Чужая.

      Как оказалось, война — самая ужасная вещь на свете. Все то, что мы создавали веками, все то, что было когда-то, разрушила именно она. Мы были единственными, кто не перешел к десептиконам или автоботам. Мы были теми, кто скрывался. Остальные граждане были либо запуганы, либо уничтожены.       Они были запуганы, потому что десептиконы или автоботы заставляли примикнуть к ним силой. Но нас таким способом не заставишь сделать ошибку, которую будет не так-то просто исправить.       Мы прятались в развалинах, чтобы ни один из автоботов не смог переманить нас на его сторону.       Нас было трое: Сентис, Киндви и я. Лучшие друзья, которые в любой момент могут оказать поддержку.       Мы изредка выбираемся из нашего укрытия только для того, чтобы достать энергон и узнать новости. Стало известно, что власти потеряли контроль, и что Оптимус союзничает с Мегатроном.       «Это плохо кончится», — говорил Сентис, и мне казалось, что он прав.       Сейчас мне хотелось, чтобы мир стал прежним.

***

      — Похоже, война набирает обороты, — шептал Киндви, поддерживая Сентиса.       — Сейчас главное — добраться до нашего укрытия, — сказала я. — Держись, Сентис.       Сентис простонал, и нам пришлось бегом уходить с места боя, где Сентис получил травму. Какой-то непутевый автобот, приняв нас за своего противника, начал стрелять, и его выстрел задел Сентиса. Я же швырнула в того гранату, и, пока автобот суетился, мы сбежали. Как только мы добрались, то первым делом уложили Сентиса на платформу, которая была здесь ещё давно.       — Ммм, — он стонал и манипуляторами схватился за рану. — Детли, Киндви... спасибо вам за все, — он провентилировал. — Я не забуду нашу дружбу, — на последнем слове Сентис ушел.       Мы смотрели на то, как его искра гаснет, не в силах сделать что-то, чтобы хоть как-то помочь другу. Но было поздно, и это стало заметно только теперь. Я сжала кулак, боль от потери друга стала сильней. Я взглянула на тело, затем перевела взгляд на Киндви.       — И, что теперь? — осмелился спросить он.       — Как «что»? — переспросила я. — Мы будем мстить. Пускай они заплатят за это, — я сжала кулак.       — Нет, — Киндви перегородил мне путь. — Мы не станем мстить им.       — Ха! Опомнись, Кви, — я злобно сверкнула оптикой. — Они отправили в дезактив нашего друга и должны получить по заслугам, разве нет?       Квинди ненароком задумался, а я же ходила по кругам, думая над планом мести. Наконец, он поднял лицевую и согласно кивнул.       — Друзья? — спросил Кви.       — Друзья! — кивнула я.       Решительно выйдя из укрытия, мы кинулись на автоботов. Они же не ожидали такого от нас. Удача была на нашей стороне, как казалось с первого взгляда. Однако автобот с именем Бамблби выстрелил в нас, я же хотела подстрелить Би, но ничего не вышло. Рядом что-то упало, и это оказался Квинди. Я хотела накинуться на автобота, из-за которого потеряла ещё одного друга, но не вышло — меня окружили. Один из них подошел ко мне и надел на мой крылья какие-то штуки.       — Не улетишь, пташка, — засмеялся Балкхед.       Я же злобно оскалила денты. Чтобы какой-то автобот звал меня «пташкой»? Нет уж, это слишком!       Не теряя ни минуты, я ударила Балкхеда, затем пали и другие, однако их было очень много. Через какое-то время я потеряла сознание.

***

      — Кто вы такие? — кричала я. — Вы не имеете права! Отпустите меня.       — Замолкни! — ударил кулаком по столу автобот. — Немедленно говори: где база десептиконов?       — Какая база? — переспросила удивленно я. — Я ничего не знаю. Отпусти!       Но автобот не собирался меня отпускать. Я молча огляделась, место было похоже на отсек для допросов. И, похоже, этот автобот настроен на самый страшный поступок. Как же мне быть? Он же стал подходить ближе, в манипуляторе что-то было.       — А ну говори: где база десептиконов? И что ты сама задумала, грязная десептиконка?       — Я ничего не задумывала, — закричала я с ещё большей силой. — И я не знаю о базе десептиконов!       — Такая же, как и эти гнусные твари, — прорычал тот и хотел уже, было, начать пытать меня, как кто-то его окликнул.       Я стала вырываться и кричать. Ретчет же злобно фыркнул и ударил меня оружием, которым пытали плеников. Последними словами, которые я успела сказать перед тем, как уйти в офф-лайн, были: «Я не десептикон!»

***

      С той поры прошло очень много времени. Я была автоботкой, но они не были мне родней. Я их ненавидела и ждала более удобного случая, чтобы отомстить за дезактив друзей. Они, похоже, тоже меня невзлюбили, особенно Арси и Бамблби. Каждый раз, орн за орном, они поджидали меня в одном из углов и устраивали пакости.       — Ну вот опять, — провентилировав, сказала я. — Что же я им сделала?       Это ещё были цветочки. Дальше было намного хуже. Ретчет постоянно орал на меня из-за того, что я все ломаю или кручусь возле него.       И вот, после каждого джоора сплошных криков и нелепых заданий, мне надоело. Я решила, что пора это сделать. И под покровом ночи я сбежала. Теперь надо найти десептиконов и передать им данные, но, когда я уже хотела идти, меня остановил чей-то холодный голос:       — Куда собралась? — я обернулась и застыла на месте: там стоял Оптимус Прайм.       — Никуда, — прошептала я. Он похоже мне не поверил и схватил за манипулятор. Я же, злобно сверкнув оптикой, ударила Прайма и, пока тот приходил в себя, сбежала.       Вот она, свобода! Но почему внутри пусто? Об этой пустоте я не думала астроцикл, но, похоже, она решила дать о себе знать.       И только я хотела лететь прочь, так не вышло. Я взвизгнула, потому что передо мной стоял десептикон. Дальше я ничего не понимала и каким-то образом ушла в офф-лайн.