожди ничуть не портили жизнь.       Улыбаясь своим мыслям и думая о завтрашнем дне, он свернул за переулок. Скоро в поле зрения замаячит знакомый дом, в котором расположена его собственная квартира. Квартира у него, к слову, приличная, не очень большая, но вполне удобная. Старую мебель, помнившую годы становления советской власти, он не стал менять, сохраняя антураж уютной старины.       Там его, увы, никто не ждёт, но это не очень сильно печалит. Всегда можно поиграть в приставку, посмотреть фильм или подоставать соседа-ботаника, с которым иногда довольно интересно поболтать.       Вот так, пребывая в прекрасном расположении духа и жуя на ходу купленный в каком-то ларьке хот-дог, он уже достиг нужного двора, как вдруг прямо перед ним самым наглым образом оказался кот. Ну, в общем-то вполне обычный кот, большой такой, белый и пушистый. Альфред вполне мог его обойти и идти дальше, но почему-то застыл на месте. Кот смотрел на него пристально, и Джонс решил в долгу не оставаться.       ─ О, котик!       Он заулыбался, словно счастливое дитя, и помахал рукой животному. Кот, разумеется, никак не отозвался. Он смотрел на хот-дог в руках человека, мотал головой, словно принюхиваясь, а потом подошёл ближе.       ─ Ты голодный, да?       Несмотря на то, что Альфреда могли принять за помпезного и совершенно несерьёзного весельчака, он был более чем сердобольным по характеру. Геройская натура требовала отдать последнее тому, кто нуждается, так почему бы не отдать котику сосиску из хот-дога? Немного жалко это делать, но парень ещё может купить себе хот-дог, а вот котик вряд ли.       Кот мяукнул и потянулся к нему, ясно давая понять, что и правда очень голоден, а Джонс просиял пуще прежнего. Чувствуя себя героем, он достал не совсем уже целую сосиску и протянул её коту. Пришлось присесть на корточки, чтобы не кидать еду на грязный асфальт, но оно того стоило. Кот так мило набросился на еду, что у Альфреда чуть лыба не треснула от невероятного умиления.       ─ Кушай-кушай.       Котик, к слову, был очень красивый. Пушистый, чистый и опрятный, и глазки у него были потрясающие ─ сиреневые с тёмными крапинками. Наверное, породистый кот. Или кошка? Хотя какая разница. Интересно, почему такая прелесть шатается тут одна, да ещё и голодная? Где её хозяева? Как вообще можно отпускать на улицу такое прелестное существо?       Когда котик доел сосиску, он принялся благодарно ласкаться головкой о ладонь совершенно счастливого Джонса. Подумать только, такая мелочь, а так приятно.       ─ Я бы ещё дал, но с собой нет больше, ─ сказал Альфред. ─ А тебя дома разве не кормили? Где ты живёшь?       Кот был совершенно прекрасен, а потому парень не удержался от соблазна и принялся гладить его. Когда прелестное животное замурчало, Джонс едва не растаял.       ─ Чей ты, малыш? Как-то нехорошо оставлять тебя здесь одного…       В тот же миг послышались раскаты грома. Да, дожди в Питере и правда частое явление, так что американец давно поднаторел и носил с собой зонтик. Стоило быстрее идти домой, но он совершенно не хотел оставлять здесь этого котика.       ─ Вроде без ошейника, ─ задумчиво проговорил парень. ─ А может, ты вообще бездомный?       Первые капельки дождя не заставили себя долго ждать. Кот как-то жалобно замяукал, всё так же не отходя от Альфреда, и тот вдруг решил. Воровато оглянувшись, он подхватил на руки кота и, прижав к себе, поспешил домой. Кот оказался совсем лёгким и таким мягким на ощупь, что Джонс едва сам не замурлыкал. Не важно, есть ли у него хозяева. Если и есть, то сами виноваты, нечего такое чудо отпускать вечером голодным.

*****

      Именно так белоснежный пушистый кот оказался дома у Альфреда Джонса.       Поужинав, а заодно и накормив котика, парень включил телевизор и лёг на кровать. Шёл какой-то фильм, но Альфред даже не смотрел особо на экран. Он наблюдал за котом, который пристально обнюхивал незнакомое помещение, суя свою головку во все дыры, а после, когда это белоснежное чудо замяукало и забралось на кровать, Джонс, всё такой же умилённый, приподнялся, протянул руки, чтобы взять котика и положить его рядом с собой.       ─ А как тебя зовут? Хм… ─ немного подумав, парень сказал: ─ Ладно, ты теперь мой котик, сам дам тебе имя. Ты только не гадь в моей квартире, ладно? Я завтра куплю тебе наполнитель и какой-нибудь корм. Ты любишь корм? Если нет, будешь кушать сосиски.       Тем временем кот устроился удобнее у него под боком и снова начал мурчать, когда Альфред принялся почти невесомо проводить ладонью по его голове.       ─ Я назову тебя… Ваня. Да, точно, ─ Джонс усмехнулся. ─ Ты ведь русский кот, а Ваня ─ самое русское имя. Теперь я буду жить не один, а с Ваней. Это так здорово.       Ничто не могло нарушить волшебную атмосферу уюта, что воцарилась в тот миг. Альфред подумал о том, что теперь его дома будет ждать это мурлыкающее прелестное существо. Так здорово, и он больше не один в своей квартире.       Он так и заснул под мурчание животного, и никакие тревожные мысли его не волновали. Напротив ─ он ощущал такую невероятную лёгкость и успокоение, что хотелось глупо улыбаться и радоваться, просто так, без особого повода. Просто потому, что хорошо.

*****

      Пробуждение ночью было внезапным. Сквозь пелену сна Альфред еле разглядел перед собой нечто очень светлое и немного лохматое. Ещё не пришедший в себя мозг мягко подсказал ему, что это, должно быть, тот милый котик, которого он приютил минувшим вечером.       Парень улыбнулся, вновь прикрыв глаза, и перевернулся на бок, как раз лицом к котику. Его рука коснулась чего-то очень тёплого и гладкого… Явно не котика… Но чего тогда?       Джонс задвигал рукой. Да, это и правда что-то тёплое, очень приятное на ощупь, округлое такое. Он распахнул глаза и посмотрел перед собой. То нечто лохматое, что он сперва принял за кота, котом не было. Не было вот прям совершенно точно. И лишь потом до парня дошло, что он сейчас оказался впритык к спине какого-то человека. Неприлично неодетого человека.       Альфред мотнул головой, пытаясь понять, что да как. Кто этот человек вообще? Наверное, стоило поднять крик и в грубой форме выяснить, что за наглец проник в его дом и зачем он забрался к нему в кровать, однако парень действовал на редкость заторможенно. Он чуть приподнялся, чтобы лучше рассмотреть незнакомца.       Ну, что ж, вполне взрослый мужчина, довольно бледный, широкий в плечах, явно очень высокий. У него были даже слишком светлые волосы, которые Альфред смог рассмотреть при свете от так и не выключенного телевизора, сильные руки, слишком узкая для человека с такой вот комплекцией талия и… невероятно округлые бедра, мягкие, но упругие.       В их мягкости Джонс уже успел убедиться, потому как его рука как раз лежала на бедре. Да, это человек, и это понятно. Непонятное другое ─ какого черта этот мужик делает в постели Альфреда, да к тому же совершенно голый?       Стоило это выяснить, но Джонс отчего-то так и завис, не убирая руки с чужого бедра. Какого чёрта оно такое… ну, мягкое, приятное такое? Парень даже не сразу просёк, что он лежит вплотную к незнакомцу, и его пах опасно упирается в чужие ягодицы. Такие, чёрт возьми, красивые и объёмистые.       Джонс с шумом сглотнул. Да кто же это такой, чёрт возьми? Вор, маньяк, извращенец? Совсем не похоже. А потом на ум пришёл другой вопрос ─, а куда делся котик? Он же был тут, рядом.       Парень был слишком растерян, чтобы что-то сообразить. Совершенно не думая над своими действиями, Альфред приподнялся, опираясь на локоть, и окинул взглядом тело перед собой. Он уже не жмурился от сонливости и теперь смотрел внимательно. Шальная мысль о том, что этот верзила, возможно, и есть котик, сразу была откинута как невероятно идиотская и совершенно бредовая. Однако…       ─ Кис-кис-кис…       Он выдал это, не подумав, очень надеясь на то, что белый котик отзовётся и объяснит ему, откуда тут взялся этот мужик. Однако на его великое удивление незнакомец пошевелился и… замурлыкал. На самом деле замурлыкал, в точности как тот кот, от которого сейчас и след простыл.       ─ Эээ…       В этом не было совершенно никакой логики, вот прям абсолютно, но это произошло. Джонс округлил глаза, уже вообще ничего не понимая, а мужчина, что лежал рядом, пошевелился. Проснулся!       Руки у американца задрожали. Что же теперь делать? Как быть? Надо было что-то сказать, возмутиться, голос там повысить или ещё что-то, но вот незнакомец обернулся к нему, а Альфред понял, что пропал. Просто пропал, окончательно и бесповоротно, когда на него посмотрели совершенно удивительные фиалкового оттенка глаза, в точности такие же, как у того белоснежного котика. Да и волосы у него были как шерстка того кота.       Но, чёрт возьми, и пропади оно всё, до чего же это был красивый парень. Внешность совершенно необычная, но такая потрясающая, что просто дух захватывает.       Они смотрели друг на друга секунд пять, но Джонсу показалось, что целую вечность. Незнакомец мило улыбался, такой довольный, словно кот, объевшийся сметаной. Кот… Кот, чёрт возьми! Но разве такое возможно вообще?       Белоснежные волосы разметались на подушке, и это было очень красиво. Да и сам этот человек, кто бы он там ни был, был невероятно красив. Альфред просто забыл, как надо дышать. Незнакомец замурлыкал чуть громче, а после приблизился. Джонс не успел никак среагировать. Вот белоснежная макушка коснулась его плеча. Мужчина ласкался к нему, точь-в-точь как кот. Это было слишком странно.       Альфред быстро-быстро заморгал, пожмурился на всякий случай, но эта странность не исчезла. Незнакомец всё так же тёрся о него, и Джонс, невольно сглотнув, нерешительно приблизил к нему второю руку. В тот миг, когда его ладонь коснулась чужих волос, мужчина замурлыкал громче и стал тереться о него более активно.       Кот. Черт возьми, это ─ котик! Но как такое вообще возможно? Как такое может быть?       ─ Ваня? ─ пораженно выдохнул Альфред. ─ Ваня, это ты, что ли? Как ты умудрился так вымахать?       Это, должно быть, сон. Иначе как объяснить подобное? Вот незнакомец поднял взгляд и лукаво улыбнулся парню. Его дыхание, такое спокойное, но горячее, было совсем близко. Джонс едва не подавился воздухом, когда понял, что эта странная и непонятная ситуация его возбуждает. Да что же за бред такой?!       Должно быть, неизвестный и сам это просёк. Он приблизился так близко, как только было возможно. Американец воскликнул в голос и густо покраснел, а после попытался отстраниться, когда язык мужчины, чуть шершавый и суховатый, прошёлся по его шее. Однако отстраниться не вышло, этот не пойми кто удержал его на месте.       ─ Эй, Ваня!       Происходило нечто очень странное, и это было единственное, что Альфред понимал. Наконец, неизвестный заговорил:       ─ Всё хорошо…       Его голос оказался хоть и томным, завлекающим, но при этом совершенно неуместно ехидным и немного детским. Этот странный контраст заставил растеряться ещё сильнее.       ─ Что ты делаешь?!       Джонса ловко повалили на спину. Когда затылок коснулся подушки, он снова отчаянно заморгал, не к месту догнав, что его опять угораздило заснуть в очках. Он часто так делал, идиотская привычка. Но сейчас это его совершенно не волновало.       Либо его хотят убить, либо изнасиловать, и оба варианта ему не нравятся. Да и руки дрожат, и вообще ─ что-то он слишком слабо сопротивляется покушению на свою анальную девственность. Вернее ─ не сопротивляется вообще.       ─ Всё хорошо, ─ повторил мужчина, уткнувшись ему в шею.       Когда незнакомец вновь замурчал и провёл языком по его шее, Альфред выдохнул. Это было слишком приятно, просто слишком.       ─ Это… ведь ты?       Да, умом Джонс понимал, что кот никак не мог стать человеком и начать его вот так лапать, но он уже верил в это. Ну, не умеют люди так мурчать! И не бывает у простых смертных таких невероятно прекрасных глаз! Да и вообще…       ─ Да, ─ незнакомец хихикнул. ─ Я сделаю тебе хорошо.       Он говорил странно, словно неважно владел речью, но Джонс даже об этом перестал думать, когда, словно вторя своим словам, мужчина ловко скользнул ниже, проведя рукой по чужой талии. И только потом Альфред понял, что Ваня (Ваня, который котик, чёрт возьми!) собирается сделать. Это было слишком невероятно, чтобы быть правдой. Слишком, чёрт возьми, много невероятного и вот так сразу!       Проворные руки не позволили Джонсу долго размышлять. Его домашние штаны на резинке резко потянули вниз, уже стоявший член дёрнулся, и американец отстранённо заметил, что ему на живот упала капелька его собственной смазки.       ─ Эй, а ну прекращай это!       Он дёрнулся с места, пытаясь вернуть обратно свои штаны, но Ваня приподнялся тоже, и вот они оказались лицом к лицу. Альфред не знал, что ему делать. Он был слишком растерян, ошарашен и возбужден одновременно, с него стянул штаны кот, который непонятно как превратился в человека, член уже начал побаливать, в голове было пусто, а взгляд поразительных сиреневых глаз просто сковывал все движения. Да ещё и этот чёртов котик улыбался так мило, почти трогательно.       Ваня резко приблизился и, ловким жестом сняв с него очки, поцеловал Джонса в губы. Это был очень быстрый, почти невесомый поцелуй, но губы американцу просто обожгло. Опять же, он никак не успел среагировать. Перед глазами всё расплылось, и когда светлая макушка снова замаячила перед глазами, Альфред близоруко поморщился.       ─ Да какого чёрта происходит…       Ответа не последовало. Действуя на ощупь, парень схватил котика за руку и забрал у него очки. Тот не стал цепляться за этот предмет, но вполне слышно усмехнулся, и вряд ли это было хорошо.       Надо было поговорить с этим человеком. Хотя… человеком ли? В принципе, Джонс никогда не был скептиком и в паранормальные явления он был склонен верить. Например, в призраков, которые пугали его до усрачки. Или инопланетян. Но вот о людях, что превращаются в животных (или всё было наоборот?), он, вроде как, не слышал. А может это такой котик-оборотень? Только вместо страшного волка-мутанта он превращается в умилительного котика. Бред какой-то…       Стоит расспросить этого «котика» лично. Эта чертовщина как-то забралась к нему в дом и теперь вот хозяйничает в его постели.       Однако пока Альфред думал об этом, Ваня устроился меж его ног и обхватил ладонью основание члена. Американец вновь взвизгнул, как застигнутая за просмотром эротики школьница, и ошалело уставился на «котика». Тот провёл отчего-то немного влажной ладонью вверх-вниз, заставив бедного Джонса затаить дыхание. У парня давно не было секса, а заниматься самоудовлетворением он не любил. Так что приятные ощущения даже заставили его немного позабыть о том, что же именно он хотел сказать.       Ваня очень даже по-кошачьи облизнулся, повторив своё движение. Его длинные пальцы бережно прошлись по довольно большому, аккуратному члену. Вновь достигнув основания, он склонил голову, и в тот миг Джонс был рад тому, что вернул на лицо свои очки. Иначе бы он рискнул не увидеть ЭТО.       Ваня высунул свой шершавый язык и провёл его кончиком по чувствительной головке, а кончиками пальцев погладил напряжённые яички. Альфред выдохнул через рот; это было слишком приятно и до того невероятно пошло, но вместе с тем и красиво, что невозможно было оторвать взгляд. Ладно, чёрт с ним. Он всё узнает об этом не пойми ком, но чуть позже, потом.       «Котик» всё делал очень странно. Он принялся облизывать головку, словно карамельку, прикрыв глаза и продолжая всё так же мурчать, а потом опустил голову ниже. Возбуждённая плоть медленно погрузилась в его горячий и влажный рот, и Джонс откинул голову назад. Слишком, мать его, хорошо. Так хорошо, что трудно дышать.       Сглотнув, он снова посмотрел на Ваню, боясь пропустить это вызывающе пошлое шоу. Тот принялся медленно сосать, ловко проводя юрким язычком по взбугрившимся венам. Этот его язык, на самом деле по-кошачьему шершавый, просто сводил с ума. Стоит признать, что Альфред даже не подозревал, что можно одновременно сосать и вот так активно работать языком.       ─ Чё-о-орт…       Он вцепился в чужие волосы, такие светлые, мягкие и гладкие, а после подкинул бедра, полностью отдаваясь ощущениям. К чёрту всё остальное, к чёрту здравый смысл и логику. Ему никогда прежде не было так хорошо.       Ваня сосал крайне интенсивно, не останавливаясь, иногда причмокивая, в какой-то момент замедляясь, а потом напротив ─ двигаясь быстрее. Он заглатывал до самой глотки, а Джонс то и дело смотрел на него, на то, как чужие губы, такие пухлые и изящные, точно созданные для минета, обхватывают его член, уже готовый разорваться от напряжения.       Альфред дернулся в последний раз, крепко сжал белоснежные волосы, а после взвыл, охваченный экстазом. «Котик» не отстранился. Он вновь зашевелил языком, когда Джонс кончил ему прямо в рот, заставив тем самым американца окончательно потерять связь с реальностью.       Перед глазами плясали тёмные пятна. Словно сквозь пелену Альфред увидел лицо Вани. Он довольно облизывался, а на его губах и подбородке отчётливо виднелись белые разводы. Почему-то на ум пришло сравнение с котом, что измазался в сметане, а теперь облизывается. Интересно, можно ли это считать каламбуром?       Джонс буквально повалился на подушку, как никогда прежде удовлетворённый и довольный жизнью. Он совершенно не думал о том, что кончил очень даже быстро, сказывалось долгое воздержание. Не думал о том, что ему отсосал парень, который совсем недавно был прелестным белым котиком. Не думал также и о том, что этот самый парень остался в его постели, с его спермой на губах и подбородке. В тот миг Альфреду было слишком хорошо.       Сладкое забытье настигло его неожиданно, а ведь он раньше никогда не вырубался после оргазма. Где-то на задворках сознания мелькнула мысль о том, что он, возможно, заделался в зоофилы, хотя минет ему делал не кот, а всё же человек. Человек ли? Кто бы он там ни был, выглядел он именно как человек.       Но уже спустя пару секунд Джонс заснул крепким сном.